Russian Mafia 3 (СИ)

Глава 28 Последняя

Место, конечно, было любопытное, тщательно охраняемое, как стратегический объект, и, естественно, Жека тут ни разу не был. Пока Графин командовал водителем, загоняя КамАЗ внутрь склада, Жека прогулялся по окрестностям. Главным тут было двухэтажное здание машинного зала насосной станции. Оно наполовину располагалось в затоне, огороженном высокой насыпью от реки. Внизу бетонного сооружения находились сетки для улавливания всякого сора и рыбы. А рыбы тут было навалом — периодически на поверхности раздавались всплески крупняка. Наверное, щука или судак. Таймень навряд ли стал бы жить в глубоком омуте почти без течения.

— Интересно? — сзади подошёл мужчина лет сорока, одетый в чистую робу. На голове оранжевая каска. Походу, бригадир. Наверное, принял Жеку за какого-то начальника.

— Интересно, — кивнул головой Жека. — Ни разу тут не был. А я тоже в промышленности работаю.

— Это насосная станция называется «Первый водоподъём», — заявил мужик, неспешно раскуривая сигарету. — А вот это сооружение посреди протоки называется «кессон». Протока называется «подающий канал». По подающему каналу вода подаётся из реки в кессон. Это типа внутреннего колодца. Чтобы попасть в него, вода фильтруется через несколько сеток, чтобы отделить тину, водоросли, рыбу, палки и всякую хрень. Потом чистая вода по водоводам засасывается в машинный зал, где стоят насосы. Эти насосы гонят техническую воду в принимающий отстойник водоканала и на металлургический комбинат. Производительность у них огромная — десять кубов воды в секунду. Это десять тонн! Как небольшая река! Но и насосы громадные. Всё это в 30-е годы ещё построено, при Сталине, когда город и комбинат строился. Оборудование немецкое, фирмы «Сименс». На насосах чекухи германские стоят с орлами.

— И что, так и не ломались ни разу? — удивился Жека.

— Почему… Ломались, и не раз — столько лет прошло, — усмехнулся мужик. — Но мы чиним. Новое оборудование купить и установить сильно затратно. Это надо полностью город без воды оставлять. Кто на это пойдёт? Из четырёх насосов всегда работает только один… Редко два. Остальные в резерве. Резерв хороший, если что-то сломается, починить можно. В основном подшипники разлетаются и сальники прогорают, а так-то… Что этой железяке будет…

— Круто… — признался Жека. — И место тут, походу, хорошее для рыбалки.

— Хорошее место для рыбалки, — согласился мужик. — Во всём канале глубина 7 метров. А в реке поблизости перекаты одни, глубина редко где даже до двух метров доходит. Поэтому вся крупная рыба здесь кучкуется. Мы специально поддерживаем такую глубину канала, чтоб заливка хорошая для насосов была — сами насосы стоят в подвале машинного зала, на такой же глубине от поверхности. Без постоянной заливки они не будут работать. А углубляем земснарядом, он же драга.

Мужик показал на странное сооружение посреди канала. Сборище металлических конструкций с большой цепью посередине, на которой закреплены множество ковшей типа экскаваторных. Сбоку кабина управления.

— Такие же для мойки золота используются, — заметил мужик. — Стрела с ковшами опускается до дна, машина начинает вычерпывать ил, подаёт его в контейнер, откуда размывается водой и пульпа по гидро-рукаву подаётся на берег, в отстойник-шламонакопитель.

— Интересно, спасибо за консультацию, — сказал Жека и пожал мужику руку. — Интересная у вас тут работа. На природе, порыбачить можно и по реке покататься на катере.

Мужик подмигнул Жеке и пошёл в здание насосной станции. Действительно, такую работу только поискать…

Спорилась работа и у Графина. Погрузка вкладышей шла полным ходом. Естественно, грузили их не руками — каждый весил килограммов сто. В складе был тельфер, один работяга стропил вкладыш и поднимал тельфером в кузов «Камаза», другой отцеплял там. Работа протекала быстро. Когда погрузили всё, Жека дал мужикам пять штук на пиво и поблагодарил за сделанную работу.

— Ну чё, куда тебя везти? — спросил Жека Графина, когда опять все сели в грузовик.

— Везите обратно на стояк, — ответил Графин. — У меня ж тачка там стоит. Заодно проверю, как у мужиков дела идут, не наехал ли кто.

— Крышуешь что-ли? — удивился Жека.

— Не крышую, а предлагаю услуги охраны, — усмехнулся Граф. — Как лицензированный охранник с правом на оружие.

Когда Графина довезли до нужного места, он пожал Жеке руку и выпрыгнул из кабины.

— Если что надо, звони! — помахал рукой Графин. — Всегда помогу.

После этого сразу же поехали на комбинат. Без проблем проехали проходную, так как у всех были пропуска, в том числе и на машину. Подъехали на стройплощадку и остановились у возводимого здания. По территории прохаживалась целая толпа народа в белых касках — были тут и комбинатовские ИТРовцы, и стройуправленческие инженеры с конструкторами, и Володаров собственной персоной. Увидев Жеку, начальник строительного управления сразу же подошёл и протянул руку для приветствия.

— День добрый! — скупо улыбнулся Володаров. — Всё нормально получилось?

— Всё хорошо! — заверил Жека. — Загоняйте машину куда надо и прямо сейчас начинайте установку, чтоб опять не стырили.

— Так и сделаем! — заверил Володаров, потом оглянулся на толпу начальников. — А у нас тут, как видишь, комиссия из заводоуправления. Проверяют, как процесс строительства идёт. И главный инженер приехал, и главный экономист. Все тут. И даже главный юрист нарисовался. Деловая бабёнка. Важная.

— Вот как… И что они? Довольны? — удивился Жека, окидывая взглядом толпу белокасочников, и точно… Увидел Вальку. Деловая! В белой каске и чёрном брючном костюме.

— Довольны! — заверил Володаров. — Ладно, Евгений Александрович, некогда мне, побегу я оправдываться и на коварные вопросы с отвечать. Если что-то надо, найдёшь меня в конторе после обеда.

Жеке ничего было не надо, поэтому он поехал в заводоуправление узнать точно, когда будет дата собрания акционеров, — по его прикидкам, оставалась всего неделя после майских праздников. Однако он сильно удивился. На стенде у входа было вывешено большое объявление, на котором сообщалось, что общее собрание акционеров откладывается на месяц, на первое июня. Причина переноса — отсутствие в реестре зарегистрированных акционеров, в сумме обладающих пятидесяти одним процентом акций.

— Вот же суки… — почесал репу Жека. — Как такое возможно? Они чё, охренели???

Это явно была какая-то уловка, но сделанная по закону, по которому отсутствие пятидесяти одного процента акций могло являться причиной переноса общего собрания акционеров. До тех пор, пока не наберется нужное количество, но не менее чем на месяц. Однако в том-то и дело, что такое количество акций давно должно быть на руках управляющей компании! У Альфа-групп в наличии 20 процентов акций, у Жеки 28 процентов. Оставалось набрать всего 3 процента акций, чтобы у собрания оказался набран кворум! Невозможно поверить, что Альфа-групп больше не покупали акции или что не объявились другие инвесторы. Это просто исключено! Наверняка тянут время. Но почему? Как узнать, правда или нет отсутствие кворума?

По всему выходило, что развели Жеку как последнего лоха, причём грамотно и по закону. Но это только с одной стороны. С другой… Что поменяется, если собрание перенесётся на месяц? Ничего. Жека всё равно возьмёт своё. Теоретически он мог ещё на месяц зависнуть тут. Но… Тогда они могли бы предпринять что-то, что заставит его вернуться в Германию. Хреново, когда противник затевает какие-то шашни, о которых ты не в курсе.

Чувствуя, что от этих мыслей вскипает голова, Жека вышел на крыльцо заводоуправления покурить и тут увидел остановившийся у крыльца ПАЗик, откуда стала выходить делегация управленцев, которую он видел на стройплощадке. Валька была с ними. Увидев Жеку, сделала удивлённое лицо, подождала, когда те, что были с ней, зайдут в управление, и подошла к Жеке.

— Ты что тут делаешь? — спросила Валька с удивлением.

— Что… — мрачно ответил Жека и бросил окурок в урну. — Объявление о собрании посмотрел. Почему собрание переносится?

— Ты же видишь, — улыбнулась Валя. — Нет кворума. Откуда мне знать… Я не занимаюсь акциями, управляющая нами компания в Москве. Все вопросы к ним. Я даже не знаю, как эти акции выглядят и сколько они стоят. Моя компетенция — юридическое сопровождение работы нашего завода. Завод и управляющая им компания в данное время — разные юридические лица.

Жека внимательно посмотрел в глаза Вальки, подозревая, что она хитрит. Но нет. В её глазах не было ни грамма лжи. Она действительно не могла ответить на интересующие его вопросы. С этими вопросами нужно обращаться минимум к Сахару-старшему.

— Ясно… — мрачно сказал Жека. — Это мне ещё месяц торчать тут… Ладно. Всего хорошего, Валь…

… Однако месяц терпеть не получилось… В этот же вечер, когда Жека на расслабоне потягивал виски перед телевизором, раздался телефонный звонок. Сердце кольнуло предчувствие беды — кроме Светки, никто в последнее время сюда не звонил, а с ней он уже сегодня традиционно общался. Всё было нормально. Но оказалось, что нет.

— Слушаю, — снял трубку Жека.

— Здравствуй, зятёк… — в трубке был злобный голос Сахара-старшего. — Говорю только один раз. Бросай нахер завод и вали оттуда. Ты людей порядком уже достал.

— Дядь Саш, а чё так грозно-то? — усмехнулся Жека. — Мне угрожать не надо. Я и сам угрожать могу.

— Сутки тебе, чтоб свалил оттуда, — заявил Сахар. — Иначе тебе Светку посылками по частям вышлют.

— Ты что мелешь, урод старый? — не выдержал Жека. — Ты свою дочь на бабки сменяешь, что ли? Ты мозги просрал окончательно???

— Моё слово последнее, — непреклонно заявил Сахар. — Пошёл-ка ты нахер, Евгений…

В трубке раздались гудки. Жека хотел ударить ей о стол, но вовремя сдержался. Чёрт… Они что там, охерели совсем??? Впрочем, зная характер Сахара, знал, что ожидать от этого старого гондона можно что угодно.

Тут же позвонил Светке в гостиницу, и через непродолжительное время трубку подняли. Но это была совсем не Сахариха! Голос мужской и до боли знакомый! Комиссар полиции, который допрашивал Жеку в связи с убийством дельцов Хайнцев.

— Комиссар полиции Иосиф Лямге, управление криминальной полиции Франкфурта, — представился мужик. — С кем говорю?

— Я… Евгений Соловьёв… — с беспокойством ответил Жека. — Что случилось?

— Вы могли бы сейчас приехать? — уклончиво сказал ответил комиссар. — Нам нужно задать вам несколько вопросов.

— Как я могу приехать, если я уже две недели нахожусь в России? — злобно сказал Жека. — У меня получится приехать только завтра вечером или ночью. Чёрт… Я даже не знаю, когда мне удастся приехать. Я в Сибири сейчас. Я ещё и билет не брал. Даже расписание рейсов не знаю. Что случилось?

— В России… — задумчиво сказал Лямге, как будто о чём-то размышляя. — Хорошо. Скажу что случилось. Вы имеете право знать. Час назад на вашу подругу было совершено вооружённое нападение. Прямо в гостиничном номере. Преступники убили двух охранников и ранили вашего компаньона, женщину по имени Ирина. Ей чудом удалось спастись. Сейчас она в безопасности. А вот Светлана… Она пропала. Похоже, её похитили. С вами похитители не связывались?

— Нет, — покачал головой Жека. — Вы же слышали, что я вообще не в курсе этих событий.

О том, что недавно звонил Сахар, Жека, естественно, умолчал. Что мог поделать немецкий комиссар полиции с этими тварями, не имеющими совести? Ничего… На это и был расчёт, что он бросит тут всё и бросится спасать Сахариху. Они это предвидели, твари позорные, не верящие ни в бога ни в чёрта… Они знали, что иначе он просто не мог поступить. Но как это возможно? Родной отец…

— Больше мне сказать вам нечего, — сказал Жека. — Завтра я прилечу в Германию. А пока можете проверить моё алиби, если у вас появятся сомнения…

Естественно, даже и мысли не возникло продолжать тут бороться за комбинат. Очевидно, что он потерян. Теперь нужно вызволять Сахариху, если она, конечно, ещё жива… Русская мафия всё-таки дотянулась до него и кольнула туда, где больнее всего. Но нет… Не таков он, чтоб горевать. Если наехали на него, значит, нужно ответить. Жестоко ответить. Иначе никак. Светка верила в него, хотя и отговаривала ехать сюда. Говорила, что опасные люди ждут его тут. Но опаснее всех для неё оказался отец…

Даже если этот номер прослушивается, у Жеки есть фора — он хорошо говорит по-немецки. Можно попробовать навести справки, позвонив в офис своей конторы — телефонный номер своего офиса он знал наизусть. Там ещё должен сидеть Олег, которого Жека оставил вместо себя. Если он, конечно, ещё жив.

— Слушаю, — ответил Олег. Говорил он по-русски, и голос у него был мрачный. В курсе, что произошло…

— Что там случилось? — спросил Жека по-немецки, как будто подчёркивая, что по-русски говорить не следует.

— Сам не знаю, — по-немецки ответил Олег, догадавшись, что Жека не спроста не хочет говорить по-русски. — Иван и Захар сопровождали Свету с Ирой до гостиницы, а потом… Мне позвонил комиссар, сказал, что двоих наших сотрудников убили. Я ничего не знаю, Жека… Извини… Сейчас комиссар к нам приедет взять показания. Но, похоже…

Олег помолчал, а потом заговорил. Голос у него был потерянный.

— Похоже, убили и Захара и Ваньку. Такие дела, Жека. Извини… Не уберегли мы Свету.

— Только не раскисай! — повелительно сказал Жека. — Не хватало ещё, чтоб ты раскис. На тебе сейчас все дела наши там висят. Задание тебе такое, чтоб не скучал. Узнай, что с Ириной, если жива, пошли пацанов, возьми под охрану. по своим каналам пробей, кто что знает насчёт наезда. Денег не жалей. Наверняка кто-то что-то видел. Машину, людей. Дело днём было, там народу дохера и больше — центр города. И самое главное — узнай, какие рейсы самолётов куда отправляются. Наверняка её попытаются вывезти из страны.

— Как они могут вывезти? — чуть спокойнее спросил Олег. — Там же охраны в аэропорту много. Насильно не увезут — всегда можно голос подать и позвать на помощь.

— А кто тебе сказал, что она поедет насильно? — возразил Жека. — Скажут, что отец послал, будешь выёживаться, грохнем твоего Жеку в России. Вот и всё. Я знаю, кто это сделал. Мёртвая она им никак не нужна. Это очередной способ надавить на меня. Если они увидят, что я иду против их воли, тогда они прибегнут к крайним мерам. Пока нет. Не время. Я завтра же вылетаю. Буду, скорее всего… Не знаю, чёрт… Ничего не знаю. Ждите…

Жека положил трубку и налил ещё вискаря. Последняя. Хватит. Сейчас острый ум нужен как никогда. Они сделали ход, на который надо ответить по умному.

Тут же неспеша собрал сумку, приготовил костюм, пальто, документы, деньги. Пистолет никак нельзя было оставлять здесь — при обыске могли найти, а из него много дел сделано… Пистолет-то не жалко, а вот финка…

Жека повертел её в руках. А вот финку жалко. Она ж из бурной юности… И тут его осенило. Всё-таки мог Славян оказать ему хотя бы одну услугу…

Жека тут же набрал домашний номер друга. Слабая надежда, что корефан дома. Мог ведь и в ресторан уйти или ещё куда… Но Славян был дома.

— Привет, братан, что делаешь? — спросил Жека. На заднем плане было слышно как играла музыка.

— Дома сижу, — помолчав, ответил Славян. — Что-то голос у тебя грустный.

— Дела замучили, братан, — признался Жека. — У меня к тебе просьба одна будет. Ты не мог бы кого-нибудь из пацанов в Новосибирск послать на машине?

— А что случилось? — удивился Славян.

— Еду я домой, в Германию, — ответил Жека. — Надо лететь как можно скорее, а на поезде или автобусе в Новосиб полдня ехать буду. Мне уже завтра в гермашке надо быть.

— Когда поедешь? — спросил Славян.

— Завтра, когда ж ещё… — неуверенно ответил Жека. — Сейчас на ночь кто повезёт-то? С утра наверное.

— Собирайся, — коротко сказал Славян. — Я сейчас подъеду. Я увезу.

Жека положил трубку и стал одеваться. Вот и всё… На незаконченные дела навалились новые, и что дальше будет, неизвестно…

Конец 3 тома