Russian Mafia 3 (СИ)

Глава 7 Совещание в строительном управлении

— Ты кредитными деньгами сам будешь распоряжаться? — криво усмехнулся генерал. — А что так? Не доверяешь никому?

— Ну, если говорить начистоту, то доверяю я многим… — ответил Жека. — Только боязно им миллионы долларов давать. За них самих боязно. Поэтому я открою фирму. Малое предприятие. И через него буду деньги переводить. Напрямую строительному управлению и аффилированным по договорам конторам. Например, зарубежным, с ценными иностранными специалистами.

— Как знаешь… — недовольно сказал генерал. — Хоть всё это попахивает какой-то Остап-Бендеровщиной, ладно… Чёрт с тобой. Делай то, что считаешь нужным. Но знай…

Генерал помолчал, выдерживая значительную паузу, потом встал с кресла, неторопливо прошёлся до окна, закинув руки за спину.

— Чтоб мне никаких тут противозаконных действий не было! — веско сказал Хромов, не поворачиваясь к Жеке. — Ты думаешь, что приехал сюда и будешь тут условия нам ставить, на нашей родной земле? Не ты один знаешь про отель «Авангард» во Франкфурте. Троцкого Сталин даже в Испании достал. Понял? А сейчас иди.

— До свиданья, — сказал Жека безмолвному генералу и вышел в коридор.

Очень плохо. Они, естественно, выследили. Через посольство или как… Узнали, где они со Светкой живут. И она постоянно может быть в опасности! Надо как-то связаться с ней, чтоб переехала. Хотя бы к Клаусу. Чёрт… А вдруг это Клаус и сдал? Да не! Пацан свой, с бригады. Не может быть. У Сахара руки длинные, мог и сам провернуть…

Настроение сразу упало чуть не до нуля. Жека понял, что его в Германии, возможно, пасли плотно. И куда не переедь, отыщут везде. Нет… Змею рубят с головы. Только здесь, в России, кроются все его беды. Надо завершить дела здесь. При этом придётся идти по самому краешку, как по лезвию бритвы…

Первым делом Жека решил съездить в стройуправу, узнать, как идут дела на комбинате, из первых рук. Вполне возможно, для народа была одна правда, для тех, кто в теме, — другая. Правильней было бы позвонить сначала Володарову, но откуда… Не из телефона-автомата же. В Германии Жека слышал про какие-то новые средства связи, которые назывались «пейджеры», и что с них якобы можно хоть откуда звонить, но здесь такого еще и в помине не было.

Жека даже не узнал контору строительного управления — она вся была завешана рекламой и вывесками. Похоже, в связи с тяжёлым финансовым положением многие помещения отдали в аренду коммерсантам. Чего тут только не было. Жека остановил «девятку» у входа и стал разглядывать разноцветные вывески. «Парикмахерская 'Элена», «Адвокатская контора 'Пономарёв и Ко», «Ритуальное агентство 'Харон», «Ателье 'Незабудка», «Оптово-розничный магазин 'Марс и Сникерс», «Кондитерская компания 'Империал», «МММ — нет проблем!». Странно, но торгово-закупочной фирмы «Сибирь Великая», которую Жека подарил Славяну на свадьбу, здесь не было. Походу, как Жека и советовал, пацаны сменили дислокацию и, возможно, разрослись. Ещё во времена Жеки помещение магазина стало маленьким, да и таскать тяжеленные компьютеры и оргтехнику на второй этаж и обратно было неудобно.

Здание АБК «Стройуправы» больше не охраняла вневедомственная охрана — на вахте сидел обычный дедок лет семидесяти из заводской ВОХРы, одетый в форменный синий пиджак и брюки. На голове фуражка с зелёной кокардой «Ведомственная охрана МПС СССР». И дед Жеку узнал! Увидел, даже встал со стула от удивления.

— Ничего себе, пропавший молодой директор пожаловал! — радостно сказал он и протянул руку. — Какими судьбами, Евгений Александрович?

— Да какими… — рассмеялся Жека. — Решил вот проверить, как тут у вас дела идут. Слухи ходят, что не очень-то и хорошо.

— Ой, совсем нехорошо! — грустно сказал дед. — Получку аж три месяца не видим. Дают частями, чтоб с голоду не померли. Говорят, так надо… А ты надолго или как? Может, поработаешь? Наладишь тут всё по уму?

— Может, и поработаю, — заверил Жека. — Сейчас с директором вашим поговорю. Что тут у вас творится.

Репутация у Жеки на этом предприятии была прекрасная. Принял его в тяжёлое время — весной 1991 года, когда случались то финансовый кризис, то путч, то гиперинфляция, то обмен денег. Акционировал, отбросил неактивы, провёл реформу управления, нашёл выгодные долгосрочные заказы, отремонтировал доменную печь номер пять на комбинате, закончил возведение жилой десятиэтажки на «Речке», где собственно говоря, сейчас и жил. Благодаря его усилиям убыточное строительное предприятие вышло на прибыль. И это в самые тёмные последние месяцы жизни СССР, когда в рушащейся стране не работало ничего, кроме вокзального базара и мусарни, да и та под путчистов легла.

ИТР и рабочие Жеку ценили, и новость о том, что «молодой» директор опять появился в управлении, была для людей как второе пришествие. Деду не терпелось быстро разнести слух, что, может быть, настают времена чуть получше. Но Жеку уже заметили многие из раскрытых дверей кабинетов.

Володаров был на рабочем месте. Секретарша Верочка, пухленькая красивая женщина лет тридцати, увидев Жеку, сначала скорчила недовольную гримасу, приготовившись сказать, что «директор не принимает по личным вопросам», но, разглядев и узнав Жеку, тут же улыбнулась милой улыбкой, от которой стала ещё краше.

— Ой… Кто к нам пожаловал… — тихо рассмеялась она, тряхнув обесцвеченными химией кудряшками. — Рада видеть, Евгений Александрович.

— И я рад, — улыбнулся Жека и показал на директорскую дверь. — Я к Сергею Нефёдычу по неотложному делу. Он свободен?

— Свободен! — кивнула головой Верочка и посмотрела на большие настенные часы. — Через 10 минут планёрка будет с главными специалистами.

— Ну, это хорошо! — заверил Жека. — Это мне и надо.

Володаров тоже сильно удивился, увидев Жеку, но сразу понял, что пришёл он не спроста. Слухи разные ходили про него, но всему верить, да ещё в такое время…

— Кого я вижу! — не веря своим глазам, сказал Володаров и протянул руку. — Какими судьбами?

— Приехал на время, — твёрдо заявил Жека. — Продолжить работу с вами.

— Работу? И каким образом? — недоумённо спросил Володаров.

— Продолжим строительство МНЛЗ, — твёрдо заявил Жека. — Какая сейчас ситуация с объектом? В газетах ничего утешительного не прочитал.

— Так и есть, — удручённо кивнул головой Володарский. — Это пишут только часть правды. На самом деле… Ситуация такая. Строительство сейчас стоит. Объект на одну треть возведён. Залиты фундаменты под основной цех и крупные механизмы. Установлены колонны и капитальные стены из железобетона. Осталось поставить перегородочные стены, положить крышу и монтировать оборудование. Оборудование полностью куплено и завезено итальянцами в стопроцентном объёме. Всё находится в зоне растаможки, но уже растаможено. Но вот на этом этапе всё затормозилось. Деньги из Германии перестали поступать, когда закончился последний плановый транш. Немцы, а их приехало 50 человек, перестали получать зарплату и собираются уезжать домой. Причём по договору мы обязаны купить им обратные билеты. Мы можем попытаться и сами закончить объект, но если будем строить и монтировать оставшуюся часть своими силами, то потеряем всякую гарантию, и обслуживание от фирмы-производителя. Запуск в работу тоже придётся проводить самим и велик шанс напортачить. Делали запрос в Германию, в Дойчебанк, там сказали, что кредит они выдали в размере ста процентов на счёт кредитного оператора, какой-то каймановой островной фирме. А ту фирму никто найти не может — секрет. Похоже, своровал кто-то денежки.

— Не своровал, Нефёдыч! — заявил Жека. — Это я лично прекратил посылать вам деньги. Потому что очень высока была вероятность воровства — московскому менеджменту я не доверяю. Но… Решил вернуться и докончить начатое. Мне не нужны эти деньги. Они ваши. Строительство будет продолжено в самое ближайшее время.

— Это хорошая новость! — обрадовался Володаров. — Очень хорошая! Весь город на ушах стоит. Ведь пока кредит шёл, и у комбината денежка была, и у нас. И немцы тут оставляли свои доллары. Дышали люди более-менее. А сейчас… Сейчас у меня будет планёрка, вот там и расскажешь руководителям подразделений, как всё будет протекать.

И Жека рассказал! Лапшу на уши вешать он умел. Избазарить кого угодно мог!

Когда пришли начальники участков, главный инженер, зарубежный подрядчик, главный механик и главный энергетик, Жека попросил минуточку внимания и сообщил, что строительство машины продолжится в самое ближайшее время.

— Всё будет хорошо! — уверял Жека. — Зарплата иностранным специалистам будет выплачена! Выплачу зарплату и вам, согласно договорам и сметам. Приступайте к работе! Нет времени на раскачку!

— А как вы, Евгений Александрович, всё это организуете? — недоверчиво спросил один из начальников. — Тут люди через Москву не могли финансирование восстановить, а как вы это сделаете?

— Оставьте финансы мне! — уверенно заявил Женька. — Я на этом собаку съел! Раз сказал, что выплачу, значит, выплачу. Я здесь фирму открою с основной деятельностью — инвестиции и консалтинг. Мне и сотрудников не надо. Буду сам работать. Заключу договор с вами по плану производства работ. И, как и раньше, буду переводить деньги сначала на счёт этой фирмы, а потом уже вам. Платить буду за каждую конкретно сделанную работу. Это поднимет комбинат с колен.

Тут начальники скептически загудели, выражая недоверие, потом высказался Володаров:

— И как же возобновление работы поднимет комбинат с колен? — недоверчиво спросил Володаров. — Я могу поверить в то, что это нас поднимет с колен. Но комбинат… Не вижу предпосылок. Разве что как только машину запустим, какие-то подвижки в положительную сторону будут. Через пару лет, если комбинат ещё не загнётся.

— А вы подумайте, Сергей Нефёдыч, — не согласился Жека. — Как только мы начнём строить, кредитный рейтинг комбината повысится, и он сможет брать кредиты у государства, чтобы вкладывать их в оборот и платить зарплату. Платить по кредиту сможет своими акциями, если на это пойдёт новый владелец. Возможно, еще инвесторы подтянутся. Экономика так работает! Главное, тяжёлое время пережить! Прошу донести итоги сегодняшнего совещания до трудового коллектива. От вас требуется только одно — работа.

Жека видел, что люди словно ожили, когда он обрисовал намечавшие перспективы. Хотя сам в этих перспективах ещё не был сильно уверен. По ушам он проехал хорошо, но как всё это будет работать в реале? Остановить хорошо работающий механизм легко, а вот обратно наладить его работу будет посложнее. И самое главное, как отнесутся к этому возобновлению активности люди из Москвы? Их представителем был Сахар. Но как заручиться его поддержкой? Как добазариться до человека, у которого похерил все планы, да ещё и дочь увёл?

Но с чего-то надо начинать, и Жека, после визита к Володарову, поехал в администрацию Н-ска — открывать новое предприятие. Приехал, а мусор на вахте не пускает.

— Вы записывались на приём, гражданин? — строго спросил усатый ППСник, сидящий за столом у вертушки в фойе.

— Не записывался, — терпеливо объяснил Жека. — Мне нужно предприятие зарегистрировать. Я в финансовый реестр.

— Записывайтесь по телефону на завтра, — строго сказал мусор и показал на большую амбарную книгу, лежащую перед ним. — Как придёте на приём в назначенное вам время, предъявите мне паспорт, я сверюсь с записью в журнале приёмов, и если всё совпадает, то пропущу.

— Так не пойдёт, — мрачно заявил Жека. — Мне нужно сегодня попасть — дело не терпит отлагательств. Каждый день на счету.

— Слушай, парень, иди по добру-поздорову, — спокойно посоветовал пэпээсник. — У меня есть служебная инструкция, и я работаю по ней. А будешь кочевряжиться, сейчас вызову наряд, и уедешь в КПЗ на 15 суток по хулиганке.

«Долбаная бюрократия. Им же усилия прикладываешь, чтобы из говна вытащить, они же еще и сопротивляются…» — злобно подумал Жека.

Однако, надо признать, сотрудники никогда через главный вход не заходили на работу. Это был именно вход для посетителей и просителей. Чиновники приезжали на работу на машинах — у них был отдельный служебный вход с парковки, находящейся с противоположной стороны администрации.

«Попробую там зайти», — подумал Жека. — «Кажись, там раньше охраны не было».

Жека обошёл здание и офигел — двор администрации теперь был огорожен бетонным забором, дорога перекрыта шлагбаумом, и проезд на территорию осуществлялся по пропускам на служебных машинах. Конечно, самым оптимальным вариантом было сделать так, как посоветовал мент, — записаться на приём по телефону, но Жека, зная по опыту здешнюю бюрократию, справедливо предположил, что телефон, по которому надо записываться, будет постоянно занят, и хрен по нему до кого дозвонишься. Поэтому сделал просто — улучив момент, когда ППСник, стоявший на охране, пошёл в кандейку поставить чайник, тут же перелез через шлагбаум и пошёл по парковке медленной походкой усталого человека, вынужденного таскаться хер знает где.

Как Жека и думал, служебный вход никто не охранял, поэтому спокойно зашёл в здание и поднялся на второй этаж, в отдел госреестра. Народу не было вообще! При этом мусор никого не пускал в администрацию. Учитывая, что вся страна лежала на боку, иначе как вредительством назвать это было сложно.

Начальником и главным финансовым инспектором была та же девушка, у которой ровно год назад Жека продавал и покупал акции, открывал торговые фирмы. И она, естественно, Жеку узнала! Ну как не узнать человека, которого ещё год назад раз десять в течении весны и лета показывали по телевизору и о котором бубнили из каждого утюга, какой он хороший и как много сделал для города.

— Евгений Александрович! Вы ли это? — недоверчиво спросила финансовый инспектор.

— Я, — согласился Жека и положил на стол газету с конвертом внутри, в котором лежало 10 штук рубликов. — Пришёл регистрировать коммерческое предприятие. Сфера деятельности — инвестиции и консалтинг-услуги. Название — «Инвестгрупп».

— Ой, я прям так рада! — улыбнулась финансовый инспектор и смахнула газету в открытый ящик стола. — Подождите немного, я сейчас распечатаю вам документы. Вы только подпись поставьте. Банковский счёт у вас тот же будет, что и раньше, валютный? Во Внешторгбанке?

— Не только валютный, — помолчав, сказал Жека и подал бумаги. — И валютный, и рублёвый. Рублёвый я открыл в филиале коммерческого «Инкомбанка». Налоговый индекс такой же.

Через десять минут новоиспечённое предприятие было зарегистрировано и поставлено на учёт в государственном финансовом реестре. Девушка-финансовый инспектор улыбнулась и подала Жеке пачку документов.

— Примите моё поздравление, Евгений Александрович. Успехов вам в бизнесе.

— Спасибо! — в ответ улыбнулся Жека и вышел в коридор, где нос к носу столкнулся с Конкиным Кузьмой Валерьевичем, мэром города Н-ска, старым, ещё советским номенклатурщиком, главой горисполкома Н-ска до августа 1991 года. После путча партиец Конкин быстро перекрасился в демократа и стал за рыночную и либеральную реформу, продвигаемую Ельциным и младореформаторами — Чубайсом, Гайдаром и Хакамадой.

Конкин, увидев Жеку на очень близком расстоянии от себя, вскрикнул от неожиданности и чуть не выронил бутылку коньяка, которую нёс, скрывая под полой серого пиджака. Но не выронил — реакция у бывалого алкоголика была отменной, как ни странно.

— Соловьёв! Вот так встреча! — Конкин стоял с бутылкой в руке и, открыв рот от удивления и выпучив глаза, смотрел на Жеку. — Ты живой или призрак?

Словно не доверяя собственным глазам, Конкин пощупал Жеку за лацкан пиджака и как будто поверил. Ясное дело, дуркует.

— Ладно, раз пришёл, пошли ко мне, — махнул рукой мэр. — Я что-то не пойму, то ли ты дурак, то ли притворяешься…

Однако не было ни то и ни другое. Жека был разумен как никогда!