Пустоцвет

Глава 10

Бракосочетание отпраздновали в тесном семейном кругу — он, Ксения и чета Гуровых.

Отношение к Дмитрию на работе ещё сильнее потеплело. Он и так не страдал от недостатка внимания или почтения, а теперь, когда он стал официальным зятем владельца… Оказалось, сколько людей жаждали с ним подружиться, высказать свою приязнь и готовность помочь! Разумеется, Дима не обольщался, понимая, что все это из-за его нового статуса, но всё рано было чертовски приятно.

От эйфории слегка кружилась голова — уж, теперь-то, ему море по колено!

Ложку дёгтя подбросили родители — они никак не могли понять, почему теперь не только редко видят Дмитрия и совсем не видят внучку, но почему сын почти перестал им звонить, и даже не пригласил на семейный обед по случаю образования новой семьи.

Все объяснения Димы, что свадьба будет летом, и они обязательно получат пригласительные, а это так, реверанс для родных Ксении, воспринимались ими, как отговорки.

Мама выговаривала, торопясь высказать всё, что накопилось, пока сын не сбросил вызов, отец молчал, но его молчание было громче крика.

И никто не интересовался, что чувствует, что хочет сам Дмитрий!

Пожалуй, Маша его избаловала, он привык к удобству, к обожанию, к тому, что он всегда прав и всё, что он говорит и делает, априори, воспринимается, как истина.

Тогда ему казалось, что эти щенячьи глаза Марии, эта её всегдашняя готовность помочь, поправить, поддержать раздражала и мешала жить. А теперь он в полной мере ощутил, насколько ему с Машей было комфортно!

Сейчас все постоянно от него что-то требуют, Сомов не успевает выполнять пожелания. А кто подумает о нём?

Нет, у него всегда чистая и наглаженная одежда, еда подается вовремя, хоть и не самая любимая, зато полезная. Дом вылизан, прислуга старательна и незаметна. На работе всё идет, как по маслу, тесть ценит, Ксения… Вот, жена — не очень. Он всё время чувствует, что не она — для него, а он — при ней. Наверное, похожие ощущения испытывает ребенок, которому подарили огромную разноцветную коробку, сказав, что внутри подарок. Он разворачивает цветные обёртки, предвкушая, что там. Разворачивает, разворачивает, каждая следующая коробочка всё меньше, пока, наконец, у него в руках не оказывается маленькая игрушечная машинка. Конечно, тоже хороший подарок, но он, судя по размеру первой коробки, ожидал что-то намного большее и ценное! Идиотское ощущение, но пока положение не переменить, приходится терпеть.

Внешне — все отлично.

Но в доме нет тепла, нет уюта, нет жизни…

Удочерение прошло без проволочек.

Дмитрий с удовлетворением рассматривал новое свидетельство о рождении Таисии — Дмитриевна и Сомова, как и положено! Всё, теперь Ксюхе придется играть по его правилам! И Ксюхе, и Машке!

А то, ишь, самостоятельная!

Кстати, теперь, когда они друг другу никто, ничто не мешает ей вернуться в Инстрэл. Хотя… Нет, не надо. За ним и так в микроскоп наблюдает весь офис, ожидая, когда высоко взлетевший мужчина споткнется, чтобы налететь и разорвать, а если рядом будет Мария… Да он же не выдержит, не сможет скрывать, что неравнодушен, и между ними до сих пор связь.

А она есть, эта связь? Что-то, при редких встречах, Маша не похожа на горящую от любви женщину!

\Ничего, это потому что она еще в себя не пришла после развода. Это для мужчины развод — долгожданная свобода, а для женщины — конец света.

Он сумеет снова зажечь в её глазах жизнь!

Как и намеревался, в один из дней, которые Ксения проводила у родителей, Сомов пригнал рабочих и грузовик. Вещи с мебелью быстро погрузили, и вся компания переместилась к дому, где он купил для Марии квартиру.

И — облом, ключи не подходили!

Первый порыв — выбить дверь на фиг, Сомов пресек. Маша может неадекватно отреагировать, что-то она никак не приходит в себя, не хочет понимать, что он не ушел из ее жизни, а просто у них немного изменились акценты в отношениях. Да и соседи повылезали на лестничную площадку. Пока он думал, что делать, приехал какой-то хмырь с охапкой обоев, по-хозяйски открыл дверь в квартиру и скрылся за ней прежде, чем Дмитрий сообразил его остановить. Пришлось звонить, а потом объясняться.

Через полчаса переговоров стало понятно, что это — наемный рабочий, который занимается ремонтом, в квартиру он их не пустит, вещи и мебель без хозяйки не примет. И не дал Машкин телефон!

Вернулся, несолоно хлебавши, вещь снова разместили в доме прислуги.

Ксения кривилась, но терпела.

А последней каплей стал выверт родного отца!

Николай Дмитриевич, как сын и просил, оформил бумаги на внучку, но в руки сыну их не дал, озвучил на словах. Оформил, как выяснилось, не дарственную, а завещание. И не на Сомову Таисию Дмитриевну, а на «родных по крови внуков от моего сына Сомова Дмитрия Николаевича».

— И чего ты орешь? — спокойно спросил он, когда Дмитрий взял паузу, дух перевести, после первой реакции на текст завещания. — Как жил, так и дальше живи, из дома тебя никто не выгоняет, всё, по-прежнему — твое!

— Я же не могу распоряжаться ни домом, ни участком!

— А чего ими распоряжаться? — пожал плечами родитель. — Дом есть, служебные постройки — тоже. Сад, газон, клумбы, зона отдыха — все путём. Умру — всё достанется внучке, как ты и хотел. Будешь настаивать на изменении завещания — подарю недвижимость детскому дому.

— Папа!!!???

— Не ори, не глухой. Не понимаю, с чего ты завелся?

— Ты назвал внуков, кстати, почему во множественном числе??? — своими единственными наследниками!

— Ну и что? Ты и так не бедный, твоя новая жена — тем более. По документам усадьба моя? Значит, имею право назвать наследника по своему усмотрению. А что во множественном числе, так, жизнь длинная, вдруг, вы еще кого-нибудь родите?

Уперся, и танком не сдвинешь.

Зря, ох, зря Ксения запрещала им общаться с Таей, обидела родителей. Глядишь, отец не выкинул бы такой фортель, если бы невестка была бы к ним внимательнее и отпускала внучку в гости.

А дома концерт закатила уже Ксения.

Да, многого он о себе не знал, не подозревал!

Такое впечатление, что, лишившись возможности распоряжаться домом, она лишилась чего-то жизненно-важного. И это Ксюха еще не знала, что завещание не на Таю, а на «внуков»

Доведенный упреками до белого каления, он впервые повысил на жену голос, недвусмысленно дав понять, что такого обращения не потерпит!

Ксения мигом собралась и унеслась к родителям, прихватив Таисию.

Если она думала наказать его этим, то крепко ошиблась — так спокойно и хорошо Дмитрию давно не было, хоть бы подольше не возвращалась!

Когда позвонил тесть, Сомов вежливо, но твердо дал понять, что прогибаться больше не будет.

— Ксения — моя жена, Тая — моя дочь, их место — в моем доме. Нет, я не собираюсь выполнять маленькую прихоть, тем более что по стоимости, она отнюдь не маленькая! Ксения — полноправная хозяйка в моем доме, я не понимаю, что ей еще не хватает, зачем так срочно менять владельца усадьбы? Тем более что ребенок недееспособен, так и так дарственную пришлось бы мне принимать и от ее имени всем распоряжаться. Ах, не мне, а Ксюше? Нет, это вы ошибаетесь, Леонид Иванович! Я жене многое позволяю, но отдавать в ее полное распоряжение недвижимость не собираюсь, равно, как не позволю пренебрегать моими распоряжениями и устраивать концерты. Объясните это дочери.

Гуров вспылил, попытался пригрозить.

— Вылетишь, как пробка из бутылки! По миру пущу! Засужу!

— Вместе со мной по миру и под суд ваша дочь с внучкой пойдут, — хладнокровно ответил Дмитрий, хотя внутри него все вибрировало от волнения. — Не устраивайте скандала из-за ерунды, не настраивайте Ксению против законного мужа, и мы поладим.

Гуров задохнулся, бросил трубку.

А вечером, тихая и присмиревшая, домой вернулась Ксения.

— Димочка, прости меня, пожалуйста! Я была неправа, — отводя глаза, пролепетала супруга. — Конечно, ты — хозяин, тебе и решать. Действительно, какая разница, как составлено завещание? Отец и передумать может, и изменить условия. Пойдем в спальню, я так соскучилась!

Надо же — его к телу допустили!

Но прежней остроты уже не было, тем более что, не выдержав воздержания и не добившись Маши, он завел себе любовницу.

Ольга пальцы не гнула, знала своё место и своё дело. Впервые за последние три месяца, Сомов был удовлетворён.

Но от супружеского долга, когда Ксюха предложила, не отказался, выполнил исправно, хотя упрел, прежде чем Ксения стала влажной. Это не Машка, которая остро реагировала на все его прикосновения и поцелуи, раскочегарить Гурову — да, Гурову, потому что Ксения отказалась менять фамилию — это надо час потратить.

С того дня Ксения стала более внимательна, но он не обольщался — просто смена тактики, в любовь новой жены он давно не верил. Слишком разителен контраст с Машей, слишком на ладони истинные мотивы и интерес.

Пресмыкание сослуживцев, так льстившее ему раньше, теперь вызывало только раздражение.

Сомов не понимал, почему он всем недоволен, почему, дорвавшись до вожделенного, он не радуется, а чувствует себя обманутым.

И Машка… Она категорически не шла на контакт. Он еще дважды приезжал по новому адресу, но один раз застал все того же отделочника, правда, на сей раз тот был не один, а с напарником, а второй раз ему открыли незнакомые люди, заявившие, что купили эту квартиру.

Он подарил ей жилье, а она его продала! Избавилась, как отказалась от всех вещей, перечеркнула прошлую жизнь и его, Дмитрия!

В бешенстве, Сомов устроил разнос подчиненным, в отделе все летали на цыпочках, работа кипела, никто не желал навлечь на себя гнев начальства.

Дома Ксения старалась ему угодить — неслыханное дело! Но он видел, что делает она все через силу. Испугалась, вот и пресмыкается. Не как Мария, которая все по любви делала, искренне хотела доставить ему радость, а не за какие-то блага, как Ксения.

Одно хорошо — перепугавшись, Ксюха больше не прятала Тайку от его родителей, и девочка бывала у деда с бабкой так часто, как они сами хотели. Лишне говорить, что хотели они каждый день.

И дома тихо, и родители не достают, переключив все внимание на внучку. Глядишь, так отношения и наладятся, и отец изменит завещание — наследником своих родителей может быть только он — Дмитрий. Тая, конечно, дочь, но после вывертов Ксении он передумал дарить ей усадьбу, осталось только убедить отца.

Неимоверно злило, что бывшая и не думала пропадать без его помощи и поддержки, по-прежнему отвергая любые контакты. По телефону — ему стоило большого труда узнать ее новый номер — еще говорила. Неохотно и очень коротко, а встретиться — категорический отказ.

Глупая, отказы только распаляют желание! Инстинкт охотника, да?

Надо вернуть ее любой ценой!

Новое место жительства Марии, он выяснить не мог. Пока не мог, но, рано или поздно он это узнает. Если бы подключить связи тестя, но тому знать, что зять ищет расположения бывшей супруги, не полагалось. Приходилось все тихо и самому.

Однажды вечером Дмитрий сидел в своей старой спальне, куда давно перебрался из супружеской, и перебирал в голове воспоминания о посещении Машиной квартиры. Что-то царапало, что-то не давало покоя… Какая-то деталь ускользала из виду, не отпуская, зудя и раздражая.

— Милый, ты опять здесь? — еле сдерживая недовольство, в комнату скользнула Ксения. — Хочешь, я сделаю тебе массаж?

Массаж? Ему? Она — своими руками?? Кто-то, где-то умер? — поднял брови Сомов.

— Ну, не будь таким букой! — женщина подобралась ближе, запустила руки ему в волосы, прошлась по плечам.

М-м-м! Приятно!

— Димочка, я хочу новую машину! — мурлыкнула супруга, продолжая разминать его плечи. — Сегодня такую красавицу присмотрела.

— Хочешь — купим, — равнодушно отозвался супруг.

Как ни выводила из себя жена, он понимал, что в его интересах поддерживать отношения, не рвать, не доводить. Гуров может и на принцип пойти, так что, лучше прохладный нейтралитет, чем горячая конфронтация. Новая машина — такая мелочь по сравнению с возможными неприятностями!

— Димочка, ты — прелесть! Она такая!!! Тебе обязательно понравится — большая, немного агрессивная, но это полезно, чтобы всякие чайники на дороге место заранее уступали — и немножко мужская. Ты не будешь против, что твоя жена ездит на Ленд Крузере?

Он не успел ответить, голову обожгло воспоминание — темный заснеженный двор возле старой пятиэтажки, роскошный крузак и, мать его, владелец Тойоты. Тот самый строитель, которого он встретил в Машкиной квартире с охапкой обоев. Владелец Ленд Крузера — отделочник?

Вот, что его все время царапало! Вот, что он не мог вспомнить — лицо мужчины было знакомо, но в старой, заляпанной краской рубашке и рабочем комбинезоне он его сразу не узнал.

Променяла его, законного супруга, на этого типа? Интересно, как давно она наставляла ему рога?

Стряхнув с себя руки жены, Дмитрий слетел с кресла.

— Дима, что случилось? Я сделала тебе больно?

— На, — бросил карточку, как кость собаке, и принялся спешно одеваться. — Сама купи, у меня важное дело, чуть не забыл. Придется срочно ехать.

Конечно, доверять жене кредитку было неосторожно, но ехать с Ксенией в салон, ждать, когда оформят… Выше его сил! Денег там порядочно, все спустить она не успеет.

Дмитрия же сейчас занимал только один вопрос — найти подлеца! Он не помнит номер целиком, но помнит цвет, марку, одну цифру — 7. И лицо ее хозяина, если, конечно, это не чей-то шофер, который приехал на хозяйской машине, чтобы произвести на Машку впечатление. Скоро он всё выяснит!

Если хорошо заплатить кое-кому из ГАИ, он получит список владельцев, у кого автомобили той же марки, цвета и с семеркой в номере.

Ксения проводила взглядом мужа и скривилась — как же он ей надоел! Такое впечатление, что он повинность отбывает, лишний раз прикоснуться к ней брезгует. Не то, чтобы ей этого очень хотелось, но сам факт!

Жалко, что дом, пока, недосягаем, но все мы смертны, надо только подождать. А пока ждешь, не теряться, и отщипывать от супруга по кусочку. Вернее, от счетов супруга. Да, папа у нее не бедный, но собственные деньги дадут ей независимость. Сама будет решать, где жить, с кем спать, на что тратить. Она выполнила все требования родителей — родила, вышла замуж, терпит пренебрежение мужа, тоже мне, султан нашелся! — теперь её очередь получать дивиденды.

Список владельцев темных крузеров с семеркой в номере оказался недлинным — четыре фамилии, рядом с ними — адреса.

Дмитрий внимательно перечитал.

Две фамилии известные, две — вроде, где-то слышал, но не точно.

Интернет помог найти фото. Искомый мужик оказался третьим в списке.

Георгий Корнев, владелец строительной компании.

И Машка сменила его, Дмитрия Сомова, финансового директора Инстрэл на, блин, обычного прораба?

Ладно, ладно, не на обычного, раз он может позволить себе такую машину. И не на прораба, а на владельца «Люсоф», пусть масштабы компании еще не так велики, но она стремительно развивается и расширяется. Сомов внимательно просмотрел всё, что нашёл по ней. Строительный бизнес выгоден, если взяться за дело с умом, а у Корнева, судя по последним сводкам, с умом и деловой хваткой все было в порядке. Такими темпами дело пойдет — компания за пять лет выбьется в лидеры.

Нет, но где же они с Марией встретились?

Корнев — набирающий обороты предприниматель, но не входит в элиту, на корпоративы высшего круга его никто не приглашал. Впрочем, причем тут корпоративы, если его жена там не появлялась?

Дом Сомову строила совсем другая компания, поэтому и тут Маша никак не могла познакомиться с Георгием. Тем не менее, ремонт в новой Машиной квартире, которую ей, на минуточку, выделил именно Сомов, делал почему-то самолично владелец «Люсоф».

И после этого отец будет жалеть Машку, утверждать, что его бывшая святее папы Римского? Пока он вкалывал, она амуры водила.

Сами собой сжались кулаки, бешенство затопило мозг.

Первый порыв — поехать в Квадро и высказать Маше всё, что он думает — Сомов погасил.

Во-первых, его приезд в Квадро воспримут, как сигнал тревоги. Объясняйся потом, что не по делу заехал, а одной курице высказать, что заслужила. Во-вторых, что он предъявит? Маша легко отмажется, мол, тебе показалось, он ничего не докажет и будет выглядеть бледно. Надо поймать их вместе, сфотографировать или снять видео. Тогда его бывшей крыть будет нечем!

Нет, ну, какова притворщица!

Кстати, квартиру продала — зачем? Переехала к любовнику?

Голову открутить мало!

Не так, ох, не так он представлял свою дальнейшую жизнь!

С обретением статуса зятя Гурова, у него должна была начаться исключительно белая полоса. На работе, дома, среди компаньонов и знакомых — почет и уважение, неспешные беседы, легкие шутки, приятные темы. Обожание Ксении и преклонение Маши, до слёз благодарной, что не оставил, что оплачивает её счета, фактически, содержит. Гуров, который советуется с ним, с Сомовым, по важным вопросам и, в перспективе, Дмитрий получает должность, которую сейчас занимает Щербаков.

Что-то, пока, реальность расходится с планами и мечтами.

Никакого удовлетворения, так, легкое послевкусие.

Решение пришло само — надо нанять профессионала, который соберет компромат.

Детектива, благо, сейчас найти подходящего — не проблема!

А еще надо было забрать у Ксении карточку. Машину она купила, но возвращать кредитку, почему-то, не спешит.

Сомов не стал обращаться ни в одно из известных и раскрученных агентств. Работа несложная, главное, чтобы не было огласки.

Он нашел детектива по интернету, созвонился, встретились.

Мужчина средних лет, приятной, располагающей к себе наружности.

Сомов объяснил, что ему требуется, обговорили плату и время. Дмитрий решил ограничиться одной неделей.

— Ничего не предпринимать, никак себя не обнаруживать. Составьте список всех, с кем она общается и проводит время — дни недели, часы, проведенные вместе, место встреч. По результатам я приму решение прекратить, продолжить или детализировать сбор информации.

— Хорошо, — коротко ответил детектив. — Половину гонорара вперед.

Ударили по рукам и разошлись, довольные друг другом.

Жена обнаружилась в зале — лежала на диване, смотрела какое-то шоу. Рядом, на столике, стояла чашечка с какими-то орешками и вторая — с янтарными кружочками.

Дмитрий присмотрелся — курага, что ли?

Жена совсем помешалась на здоровом питании…

— Ксюш, карточку верни!

— М? Так она давно на столике лежит, в спальне, просто кто-то туда почти не заглядывает.

Искомая вещь оказалась там, где жена и сказала.

Дмитрий взял в руку з прямоугольник, задумчиво постучал ребром по столешнице. Что-то царапало.

— Ксюш, сколько ты потратила?

— Это что — допрос? — жена картинно выгнула бровь. — Не знала, что вышла замуж за скупердяя, и обязана отчитываться за свои покупки.

— Не передергивай, я всего лишь спросил, сколько ты потратила? В конце концов, имею я право узнать, на что пошли заработанные мной деньги?

— Положим, возможность заработать тебе предоставил мой отец, иначе, считал бы ты копейки! — фыркнула Ксения. — Машину купила, страховку, оплатила ещё что-то, что необходимо для новой машины. Не спрашивай, не знаю! Мне сказали в салоне, что надо, я и купила. Потом по магазинам проехалась, Тае игрушки, себе платьице. В общем, ничего существенного.

— Сколько?

— Я что — помню???

— Хорошо, я проверю счет, — Дмитрий отправился в кабинет, Ксения брезгливо передернула плечами и отвернулась к телевизору.

Спустя десять минут мужчина устало потер глаза и захлопнул ноутбук.

Немыслимо! Как, ну, как можно потратить за один день почти девять миллионов??! Зачем он отдал ей деньги, надо было связаться с салоном и договориться, чтобы счет отправили ему. Сам бы и оплатил.

Положим, машина дорогая, шесть ушло на нее, страховку и тому подобное. Но куда можно спустить оставшиеся три?

Черт, денег было жалко…

Машина — да, вещь, но просто так профукать три лимона?

Дмитрий зашел в онлайн-банк и заказал детализацию транзакций. Открылась страница с перечнем всех операций со счетом за последний месяц, мужчину интересовала текущая неделя.

Ох… еть!!! — вздохнул, выдохнул. И отправился допрашивать дорогую, во всех смыслах, супругу.

— Ксюша, ты мне ничего не хочешь рассказать?

— О чём? — ленивый взмах ресниц, кокетливый взгляд, обнаженная ножка, выглядывающая в небрежно распахнувшийся халатик.

Еще вчера он завелся бы, но сегодня… Сегодня слишком много неприятных открытий.

— Ксана, я не шучу. Зачем ты сняла со счета деньги?

— Машину купила, платье, — женщина прищурилась. — Тебе всё до копейки отчитаться, а то я еще прокладки покупала?

— Не хами, — Дима стал медленно заводиться. — Я спросил, зачем ты перевела со счета почти три миллиона? Покупки не интересуют.

— Тебе жалко? Это компенсация за годы, когда мы с доченькой жили одни, без поддержки отца и мужа! Да ты легко возместишь эти несчастные два восемьсот!

— Моя зарплата пятьсот тысяч, так что, если не есть, не пить, ничего не покупать и не платить налоги, за бензин, свет, воду, то я смогу возместить потерю только через полгода! Ксения, ты в своем уме? Разве я тебя ограничиваю в средствах? Разве вы с Таисией в чем-то нуждаетесь? Да попроси ты меня по-хорошему, объясни, зачем ты откладываешь — я бы дал, а так… Поступила, как воровка!

— Что? — взвилась женщина. — Я — воровка? А не ты ли, дорогой муженек, почти три года водил хороводы — и не бросал, и не женился? Спросил ты меня — каково это, когда твой… любимый каждый день уходит к другой? Когда твой ребенок растет с клеймом безотцовщины? Когда тебе хихикают за спиной? Два года и восемь месяцев я провела, как в аду. Вынашивала, рожала, растила нашу дочь! Полагаю, по сто тысяч за каждый месяц ада — не слишком большая компенсация? Потом, пятьсот — это чистый оклад, ты забываешь про премии и комиссионные! Не прибедняйся, Сомов, не поверю!

— Ксения, я же открыл на вас с девочкой по личному счету! Подарил тебе машину! И ты ни разу не говорила, что хочешь замуж, даже Таю записала на свою фамилию и с другим отчеством!

— Машина, на которой только на рынок ездить и миллион — это ты считаешь достойной платой за счастье стать отцом? Я родила тебе ребенка! Я, а не эта твоя нищебродка! Да за это никаких денег много не будет! Я надеялась! Всё это время ждала, когда ты сделаешь предложение, скажешь, что любишь, что жить без нас не можешь! А ты!!! А ты приходил, как к содержанке, ел, пил, трахался и возвращался к себе, а я оставалась лить слезы! Папа мог размазать тебя по стенке, даже дворником тебя никуда не взяли бы, но он поддерживал и продвигал, надеясь, что ты догадаешься узаконить наши отношения. Ради меня он терпел тебя! Думаешь, это ты такой умный и талантливый, что через три ступеньки взлетел? Ага, щазз! Если бы не папа, ты выше финансового консультанта, максимум, главного бухгалтера, не поднялся бы ни сейчас, ни через десять лет, я сама слышала, как папа обсуждал это с дядей Толей! И после всего, что моя семья для тебя сделала, этого ты пожалел мне какие-то паршивые копейки?

Дмитрий опешил, погребенный потоком обвинений.

Черт, он никогда не видел еще Ксению в таком бешенстве. И никогда она не высказывала ему столько неприятных вещей.

— Хочешь развода? — продолжала кипятиться Ксюша. — Сейчас позвоню папе, и ты все получишь — свободу от меня, дочери и приличной должности.

— Ксана, ты все не так поняла, — резко пошел он на попятный. — Мне не жалко денег, я же говорил, что сам отдал бы, если ты попросишь. Мне не нравится, что ты перевела их на свой счет, и ничего мне не сказала!

— А что не так? Деньги остались в семье, хоть и на другом счете. Целее будут, как финансист ты должен понимать, что нельзя все яйца хранить в одной корзине. Потом, что такое три миллиона? Даже меньше, чем три? Да, нет ничего! Стоило шум поднимать, настроение мне портить? — Ксения встала, уронив на пол чашку с орешками. — Папа завтра нас к ним с мамой пригласил, машину мою обмыть, посидеть семьёй. Пойду, позвоню, скажу, что мы не будем.

— Почему не будем? — забеспокоился Сомов. Ссориться с тестем в его планы не входило. Рано, еще рано! Вот, когда он сможет получить акции компании, то есть, станет совладельцем, тогда будет его время. А пока — придется еще потерпеть. Он погорячился, думая, что после удочерения Таи, Ксения будет вынуждена с ним считаться, чтобы не потерять ребенка. Не учел, что тесть ему еще не по зубам, что у того есть куда больший рычаг давления — должность и деньги. — С удовольствием навещу Леонида Ивановича и Валентину Степановну.

— Да? И расскажешь, как ты пожалел их дочери денег?

— Ксан, ну, перестань! Я же объяснил уже, речь не в жалости, а в том, что ты сделала это тайком. Не дуйся! Лучше, пойдем в гараж, я хочу посмотреть на твою новую машину!

Надежда Львовна, если и удивилась, что предприниматель Корнев решил отремонтировать квартиру Маше, то виду не подала.

— Конечно, Егорушка, помогите девочке! Руками всегда полезно поработать. Когда они заняты, в голову глупости не лезут, а только правильные и полезные мысли!

— Вы это о чём? — мужчина попытался вычленить намёк.

— О жизни, Егор, о жизни! Ну, иди, не держу. Нет, постой! — Георгий повернулся и выжидательно замер.

— Не обижайте Машеньку!

— Надежда Львовна!

— Знаю, всё знаю, только глаза тебя выдают. Запала девочка. Не обижай, ей и так досталось. Не дави. Не спеши. Будь самим собой, и сто раз взвесь, прежде чем что-то Маше предложить.

— И в мыслях не было обижать! — почти оскорбился мужчина.

— Сделай ремонт, а потом выбери время и приезжай, когда Маша на работе будет. Поговорим.

— О чем-то конкретном?

— О твоём интересе поговорим. Расскажешь, наконец, откуда ты мою жиличку знаешь.

— Я??!!!

— Ты, Егор, ты. Всё, иди!

Вылетел, как ошпаренный.

Ну, Надежда Львовна! Все разведки мира отдыхают.

Как поняла? Когда поняла?

Но, главное, как ей рассказать, при каких обстоятельствах он встретил Марию и чем эта встреча завершилась?

Перебросив самые неотложные дела на заместителя, Георгий поехал осматривать масштабы работы. Руки чесались превратить квартиру Маши в конфетку, и мужчина взялся за дело рьяно, словно для себя делал.

Сам не ожидал, что настолько увлечется — подключил кое-кого из своих, завезли материал, и работа закипела.

Старые окна выбросили, поставили современные, пластиковые, стены очистили от остатков обоев, заново оштукатурили. Поменяли всю сантехнику и трубы отопления, перебрали проводку, на кухню установили новую плиту.

Конечно, все это Гоша один не осилил бы, тем более что ему хотелось сделать всё в кратчайшие сроки, поэтому, кроме узких специалистов, пришлось подключить и брата.

Юрка поначалу взбрыкнул, но Гоша объяснил, что это, скажем так, тест для них — смогут ли за неделю из обычной однокомнатной хрущобы сделать что-нибудь привлекательное. Мол, хорошая реклама фирме. Сфотографируют жильё до ремонта и после, глядишь, появятся новые клиенты.

— Мы же ремонтом не занимались? — удивился брат. — Новое направление?

— Почему бы нет, если есть спрос? Параллельное направление, сопутствующее основному, — пожал плечами Георгий. — Неужели, мы с тобой не осилим?

— Осилим, о чем вопрос?

Надо было рассказать младшему об истинной причине, да не смог. Язык не повернулся…

С Юркой работа пошла веселее, тем более что осталась только покраска по мелочам и наклейка обоев.

Юра удивился — почему обои, если есть более современные способы отделки стен? Но Гоша объяснил, что их задача привести квартиру в божеский вид, а не вылепить «комнату из дворца».

— Поспорил, что ли? — уточнил брат.

— Можно считать, что да, поспорил, — согласился Георгий.

— И кому же принадлежат эти, — Юрка обвел рукой вокруг себя, — хоромы? Ради кого мы третий день надрываемся? Если кто из подчиненных узнает, что начальство само старые обои сдирает, да стенки штукатурит — офигеют. И санитаров вызовут.

— Одной хорошей знакомой Надежды Львовны, — пояснил Гоша. — Она собирается эту квартиру продавать, нужно придать ей товарный вид. Женщина оплачивает материалы, а работаем мы бесплатно, так сказать, гуманитарная помощь.

— Ого! Красивая?

— Квартира? Сам не видишь, что ли?

— Хозяйка, — Юра снисходительно посмотрел на старшего брата. — Сдается мне, тут не всё так просто, как ты хочешь представить. Или я чего-то не знаю?

Как на грех, именно в этот момент Маше приспичило наведаться в свою собственность. Ну и посмотреть, как ремонт продвигается.

Георгий ничего не успел — ни предупредить братца, ни предотвратить встречу.

— Добрый день! — поздоровалась молодая женщина, войдя в квартиру. — Ого, как много вы уже успели сделать! Боже мой, Георгий!!! Пластиковые окна! Это же очень дорого!

Юра выразительно выгнул бровь.

— Списанные, — торопливо объяснил Георгий, сделав страшные глаза Юрию. — Сущие копейки.

— Правда? Спасибо! — Мария неожиданно светло улыбнулась, и Юрка замер, пораженный — это же…

Бросил взгляд на Гошу — тот нахмурился и еле заметно качнул головой — не смей!

Не смей — что? Узнавать? Признаваться, что узнал? Или — брат сигнализирует, что это не та женщина, просто, похожая?

Юрий снова посмотрел на хозяйку квартиры, которая как раз зашла в ванную и ахала там — у него не галлюцинации — именно это лицо он видел на видеозаписи с камер наблюдения!

— Неужели, это тоже всё списанное? — поинтересовалась Мария.

— Не все. Кое-что — некондиционка, кое-что из некомплекта, — торопливо ответил Георгий, продолжая сверлить взглядом Юрия.

— Как это понять — некондиционка?

— Это — нетоварный вид продукции. Например, небольшой скол, трещинка, непрокрас. За полную цену такой никто не купит, а купят, так скандал поднимут. Проще сразу обозначить все погрешности и продать с большой скидкой, — пояснил Юрка. — А некомплект, это когда из гарнитура один или несколько предметов испортились. Потерялись, сломались — не суть важно. Главное, что, к примеру, один стул вместо шести не каждый купит, всем же хочется иметь полный комплект, поэтому некомплект всегда идёт дешевле.

— Понятно. Но все равно, даже со скидками все эти вещи должны немало стоить, я же вижу, какое качество!

— Ерунда! — подхватил старший. — Мы закупаем все оптом у производителя, поэтому по себестоимости, да плюс скидка — выходит более чем бюджетно.

— Здорово! Так вы решили на моей однушке проверить, будет ли вид у жилья, если ремонт сделать из списанных и некондиционных материалов?

— Да, верно! — с облегчением ухватился за невольную подсказку Марии Георгий.

Черт знает что наплел, Маша могла его запросто подловить на несоответствии, чудом выкрутился!

Но, судя по круглым глазам Юрки, слушающего весь этот бред, брат на озвученную версию не купился. Гошу ждет допрос с пристрастием.

— Я поняла! Это тест для вас — на находчивость, умение выйти из сложной ситуации и создать из… какашки конфетку! Когда я на работу устраивалась, мне тоже пришлось через нечто подобное пройти — мне поручили разработать концепцию продажи снега эскимосам.

— ??!

— И вы справились?

— Видимо, да, раз на работу меня, всё-таки, взяли.

— А… не знаю, как вас называть, — не выдержал Юрий и, игнорируя свирепые гримасы Гоши, заступил женщине дорогу. — Нас забыли представить! Я — Юрий и, по совместительству, младший брат Георгия.

— Мария.

— Мария, можно полюбопытствовать — на какую должность такой строгий экзамен?

— Я — менеджер в Квадро. Это компания по…

— Вы работаете в Квадро? — глаза у Юрки снова приняли округлую форму. — Как давно, смею спросить?

— С января этого года, — пояснила Маша.

— А раньше?

— А раньше я три года работала женой одного… мужчины. А до этого была менеджером в Инстрэл.

— Ого!

— Всё, допрос окончен? Я могу пройти в кухню, хочу и там посмотреть?

— Да, конечно, — отступил в сторону Юрий. — Простите за мое неуместное любопытство.

Женщина скрылась за поворотом коридора, и Гоша отвесил младшему подзатыльник.

— С ума сошел?! — зашипел Юра. — Что делаешь, я же и в обратку могу дать?

— Я тебе и так, и этак сигнализирую, чтоб помолчал, а ты, будто слепой!

— Гош, ты не видишь — это же она! — прошептал младший. — Та самая! В жизни еще красивее, чем на видео! Где ты её нашёл?

— Я вижу. Подожди, уйдет, всё расскажу.

— Мальчики, вы просто чудо! — Маша улыбалась. — Жаль, что продаю, в такой красоте я и сама с радостью пожила бы! Георгий, сколько я должна за материалы?

— Всё потом, по завершении работ, — отговорился Гоша.

— Вы уверены?

— Конечно.

— Хорошо, тогда я пойду, заскочила после работы, не утерпела. Если что-то надо будет, вы знаете, где меня найти!

Женщина ушла, и Юра ухватил старшего за руку, развернул к себе лицом:

— Рассказывай!

Пришлось рассказать, где и когда он встретил Марию. Как узнал. И почему ввязался в авантюру с квартирой.

— В разводе, значит, — задумчиво пробормотал Юрий. — Красивая! Жаль, что ты её первый нашел. Я же правильно понимаю, ты её уже для себя застолбил, мне можно перья не пушить?

— Ничего я не застолбил! — возмутился старший. — Просто, Надежда Львовна попросила помочь, сам знаешь, ей не отказывают.

— Ага, ну, я так и понял, что Надежда Львовна, — кивнул Юра. — Идею с уцененкой тоже она подкинула? Ладно, брат, я без претензий! Пошли обои клеить, время идет!

А на следующий день нагрянул бывший Машин муж.

Георгий с неудовольствием рассматривал мужчину — холеный, гладкий, смазливый.

И что она в нем нашла?

Что-то нашла, раз замуж вышла, жила с ним какое-то время…

Прикинувшись простым работягой, Гоша ловко выставил Дмитрия восвояси, сделав себе пометку — непременно узнать о нем побольше.

Квартиру вылизали, отшаманили так — сам залюбовался.

Мария не знала, как и благодарить, особенно, когда Гошин знакомый риелтор, оценив состояние жилья, продал его в рекордно короткий срок и за сумму, почти в полтора раза большую, чем Мария рассчитывала.

И ему стоило большого труда отказаться от денег.

Нет, чтобы совсем уж подозрений не вызывать, он взял десять тысяч, отговорившись, что именно столько он потратил на краску, обои, плиту и окна.

— Списанное все, я же вам объяснял!

— Егор у нас врать не умеет, — поддержала его учительница. — Раз сказал, что в десятку уложился, значит, так и есть. Ладно, вы чаёвничайте, а я, что-то, устала сильно. Пойду, прилягу. Маша, поухаживаешь за Егором?

И он пил чай, чашку за чашкой, болтая обо всём подряд, и, одновременно, ни о чём конкретном. Уходить не хотелось.

Еще днем, когда Мария заключала сделку по продаже квартиры, она договорилась с риэлтором, что тот поможет ей подобрать другое жильё.

— Если можно, я хотела бы в этом районе, — ткнула она пальцем в карту города. — Совсем идеально — в том же доме, где я снимаю квартиру.

— Это же хрущевка! — попробовал отговорить риэлтор. — За ту сумму, что вы выручили с продажи, мы сможем подобрать отличную квартиру в новостройке!

— Мне нужно жильё в этом районе, — твердо повторила Мария. — Пусть, однокомнатная, любой этаж.

— Хорошо, — обескуражено согласился риэлтор.

Когда Корнев позвонил ему, чтобы узнать, как сделка, тот поделился.

— Представляешь? Говорит — этот район, а еще лучше — в пятиэтажке, где наша Надежда Львовна живет! Добровольно лезть в эту коробку!

— Стас, делай, что она просит. Или нет, завтра я приеду к тебе, и мы обсудим один вариант, только Афанасьева ничего не должна знать!

— Я бы тоже мог помочь с покупкой новой квартиры, — высказал он Маше пожелание-вопрос, уже стоя в дверях.

— Нет, нет, спасибо! Я и так вас изрядно напрягла, — женщина улыбнулась и вдруг резко побледнела, покачнулась и обязательно упала бы, не подхвати он её под руку.

— Что с вами? — перепугался мужчина. — Присядьте. Воды?

Маша опустилась прямо на столик в прихожей, и вяло махнула рукой.

— Ничего не надо, сейчас пройдет.

— Надо к врачу! Я сейчас вызову скорую, вы же совсем белая.

— Не надо! У меня нет ничего серьезного, нормальное состояние.

— Где нормальное? — Георгий, запутавшись в кармане рукой, пытался вытащить телефон. — Алло! Скорая?

— Не надо, я не больна! — повысила голос женщина. — Я беременна, в моём состоянии обмороки случаются, и лечения не требуют.

Трубка выпала из руки, стукнулась о ботинок Георгия и, продолжая транслировать вопросы диспетчера Скорой, отлетела к стене.

— Беременная? — враз онемевшими губами переспросил Георгий. — Тем более, надо вызвать врача!

— Да, нет же, — устало возразила женщина, — такое бывает, ничего не нужно!

— Я, конечно, не специалист, но беременность — нормальное физиологическое состояние, оно не должно давать такие побочные эффекты, — мужчина подобрал телефон, набрал новый номер и вздрогнул, когда Маша поднялась и подошла к нему, положив руку на предплечье.

— Не звоните, не беспокойте людей зря! Видите, уже всё прошло!

— Надежда Львовна…

— Насчет моего положения — в курсе, но мы тоже не будем её сейчас тревожить, — мягко попросила Мария. — Организм и малыш привыкают друг к другу, скоро всё наладится.

— Э… А… Хорошо, вам виднее, — из Георгия, будто, выпустили воздух, он не то, чтобы съежился, нет, внешне мужчина выглядел так же внушительно и презентабельно. Но вот его уверенность, настрой — явно претерпели изменения.

«Как же все мужчины пугаются, услышав о беременности!» — хмыкнула про себя Маша. — «Даже, если не имеют к ней и женщине никакого отношения».

— Давайте я помогу вам дойти до комнаты? — предложил Георгий.

— Я беременная, а не инвалид. Но спасибо! — Маша улыбнулась, щеки женщины слегка порозовели, и она уже не была похожа на снегурочку. — Георгий, могу я вас попросить ни с кем не делиться о моем положении?

-= Да я, собственно, и не собирался, — несколько опешил мужчина. — Это тайна, да?

— Считайте моей блажью. Я несколько лет мечтала о малыше, лечилась, обследовалась, поэтому теперь, когда моя мечта так близко, мне крайне важно ее сохранить. Никакой огласки, никакого шума, понимаете? Я и вам не сказала бы, да вы, и слышать ничего не хотели, принялись в Скорую звонить.

— Я понимаю.

— Надежда Львовна, как я уже говорила, в курсе. Мои родители — тоже. А больше никто не должен знать.

— Но…

— По крайней мере, пока визуально ничего не видно. Я могу на вас положиться?

— Безусловно! А… отцу ребенка вы тоже ничего не скажете?

— Ему — в первую очередь, — Мария шагнула к стенке, оглянулась на проем в комнату. — Простите, что задержала вас, и еще раз — спасибо за помощь!

Георгий вышел на лестничную клетку, прислонился к перилам.

Мария беременна!

Неожиданно.

Когда нравится женщина, когда в голове начинают строиться какие-никакие планы, как-то не думаешь о том, что может подстерегать подобный сюрприз.

Он не спросил про срок, вот же, идиот!

Хотя, какое ему до этого дела? Женщина могла не отвечать, ведь он не имеет отношения к ребенку.

Или — имеет?

Та ночь… мог ли Юрка переспать, и забыть? Исключать такую возможность нельзя.

Тем более, муж Маши бросил её, ушёл к другой, потому что жена не смогла родить ему ребенка, а другая — смогла. Надежда Львовна что-то говорила про семь лет в неволе. Их брак длился столько лет, и она не смогла забеременеть? Всего одна ночь с его братом, и вот, пожалуйста — беременные обмороки?!

О, господи!

Судя по настрою, Маша знает, кто отец, и ставить его в известность не собирается. Но тогда, это может быть только ее бывший, ведь она видела Юрия, но никак не отреагировала, не показала, что узнала. Ни одна актриса не может так играть, тем более что всё случилось внезапно, женщина не успела бы подготовиться, надеть невозмутимую маску. Тогда, в квартире, она была естественна и убедительна.

Нет, Юрку Маша не помнит, но значит ли это, что он не может быть отцом её ребенка? Если вспомнить, в каком они были состоянии — всё может быть.

Мужчина медленно двинулся вниз по ступенькам.

Он обещал никому не рассказывать, значит, будет молчать. Но что ему самому теперь делать?

Маша ему нравится. Понравилась сразу, как только он увидел её на заснеженной дороге, ещё больше — когда смотрел на нее в записи камер наблюдения. И окончательно добила его встреча у учительницы. Встреча и последующее общение. Поначалу — одностороннее, а после смены замка — уже более плотное и взаимное.

Чёрт побери! Да он уже пару месяцев ни о ком другом не думает, про Ларису забыл, заехал один раз, чаю попил — и всё. Не тянет ни к кому!

Наваждение? Влюбился? На четвертом десятке, ага.

А теперь выясняется — у Маши будет ребёнок. Предположительно, его племянник.

Юрка, если узнает, ни в жизнь не откажется, их родители не так воспитали, чтобы детьми разбрасываться. А что делать ему, если и он от Маши отказываться не собирается?

Но, главное, согласится ли Маша на присутствие в своей жизни Егора и Юры? Как ей рассказать про Юрку? Про то, что это именно он, Егор, подобрал её в новогоднюю ночь? Как объяснить, почему до сих пор молчал?

Черт, что тут объяснять? Не знал, как Мария отреагирует, не хотел испугать. И незаметно для себя привязался, поэтому теперь боится, что новость оттолкнет женщину. А он хочет быть рядом. Помочь купить новое жилье и отремонтировать его, пить чай на крохотной кухоньке Надежды Львовны и выбирать замки и другие предметы быта. А еще — смотреть на нежный изгиб её скулы, непослушную прядку, всё время выбивающуюся из прически и трогательно-розовое ушко, к которому так и тянет прикоснуться губами…

Подъездная дверь хлопнула, впуская морозный воздух и какого-то мужчину, видно, жильца дома.

Георгий заспешил на улицу, не заметив, что вошедший исподтишка его сфотографировал.

«Марток — наденешь трое порток» — народная мудрость и тут права — несмотря на начало весеннего месяца, подмораживало, как в декабре. Вдобавок, поднялся ветер, пробирающий сквозь одежду, ледяными щупальцами проходивший по телу, заставляя ёжиться и активнее шевелить ногами.

Корнев сел в машину, включил печку и снова задумался.

У Маши будет ребенок. Судя по фигуре женщины, срок маленький, но он, если честно, небольшой специалист всего, что касается деторождения, не считая процесса зачатия. Надо почитать в Сети, наверняка там полно информации. Когда беременность становится заметна?

Конечно, ребенок — это серьезное дополнение, он должен отдавать себе отчет, что это не щенок, не котенок — это человек. Которому нужна защита, поддержка и любовь папы и мамы. Судя по настрою Марии, она собирается растить малыша одна.

Почему? Не может простить предательство бывшего? Не помнит, как и Юрий, переспали ли они в новогоднюю ночь? Но она знает адрес, где переночевала, при желании, ей ничего не стоит туда вернуться и выяснить, хотя бы, имя. В конце концов, отец имеет не только права, но и обязанности.

Или — Маша сама не знает, кто отец малыша?

От мыслей пухла голова.

Он не собирался так быстро становиться отцом, но если так случилось…

Черт побери, о чём он думает?

Главное, не его желание, главное, чтобы Мария позволила ему быть рядом! Ну и ещё важно разобраться, кто автор её беременности. Если с бывшим всё понятно — развелся, вали в новую жизнь, не путайся под ногами. То с Юркой так не получится.

Дверь подъезда снова хлопнула, Георгий рассеянно проводил взглядом того же мужчину, с которым столкнулся на лестнице и отмер — что он сидит? Надо ехать домой, выпить чего-нибудь покрепче, и попробовать разобраться в сложившейся ситуации.