Родословная. Том 8

Глава 9

Новая рабочая неделя началась с того, что нам наконец-то доставили заказанные доспехи. Всё же не зря мы ездили в столицу и занимались их поисками. Тем более что в обратную сторону уже отправлялись наши товары — поставка для новых партнёров, с которыми я познакомился, в том числе благодаря Крису.

Да уж, кто бы мог подумать, что родственные связи помогают и в таком ключе. Пусть мы и весьма условные родственники, но всё же первородные.

Ладно… в любом случае, благодаря Крису я получил выход на довольно большое количество людей, которые в ином случае, возможно, мне отказали бы. И тогда пришлось бы прибегать к внушению, чего, разумеется, лучше было избежать. А здесь всё строилось на том, что они, помимо всего прочего, хотели угодить самому Крису, обладавшему определённым влиянием и репутацией среди нынешней аристократии. С учётом того, что у него было на это пять веков, неудивительно, что мой брат успел обрасти таким количеством связей.

Что касается самих доспехов, то, разумеется, нельзя было их использовать вот так, с ходу. Да, это была артефактная броня, как и предыдущая, которой пользовались бойцы моего рода, но конфигурация у неё была несколько иной. Не такой, к какой привыкли мои люди.

Стоило броне появиться в нашем распоряжении, как начались усиленные тренировки. Но, по словам Анны и Агаты, доспехи вполне соответствовали всем нашим задачам. Да и все птенцы теперь могли действовать на максимальной скорости, не опасаясь, что броня будет их сдерживать. Всё-таки новые модели были значительно дороже и гораздо более продуманными — как в плане эргономики, так и во внешнем виде.

А значит, теперь мы могли рассчитывать на повышенную выживаемость наших отрядов, что, разумеется, не могло меня не радовать.

Так или иначе, ближайшую неделю мы точно не будем выходить в Разломы — нужно отработать взаимодействие и как следует привыкнуть к новым моделям доспехов.

Разумеется, всё это не касалось лично меня. Доспехи, предназначенные именно для меня, я забрал ещё в столице и начал привыкать к ним с первого же дня. В моём случае броня имела целый ряд дополнительных модификаций — требовалось, чтобы она выдерживала не только мою скорость, но и силу удара. Прежние экземпляры часто не справлялись с нагрузкой.

Учитывая мой боевой стиль, это было недопустимо. Я часто шёл впереди отряда, принимая первый удар, или бросался в самую гущу врагов, отвлекая внимание монстров. Потому броня должна была быть не просто защитной — она должна была быть продолжением моего тела. Иначе я бы рисковал не только собой, но и каждым, кто шёл за мной в бой.

Старые модели я нередко изнашивал за пару рейдов — настолько сильно приходилось нагружать конструкцию. Поэтому, когда новые доспехи прибыли, я не стал ждать: в отличие от остальных бойцов, которые только начинали тренировки с непривычной экипировкой, я уже отрабатывал удары, уклоны и резкие манёвры, ощущая, как материал реагирует на каждое моё движение. Привыкание к новой броне было делом не только практики, но и выживания.

Пока остальные слаживали взаимодействие, я решил переключиться на другую задачу — закрытие тех Разломов, которые недавно перешли под наш контроль. Нельзя сказать, что это было чем-то новым для меня, но за последнее время наша деятельность в этом направлении продвинулась настолько далеко, что некоторые локации оставались без должного внимания.

Я сознательно отказался от идеи углубляться в наш основной Разлом — тот, где мы уже достигли третьего уровня. Не потому, что там было слишком опасно. Просто там требовались специалисты, способные взламывать магическую защиту и обходить ловушки — а мои методы были слишком прямолинейными. Я скорее проломлю путь через стены, чем стану тратить часы на распутывание защитных плетений.

Такой подход был бы губителен. Я рисковал уничтожить то, что нужно сохранить: редкие артефакты, книги, конструкции, которые могли принести пользу или доход. Да и зачем мне в одиночку ломиться в укреплённые особняки аристократов, если я могу зачистить несколько Разломов и тем более восполнить кровь, так необходимую для моего полноценного восстановления?

Проверив как проходят тренировки под началом Анны и Агаты, я получил удовлетворяющие меня отчёты. Всё шло по плану. Остальные бойцы были заняты. А значит, можно было ненадолго исчезнуть, никого не тревожа.

Я спустился в гараж. Там, как всегда, царил лёгкий запах масла, металла и, в целом, рабочей суеты. Тишина. Никто не задерживал меня, не задал ни одного вопроса.

Я провёл ладонью по сиденью своего мотоцикла, проверяя, как он тут без меня. Эта машина была как верный зверь, привыкший к моим рукам и не терпящий чужого прикосновения.

Сел, завёл двигатель. Тихий рёв, едва уловимое вибрационное гудение — и я тронулся, выехав за пределы особняка.

Наконец-то можно было вырваться из административной рутины и снова оказаться там, где всё ясно: ты или выживешь, или нет. И всё зависит только от того, насколько острый у тебя инстинкт и твёрдая рука.

С новым Разломом мне определённо повезло. Я, конечно, знал, что уровень его опасности будет высоким и что там обитают живые монстры, но то, что это окажутся краснокожие орки, наподобие тех, с которыми я уже сталкивался, — стало приятным сюрпризом.

Всё-таки эти существа были довольно опасными противниками и, одновременно с этим, каждый из них обладал хотя бы толикой магии. На большинстве встреченных мной орков имелись рунические татуировки, подпитывавшиеся от их собственных источников энергии. А значит, в той или иной мере каждый орк мог считаться магом. Пусть они и не применяли никаких заклинаний в привычном понимании, им это и не требовалось — орки использовали свою магию для усиления тел и оружия.

Вот и сейчас, расправившись с двумя орками, я был вынужден уйти в оборону, сдерживая натиск их третьего товарища.

Стоит признаться, убитые мною противники, скорее всего, были младшими в группе: они не успели ничего мне толком противопоставить, как были убиты, а вот старший явно обладал куда большим опытом. По крайней мере, иззубренный меч в его руках порхал удивительно быстро — настолько, что мне пришлось создать в свободной руке щит, чтобы принимать удары. Иначе мой доспех уже бы обзавёлся парой-тройкой зазубрин, чего мне, разумеется, не хотелось.

Когда орк вспыхнул от ярости, переполнявшей его, и заметно ускорился, я был вынужден отступить и использовать местность, чтобы затруднить его передвижение. Всё же, помимо сражения, я хотел заодно проверить свои боевые возможности.

Возможно, это и не самый разумный подход — мои способности и так находились на весьма приличном уровне, — но я никогда не упускал возможности потренироваться и достичь лучшего результата, чем вчера. Всё-таки превосходить в первую очередь надо себя — прежнего. И этим я занимался каждый день, особенно сейчас, пока продолжал восстанавливать свои силы.

И тем не менее этот орк был весьма интересным противником. Его меч мелькал перед моим лицом, словно он надеялся одним взмахом отрубить мне голову. Вот только я был слишком юркой целью для такого монстра Разлома — и, разумеется, не собирался подставляться.

Очередной широкий взмах его меча я принял на щит и тут же рванулся вперёд, заставляя лезвие уйти в сторону и открывая его незащищённый бок. Орк, заметив опасность, попытался изменить траекторию, его мышцы взбугрились от усилий, он явно пытался пересилить меня. Но я — первородный. А значит, в разы сильнее обычного Стража.

В силе мы были почти равны с орком, но он зря потратил драгоценные мгновения на сопротивление. Этого было достаточно, чтобы я нанёс удар.

Мой меч прорезал его плоть, входя глубоко — настолько, что вышел с другой стороны. И это при всей массивности его фигуры. Однако, к моему удивлению, орк даже не вскрикнул. Напротив — он радостно осклабился и попытался схватить меня свободной рукой. Но распускать руки я ему не позволил.

Направленный удар телекинеза отбросил его руку в сторону. Надо было видеть выражение лица монстра в этот момент — он явно не ожидал такого хода. А дальше всё было делом техники: я отбросил щит и воплотил в освободившейся руке ещё один меч, которым ударил снизу вверх, прямо под челюсть.

С таким ранением он уже точно не мог продолжать бой и рухнул на высохшую землю Разлома. Вокруг простиралась сухая степь, и кровь орка тут же начала впитываться в жадную землю, давно не видевшую дождей. Впрочем, тратить такой ресурс было бы глупо.

Я впитал кровь поверженного монстра, как и остальных до него. В ней содержалось куда больше энергии, чем в крови обычных существ, и с каждым мгновением поглощения я чувствовал, как силы возвращаются ко мне. Более того, я восстановил не только потраченное, но даже немного сверх того.

Впрочем, подобный монстр здесь был далеко не один. Этот орк просто попался мне отдельно — он охотился на местных зверей, среди которых встречались довольно опасные волки. Не знаю, что именно орки делали с этими существами, но, так или иначе, мне повезло наткнуться именно на одиночку, с помощью которого я себя неплохо развлёк.

Теперь же оставалось лишь найти его соплеменников, а это была задача не из простых.

Разлом оказался довольно крупным: здесь хватало как открытых участков, так и холмистой местности, из-за чего поселение орков могло быть спрятано где угодно. Но это было бы проблемой только для обычного Стража. У меня же имелось чувство жизни, позволяющее определять живых существ на большом расстоянии. В конечном итоге мне оставалось лишь прочесывать территорию, выискивая тех, в ком течёт кровь.

Однако в течение последующего получаса на орков мне не везло — попадались лишь представители местной фауны. Агрессивной, опасной, но всё же обычной. Игнорировать их я не мог, зато это позволило неплохо запастись кровью, компенсировать затраты сил и подготовиться к более серьёзной встрече.

И лишь спустя ещё почти час я наконец-то наткнулся на поселение орков. Оно располагалось, можно сказать, на другом конце Разлома, и без того заставив меня изрядно побегать.

В отличие от тех стоянок, что я видел раньше, это поселение представляло собой некое подобие крепости. Пусть здесь и не использовался камень или иные прочные материалы, но местные деревья, напитанные магией Разлома, обладали куда большей прочностью, чем во внешнем мире. Поэтому даже трёхметровый деревянный частокол и забор могли представлять серьёзное препятствие для любого, кто решился бы на штурм.

Кстати, это была ещё одна из загадок Разломов, которые зачищали Стражи. Пусть они существуют уже несколько десятилетий, но всё равно удивительно видеть в закрытом пространстве наличие поселений, крепостей и прочего подобного. Будто, действительно, Разломы выводят нас на осколки других миров.

Сложно представить, зачем тем же оркам понадобилось бы возводить укрепления вокруг своего поселения, если здесь они являлись единственными настоящими хищниками. Всё-таки местные существа, обитающие в этом Разломе, для подобных воинов не представляли серьёзной угрозы, чтобы ради них строить защиту.

Но так или иначе, для меня это не имело большого значения. Я принимал существование Разломов и всех их странностей как данность, с которой необходимо считаться. В первую очередь меня интересовала кровь обитателей, а не природа их появления и образ жизни.

Пусть этим занимаются учёные: у Гильдии Стражей хватает исследовательских групп, работающих над подобными вопросами. Если когда-нибудь меня и одолеет любопытство, я всегда смогу почитать результаты их трудов — и не более.

Однако, несмотря на всё это, врываться в поселение орков напролом я не собирался.

Эти существа были достаточно сильны и опасны даже для меня, и безрассудная атака была бы глупостью. Поэтому я нашёл укрытие и занялся разведкой местности. Это позволило лучше рассмотреть их жизнь, которая, по сути, мало чем отличалась от того, как когда-то вели себя люди во времена племён, ещё до появления городов.

Долго ждать не пришлось. Из поселения выскочило сразу несколько отрядов орков. Судя по всему, они либо отправились за ресурсами, либо на охоту за местной живностью. Для меня это было не столь важно. Главное — теперь в крепости станет меньше бойцов. К тому же, внутри я не заметил ни женщин, ни детей. Значит, всех этих существ можно будет вырезать без особых проблем и, что немаловажно, без лишних моральных терзаний.

Поэтому, как только основные группы орков пропали из зоны моих ощущений, я рванул к поселению. Частокол из брёвен вряд ли можно было назвать серьёзной преградой — перепрыгнуть через него для меня не составило труда. А вот дальше эффект неожиданности иссяк: я попался на глаза одному из орков, который оказался слишком уж горластым. Он успел привлечь внимание остальных прежде, чем я перерезал ему горло.

После этого началась настоящая потеха. Пусть орки и были сильны, но когда я переставал сдерживаться и использовал телекинез, остановить меня было почти невозможно. Всего-то пара минут напряжённого боя, во время которого каждое новое оружие рождалось у меня в руках прямо из луж крови, превращая тела противников в решето, или как минимум дополнительно ранило их.

Поселение было полностью уничтожено.

Как я и предполагал, на охоту ушли самые боеспособные воины, а те, кто остались внутри, представляли собой, скорее, ремесленников. Несколько раненых бойцов тоже не смогли оказать достойного сопротивления. Я справился с ними без особого труда, почти не вспотев.

Зато целей было, действительно, много, и, впитывая разлитую кровь, я невольно улыбался. Сила в их крови оказывала благотворное влияние на моё тело: пусть медленно, но оно возвращалось к норме. Пожалуй, момент выхода на пик моей формы был уже не за горами. А это значило лишь одно: я снова смогу двигаться вперёд.

Между мной и другими Первородными оставалась фора почти в пятьсот лет, и я был намерен сократить её во что бы то ни стало. Всё-таки именно я был главным клинком среди нас, и уступать это своеобразное звание братьям или сёстрам я не собирался.

И вот, когда я уже собирался осмотреть поселение в поисках чего-нибудь интересного, со стороны ворот, ведущих наружу, раздался едва уловимый скрип. Если бы не мои развитые чувства Первородного, я бы его и не заметил, но этого оказалось достаточно, чтобы насторожиться и вовремя уклониться от метательного топора, пронесшегося буквально в паре миллиметров от моей головы.

В мою сторону нёсся орк, который по какой-то причине решил вернуться в поселение. Не знаю, что именно его сюда привело, но в отличие от прочих встреченных здесь, он выглядел куда более опасным. Обилие татуировок на его теле ясно говорило о воинских заслугах и, как следствие, о связанной с ними магии вложенных в эту вязь символов. Легкомысленно относиться к такому противнику я даже не собирался.

Когда метательный топор, который он бросил в меня, послушно вернулся в его руку, всё окончательно встало на свои места — передо мной был воин с настоящим опытом и силой.

Наконец-то достойный противник.

Мне пришлось отпрыгнуть в сторону, чтобы избежать ударов двух топоров. Сами они были не слишком крупными, с коротким древком, пригодными лишь для ближнего боя, но скорости этому существу было не занимать. Он обрушил на меня настоящий вихрь ударов, пытаясь хотя бы краем лезвия достать цель. Это вынуждало и меня двигаться на пределе своих возможностей.

Впрочем, поле боя играло на моей стороне: вокруг валялось много оружия, а часть крови я ещё не успел впитать. Используя свою способность — Кузню Крови, я формировал новое вооружение прямо во время боя. Всего несколько метательных кинжалов, взятых под контроль кровью и телекинезом, и исход сражения был предрешён.

Не повезло этому орку наткнуться именно на меня. С другим Стражем его натиск мог бы иметь совершенно иной результат, но против Первородного все его заслуги и татуировки не спасли.

В какой-то момент мы оказались в условном центре поселения, где было больше всего свободного пространства. Мой противник, видимо, посчитал, что это исключительно его заслуга, и самодовольно что-то прокричал на своём языке.

Однако уже в следующий миг его взгляд сменился недоумением: грудь орка пронзили сразу десяток моих кинжалов, сотканных из крови. Несколько из них прошли навылет, и он не успел даже осознать, что произошло. Вот так стоит лишь начать праздновать победу, и тебя тут же ждёт облом.

Мало кто из моих врагов ожидает подобного. В этом и заключалась моя сила: способности, что я обрёл, став Первородным, никогда не разочаровывали. Тем более, далеко не у каждого из нас телекинез был развит столь же сильно, как у меня. Именно он позволял контролировать поле боя и считать себя одним из лучших воинов среди себе подобных. Впрочем, никто из моих братьев и сестёр на эту роль и не претендовал, так что я был бессменным лидером в искусстве войны.

С этим орком было покончено. Его кровь оказалась насыщенной и оставила приятное послевкусие. Он, действительно, был хорош, но недооценил меня и счёл своей добычей. Это стало его фатальной ошибкой.

Разумеется, покидать Разлом сразу после уничтожения поселения я не собирался. Осмотрев его и собрав всё, что могло представлять ценность, я убрал находки в хранилище.

Я отправился вслед за отрядами орков, что покинули поселение. Они двигались группами по три-четыре бойца, растянувшись по территории Разлома в поисках добычи. Для них это была обычная рутина, а для меня — удобный способ завершить начатое.

Первый отряд я настиг у подножия холма. Орки наткнулись на стаю местных волков — зверей с чёрной, словно обугленной, шерстью, и клыками, способными перекусить кость, как сухую ветку. Эти твари нападали стремительно и раз за разом отскакивали в сторону, сбивая орков с ритма боя. На миг я позволил себе стать наблюдателем: орки дрались яростно, но каждый удар, каждое движение только сильнее ранило их.

Я вмешался в тот момент, когда один из волков уже вцепился в горло орку. Из-под лап зверя поднялся кровавый шип и пробил его насквозь, а остальная стая замерла, дезориентированная неожиданным вмешательством третьей стороны, а орки просто ничего не поняли. Одновременно с этим кинжалы, сотканные из крови павших, разлетелись веером, добивая то, что не успели сделать клыки зверей. Орки даже не успели среагировать и осознать, откуда пришла смерть — для них всё закончилось так же стремительно, как и началось.

Следующий отряд я настиг в каменистом овраге. Они сцепились с парой гиеноподобных существ, в челюстях которых хрустел металл, когда они смыкали пасти. Эти твари были крупнее самих орков и могли бы перегрызть их напополам. Но моя цель была не в том, чтобы спасать одних монстров из лап других.

Я дождался, когда бойцы окажутся в самой гуще схватки, а затем кровь, что уже стекала на камни, ожила под моей волей, превращаясь в копья. Несколько ударов — и хищники повалились, а за ними, один за другим, и орки. Их кровь впитывалась в моё тело, укрепляя его и наполняя новой силой. Жаль, что сам эффект был не столь значительным, но это неплохо меня бодрило.

Третий отряд встретился мне ближе к окраине Разлома, ближе к выходу из него во внешний мир. Там орки преследовали стадо местных копытных — огромных зверей с костяными наростами на спинах и рогами, излучающими слабое свечение. Эти существа сами по себе были не так опасны, но при угрозе их тело наполняла магическая энергия, делая удары рогами — смертельными.

Я позволил охоте развернуться до конца, а затем вмешался, когда орки уже почти справились с добычей и собирались праздновать победу. Мои клинки вонзались в спины один за другим, и вскоре охотники оказались рядом с собственной жертвой — павшими в пыльной степи.

Так, отряд за отрядом, я перехватывал их. Для каждого вмешательства находил момент, когда они были максимально уязвимы: уставшие, израненные, обессиленные. И каждый раз кровь становилась моим союзником, восполняя силы и постепенно восстанавливая моё тело.

Спустя три часа не осталось ни одного выжившего орка. Разлом стих, а его сухая земля вобрала в себя последнюю пролитую каплю крови.

Теперь можно было возвращаться домой.