Russian Mafia 3 (СИ)

Глава 26 Дела в гостинице

Номер, в который поселили Жеку, был роскошен, как и полагается люксу в гостинице пятизвёздочного уровня. Он состоял из двух просторных комнат, отделанных в белом цвете: зала и спальни. В зале располагались просторные удобные диваны и кресла, а у стены стояла корпусная мебель, в которой были открытые отделения для книг, телевизора, видеомагнитофона и музыкального центра. Кроме того, в номере был бар с большим ассортиментом спиртных напитков, телефон и холодильник.

В большой спальне стояла громадная двуспальная кровать, украшенная двумя светильниками по бокам. На кровати лежал белоснежный плед и постельное бельё. На полу — белый ковёр с абстрактным рисунком. В ванной комнате стены и пол отделаны белой плиткой и стояла современная европейская сантехника, душевая кабина и джакузи.

Номер напоминал пентхаус во франкфуртской гостинице «Авангард». В обоих интерьерах преобладал белый цвет — от мебели до ковров на полу. Почти на каждой стене висели картины абстракционистов. Создавалось впечатление, что создатели гостиницы, сами того не ведая, прониклись ультрасовременным стилем «хайтек», что и немудрено — материалы для строительства выбирал Жека по европейским каталогам, а вот проект самой гостиницы, кажется, был разработан в Москве.

Предстоял долгожданный отдых и Жека включил телевизор. Шёл фильм «Универсальный солдат» с Ван Даммом. То, что надо! Сюда провели кабельное телевидение из города, что тоже обошлось в копеечку, но для гостиницы такого класса это было нужно. Жека разделся, достал из бара бутылку виски, бокал и удобно расположился на диване. Настроение было прекрасным. Впервые за последнее время отпустили тревоги и стало казаться, что всё будет хорошо.

Так незаметно и уснул после второго бокала — усталость взяла своё. Правда, ночью один раз проснулся перед бубнящим телевизором, озаряющим игрой света тёмный номер, покурил перед окном, глядя на лес в нескольких метрах от здания, и опять завалился спать, попутно пожалев, что забыл вечером позвонить Светке. Звонил он ей каждый вечер, а сегодня не получилось, хотя телефон в номере был.

Утром встал отдохнувший на все сто. Охота было поваляться и продлить кайф в чистой постели, но понимал, что находится тут по работе и сейчас предстоит сделать самую важную часть того, ради чего он вообще приехал в Еловку, — вернуть КамАЗ с подшипниками на завод. Поэтому встал чётко в 8 часов утра, наскоро сделал зарядку, принял душ и заказал завтрак по телефону.

Когда принесли еду — яичницу с беконом, тосты и кофе, неспеша поел, и только потом позвонил Графину в Водоканал.

— Привет, что делаешь? — спросил Жека.

— Что может утром делать честно работающий человек? — усмехнулся Графин. — Ну и вопросы у тебя. В себя прихожу, кофе пью. А ты что делаешь?

— Да… Я так… — не стал вдаваться в подробности Жека. — Кое-чем занят. И ты мог бы помочь.

— Ну, говори, — согласился Графин.

Рассуждать о своих делах по телефону в данной ситуации мог только идиот, а Жека им не был — прекрасно знал, что и мусора, и гэбэшники могут прослушку поставить и в гостиничный номер, раз сюда иностранцы приезжают, и Графину впендюрить могут — всё-таки не последний человек он был в криминальной иерархии города.

— Надо отвезти тут кое-чего, — сказал Жека. — Приезжай с Лехой. Лучше на такси. Уедем обратно своим ходом.

— Ясненько, — сказал догадливый Графин. — А ты где сейчас?

— В еловской гостинице — заявил Жека. — Не представляешь, как тут хорошо. Давай приезжай. Спросишь на ресепшене.

— О-кей, — удивлённо ответил Графин. — Жди. Сейчас подлетим.

Ждать пришлось недолго — через полчаса Графин с Лехой уже приехали и стучали в номер Жеки.

— Открывай! Мы это!

Жека открыл дверь и махнул рукой, предлагая входить. Лёха с Графином вошли и офигели, увидев какой номер Жека отснял.

— Неплохо ты устроился, — удивился Графин. — Какими судьбами тут оказался?

— Долго рассказывать! — махнул рукой Жека. — Надо Камаз один отогнать на завод.

На самом деле не хотел он говорить при Лёхе в открытую про свои дела. Пацан посторонний, ляпнет по дурости где не надо, и дойдёт до кого не надо…

— Ладно, понял-принял, — сказал Графин, догадавшийся, что Жека не хочет распространяться при Лёхе. — Тогда пошли. Посмотрим, что за работа у тебя есть.

Когда вышли в вестибюль, Жека увидел, что у ресепшена, облокотившись локтями о стойку, стоит удивительно красивая девушка, по виду ровесница. Одета по-деловому, в юбку чуть выше колена, белую блузку с коротким рукавом. Длинные русые волосы завязаны на затылке в модную красивую причёску. Девушка стояла вполоборота, и было видно в профиль соблазнительную задницу и красивые бёдра длинных ног. Из-под чуть свесившейся длинной пряди еле видно нежную белую кожу лица. Девушка о чём-то разговаривала с парнем, сидевшим на ресепшене, но каким-то пятым чувством ощутила, что на неё смотрят, и обернулась. Это была Маринка! Да ещё и в очках!

Увидев Жеку, Марина радостно взвизгнула и подбежала к нему, стуча длинными каблучками, обняла обеими руками за талию и прижалась головой к Жеке, сразу ощутившему душистый запах её волос и тяжесть крупных грудей, прижавшихся к нему.

— Женькааа! Ну ты даёшь! — закричала она. — Вот уж не думала тебя встретить! Ты где был? Говорят, приехал… А про нас забыл. Ты совсем уже? Старых друзей совсем забросил!

— Извини, Марин… — смущенно сказал Жека. — Я ж по делам приехал. Так-то я в Германии сейчас живу. А как приехал сюда, всё дела да дела, ни минуты покоя. Но виноват, этого не скрою. Так что давайте с Лёхой сегодня посидим в кафе у вас.

— Смотри! Ловлю на слове! — Марина шутливо погрозила длинным нежным пальчиком с накрашенным красным лаком ногтем. — Если не останешься, обижусь.

Когда сели в машину, Графин усмехнулся:

— Вот же баба-огонь… Достанется кому-то, так повезёт мужику.

— Как достанется? — недоумённо спросил Жека. — Она же вроде с Лёхой мутила…

— Дело молодое, сегодня мутила, завтра отмутила, — непонятно рассмеялся Графин, и спросил, глядя в окно: — Куда едем-то?

— Тут недалеко, с полкилометра, — заявил Жека. — Но придётся ещё пешочком пройтись.

Свою машину днём он не хотел парковать у дома, в котором лежал труп, поэтому остановился напротив сельсовета, у строительного магазина, где постоянно останавливался проезжий люд. Народу тут всегда было много, и кто сюда приезжал и уезжал, никого не волновало, тем более поблизости находился сельский рынок, куда за дешёвым алтайским мясом приезжало много народа, и даже из других городов.

Перешли дорогу и направились по улице вдоль сельсовета. Отсюда отчётливо было видно гору в полукилометре с кладбищем наверху, у подножия которой сегодня ночью на тачке блуждал Жека.

Пройдя метров двести, свернули налево, в закоулок, ведущий к нужному дому. Стоял он недалеко от дороги, и видать его было хорошо. Подойдя, Жека отворил калитку и махнул рукой:

— Заходите.

Камаз с девяткой стояли на месте, и похоже, никто не заходил.

— Что в доме? — поинтересовался Графин.

— Ничего интересного, — пожал плечами Жека, потом похлопал другана по плечу: — Пошли, отойдём на пару минут. Побазарить надо.

Пока Лёха прогревал мотор на Камазе, Жека объяснил Графину ситуацию.

— В грузовике — детали для рольгангов, которые одни ухорезы своровали с завода, — объяснил Жека. — Я их нашёл. Здесь жил тот, кто украл. Я думаю, если тут по сараям полазить, много чего краденого найдётся.

— А где сам этот мужик? — поинтересовался Графин, но, увидев усмешку Жеки, кивнул головой: — Понял. Что ты сейчас хочешь?

— Я верну вкладыши на место, а ты за труды заберёшь КамАЗ и вот эту «девятку», — кивнул на машины Жека. — Как тебе такой вариант?

— Нормальный, — удивился Графин. — Вознаграждение хорошее. Теперь говори, что сейчас предпримешь.

— Я хотел прямо сейчас затариться на Камаз и на завод гнать с Лёхой, — признался Жека. — Но подумал и решил, что так дело не пойдёт. Машина эта палёная, чужая. Пропуска на завод у Лёхи нет, так же как нет пропуска на машину. Давай так. Отгоните её к себе в Водоканал. Спрячь там где-нибудь, а я завтра с заводским грузовиком приеду и тогда заберу уже. Ну а девятину сам знаешь как с рук сбросить.

— Есть у меня, где машину временно поставить! — согласно кивнул головой Графин. — Поставим на первом водоподъёме. Это насосная станция на берегу реки, первичной накачки в отстойники. Место глухое. Кроме двух машинистов, двух слесарей и охранника, народу никого нет. И наши туда по большой нужде ездят, когда сломается что-нибудь.

— Ну и хорошо! — согласился Жека. — Давай так и сделаем. Вот документы на машины, а это ключ от «девятки». Езжайте, я ворота потом закрою и вернусь в гостиницу.

Когда грузовик с «девяткой» выехали за ворота, Жека закрыл их и огляделся. На пустынном проезде никого не видно. Конечно, из дома, стоявшего напротив, может, кто-нибудь и видел возню у соседей, но мало ли что… Навряд ли пришлый начальник смены частной охранной фирмы заимел тут друзей, да и, скорей всего, его поездки на «Камазе» были тут нормой.

Пока шёл к своей машине, припаркованной у строительного магазина, обратил внимание на природу. Давненько за городом не был… А весна наступила по полной — конец апреля не шутка… Даже в Сибири уже снег полностью растаял, да и земля, судя по всему, оттаяла и растаяла в глубине. В огородах и по обочинам дороги полезла трава, начали желтеть одуванчики, кудрявилась молодая крапива. Солнце ярко светило, и стало уже совсем тепло.

Ехать домой не хотелось, да и Маринке пообещал сегодня встретиться в кафе. Решил остаться в гостинице ещё на сутки. И тут же подумал — к чему приведёт эта встреча? Ведь она жила с Лёхой. С пацаном своим! С дружбаном, с которым и хлеб ломали и водяру пили. И на дело ходили… Стрёмно как-то… Может, и замуж уже вышла. А может, и не вышла… Хрен знает, что у них сейчас. Графин говорит, вроде не всё гладко. Может, и разошлись. Люди молодые, самое время гулять. Клаус с Ириной разбежались, и в ус не дуют — всем хорошо.

Эх, Маринка… Жека вспомнил, как от комсомола ездили вместе ещё при СССР на лыжную базу, убирались там, потом сосались на лыжном складе. А потом и трахались прямо у неё в комнате. Вот были времена! Не то, что сейчас! Как интересно жили и как просто всё вокруг было! Хорошо было, а сейчас то время называют совком…

Воспоминания о былом настроили Жеку на романтический лад, и он решил позвонить Светке. И при этом не учёл, что разница с Германией — 6 часов! Сахариха, похоже, ещё спала. Но трубку всё-таки взяла.

— Кто это? На время смотрели? — недовольно пробурчала она в телефон.

— Ой, извини, Свет, я и запамятовал совсем! — неловко сказал Жека.

— А… Ты… — недовольно сказала Светка, но тут же оттаяла. — Ладно уже… Прощаю тебя. Как ты там? Скоро приедешь? Мне скучно.

— Скоро, Свет! — ответил Жека. — Проблем тут море навалилось с заводом. Но уже почти всё решено. Осталось только собрание акционеров провести, и я сразу же выеду. Ориентировочно в начале мая. Ещё недельку-две подожди.

— Ну и как там все наши? — поинтересовалась Светка. — Как Славян, Пуща, Маринка, Лёха? Так никого и не видел?

— Да как… Я, кроме Славяна, ни с кем не виделся, — неловко признался Жека. — Не до этого. Да они и сами не горят желанием со мной видеться, сама понимаешь… Всё будет ещё… Всё будет нормально. А ты там как?

— Тоже нормально, — хихикнула Сахариха. — Всё работает как часы. Дело крутится, лавэха мутится. Даже и сказать тебе нечего. Ничего интересного. Встречаюсь то с Иркой, то с Эмилией. В спортивный клуб записалась на тхеквондо. Когда в ресторан сходим, когда дома у нас посидим. Я, кстати, дом нам нашла. Как раз такой, какой хотела. Вот приедешь, съездим и посмотрим. Если понравится, купим. Лишь бы раньше кто-нибудь не отхватил.

— Так ты задаток внеси, тысяч 50, — посоветовал Жека. — Если тебе нравится, вноси задаток смело! Мне в любом случае понравится! Малыш, ну ты что??? Если нравится тебе — понравится и мне!

— О-кей! — согласилась Сахариха. — Раз ты разрешаешь, так и сделаю.

Поболтав ещё минут десять, Жека пожелал любимой всего хорошего, поцеловал трубку и положил на аппарат. Делать было нечего, до вечера ещё уйма времени, поэтому решил сходить прогуляться, посмотреть на окрестности — погода располагала к прогулкам.

А жизнь тут кипела! На парковке у супермаркета и кафе стояли машины, несмотря на будний день, да ещё и рабочее время — значит, люди нашли время приехать именно сюда. Лыжная база, понятное дело, уже давно не работала, но для приезжих организовывали прогулки на лошадях — походу, Славян договорился с местным фермером об аренде животных для прогулок. На выезде за гостиницей была обустроена площадка, где стояли несколько лошадей с сёдлами и две лошади, запряжённые в красивую карету. Прямо у Жеки на глазах подошли несколько человек и поехали кататься. На одной лошади ехал инструктор, на других — обучающиеся. Ездили по той же лесной трассе, по которой зимой катались на лыжах. Трасса была очень живописная — вела по сосновому бору с офигенным воздухом, поднималась на невысокие холмы, поросшие лесом, делала несколько петель по лесу и возвращалась обратно. Были маршруты длиной по километру, пять и десять километров, разного уровня сложности.

Рядом с лошадиным выездом стоял теннисный корт, на котором две девушки играли в теннис. Одеты они были дорого, по-спортивному, играли хорошо, профессионально, и Жека даже засмотрелся, как они лупят по мячу. Наверное, спортсменки… Чуть дальше была построена волейбольная площадка и дендрарий с редкими хвойными растениями. Смотрелось всё офигенно. Чистота, ухоженность. И это всё устроила Марина! Вот кому везло на деловых хватких девчонок, так это Жеке! Из любой мелочи его знакомые девчонки могли сделать сад и доставать оттуда бабло.

Прогулявшись по территории, Жека вернулся в номер и остаток дня провёл за телевизором, изредка вставая, чтобы размяться и исполнить ката. По телевизору как раз показывали фильмы с Брюсом Ли, и выходило забавно — смотреть, как на экране дерутся китайцы, и самому исполнять нечто похожее…

А вечером зазвонил телефон. Это была Марина…

— Алло… — томным голосом сказала она и тут же рассмеялась. — Приглашаю тебя провести вечер в кафе.

— Я согласен, — рассмеялся Жека. — Сейчас подойду. Ты там уже?

— Да. Тебя встретят…

… На парковке у кафе стояло ещё больше машин, чем днём — местные толстосумы приехали хорошо провести время. Загородное кафе славилось хорошей кухней и отличной живой музыкой — каждую ночь играла группа из города, гоняя томные романтичные блюзы. Безопасность тоже играла большую роль — все городские блатные знали, чьё это кафе, и быкование тут не допускалось. А от залётных беспредельщиков посетителей защищали два лысых славяновых мордоворота в афганках, сидевших у входа, в вестибюле. Нередко случалось, что приходилось и выволакивать за шкварник неразумных посетителей, начинавших гнуть пальцы. Потом поступали в зависимости от косяков и статуса беспредельщика — либо вызывали мусарню, либо били по голове молотком и бросали в яму, выкопанную неподалёку. Не умеешь себя вести в общественном месте — пошёл вон из помещения, где уважаемые люди отдыхают, а то и из жизни.

Жека вошёл внутрь и огляделся — в полутёмном обеденном зале, полном посетителей, сидевших за столами с зажжёнными свечками, по кругу бегали цветные огни от вращающейся цветомузыки на потолке. Негромко играли гитара и саксофон, под которые медленно кружились несколько пар, склонивших головы друг другу на плечи. «Ну чисто умирающие лебеди», — завистливо подумал Жека. Вечером он тут еще не бывал. Да и вообще был только один раз, когда встречался с генералом Хромовым, гэбистом Бурковым и мэром Конкиным. Тогда обстановка показалась совершенно заурядной, такой же, как в обычном кафе. Сейчас же… Присутствовал некий флёр загадочности и романтических приключений. То же самое чувствовал зелёный 15-летний пацан, впервые идущий на свидание с ровесницей и в мечтах надеющийся потрогать мягкие округлости под платьем.

— Евгений? — мягкий женский голос вывел из задумчивости.

Его уже встречали, как Марина и говорила. У входа стояла высокая симпатичная девушка, по-видимому, официант. Одета в короткую чёрную юбочку и белую блузку с маленьким красным галстуком. Она с улыбкой смотрела на Жеку, чуть склонив голову.

— Да, это я, — согласился Жека.

— Прошу, вас ожидают, — девушка подала рукой знак следовать за собой и пошла впереди, покачивая соблазнительным задом и бёдрами в принтованных чёрных колготках. Вот и началось…