Слишком глубоко

27

На следующее утро Ричер проснулся первым. Он оделся, вышел из номера и пошел в закусочную. Он купил кофе. Два стаканчика на вынос. Он принес их обратно, и когда вошел в номер, Найт уже проснулась. Она сидела в постели, прикрывшись простыней до груди.

Она спросила: - Все в порядке?

Ричер ответил: - Да. А почему должно быть не в порядке?

- Твое выражение лица. Ты выглядишь обеспокоенным.

- Я не обеспокоен. Мне просто показалось, что я почувствовал запах дыма. Очень слабый. Я пытался понять, откуда он исходит.

- Может, он исходил отсюда? Вчера ночью было довольно жарко. - Она откинула одеяло на стороне Ричера. - Может, нам стоит воссоздать те условия. Посмотрим, повторится ли это, если это возможно. Исключительно в интересах науки.

Ричер поставил кофейные чашки на стол и подошел к ней.

Ее телефон зазвонил.

Ричер сказал: - Не обращай внимания.

Найт посмотрела на экран. - Это твой приятель, Уоллворк. Не хочешь посмотреть, что он хочет?

- Черт. - Ричер взял трубку и нажал кнопку ответа. - Да?

Голос Уоллворка звучал хрипло. Он спросил: - Где ты?

- В мотеле, где Гибсон встретился со своим куратором. Хотя у нас есть новая информация об этой встрече. - Ричер посмотрел на Найт. Ее простыня сползла на несколько сантиметров. У него было ощущение, что это не случайно.

Уоллворк сказал: - Жаль. Я надеялся, что ты уже будешь далеко-далеко.

- Почему?

- Два агента уже едут туда. Ищут тебя и детектива Найт.

- Нас? Почему?

- Практически все, к чему ты прикасался вчера, пошло к черту. Когда агенты прибыли в русское заведение, Кейн сбежал. В пещере Видич и Пэрис пропали без вести. Бауэри был мертв. А когда они обыскивали дом банды, один из агентов наткнулся на ловушку.

За дверью, прямо у тела Гибсона, была закреплена бутылочка с фосфором. Все помещение сгорело дотла.

- Похоже, это полный провал.

- Без шуток. Хотя не все потеряно. У них есть Флетчер. И несколько автомобилей, в том числе машина Гибсона, которую нашли на месте аварии.

Его мобильный телефон все еще был внутри, застряв под сиденьем водителя. Они сняли отпечатки пальцев и взяли образцы ДНК со всего дома. Анализ ДНК займет некоторое время, но отпечатки пальцев подтвердили, что они принадлежат ему. И когда пожарные разрешат зайти в дом, я уверен, что наши технические специалисты подтвердят наличие человеческих останков. Хотя, скорее всего, из них не удастся извлечь ДНК.

- Так почему же агенты преследуют нас? Мы ни в чем не виноваты.

- Они хотят поговорить с вами обоими. Думаю, Найт скоро узнает, что бывает с людьми, которые вам помогают.

- О чем они хотят с нами поговорить? Мы не потеряли ни одного подозреваемого. Мы ничего не поджигали. И мы покинули место происшествия только потому, что ты нас об этом попросил.

Ричер услышал шуршание с кровати. Он взглянул в ту сторону и увидел, что Найт теперь сидела на коленях.

Простыня была подтянута до подбородка, и ее лицо внезапно побледнело.

Уоллворк сказал: - Я знаю. Но потеря тела Гибсона усложняет официальную идентификацию. А поскольку еще пара парней в бегах, боссы хотят получить как можно больше информации, чтобы начать поиски. И Ричер?

- Да?

- Мне нужно, чтобы ты оказал мне услугу. Иди с этими парнями. Не сопротивляйся. Не убегай. Отвечай на их вопросы. И не умничай. Ты сможешь это сделать?

Ричер не ответил.

Уоллворк сказал: - Это важно. Ты знаешь, как устроена политика. Если бы мы добились результата, я был бы гением за нестандартное мышление. Это как раз в моем духе. Но если все пойдет наперекосяк, вся вина ляжет на меня. За то, что поделился конфиденциальной информацией с посторонним лицом. С тобой. Я могу оказаться в очень неприятной ситуации. Меня могут уволить. Я могу лишиться пенсии.

Ричер не ответил.

- Тебе понадобится всего двадцать четыре часа. Максимум сорок восемь.

Ричер рассмеялся.

- Что смешного?

- Именно это мне сказал Видич в начале всего этого. Я ему тоже не поверил.

Ричер стоял у окна, высматривая машины агентов. Найт сидела на кровати и завязывала шнурки на туфлях. - Я так злюсь на себя. Так злюсь. Я должна была это предвидеть.

Ричер сказал: - Не будь к себе так строга. Ты была не единственной. Я тоже это видел. Но не догадался.

- Я не имею в виду буквальное видение. Я должна была догадаться о последствиях. О возможности. О слепой очевидности. Как ты мог это сделать? Ты же луддит. У тебя даже телефона нет. Что ты знаешь о Siri? О виртуальных помощниках? О голосовом управлении?

Ричер пожал плечами.

- Именно. Как ты мог знать? Но я знаю. Я постоянно пользуюсь Siri. И я была так увлечена желанием вселить в Кейна страх Божий, чтобы он понял, что я могла бы убить его, если бы захотела, что не сопоставила факты. Его телефон был прямо рядом с ним. Не имело значения, что его руки были связаны за спиной. Он мог позвонить кому угодно.

- Четырех парней, которых мы отправили прочь, по-видимому. Мы, должно быть, пропустили их буквально на несколько минут.

Найт бросилась на кровать. - Так что все еще хуже. Я должна была оставить его телефон, когда отправляла сообщение. Или разбить его. Но он был без сознания. Я не думала, что он очнется и сможет говорить. И я подумала, что федералы захотят забрать телефон, когда прибудут. Может, в нем было что-то полезное. И я не знала, что мы вернемся в этот дом.

Ричер дал ей минуту, чтобы она могла собраться с мыслями, а затем спросил: - Что ты думаешь о рассказе проститутки? Женщины из номера 2. Я хотел спросить тебя об этом вчера вечером. Но я был... отвлечен.

Найт снова села и сказала: - Это было странно, правда? Думаешь, Видич мог запутаться? Он сказал, что

наблюдал за номерами из закусочной. Мы не знаем, как у него со зрением. Возможно, на его пути были люди, которые мешали ему разглядеть. Он мог перепутать номера дверей. Номера один и два находятся рядом друг с другом.

- Возможно.

- Женщина сказала, что была одета элегантно. Насколько элегантно, как типичный агент, возможно, с расстояния? Она сказала, что вышла из комнаты через несколько минут после Гибсона. И если она ездит на старом полицейском автомобиле, который непрофессионал может легко спутать с машиной Бюро.

- Я могу поверить, что Видич запутался. Или что паранойя сыграла свою роль. Но вот в чем дело. Бюро подтвердило, что Гибсон был агентом. Теперь они также идентифицировали его отпечатки пальцев в его Линкольне. Если Видич действительно видел его с проституткой, а не с куратором, и пришел к правильному выводу по неправильной причине, разве это не слишком большое совпадение?

- Не обязательно.

- Нет?

- Нет. Вот пример. Ты хорошо знал математику в школе?

- Средне.

- Видишь ли, я был ужасен. Но я помню, как однажды, в шестом классе, к нам пришла новая учительница математики. В первый день она пришла рано. Написала задачу на доске. Сказала нам попробовать ее решить. Она была очень сложной. Она была уверена, что никто не сможет ее решить. Это должно было послужить мотивацией на весь остаток года. Работай усердно, и в конце концов ты добьешься успеха. Но самое забавное, что когда я попробовал, я полностью перепутал метод, но каким-то образом получил правильный ответ. Это была чистая случайность. Ошибка. Учительница была так зла на меня. Может, Видич сделал что-то подобное?

- Возможно. Но, по-моему, решающим фактором является то, был ли на самом деле куратор в мотеле в тот день. Нас ждет некоторое время с Бюро. Посмотрим, поделятся ли с нами наши новые друзья.

Ричер увидел приближающиеся две машины. Chevrolet Suburban. Обе черные. Они ехали близко друг к другу, одна за другой, и сквозь толстый слой дорожной пыли просвечивала блестящая краска. Они проигнорировали свободные места на парковке и подъехали прямо к двери мотеля. Ричер вышел на улицу. Найт последовала за ним. Из каждого внедорожника выскочил агент. Они пожали друг другу руки. Проверили удостоверения личности. Затем агент из ведущего Suburban помог Найт сесть на заднее сиденье. Он сел и тронулся. Второй агент открыл заднюю дверь. Ричер остался на месте. Он спросил: - Куда мы едем?

Агент ответил: - Я не вправе...

- Я вправе. Буквально. И я останусь вправе, пока вы не успокоитесь.

Агент подумал минуту, а затем сказал: - Хорошо. В любом случае, вы скоро сами все увидите. Это дом. Одно из мест преступления. Он принадлежит каким-то русским и забит контрабандой. Сейчас все конфисковано, а здание реквизировано. Поблизости нет ничего подходящего.

- У вас там есть кофейник?

- Не знаю. Я не пью кофе.

- Подумайте. Это важно. Я не могу сидеть в изоляции без кофеина. Это ни для кого не закончится хорошо.

- Один из агентов принес что-то. Не кофейник. Кофемашину, которая работает с капсулами.

— Если она варит кофе, то подойдет.

Ричер обошел Suburban и сел на пассажирское сиденье. Агент пожал плечами, сам сел в машину и направился к выезду. Он нажал на газ гораздо сильнее, чем агент, который вел машину Найт. Ричер подумал, что, возможно, хорошо, что у этого парня в организме не было кофеина. Он не понаслышке знал, что происходит с водителями, которые слишком быстро входят в повороты.

Когда Ричер прибыл к дому, Эскалейд Флетчера уже не было. Как и джип Видича и Ленд Ровер Пэрис. Их места на подъездной дорожке заняли еще три черных Субурбана. Найт стояла у входной двери. Она разговаривала с парнем, которого Ричер не видел раньше. Он был высоким и худым. На нем был простой черный костюм. Голова была бритой, и утреннее солнце отражалось от нее. Он носил маленькие круглые очки в проволочной оправе, которые придавали ему ученый вид. И он энергично жестикулировал руками. Ричер решил, что это местный руководитель. Вероятно, он хотел произвести хорошее впечатление на своих людей, прежде чем из Квантико прибудут более влиятельные лица.

Ричер подождал, пока агент обойдет машину и откроет ему дверь. Затем он вышел из машины и направился к Найт и высокому парню.

- Я Я специальный агент Доконали, — сказал мужчина. Он протянул руку. - Спасибо, что пришли. Мы займем как можно меньше вашего времени. - Он кивнул в сторону двери. - Давайте начнем.

Внутри дом был практически таким же, как и накануне, только все ящики и коробки были убраны, и он уже выглядел скорее как офис или учреждение, чем как дом. Доконали повел их в столовую. В центре был установлен стол для пикника. У него была пластиковая столешница и складные металлические ножки. Вокруг него были расставлены четыре складных стула. Похоже, их купили в магазине для кемпинга, подумал Ричер. Возможно, это был пример нестандартного мышления, к которому стремился Уоллворк.

Доконали провел Ричера через дверь. Он сказал: - Подождите здесь, пожалуйста. К вам сейчас подойдет кто-нибудь. - Затем он провел Найт в кухню.

Ричер посмотрел на стулья и решил сесть на пол. Прошло пять минут. Десять. Он улыбнулся про себя. Условия проживания, возможно, были нетрадиционными, а обстановка импровизированной, но тактика Бюро оставалась прежней. Это было очевидно. Заставить подозреваемого ждать в одиночестве и тишине. Изоляция усиливает напряжение. Тишина порождает желание говорить. А разговор в напряженной ситуации может легко привести к признанию. Ричер предположил, что с Найт поступят так же. Он надеялся, что она сможет сдержать чувство вины за то, что не заметила, как Кейн вызвал помощь, что привело к его побегу. Тем более что, судя по всему, допрос будет проходить в том месте, откуда сбежал Кейн. Возможно, умный агент сможет соединить эти точки, даже если она ничего не скажет. Если это произойдет, они разберутся с этим позже. Но не было смысла накликать на себя неприятности, уличая себя.

Ричер лег. Его мысли вернулись к поездке из мотеля. В его голове проносились цифры. Скорости. Расстояния. В периоды простоя он никогда не мог удержаться от случайных вычислений. Формы и шаблоны, которые образуют числа, всегда успокаивали его, как гармонии в идеально построенной музыкальной фразе.

Он начал с расстояния. Расстояние от мотеля до дома составляло примерно десять миль. Насколько он помнил, его везли три человека. Видич. Найт. И агент, который был с ним этим утром. Агент был самым быстрым. Он ехал со средней скоростью чуть более шестидесяти миль в час, и путь занял десять минут. Агент, который вез Найт, уехал на две минуты раньше. Найт уже разговаривал с Доконали, когда Ричер прибыл в дом, поэтому он предположил, что она должна была прибыть как минимум на минуту раньше него. Это означало, что ее агент мог ехать со скоростью не менее 54,5454 миль в час. Ричеру это понравилось. Ему нравилось находить необычные результаты, такие как простые числа или периодические десятичные дроби. Он переключил свое внимание на время, затраченное на путь от мотеля до серпантина, надеясь найти что-то подобное. Но он пришел к гораздо менее удовлетворительному выводу. Не из-за цифр. А из-за людей.

Расстояние от мотеля до серпантина составляло примерно пять миль. По словам Видича, он выехал из мотеля через пять минут после Гибсона и догнал его как раз перед серпантином. Ричер понял, что в этом была проблема. Если предположить, что Видич усилил темп и ехал так же быстро, как агент утром, Гибсону нужно было просто ехать со средней скоростью выше тридцати миль в час. Тогда он бы проехал серпантин до того, как Видич до него доехал. Гибсон был опытным агентом. Он знал, что его прикрытие раскрыто. Он фактически бежал, спасая свою жизнь. Было ли разумно полагать, что он будет ехать со скоростью менее тридцати миль в час? Когда люди с таким же опытом могли разгоняться до пятидесяти пяти или шестидесяти миль на этом участке дороги? Ричер так не думал. Это была еще одна аномалия в рассказе Видича. А Ричер не любил аномалий.