Системный Кузнец X

Глава 3

Магистр Коррен медленно поднялся со своего места. В кабинете вновь повисла тяжелая и густая тишина. Старик больше не отводил взгляд — выцветшие серые глаза впились в моё лицо, словно пытались пробить Железную Кожу и заглянуть в самую суть, в раскалённое нутро Внутреннего Горна. Я не отвёл взгляда, позволяя ему смотреть.

— Значит, ты и есть ТОТ САМЫЙ мастер, — произнёс он наконец. Голос звучал тихо, почти вкрадчиво.

Я промолчал.

Зато Лоренцо воспрянул. Боковым зрением увидел, как расправились плечи Искателя, как ровно и жарко вспыхнула его аура.

— Да! Я же говорил вам, магистр! — в голосе Лоренцо зазвенело неприкрытое торжество, он сделал шаг вперёд, становясь вровень со мной. — На этот раз я не ошибся и привёл настоящую Искру. Будет сущим кощунством не пустить его хотя бы на предварительные испытания. Посмотрите на него! Вот кто точно сможет в перспективе усилить нашу Гильдию перед лицом надвигающейся бури.

Коррен слушал его, не отрывая от меня взгляда. Затем тонкие губы магистра дрогнули, растягиваясь в улыбке. Это не добрая улыбка старого мастера, признавшего талант, а что-то совершенно иное — холодное и расчетливое.

— Может, ты и прав, Лоренцо, — загадочно протянул старик, поглаживая перстень на узловатом пальце. — Может, ты и прав…

Позади меня раздался утробный смешок. Ульф, услышав похвалу в мой адрес и увидев, что строгий дед за столом наконец-то улыбается, расплылся в довольной физиономии. Великан переступил с ноги на ногу и, не выдержав, радостно прогудел:

— Кай — самый лучший!

Я резко обернулся, бросив на здоровяка предостерегающий взгляд, и коротко скомандовал:

— Тихо, Ульф. Помолчи.

Великан тут же послушно сомкнул губы, виновато моргнув, но я уже снова повернулся к столу. Лоренцо выглядел воодушевлённым, Алекс позади чуть расслабил хватку на лямках рюкзака, но у меня внутри сработал инстинкт. Что-то сильно не так. Поведение Коррена казалось примирительным и убедительным для других, но моё Чувство Сплава, привыкшее искать скрытое напряжение и микротрещины в металле, сейчас чётко ощущало фальшь в этом столичном аристократе. Его улыбка была пустой.

Магистр обогнул край своего дубового стола и подошел чуть ближе, плавно переводя взгляд с меня на моих спутников.

— И кого же ты привёл с собой, юный мастер? — мягко спросил Коррен.

Ульф, услышав прямой вопрос от важного человека, тут же забыл про мой приказ молчать. Здоровяк выпятил грудь колесом и гордо гаркнул на весь мрачный кабинет:

— Ульф! Молотобоец! Кай и Ульф — как клещи, неразлучны!

— Воистину так, — протянул Коррен, и бледные губы скривились в подобии благосклонной улыбки. — Каждый уважающий себя мастер должен иметь при себе хорошего молотобойца — верного напарника, с коим идёшь в ремесле рука об руку, деля жар наковальни. И я погляжу, у тебя толковый помощник. Сразу видно — малый с головой.

Его голос источал едкий, выверенный сарказм, который столичные аристократы впитывали с молоком матери. Но Ульф, совершенно не уловив яда в словах магистра, просиял ещё шире. Здоровяк довольно закивал, принимая оскорбление за чистую монету, и его простодушная радость заполнила душный кабинет.

Магистр отвёл от него брезгливый взгляд и посмотрел поверх моего плеча.

— А это что за юноша? — Коррен прищурился, разглядывая напряжённую фигуру лекаря. — Ещё один мастер кувалды?

Лоренцо едва заметно напрягся.

— Это лекарь, — ответил Искатель ровно, но веско. — И, позволю себе заметить, лекарь выдающегося таланта. Он сумел вылечить прожжённые и разорванные каналы практика пятой ступени. А буквально на днях смог пробить «гранитный» рубец, который годами держал Внутренний Горн взаперти.

Лоренцо сделал паузу, позволяя словам осесть в тишине кабинета.

— Мы ехали на Иль-Ферро в надежде, что вашим мастерам удастся это сделать, но этот парень справился сам, находясь лишь на второй ступени Закалки, он пробил барьер исключительно своими отварами. Он крайне полезен, магистр. И прибыл сюда с целью учиться у наших Целителей Духа.

Коррен чуть склонил голову набок. Его паучьи пальцы замерли на столешнице. Он окинул Алекса взглядом, задерживаясь на въевшихся алхимических пятнах на руках парня.

— Вот как, — проскрипел старик. — Откуда же ты родом, аптекарь? Что погнало тебя из родных мест в наши южные земли?

Алекс выдержал этот тяжелый взгляд — его лицо, с глубокими тенями под глазами, оставалось каменным. Я знал, сколько желчи и затаённой боли скрывается за этим фасадом, но сейчас рыжий лекарь держался с достоинством человека, которому нечего терять.

— Я бы не хотел об этом говорить, магистр, — ответил Алекс сдержанно, чеканя каждое слово. — Моё прошлое мрачно и постыдно. Мне нечем там гордиться, и я оставил его позади.

Кабинет погрузился в тишину, нарушаемую лишь далёким гулом вулкана. Коррен медленно кивнул, и на его пергаментном лице отразилось странное подобие уважения.

— Похвально, — произнёс старик. — Честность — редкая руда в наши дни. Уж лучше сказать горькую правду, как есть, чем восхвалять себя гнилой ложью и выдуманными подвигами.

С этими словами магистр вновь повернул голову и посмотрел на меня внимательно и неотрывно. Продолжал смотреть на меня, но заговорил с Лоренцо, даже не повернув головы в сторону Искателя.

— Скажи-ка мне, Лоренцо, — голос старика стал мягким, как бархат, скрывающий кинжал. — Ты так рьяно ратуешь за будущее Гильдии. Твои речи полны заботы о том, чтобы наши ряды пополнились достойными мастерами, способными усилить нас перед грядущим штормом, но давай будем честны.

Коррен медленно перевёл взгляд на Искателя, и в его глазах блеснул холодный огонёк.

— Ты ведь всё это делаешь вовсе не ради Гильдии и не ради этого юнца — ты рвёшь жилы лишь для того, чтобы массивные бронзовые двери вновь открылись для ТЕБЯ. Чтобы Совет вернул тебе право встать у Великого Горна, там, в самом сердце вулкана. Снова называться мастером, претендовать на дальнейший рост и вернуть отобранные привилегии. Вот что волнует тебя на самом деле, а не то, какой самородок будет стоять рядом.

Я внимательно следил за стариком. Мне не нравился ни он сам, ни его манера вести разговор. Он бил по больным местам с точностью опытного садиста, вбивающего клинья в трещины брони. Моё чутьё подсказывало: здесь идёт игра, правил которой мы пока не знаем. Но я молчал, подавляя желание вмешаться. Сейчас нужно просто слушать и оценивать обстановку, как перед входом в задымленное помещение.

Лоренцо, обычно не лезущий за словом в карман, вдруг запнулся. Удар попал в цель. Искатель Искр сбился с шага, на его скулах заходили желваки.

— Магистр, я… — начал он, пытаясь вернуть уверенность в голосе. — Я не стану лицемерить и скрывать: моё возвращение важно для меня. Но эти цели равноценны! Одно не исключает другого, я действительно верю, что Кай…

— Достаточно, — резко оборвал его Коррен, рубанув ладонью воздух. — Всё понятно. Не продолжай. Твоё блеяние лишь подтверждает мои слова.

Магистр отвернулся от Искателя, словно тот перестал существовать, и вновь вперил тяжёлый взгляд в меня. Теперь в его глазах не было ни сарказма, ни скуки — только ледяное презрение и жёсткость.

— Значит, это ты и есть, — он произнёс это утвердительно, с отвращением. — Тот самый мальчишка. Безусый щенок, которому выживший из ума старый барон Ульрих доверил ковать оружие.

Коррен подался вперёд, опираясь костяшками о кресло, что стояло спереди от стола.

— Ты тот самый недоучка, что сковал бракованную железку, из-за которой старый барон погиб в пасти чудовища. Твоя сталь подвела его в решающий миг. А затем, когда его сын, движимый справедливым гневом, решил отомстить за смерть отца и казнить бракодела, ты позорно сбежал — скрылся, как крыса, отравляя своим присутствием земли Вольных Городов. А теперь припёрся сюда, на Иль-Ферро… Просишь взять тебя? Бахвалишься ложью о подвигах, ставишь под сомнение честь Гильдии, пытаясь пролезть в наши ряды? Ты врёшь мне в глаза, щенок.

Я смотрел на перекошенное презрением лицо магистра, и наконец пазл сложился. До меня дошло. Дело не только в столичном снобизме Коррена и не в его нелюбви к северянам.

Грязные, ядовитые слухи, которые новый барон Конрад фон Штейн распустил по всем землям, чтобы прикрыть свою трусость и присвоить чужую славу. Официальная версия, удобная для тех, кто сидит в мягких креслах: сумасшедший кузнец подвёл героя, а потом сбежал. Вот какую историю принесли торговые караваны и шпионы в Вольные Города.

Внутри меня не шелохнулось ни страха, ни желания оправдываться. Внутренний Горн горел ровно, сжигая лишние эмоции. Я знал правду, как умирал Ульрих, и знал цену той стали, что он держал в руках.

— Это ложь, — произнёс я тихо и просто, глядя в глаза старику. Мой голос не дрогнул, прозвучав в тишине кабинета твёрдо. — И вы, магистр, либо сами прекрасно это понимаете, чувствуя фальшь, либо глупы, раз верите трусам.

В углу судорожно вздохнул Лоренцо, но я не обратил на него внимания.

— Я сковал оружие, да, — продолжил, чеканя слова. — Барон Ульрих пошёл с ним на тварь и проиграл, но отдал жизнь, чтобы выиграть время. И у меня был ещё день — один день, чтобы в аду умирающего замка сковать новое оружие. И когда существо подошло к стенам, бравый охотник с моим ножом в руках прыгнул в бездну. Он проник к ядру существа и убил его.

Я сделал шаг к столу.

— Он убил монстра, которого не знали, как уничтожить другие. Потому что в его руках была моя работа. Я сделал это и знаю про себя всё, что мне нужно знать. А вы… — я выпрямился. — Вы можете думать всё, что вам будет угодно. Моя совесть чиста.

Коррен молчал несколько секунд. Его глаза сузились, превратившись в две ледяные щели, но я заметил в них искру хищного интереса.

— Доказательство, — вдруг резко бросил он.

Старик подался вперёд.

— Есть ли у тебя хоть одно доказательство? Хоть что-то вещественное, кроме твоих красивых слов? Докажи мне, что ты не тот самонадеянный щегол, которому доверился сумасшедший старик Ульрих и который его в итоге подвёл, а настоящий мастер.

Он постучал костлявым пальцем по спинке кресла.

— Вести с Севера разлетелись далеко, парень. Тебя объявили преступником, тебя хотели казнить, а теперь ты здесь, стоишь передо мной. Конечно, я не выдам тебя ищейкам — здесь действуют законы Вольных Городов, и ты, как гражданин, неприкосновенен. Но я легко могу не пустить тебя к испытаниям. Одним росчерком пера я закрою тебе путь в кузницы Иль-Ферро навсегда.

Коррен криво усмехнулся, и в этой усмешке проступило что-то личное и злое.

— Дай мне доказательства того, что ты тот самый мастер, о котором говоришь. Баронство Конрада распускает ложь, я знаю цену словам этих выскочек. И охотно поверю тебе, парень, ведь я всей душой ненавижу род фон Штейнов и их столичных покровителей. Но мне нужно видеть сталь, а не слышать ветер.

Я выдержал этот взгляд, не опустив глаз. Внутри клокотала досада, смешанная с горьким пониманием: я оставил всё. Эсток «Кирин» сейчас, должно быть, ржавеет в недрах гниющей туши или покоится в склепе вместе с останками барона Ульриха. А «Рассеивающий Тьму» исчез во вспышке света вместе с Йорном.

— У меня нет доказательства, которое я мог бы положить вам на стол, — ответил твёрдо. — Мои лучшие работы остались в телах врагов и в руках мертвецов. Я бежал из замка с тем, что было на мне.

Позади меня тяжело задышал Ульф. Великан, чувствуя, как меня загоняют в угол, не выдержал — шагнул вперёд, закрывая меня своим массивным плечом, и его бас заполнил кабинет, отражаясь от каменных стен:

— Я видел! Я знаю! — прогремел, сжав огромные кулаки. — Кай ковал! Кай и Ульф всё делали вместе! Огонь был! И искра была! Кай — Мастер!

В тишине кабинета крик прозвучал отчаянно и искренне, но Коррен лишь поморщился и перевёл брезгливый взгляд на моего друга.

— И ты предлагаешь мне поверить словам этого… существа? — он скривил губы. — Я ведь не слепой, парень. Неужели ты думаешь, что свидетельство полоумного верзилы, у которого в голове опилок больше, чем мозгов, имеет хоть какой-то вес в стенах Цитадели? Его мнение не важно. Для меня это шум ветра в пустой бочке.

— Тогда дайте мне молот! — перебил его, чувствуя, как внутри закипает уже настоящая злость. — У меня нет артефактов прошлого, но руки при мне. Пустите на испытание и я докажу всё там. Сталь не умеет лгать, в отличие от людей барона Конрада.

Старик медленно покачал головой. На лице появилась тонкая, змеиная улыбка.

— До испытаний, мой юный друг, ещё нужно дойти, — мягко произнёс он, возвращаясь в своё кресло. — А чтобы дойти, нужна моя печать в реестре. И, к сожалению, тебя там не окажется. К сожалению для тебя, разумеется, но не для меня. Я не пущу сомнительного беглеца к нашим горнам. На этом — всё.

Магистр сел и демонстративно отвернулся, давая понять, что аудиенция окончена, и потянулся к стопке других пергаментов.

— Это произвол! — взревел Лоренцо, теряя самообладание… — Вы нарушаете Устав! У меня есть законное право Искателя представить одного кандидата раз в полгода! Вы не можете просто отмахнуться от этого права, магистр! Это закон Гильдии, написанный кровью основателей!

Коррен поднял на него скучающий взгляд.

— У тебя есть право представить, Лоренцо. А у меня, как у Магистра Регистрации, есть законное право не допустить до Предварительного Круга любого, кто не внушает доверия или чья репутация запятнана. Я пользуюсь этим правом здесь и сейчас. Разговор окончен. Покиньте мой кабинет.

В зале повисла звенящая, мёртвая тишина. Мы стояли перед столом, как оплёванные. Стена бюрократии и предубеждений оказалась крепче любой брони.

Я медленно выдохнул, гася бушующее пламя в Нижнем Котле. Смысла кричать не было. Старик упёрся.

Коррен уже взял перо, но вдруг замер. Он поднял глаза и посмотрел поверх моего плеча прямо на Алекса, который всё это время стоял бледный, как полотно.

— А насчёт тебя, аптекарь… — проскрипел магистр, и голос его неожиданно смягчился. — Я ценю твою честность. Ты не стал выдумывать себе героическое прошлое, как твой спутник.

Старик что-то быстро черканул на небольшом обрывке пергамента, поставил личную печать и протянул листок через стол.

— Я разрешаю тебе доступ в Святилище Духа — это закрытая лечебница при Гильдии, где работают наши лучшие Целители. Покажи им это — тебя возьмут подмастерьем. Будешь растирать травы, мыть склянки, но получишь возможность наблюдать и учиться. Честные мастера нам нужны.

Я обернулся. На лице Алекса застыло ошеломление — смесь неверия, страха и внезапно вспыхнувшей надежды. Он подошёл и дрожащей рукой взял пергамент.

Снова повисло молчание. Нас разделили — меня вышвырнули, а моему другу дали шанс всей жизни.

— Магистр, вы совершаете ошибку, — тихо, почти шёпотом произнёс Лоренцо. В его голосе больше не было ярости, только холодная угроза. — Большую ошибку.

Но Коррен даже не удостоил его взглядом, лишь небрежным жестом указал на массивную дубовую дверь и уткнулся в свои свитки, делая вид, что в кабинете больше никого нет.

Я коротко кивнул Лоренцо.

— Пойдём.

Мы развернулись и молча вышли из кабинета, оставив за спиной скрип пера и запах пыльных бумаг.

Вышли в коридор, и тяжёлые створки захлопнулись за нашими спинами с глухим звуком, отрезая от кабинета магистра. В полумраке коридора повисла тишина, нарушаемая гулом подземных горнов, который теперь казался мне не сердцебиением острова, а насмешливым рокотом.

Лоренцо шёл быстро, яростно печатая шаг. Его плащ развевался, будто за спиной Искателя бушевал шторм.

— Я не понимаю… — выдохнул он наконец, резко остановившись у одной из колонн. Его голос был приглушённым и подавленным. — Я просто не понимаю, что нашло на этого старого дятла! Коррен всегда был со странностями, любил показать свой столичный гонор, но это… Это уже верх безумия. Отказать мастеру с твоим потенциалом, основываясь на слухах узурпатора? Это бред, Кай! Чистой воды бред!

Я остановился рядом, прислонившись плечом к прохладному камню стены. Внутри меня всё ещё тлело раздражение — обида, которую старательно загонял вглубь Нижнего Котла. Конечно, это задело. Меня выставили за дверь, как нашкодившего подмастерья, даже не дав взять в руки молот. Но показывать это сейчас — значит признать поражение.

— Уверен, у старика есть на то свои причины, — произнёс спокойно, глядя на мерцающее пламя в настенной жаровне. — Или их нет, и он просто упивается своей маленькой властью. Но это уже не важно, Лоренцо.

Я оттолкнулся от стены и посмотрел Искателю в глаза.

— Раз так, значит, так. Я найду другое место. Свет клином на вашей Цитадели не сошёлся. И, честно говоря, не сильно-то и хочу задерживаться там, где судят по бумажкам, а не по делам. Если здесь металл проверяют слухами, то он гнилой изнутри.

— Не смей так говорить! — вскинулся Лоренцо. — Не все мастера такие, Кай. Коррен — бюрократ, но он не вся Гильдия. Грандмастер… Иль-Примо — мудрейший из тех, кого я знаю. Он видит суть вещей. Он бы никогда не допустил такой несправедливости!

Я усмехнулся.

— Если он мудрейший, — спросил я тихо, — то почему тебя исключили из мастеров, Лоренцо? Почему этот «мудрейший» вышвырнул тебя искать искры по свету, вместо того, чтобы позволить работать у горна?

Лоренцо дёрнулся — весь боевой запал мгновенно иссяк. Он опустил голову, пряча взгляд, и плечи его поникли.

— Я не хочу об этом говорить, — глухо ответил он. — Но уж поверь… на то были причины. И они были вескими.

Я не стал давить — у каждого свои шрамы. Вместо этого повернулся к Алексу. Рыжий всё ещё сжимал в руке заветный клочок пергамента с личной печатью магистра. На его лице смешались вина и восторг.

— Эй, — я положил руку ему на плечо. — Не смей киснуть.

Алекс поднял растерянный взгляд.

— Кай, я… Это неправильно. Он взял меня, а тебя…

— Я действительно очень рад за тебя, Алекс, — перебил его твёрдо. — Серьёзно. Ты это заслужил. Ты пять лет штопал меня в глуши, не видя ничего, кроме моей горящей шкуры. Это твой шанс. Святилище Духа, лучшие целители… Ты должен непременно воспользоваться этим шансом. Вцепись в него зубами.

— А ты? — тихо спросил он. — Что будешь делать ты?

Я улыбнулся и подмигнул ему, стараясь, чтобы это выглядело беспечно.

— А со мной всё будет нормально. Я — железо, Алекс. Меня били и посильнее. Найду путь, не пропаду.

Мы молча двинулись к выходу из Цитадели. Обратная дорога казалась длиннее. Ульф шёл позади, угрюмо сопя и иногда бросая злобные взгляды на стражников, словно хотел расплющить их своей кувалдой за то, что они обидели меня. Мы вышли под пасмурное небо Ферро-Акудо и направились вниз, к гостевому дому. Город продолжал стучать молотами, но теперь этот ритм не бодрил, а давил на виски.

Уже у самого крыльца «Дома Путника» Лоренцо остановил меня за локоть.

— Я это так не оставлю, — прошептал он, глаза лихорадочно блестели. — Слышишь, Кай? Это не конец. Я постараюсь пройти к Грандмастеру. Иль-Примо должен меня выслушать, я добьюсь аудиенции, чего бы мне это ни стоило. Он пересмотрит это идиотское решение Коррена.

Он сжал мой локоть.

— Прошу тебя, подожди один день. Всего один день. Никуда не уезжай — дай мне шанс всё исправить.

Я посмотрел на дымящуюся вершину горы, потом на измученное лицо Искателя.

— Хорошо, — кивнул я. — Подожду не ради твоих интриг, а просто потому, что хочу ещё немного поглядеть на город. Походить по кузням, посмотреть, как тут всё устроено, какие сплавы используют.

Чтобы хоть как-то занять время и переварить случившееся, мы решили спуститься в Нижний город. Ноги сами привели нас к знакомой вывеске в виде перекрещенных молотов.

Внутри таверны «У Подковы» к вечеру стало ещё теснее. Воздух можно было резать ножом — густая смесь чеснока, перегара, протухшей рыбы и въевшейся в одежду угольной пыли. Мы молча заняли свободный стол в углу.

Почти сразу я заметил в центре зала знакомую светлую макушку — Валерио из Мариспорта. Только теперь он сидел не один, а в компании ещё троих таких же хорошо одетых, самоуверенных юнцов. На их чистых поясах висело дорогое оружие с позолоченными гардами, а на руках не было ни единого ожога. Они громко гоготали, и Валерио то и дело стрелял в мою сторону насмешливыми, победоносными взглядами. Может, портовые слухи на Иль-Ферро разлетались быстрее искр? История о том, как северного выскочку вышвырнули из кабинета регистратора, уже дошла до его ушей? А может просто у него хорошее настроение и я попался под руку.

Я лишь криво усмехнулся этой мысли. Вот, значит, кто в итоге окажется в Нижнем Круге. Вот кто будет ковать будущее Гильдии Огня и Стали — изнеженные сынки с купленными квотами, играющие в суровых мастеров.

Лоренцо не притронулся к еде, мрачно выпил кружку простой воды, поправил плащ и резко поднялся из-за стола.

— Я пойду, — бросил он глухо. — Нужно подготовить почву. Утром буду, — не дожидаясь ответа, Искатель развернулся и скрылся за тяжёлой дверью таверны.

Я заказал себе выпивку — какую-то местную крепкую настойку, от которой разило сивушными маслами и жжёным деревом. В груди ворочалась тяжёлая, свинцовая досада. Всё разбилось к хренам: пять лет ожидания, годы мучительной штопки каналов, смертельный риск в шторм — и ради чего? Чтобы упереться в глухую стену из столичного снобизма и слухов трусливого узурпатора?

Алекс сидел напротив, невидящим взглядом гипнотизируя свой кусок пергамента с печатью Коррена. Наконец, лекарь убрал его за пазуху и поднялся.

— Я, пожалуй, пойду, Кай. Нужно отдохнуть с дороги. И хочу ещё расспросить Гриппа про это Святилище Духа и местных лекарей, пока старик не уснул.

— Иди, — кивнул я.

За окнами таверны уже стремительно темнело, серый свет сменялся багровыми отблесками уличных горнов. Ульф, влив в себя похлёбку, начал громко зевать, прикрывая рот огромной ручищей.

— Тебе тоже пора спать, здоровяк, — сказал я, похлопав его по предплечью. — Иди.

— А Кай? — прогудел Ульф.

— А Кай ещё посидит.

Оставшись один, я подвинул к себе кружку с настойкой и сделал большой глоток. Жидкость обожгла горло, но ожидаемого дурмана не последовало. Я сделал ещё один глоток, потом ещё — выпивал, желая, чтобы хмель хоть немного приглушил зудящие мысли, но тело отказывалось пьянеть. Моя новая суть — шестая ступень Закалки, «Живая Ртуть» — работала безупречно. Абсолютный токсичный порог. Кровь, больше похожая на жидкую магму, просто сжигала весь алкоголь в доли секунды, а Внутренний Горн перемалывал сивуху в лёгкое, едва заметное тепло, оставляя разум кристально чистым.

Валерио за соседним столом расходился всё больше. Хмель развязал парню язык, и он громко, на половину зала, травил байки, бахвалясь перед своими дружками тем, как легко обойдёт всех на Предварительном Круге и какие секреты закалки приготовил для старых мастеров. Его надменный голос резал по нервам, как тупой рашпиль по стеклу.

Внутри меня начала закипать тёмная, горячая злость. Мышцы натянулись, как стальные тросы. Остро, до зуда в костяшках, захотелось встать, подойти к их столу и вбить это холёное, самодовольное лицо в неструганые доски. Выпустить пар. Сбросить напряжение. Показать этому сопляку разницу между купленным местом и настоящей Закалкой.

Я сжал кружку так, что толстое глиняное дно хрустнуло, пустив трещину.

Вдох.

Техника Укрощения Пламени отозвалась мгновенно. Я силой воли переборол себя, осаживая рвущуюся наружу Ци обратно в Нижний Котёл. Нет. Драка в кабаке мне ничего не даст. Избиение слабого духом мальчишки не откроет передо мной ворота Цитадели, а лишь докажет Коррену, что он был прав насчёт «северных дикарей».

Бросив на стол несколько медяков, я резко поднялся из-за стола. Развернулся и, не глядя на компанию блондина, вышел из таверны.

В лицо ударил прохладный ночной ветер, пропахший солью и углем. Остров уже погрузился во тьму, которую разрывали лишь огни неугасающих кузниц. Сплюнув на утрамбованный шлак, я поправил ворот рубахи и быстрым шагом направился вверх по узкой улице, к гостевому дому.

Путь к «Дому Путника» лежал через лабиринт узких, кривых переулков, зажатых между глухими стенами из чёрного базальта. Я свернул в один из таких проходов, где свет уличных жаровен почти не пробивался, уступая место густым, непроглядным теням. Шаги гулко отдавались от камня.

И вдруг сквозь этот привычный ритм я уловил чужой звук.

Шорох — едва заметный, словно кто-то ступал не по жёсткому шлаку, а перекатывался с пятки на носок по мягкому мху.

Я резко остановился и обернулся.

Пустота. Только клубы сизого дыма, гонимые сквозняком, да тёмные провалы закрытых дворов. Я прищурился, прощупывая темноту, но никого не заметил. Лишь где-то вдалеке монотонно ухали молоты, отмеряя пульс Иль-Ферро.

Напрягшись, я двинулся дальше. До выхода на широкую улицу и знакомого крыльца гостевого дома оставалось совсем немного — пара сотен шагов.

Но стоило миновать очередной поворот, как звук повторился ближе. Тень скользнула за спиной так плавно и беззвучно, что это совершенно не походило на поступь обычного портового грабителя.

Внутри меня всё сжалось, а затем… затем я почувствовал, как вспыхивает Нижний Котёл. Я устал. Черт, как же я устал убегать, прятаться, терпеть тычки и глотать чужое высокомерие. В крови бурлила мощь шестой ступени — «Живая Ртуть» требовала выхода, просила проверить себя в настоящем деле. Если какая-то местная рвань решила поживиться за счёт одинокого северянина, то они выбрали худшую ночь.

Я круто развернулся, шагнув обратно в густую тень переулка.

— Эй! — бросил в темноту, и голос прозвучал жёстко, с неприкрытой угрозой. — Хватит прятаться как крыса! Выходи сюда и поговорим!

Ответом была лишь тишина — ни звука шагов, ни дыхания.

Я нахмурился, сжав кулаки. Сделал ещё пару тяжёлых, уверенных шагов вглубь переулка, в самую темень. Никого. Лишь пустой тупик, заваленный старыми корзинами из-под угля.

Раздражённо выдохнув, решил, что этот кто-то струсил, и уже начал разворачиваться, чтобы продолжить путь.

И в этот миг реальность смазалась.

Резкая, неуловимая глазом вспышка движения прямо за спиной. Воздух мгновенно потяжелел, обдав плотной, грубой волной жара, словно рядом открыли дверцу раскалённой печи. А затем шею обожгло металлом. Тяжёлое лезвие легло прямо на кадык, придавив кожу.

Я замер. Мои инстинкты, усиленные новой ступенью Закалки, буквально кричали об одном: передо мной был кто-то, чья скорость и грубая физическая мощь превосходили мои. Одно лишнее движение, попытка ударить или выплеснуть Ци — и мне перережут горло раньше, чем я успею моргнуть. От стоявшего за спиной противника слабо, но безошибочно тянуло застарелым перегаром и едким табаком.

Понимая, что рыпаться сейчас абсолютно бессмысленно, я медленно разжал кулаки.

— Кто ты? — процедил, стараясь не шевелить горлом. — И чего тебе нужно?

От автора:

Уважаемые читатели! У автора вышла новинка. РеалРПГ + Фентези, с компетентным попаданцем зоопсихологом в мир с Драконами. Буду рад любой поддержке!

Они ломают драконов болью и плетью. А я читаю их язык тела и вижу шкалу доверия. Пора показать им истинную Связь. https://author.today/reader/557527/5277390