Родословная. Том 8

Глава 24

— Да, мне пришлось пойти на многие жертвы, заглянуть туда, куда не смел даже Никлаус. Впрочем, его наработки мне здорово помогли в решении проблемы с магией, — не стал ничего скрывать Маркус.

Уже и так было понятно, что он не собирается отпускать меня. Поэтому я и выводил его на разговор, чтобы узнать больше о том, что же наделал мой братец за всё это время.

— И неужели у тебя так просто вышло привить себе магию, несмотря даже на эти жуткие изменения? — улыбаясь, произнёс я, одновременно с этим цепко отслеживая всё вокруг.

Мало ли что Маркус приготовил для меня, чтобы неожиданно ударить прямо во время своей речи. Всё-таки от него можно было ждать чего угодно.

— Разумеется, я не тестировал всё исключительно на себе. Но после того как мы разобрались с Никлаусом, остальные наши братья и сёстры предпочли разойтись и почувствовать, что такое свобода. Даже Эйгор не подумал о том, чтобы сохранить записи нашего отца. Так что я был проворнее и сказал всем, что я уничтожил его лабораторию, хотя всё забрал себе. Представляешь, Демиан, никто даже не подумал, что я мог забрать записи нашего отца.

— Естественно, никто не подумал. Я представляю, насколько вы все радовались тому, что получили свободу от гнёта нашего отца. Всё-таки он, несмотря на нашу относительную свободу, держал нас на коротком поводке. Поэтому все в итоге и взбунтовались. Это было бы неизбежно. Единственное, чего он не рассчитывал — что мы всё-таки объединимся.

— Да, это был самый большой просчёт нашего отца. Но его разработки помогли мне значительно продвинуться в собственных идеях. А уж когда ко мне пришли другие мои братья и сёстры… — развёл он руками.

— Маркус, — холодно произнёс я, невольно почувствовав, как кровь закипает в жилах. — Только не говори мне, что ты…

— Да-да, — прервал меня мой брат. — Ты верно подумал, Демиан. Я никогда не считал нас родственниками. Да и разве мы могли считаться родственниками, если изначально были подобраны Никлаусом по всему миру? Только его изменение нашей природы позволило считать нас одной семьёй. Но и то, мы, по сути, были лишь его подопытными. Экспериментами, которые решили, что достойны большего. Так что я не видел ничего такого в том, чтобы использовать наших братьев и сестёр для тестов. Они мне здорово помогли в том, чтобы отработать всё не на себе и в конечном итоге пережить мутацию, которая даровала мне магию.

— Так вот почему о других наших братьях и сёстрах ничего не слышно…

— Ну, не делай из меня прямо монстра, — улыбнулся Маркус. — Большинство наших братьев и сестёр, действительно, просто разошлись по миру и живут свою обыкновенную жизнь, совершенно забыв о том, что они, по сути, превосходят людей и уже давно не являются ими. Нет, они предпочитают скрываться среди обычных смертных и жить скучную жизнь. Но парочка из них пришли ко мне и в итоге стали объектами моих дальнейших исследований. Некоторые даже добровольно пошли на это, просто не понимая, что их ждет.

— Кажется, ты уже повторяешься, Маркус, — спокойно произнёс я, уже готовясь к первому удару.

Всё-таки не просто так по руке моего брата начали проскакивать магические искры. Подобное я уже видел в исполнении Стражей, когда вместе с ними зачищал Разломы. Так что я примерно представлял, что может последовать за этим, казалось бы, безобидным явлением.

— Извини, Демиан, просто не всегда удаётся поговорить с тем, кто в курсе моей истории. Всё-таки я являюсь лидером в нише разработок, направленных на прививание существам других видовых возможностей. На данный момент я даже лучше Никлауса в понимании всех этих процессов. Что, отец бы точно гордился мной. Но, как ты сам понимаешь, уйти отсюда я тебе уже не дам. Да и этот разговор был, скорее, просто ностальгией о прошлом.

— Да, ты всегда был болтливым, — покачал я головой, уже создавая за спиной несколько клинков из крови, чтобы иметь возможность тут же использовать их.

— Просто понимаешь, Демиан, — на удивление дружелюбно улыбнулся Маркус, — я всегда хотел убить тебя, — холодно произнёс он после этого. — И ты сейчас подарил мне большую радость тем, что оказался жив. Нанести тогда тебе удар не напрямую, лишь бы избавиться от тебя, было мне всё-таки недостаточно. Я хотел показать всем, что первый клинок Никлауса не так силён, как все думали. Что тебя не стоит бояться. Что я могу стать сильнее и опаснее. Что я превзойду тебя.

— Ну ты давай ещё рассмейся злодейским смехом, — не выдержав, ухмыльнулся я. — Как будто бы я всю жизнь мечтал стать карателем нашего отца и постоянно путешествовать по миру, уничтожая любого, на кого он укажет. Я бы с радостью отдал эту честь тебе, если бы ты мог нести эту ношу. Но Никлаус решил иначе.

— Вот именно. Он просто не видел моего потенциала! Но я за эти века смог достичь небывалых высот в развитии магии и изменения природы существ. Теперь меня ничто не остановит. Даже ты, Демиан. Пора бы тебе окончательно умереть и исправить это недоразумение. Теперь я понимаю, что зря не перепроверил твоё тело, понадеявшись, что те разрушения, которые причинил тебе Никлаус, будут достаточны для твоей окончательной смерти.

— У всех бывают просчёты, Маркус, — развёл я руками и одновременно рванул вперёд и в сторону.

Этого оказалось достаточно, чтобы разминуться с молнией, которая соскочила с его руки. Я буквально на мгновение опередил моего дорогого братца и оказался скрыт за одной из колб, в которой плавало четырёхрукое существо.

Откровения Маркуса мне были, в целом, понятны. Он всегда желал того, чтобы его признали. Поэтому даже в прошлом был весьма болтливым и хвастливым. Единственное, что меня никогда особо не интересовали его собственные задумки и то, как он к этому пришёл.

Всё-таки в прошлом мне, главное, было добиться, чтобы рядом со мной был нормальный меч и подходящий конь. Иначе дорога занимала бы слишком много времени. Все эти магические изыскания, расчёты — этим вот, пусть Эйгор и Маркус занимаются. Это всегда была их стезя. Меня же волновали более приземлённые вещи.

Но, похоже, наш братец оказался более амбициозным, чем думали все остальные. Да и теперь, если смотреть на всё, что происходило, то в том, что остальные наши братья и сёстры согласились на предательство по отношению к отцу, возможно, была и заслуга Маркуса. Всё-таки, пока Никлаус был жив, он не мог бы так свободно проводить свои зловещие эксперименты. Никлаус этого просто не позволил бы, ведь он всегда хорошо читал Маркуса и выявлял все его задумки задолго до того, как тот успевал воплотить их в жизнь.

По-моему, отца это даже в некоторой степени забавляло, что мы проявляем в какой-то степени своеволие. Но игра с нами довела его до печального финала.

Сейчас же мне предстояло сразиться с Маркусом. И я прекрасно понимал, что в итоге отсюда уйдёт только один из нас. Тем более что я не мог его отпустить после того признания о том, что он погубил кого-то из наших братьев и сестёр.

Пусть и правда, что мы изначально и не были семьёй, но я испытывал довольно тёплые чувства ко всем Первородным, которых создал Никлаус. Как-никак, мы прошли через одно совместное травмирующее событие. Мы перестали быть людьми и стали другими существами. А потом долгое время действовали совместно, отрабатывая навыки и принимая собственную природу. После такого нельзя не сблизиться.

Но, похоже, у Маркуса было своё мнение на этот счёт.

Стеклянная колба, за которой я спрятался, разлетелась на куски, когда в неё попал разряд молнии. Я, конечно, ожидал от своего братца более изящного решения, но, видимо, именно молнии пришлись ему по вкусу. Впрочем, особо ситуацию это всё равно не меняло. Всё равно сражаться против мага — не самое приятное, что может быть.

Впрочем, в моих руках уже было несколько созданных из крови лезвий, которые я метнул в разные стороны. Благодаря телекинезу, они оказались разбросаны на разных участках этого громадного помещения для того, чтобы пригодиться мне в дальнейшем.

— Маркус, это ты, конечно, ярко меня приветствуешь, но, может, поубавишь немного спецэффектов? — выкрикнул я, прикидывая, куда мне двинуться дальше.

— Демиан, неужели ты боишься выйти и сразиться со мной⁈ — насмешливо произнёс Маркус, продолжая атаковать молниями.

Проблема была ещё в том, что мы оба обладали развитыми чувствами, и поэтому прекрасно ощущали друг друга. Если раньше с противниками я мог обмануть их, благодаря тому, что перемещался намного быстрее обычного человека, и благодаря этому мог скрыться из их поля зрения, то Маркус прекрасно меня отслеживал.

Правда, сомневаюсь я, что у него имеется богатый опыт боёв, ведь он всегда был больше исследователем, как и Эйгор, чем воином. Но всё-таки это не отменяет того, что молния — довольно быстрая штука.

Кажется, я теперь догадываюсь, почему он выбрал именно молнию. Похоже, кто-то боялся того, что до него доберутся другие Первородные.

Впрочем, если его слова правда и он в ходе своих экспериментов навредил кому-то из наших братьев и сестёр, я не удивляюсь, что Маркус боялся мести. Пусть и не все из нас были дружны друг с другом, но всё-таки между Первородными образовывались довольно крепкие союзы. И кто-то из братьев и сестёр вполне мог отомстить за своих, даже несмотря на то, что Маркус тоже вроде как один из нас.

Больше скрываться за колбой уже не имело большого смысла. Но до того как я успел переместиться дальше, я почувствовал рядом с собой шевеление. Если в большинстве колб образцы экспериментов Маркуса, пусть и подавали небольшие признаки жизни, но будто бы были в спячке, то буквально в паре метров от меня я ощущал, что часть из них проснулась и начала активно двигаться.

Рискованный, конечно, шаг, но, а почему бы нет?

Импульс телекинеза с силой ударил по колбам широким фронтом, разрушая сразу множество из них. В такой какофонии звуков даже я бы растерялся, а что уж говорить о Маркусе. Поэтому, воспользовавшись общей суматохой, я двинулся дальше, на ходу создавая лезвия из крови. Благо, запаса этой крови у меня было более чем достаточно, чтобы вести даже затяжной бой. Всё-таки не просто так я продвигался к этому месту и готовился к встрече с моим братцем.

Из тех колб, которые я разрушил, начали вываливаться различные монструозные существа, над которыми поиздевался мой брат. И если в колбах их не было слышно, то, оказавшись снаружи, они тут же стали оглашать своими криками помещение, что ещё больше ударяло по органам чувств.

Если уж Маркус хотел меня обнаружить в этой всей какофонии, то теперь ему придётся несладко. Чего, собственно, я и добивался.

Собственно, как я того и опасался, одна из тварюшек даже попробовала напасть на меня, но я располосовал её созданным из крови мечом, тут же притягивая всю кровь убитого к себе.

Раз уж мы начинаем веселиться, то пора действовать более масштабно. Эта кровь тут же взметнулась передо мной на манер щита. Всё же создавать полноценный щит я посчитал излишним, потому что разряд молнии может переметнуться ко мне. А вот создать сразу несколько небольших щитков, пусть и из крови, вполне может помочь мне продвинуться гораздо ближе к Маркусу.

Поэтому, используя всю доступную мне скорость, я рванул навстречу своему родственнику.

Как я и думал, Маркус растерялся. Монстры ведь нападали не только на меня, а в принципе на всё, что их окружало. Всё, что было вокруг них, причиняло им боль. А Маркус ещё и сверкал молниями, привлекая к себе как можно больше внимания, пусть и делал это невольно. Поэтому не было ничего удивительного, что теперь ему пришлось переключиться, в том числе и на них. И тем самым братец потерял меня из виду.

Я оказался буквально в метре от него, когда попытался нанести удар. Но Маркус на удивление оказался более резвым, чем я рассчитывал. Его удар молнии пришёлся в мой меч и заодно разрушил все созданные мной щитки. Клинок я тут же увёл вниз и воткнул в землю, уперевшись в него так, чтобы разряд шёл по лезвию в пол.

— Ну что, Демиан, не ожидал от меня такого? — расхохотался Маркус, уже, похоже, предвкушая свою победу.

Нет, конечно, можно было бы попытаться что-то погеройствовать, придумать более эпичное сражение, но мне и так не доставляло особого удовольствия убивать того, кого я считал своим братом, пусть и не по рождению. Всё-таки нас многое связывало. И как бы сам Маркус ни относился ко мне, даже несмотря на его предательство, я всё-таки не собирался затягивать наш бой.

Да, молнии били в лезвие меча и порой перекидывались на мои руки, но броня, которую я купил с помощью Елены, прекрасно справлялась с тем, чтобы поглощать магию, которую использовали против меня. Так ещё и монстры продолжали нападать на нас двоих, и Маркус невольно был вынужден отвлекаться на них, посылая в этих существ разряды молний.

Этого было достаточно, чтобы завершить мою задумку.

— Неужели ты думал, что будет всё так легко? — улыбаясь, произнёс я, смотря на Маркуса.

— Демиан, ты никогда не умел вовремя останавливаться! Как был самым самовлюблённым ублюдком, таким и остался! Поэтому отец и ценил тебя! Наглости тебе никогда было не занимать! — яростно закричал Маркус.

Он уже предчувствовал победу и ощущал, что я своими словами, видимо, нарушаю тот сценарий, который он сам выстроил у себя в голове.

— Да, кто-то слишком много думает, Маркус.

Благодаря тому, что я сказал, он полностью сосредоточился на мне. И в этот же момент в его спину воткнулся нож, который я ускорил с помощью телекинеза.

— Ну как, приятно, когда нож втыкают в спину? — ухмыльнулся я и отпрыгнул в сторону.

Маркус не успел мне ничего ответить, так как его заодно снёс один из его экспериментов. Я же сосредоточился на том, чтобы убить сразу парочку из этих существ раскиданными мной до этого ножами, потому что они всё-таки не ведали, кто является их истинным врагом. Поэтому пришлось прекратить их и так мучительную жизнь.

Маркус же в это время пытался вылезти из-под туши, которая сдохла на нём от нескольких разрядов молний.

Да уж, вот тебе и магия. Казалось бы, Маркус наконец-то добился того, о чём мечтал всю свою жизнь. И вот, убив монстра, с которым бы он раньше не справился, он был просто погребён под его тушей и пытался выбраться.

Что ни говори, а всё-таки не все так хороши в телекинезе, чтобы сдвинуть существо такого крупного веса.

— Демиан, ты не посмеешь! — яростно завозился на полу Маркус, видя, как я подхожу к нему.

— Извини уж, братец, но ты сам подписал себе приговор, когда пошёл против меня. Не надо было тебе меня предавать, тогда, возможно, всё было бы иначе.

Мне не доставляло удовольствия то, что я собирался сделать, и поэтому достаточно было лишь одного взмаха меча. Голова моего брата отделилась от тела, и тут же всё его тело я пронзил шипами из крови. Допускать осечки я не собирался и поэтому не оставлял от тела ничего крупного, чтобы у него не было возможности восстановиться, как это произошло в моём случае.

А вот дальше пришлось отбиваться от множества монстров, которых создавал мой братец. И нельзя сказать, что этот бой был таким уж лёгким. Наверное, я тут провёл больше часа, пока всё наконец-то не угомонилось.

Крови было пролито достаточно, чтобы я смог восстановить свои силы. Да и кровь брата я впитал, что окончательно исправило все малейшие огрехи в моём организме.

Да, кровь Первородного, оказывается, является лучшим средством для восстановления. Кто бы мог подумать.

В этот момент я не испытывал особой радости. Я просто понимал, что это было необходимо сделать. Главное, что я убедился в том, что Маркус точно никаким образом не воскреснет.

Ну а дальше оставалась не менее приятная процедура. Маркус натворил слишком много дел, чтобы оставлять это без огласки. Но он был так любезен, что создал свою лабораторию так близко к центральному офису Гильдии Стражей.

Так что я направился именно туда.

Я остановил мотоцикл на подъездной дорожке и с радостью снял шлем. Казалось, я здесь был уже несколько месяцев назад, а ведь на самом деле прошло всего ничего с того момента, как я решил прокатиться по дорогам этого государства.

Да, не самое лёгкое моё приключение, но зато я познакомился с тем Эйгором, который создал Гильдию Стражей. Всё-таки именно этот братец изменился сильнее всего. Раньше-то он, можно сказать, был просто научным сотрудником при нашем отце, а теперь стал прямо полноценным управленцем, который работал во главе крупнейшей мировой организации.

Для него оказалось шоком то, что я уничтожил Маркуса и порушил часть его разработок. Он всё это время безуспешно искал его, чтобы предать брата суду, надеясь на то, что всё пойдёт по закону. Увы, но нет — пришёл я и всё сделал по-своему.

Да и Эйгор тоже хорош. За столько времени не обнаружить Маркуса, который находился буквально в шаге от него — это тоже надо постараться. Впрочем, пусть уже дальше разбираются без меня. Я передал ему все сведения, всё, что успел нарыть по деятельности нашего брата и с кем он был связан. Так что пусть дальше уже Гильдия Стражей работает и изучает всё, что натворил он.

Как-никак, Эйгор как раз создавал её для того, чтобы защитить мир от тех последствий, что наделал наш родственник. Да и была в этом какая-то своя справедливость. Всё-таки именно один из Первородных устроил то, что мир окончательно изменился, а другой Первородный пытался наладить равновесие в том, что происходило. Вполне возможно, именно Эйгор сможет стать тем, кто решит проблему Разломов.

А я понял, что мне это совсем неинтересно.

Сейчас только занимался рассвет, так что в моём поместье было достаточно тихо. Но я несколько удивился тому, что стоило только открыть дверь, как с лестницы спрыгнул Салем.

— Ну что, ты это сделал? — тихо спросил он.

— Сам понимаешь, — тяжело вздохнул я. Объясняться с ним мне не требовалось — мы и так прекрасно знали друг друга.

— Но если тебе надо будет выговориться, ты знаешь, где меня найти, — улыбнулся кот и, помахивая хвостом, устремился на кухню.

Да, такая его непосредственность даже в моём текущем состоянии вызвала у меня улыбку.

Стоило мне пройти на кухню вслед за котом, как я увидел там Бьянку, которая была погружена в чтение книги и медленно попивала кофе. Рядом уже находилось несколько пустых тарелок, на которых раньше, видимо, были расположены бутерброды, которые она съела подчистую.

— А я смотрю, ничего не меняется, — поприветствовал я её.

Девушка лишь вяло отмахнулась от меня, слишком увлечённая чтением.

Да уж, действительно, ничего не меняется.

А вот стоило только мне загреметь посудой и начать готовить какой-нибудь завтрак себе, как с верхних этажей спустилась слегка заспанная Елена.

— Демиан, ты вернулся? — недоверчиво посмотрела девушка на меня, еще окончательно не проснувшись.

— Да. И теперь я собираюсь здесь остаться надолго. Хватит. Наприключался, — радостно улыбнулся я своей помощнице.

Да, действительно, хватит приключений.

Прошло пять веков с момента того, как я добился для всех моих родственников свободы. Моя родословная чудом выжила и протянула до этого времени, позволив мне возродиться. Так что пора заняться обычными делами, которые присущи аристократам.

А там посмотрим, что жизнь покажет. Может, ещё попутешествую по миру ведь неизвестно, сколько ещё моих братьев и сестёр выжили и чем они занимаются. Вдруг кто-то наподобие Маркуса отчебучил то, с чем потом придётся разбираться мне.

Всё-таки именно я являюсь их старшим братом, а кому, как не мне, разбираться с последствиями того, что натворили младшие.

Верно?