Сквозь миллион лет человечества

Глава 8

Я внимательно осмотрел пленников на отсутствие гематом и возможных ушибов вместе с кровоизлияниями. Всё оказалось более чем в порядке. Конечно, в подобной жестокости не было смысла, но… Как же это прекрасно! Чисто физически они никак не смогли бы дать мне отпор, да и тем более как-то избежать моих ударов. Этим каннибалам нужен был урок, дабы перестать есть себе подобных, и они его получили.

Звучит как жалкое оправдание…

С ежедневным допросом окончено — можно и до товарищей докопаться. Лишь убедиться, что всё с ними в порядке и что никаких форс-мажорных обстоятельств у них не имеется. Хотя я мало уверен в том, что даже это поможет вызволить их от ответственности.

Нужных людей нашёл в столовой, застав их за поеданием кукурузной крупы. Людно, я бы даже сказал, что очень. Весь этот сброд, находящийся от меня в считаных дюймах лишь способен портить настроение. На нечто большее он увы не способен.

— Блассен, Марк, приветствую, — сказал я это достаточно громко для того, чтобы они услышали.

Эффект был моментальным.

— Да, привет, — сказал Блассен с поднятой ложкой.

— Ага.

Первый вздохнул и перевёл свой взгляд на меня:

— Ну и что ты хотел нам поведать?

К этим мистерам у меня имеется несколько дел, одно из которых это напомнить о сегодняшнем выходе.

— Сегодня мы идём. Встречаемся в ровно четыре дня около туннеля. Постарайтесь прийти без опозданий. На этом важное окончено.

— Угу, — кивнул Блассен, попивая чай. — Майк, ты это, не стой, садись. Чего стесняешься перед друзьями?

Я поступил так, как он предложил.

— У меня имеется ещё одна просьба, — сразу перешёл я к делу.

Парни заинтересованно взглянули на меня.

— Нужно выкинуть мусор.

— Какой? — решил уточнить Блассен.

— Пленники.

— Ты их что ль убил? — холодно полюбопытствовал Марк.

— Нет. Пока что. Просто вырубил, — я улыбнулся. — Мне надобна ваша помощь.

Они переглянулись, доели, а после двинулись по моим пятам словно маленькие утята за «Тяжёлой Рысью».

Двое товарищей по несчастью. Двое друзей, где каждый готов вонзить лезвие в мою спину. Меня с ними мало что связывало, но в то же время вместе мы старались действовать сообща. Однако, как я сам полагаю, им давно неприятна моя компания. Блассен ещё терпит, но вот Марк… он категорически негативен к моей персоне. То ли ему не нравится тот факт, что я являюсь по сути сыном не последнего человека в Федерации, то ли просто моё поведение… Но сейчас, он был скорее нейтрален ко мне, чем негативен.

Пленники очнулись, что было полностью моей виной. Вынужденный обморок обычно не длится свыше пяти минут. Я должен был просто напялить им по глазной повязке и кляпу, что мы в общем-то только что и сделали.

В паре с Блассеном довольно быстро освободили пленников от оков, пока Марк сторожил возле входа. Взяв их на руки, потащили к хранилищу. Как я помню там было за что присобачить их, так что проблем стоило не ожидать.

Несколько поворотов то налево, то направо, быстрый спуск по лестнице, которая находилась на самом краю застройки этого этажа. Был лифт, но нам не требовалось лишнее подозрение со стороны работяг, да и тем более от сторожей и главы Надзора.

Начало было лёгким. Мы несли их на двух руках стараясь не класть их на пол, но, когда мы начали спускаться, я предложил нести их вместе. Блассен и Марк — Клода, а я эту… девушку.

— Сколько мы ещё будет спускаться? — начал жаловаться Блассен с понуренной головой. — Знаешь, этот парень… он довольно тяжёлый…

— Как и девушка, — невозмутимо ответил я.

— Да, но… — посмотрел он на Марка и вновь опустил голову. — Чёрт…

Жаловаться в этой ситуации не было никакого смысла, как и в общем в мирной жизни.

Наконец, мы спустились и дошли до достаточно просторного помещения, которое было усыплено всевозможными досками с поддонами, а также деревянными и стальными ящиками, перекрашенными в светло-синий цвет — официальный цвет Федерации. Они были набиты разными вещами, начиная от амуниции к разному стрелковому вооружению, заканчивая игрушками для взрослых и детей.

Это помещение, точнее склад, был закрыт достаточно тяжёлой бронированной дверью, к которой требуется аж три ключа. Стены утолщены и уплотнены. Всё это было сделано, как очевидно, ради безопасности, дабы любой проходимец не смог вооружиться или украсть что-нибудь и вдобавок сбежать из колонии. Хотя последнее отнюдь не представляется возможным.

— И что же мы будем делать с ними? — спросил Блассен, лёжа на зелёном дряхлом диване с многочисленными дырками.

— Повезём их с собой, — ответил я, копаясь в ящике, набитом патронами к моей Принцессе.

Изначально я выбирал между казнью и криптосном, но быстро пришёл к тому, что ни первое, ни второе не даст нам выгоды. А второе так вообще нереализуемо в наших условиях. Возможно, я смог бы отдать их отцу, когда он снова улетит домой, но просить его о таком сродни признанию что я проиграл ему.

— Значи-ит, — протянул Блассен. — мы должны встретиться здесь же в ровно четыре?

— Верно.

— Тогда я пошёл, — встал он с дивана и направился к бронированной двери. — Давайте, ещё встретимся. — помахал он рукой, прежде чем закрыть её.

Остался ещё один.

— Марк, — он смотрел в потолок лёжа на пыльном сером матраце. — тебе не пора?

Тот приподнял голову и посмотрел на меня протерев глаза, и взглянув на свои электронные часы резко вскочил с комментарием:

— Ох ужас…

Быстро проволок ноги до двери, едва не ударившись об неё, но сохранив баланс, дабы не упасть назад, пропал из виду побежав, судя по звукам, направо.

Кажется, он спал, но сколько времени прошло? Пять минут? Десять? Я настолько вжился в процесс заряжания и разряжения четырёх магазинов, что потерял счёт времени.

Я взглянул на стандартный тридцатипатронный магазин, подходящий почти ко всем моделям серии «Шевсин» — моей автоматической винтовки под номером семнадцать. На самом деле это аббревиатура, — ШВСИН —, но именно так её называют в армии.

Отложив его, я направился к огромным железным воротам, но не именно к ним, а к стене справа. Подошёл к ней, нащупал на бетонной стене небольшую круглую кнопку, что прекрасно сливалась с текстурой покрытия.

Отойдя на несколько футов в стене, открылся небольшой тёмный закуток, в котором лежал мой драгоценный «Шевсин» с пистолетом, использующийся чаще всего как дополнительное огнестрельное оружие для патрульных полицейских Федерации. Помимо моих дам, в стороне лежали пистолет-пулемёт и револьвер Блассена, а также автоматический пистолет Марка.

Хоть я и не помню уже что это за модель, но чёрт возьми, патроны… они и вправду прекрасны. Бронебойные с увеличенным количеством пороха, калибр девять на двадцать два, отличное пробивное действие и с весьма интересными увечьями, что может предоставить выпущенная пуля этого патрона.

Поистине прекрасный вариант. Хотелось бы получить такой же себе в руки вместе с самим пистолетом. Но он Марка, принадлежит ему…

Принадлежит.

Тц.

— Ладно, так тому и быть… — не сдержавшись выпалил я, достав своих дам из влажной норы. — Вам, наверное, было очень неприятно находиться там, да? — сказал я, взглянув на них. — Ничего, сейчас я вас почищу и будете чувствовать себя словно только что купленные. Вы ведь давно не ощущали себя так? В смысле, чистыми и неиспользованными, словно девственная дева, что ещё ни разу не…

Правая рука, кулак, солнечное сплетение, удар… и боль. Резкая боль.

Это ненормально. Да любой, кто сейчас бы стоял позади меня, находился бы в недоумении от моих… так скажем, слов.

Сегодня у меня намечается начало прошлой миссии, невыполненной. Отец обещал мне возвращение домой после её окончания. Мне нужно выложиться на полный максимум, на сто один процент.

Чистка, смазка, консервация. Масло, тряпка, шомпол, ёршик. Ватные палочки, щётка и змейка. Всё на месте, значит вы готовы к чистке.

Ну-с, начинаем.

Закончив это непростое дело, я огляделся и… никого не обнаружив, оголил царапанные кварцевые часы и проверил время.

Прошёл где-то час. Осталось дело за малым.

Я положил две пушки на небольшой прямоугольный стол и накрыл их небольшим покрывалом, сделанным, судя по ощущениям, из шершавой ткани. И перед тем, как выйти, я не забыл закрыть дверь на три ключа.

Для миссии я выбрал соответствующие вещи, а именно термоизоляционные и ветроустойчивые, ведь именно эти критерии являлись важным приоритетом в выборе одежды для данной планеты.

В итоге я остановился на: запасном белом пуховике отца, оказавшегося равным моему размеру, и на капюшоне которого был мех неизвестного мне животного; бронештанах третьего класса защиты пятого типа планет — арктический; военном ремне текстильного серого цвета с чёрной классической армейской пряжкой, с двумя шлёвками снабжённых кольцами, и предназначался он для подвешивания на него различных приспособлений, боевого снаряжения, оборудования, инструментов, позволял комфортно переносить оружие на большое расстояние, закрепив его сбоку или на спине, полностью освободив руки, весьма оправданное приобретение стоимостью в не одну тысячу федеральных кредитов, — цена была такой из-за отдельного, достаточно сложного в изготовлении материала, который тогда мне был неизвестен; кальсоны на всё тело, сделанные из простого хлопка, что чаще всего производят на планетах агрономической направленности, — ПАН; бронежилете третьего уровня защиты, серый цвет, титапласталь, — сплав чистого титана и строго закреплённого сорта стали, выходящее итоговое свойство которых сопоставимо с пластмассой при некоторых показателях, — высоких армейских ботинках, весьма тяжёлых но не сильно затрудняющих движение; светло-чёрной футболке на несколько размеров больше, сделанную из синтетической ткани; жёсткие, но гибкие утеплённые тактические перчатки цвета хаки.

Такой комплект одежды не мог не радовать меня. Нет. Он не только радовал меня, а ещё и восхищал. Качество и надёжность материалов, идеальные размеры и быстрота одевания себя любимого.

Насчёт шлема и забрало, а также походного рюкзака волноваться не было причин: они лежат в одном из стальных ящиков находящемся в хранилище. Также я не забыл подложить одноразовые грелки, что начинали работать если потянуть за верёвку, в каждую часть тела: руки, ноги, туловище, шея, голова.

Одевшись и закрепив то, что можно закрепить, я стал думать о самой миссии. Наша задача проста, но если вчитываться и вдумываться, то начинают вылезать настоящие что ни на есть трудности.

Огромная зона поиска, где вы по сути ищете что-то, но это что-то вам вообще неизвестно. Это как искать гильзу в главном бассейне Федерации, который доверху набит малокалиберными патронами для спортивной стрельбы. Одним словом: невозможно.

Это надо будет спросить у отца. Он точно ответит. Но добиться его внимания представляется для меня поистине чем-то невыполнимым. Конечно, я могу настоять или придумать форс-мажорную причину, но врать ему бесполезно — он всё равно прознает и о следующей возможности спросить можно только и мечтать.

Трудно…

Но я не сдаюсь. Мне надо лишь постараться добиться своего. Вариантов остаётся мало, одно из которых это импровизация. Данный метод имеет несколько, а то и больше проблемным исходов, начиная от моментального поражения, заканчивая катастрофическим провалом. Ни то, ни другое не удовлетворяет моей задаче, так что мне остаётся лишь положиться на собственную логику и мышление, не на удачу и богов, так как их просто не существует, а именно на собственные силы.

Да, именно так я и поступлю. Мне не надо сто раз повторять одно и то же.

Я подходил к хранилищу неся в руках картонную коробку размерами в небольшой аквариум, когда моя группа в составе двух человек уже стояла на месте, молча наблюдая за моими расслабленными шагами.

На спине у Блассена обвисал набитый вещами вещмешок; он хорошо подготовился. Марк же, предпочёл идти со… школьным рюкзаком?

— Марк, ты сейчас серьёзно? — не удержался я от комментария стоя напротив него.

— А? — не понял тот. — Что я?

— Твой рюкзак… — я слегка повернул этого недоумка в свою сторону и слегка похлопал тёмно-синие нечто. — Ты с ним что ли в школу ходил, а может… и вовсе ходишь?

Тот озадачено прощупал его, после чего ответил в своей манере, пожав плечами:

— Да нет. Он ведь не мой.

— Тогда откуда он у тебя? — наигранно поменял я интонацию.

— М-м… — задумался тот, но вскоре вернул себе типичный вид. — Тебя это никак не должно волновать, Майкл.

Вот уж реально клоун всея цирка.

Я повернулся к двери.

— Ладно-ладно… — покрутил я в руках ключницу. — Понял я тебя. — и вставил первый ключ в замочную скважину.

Свет, вентиляция и обогреватель были включены через мгновенье с помощью переключателей на стене. «Серый и уродливый склад» — сказало бы большинство, но для меня это словно райское место, прекрасное, и не меньше приятное. Люблю простоту и когда всё под рукой, но да… здесь бы не помешала небольшая уборка, влажная и сухая. И что интересно, большая часть полов была освобождена от пылевого загрязнения. Именно там, где чаще всего ходили бы люди.

В это место редко заглядывают всевозможные лица начиная от Надзора и наёмников и заканчивая гражданскими в лице уборщиков и детской детворы, — хотя что бы здесь делали последние я сказать не в силах.

Так вот, опираясь на данную особенность и удалённость от общего скопления людей, несложно сопоставить целостную картину этого места: высокая надёжность, редкость посещаемости, удалённость от мест скопления людей, а также обширность самого помещения — эти факты заинтересовали дядю Янника, а может и всех бывших Комиссаров. Только вот, зачем я строю это объяснение? И так же понятно, что только наличие подземного прохода и повлияло на выбор, так сказать, отхода.

Я прилёг на тот самый дырочный диван решив вздремнуть. Времени было не то чтобы много, но и мало я бы не сказал, но… сон никогда не бывает ненужным, так что, почему бы и нет.