Сны на студёном ветру

Лоцман Обабков

В устье Хатанги в борт теплохода мягко тюкнулся катерок «Дарвинист Паша Реченский».

— Солнышко-батюшко порато, сквозь облака свои улыбки рассылает, — поприветствовал мореходов звероподобный лоцман, поднимаясь по штормтрапу.

Понимая отмели и приливы, он взмолился нашему капитану:

— Пять дён не емши, не пимши. Пусти, парень, в кают-кампанию. Курс по чайкам равняйте. Чайка дорогу знает, чайка не подведёт.

Подхарчившись горячим, лоцман внёс ясность в повестку дня:

— В этих краях, таинственных и суровых, богатых дичью, нельмой, чиром и муксуном, я не первый год плаваю не емши, не пимши. Вот, собственно, и всё, что я имел право вам сообщить.