Викинг. Книга 3. Северный Альянс

Интерлюдия "Большой переполох"

Сказать, что европейские столицы были в шоке от произошедшего, значит ничего не сказать. Но больше всего их поразило даже не то, с какой скоростью и легкостью новоиспеченный шведский король прибрал к рукам (или голове) Датско-Норвежскую корону, а состояние неопределенности, возникшее из-за нелогичных на первый взгляд действий или точнее бездействий основных европейских игроков.

Вначале все ждали реакции основного датского союзника, но русские будто бы вообще не интересовались происходящим на Балтике. Потом все смотрели на Париж, который тоже только многозначительно молчал. Англичанам было сейчас не до европейских дел, их внимание занимал тлеющий пожар в Северной Америке, грозивший окончательно выйти из-под контроля. На этом фоне столицы южной Европы, даже не имея такой степени вовлеченности в северные дела, как Петербург или Париж, восприняли происходящее со всей серьезностью, подспудно понимая, что произошедшее, всего лишь прелюдия к большому европейскому переполоху.

***

Вена

Император Иосиф Второй любил во время аудиенций смотреть из окна своего кабинета на втором этаже дворца Хофбург на площадь Йозефплац, четкость линий которой настраивала его на рабочий лад. При этом император не упускал ничего из сказанного своими министрами или, как сегодня, статс-секретарем министра иностранных дел графом Тальманом. Дело, ради которого была устроена сегодняшняя аудиенция, было весьма неординарным, на что в первую очередь указывало как-раз приглашение статс-секретаря, ведь обычно аудиенции удостаивались только лица в ранге не ниже министра.

Повернувшись к стоящим в ряд сановникам, император подытожил доклад Тальмана:

– Если я правильно вас понял граф, то вы утверждаете, что вся эта история с королем Швеции Юханом Четвертым и захватом Дании является тонкой игрой Петербурга?

– Совершенно верно, Ваше Величество! – подтвердил Тальман.

– А как сюда вписывается покушение на Густава Третьего. Вам не кажется, что это уже слишком, даже для императрицы Екатерины? – с сомнением проговорил Иосиф.

– Вы как всегда правы, Ваше Величество. Имеющаяся у нас информация позволяет утверждать, что заговор генерала Пеклина имел место быть сам по себе, а герцог Курляндии лишь удачно воспользовался его плодами. Но во всем остальном прослеживается русский след, начиная от визита, тогда еще принцессы, Софии в Петербург, заканчивая тем, что в нападении на Копенгаген были задействованы финские полки без опасений снятые с русской границы! – ответил граф.

– Доводы графа Тальмана заслуживают внимания господа, но как тогда быть с уверенностью Парижа в неизбежном нападении шведов на Россию следующим летом? Граф Хофбауэр, не вы ли меня в этом убеждали все последнее время? – обратился император к министру иностранных дел.

– Совершенно верно, Ваше Величество, – подтвердил Хофбауэр, – герцог дЭгийон неоднократно писал мне об этом. По его словам король Юхан подтвердил все ранее заключенные договоренности по русскому вопросу. Но граф Тальман последние полгода целенаправленно занимался вопросом русского следа в Швеции и мы не можем не учитывать вновь вскрывшихся обстоятельств!

Посмотрев на канцлера графа Кауница, император спросил:

– И чем это нам грозит господа?

– Ваше Величество, если считать, что король Юхан ставленник Петербурга, то с мыслью о нападении шведов на Россию можно попрощаться, а значит наши возможные действия на юге будут осложнены противодействием всей русской армии. Я склоняюсь к мысли о том, что нам стоит действовать изящнее. В этом году у наследника российского престола Павла Петровича наступает совершеннолетие, а ведь он был коронован вместе с императрицей Екатериной, как государь цесаревич, и должен по праву занять российский престол. Но, я уверен, императрица не собирается расставаться с властью, в противном случае ей, наверняка, придется ответить за смерть своего мужа. Здесь есть поле для деятельности! – изложил свое мнение канцлер.

– Мне нравится направление вашей мысли граф, есть еще идеи господа? – опять пошел к окну император, прокручивая в голове комбинацию с наследником престола.

– Да, Ваше Величество! – решил по полной воспользоваться удачным моментом фон Тальман, – Остается еще одна темная лошадка – Польша. В настоящий момент ее позиция скорее нейтральная, хотя связи короля Потоцкого с королем Юханом прослеживаются четко, чего стоят только их совместные действия в Дании. Король умело балансирует между сторонниками и противниками тесных связей с Россией, не занимая пока четкой позиции. Но магнатов, недовольных передачей русским восточных земель, в королевстве достаточно, а значит эту карту можно разыграть. И еще один момент, Ваше Величество. Папа Климент Четырнадцатый весьма стеснен в средствах последнее время и если за счет французского золота, которое Париж собирался отдать шведам, привлечь к нашим усилиям еще и Святой Престол, подняв вопрос притеснения католической веры на переданных землях, то точно получится склонить чашу весов в нашу сторону и получить нового союзника!

Вообще австрийцы, несмотря на одинаковую веру, считали поляков такими же восточными варварами, как и русских. Поэтому им было все равно с кем и против кого дружить. Поделить вместе с Екатериной Польшу – пожалуйста. Натравить поляков на Россию, используя их и османов в виде пушечного мяса, тоже неплохо.