Сосны

Глава 2 фрагмент 3

Следующим утром в числе встречающих Егор занял пластиковый стульчик у поста охраны. Пока Катя наводила красоту, разложив содержимое косметички на столике регистрации перед собой, он переписывался с Максом и в паузах скролил ленту новостей. Вопросы товарища касались исключительно двух тем: девушки-вожатые и меню столовой. Если вторая тема была закрыта за три-четыре сообщения, то первая, казалось, отнимет весь оставшийся день. После оглашения списка девушек, перед глазами запестрели ссылки на их самые интересные — по субъективному мнению Максима — фотографии и посты, да еще с комментариями, которые в данный текст никаким образом не попадут. Что действительно удивило Егора, так это реакция Максима на профиль старшей вожатой: «А у неё кто-нибудь есть?». Егор хотел было ответить, но в этот момент парковку заняла первая троица автобусов и пришлось отправить короткое: «Пока». В ответ прилетело: «Пока — это кто — то есть на данный момент, но скоро всё изменится? Или пока — ты убежал?». Но Егор убрал смартфон, подвинулся к столику регистрации и, выпрямив спину, сложил руки перед собой как в первый день школы перед первой учительницей.

— Егор, — старшая вожатая дотронулась до плеча парня — сколько она там стояла, и видела ли текст переписки? — и вышла из тени здания охраны, — пора встречать гостей.

Только парень приподнялся, Катя взяла его за руку:

— Ксюш, не торопись, сначала сопровождающие, — и легонько потянула Егора вниз.

Ксения нарочито прищурилась и, хмыкнув, зашагала к воротам.

— Стоило пойти, — виновато сказал Егор и посмотрел на Катю.

— Раз стоило, так и шел бы, — ответила она безразлично и вернулась к уходу за ресницами.

Ворота скрипнули, в сопровождении двух девушек на территории лагеря появился высокий парень со стопкой бумаг в руках.

— Всем здрасьте, — поприветствовала Ксения прибывших и продолжила деловым тоном: — Значит так. Ребят ведем к столику Екатерины: она отметит их в списках, а Егор, наш новенький, проводит до нужного корпуса. Схема ясна? Вопросы?

Сопровождающие переглянулись, и парень кивнул.

— Вот и славно. Зря время не теряем — через полчаса парковка должна быть свободна, приедет следующая партия автобусов. Теперь вас оставлю. Нужно проверить медпункт, Алевтина Михайловна, наверное, уже открыла.

И ушла. Гости от такого приема застыли на месте и в недоумении уставились на Егора с Екатериной.

— Привет, Егор — это я, — парень глупо помахал рукой и посмотрел на соседку, — с Катей вы наверняка уже знакомы.

Сопровождающие вышли из ступора:

— Денис. Это Настя и Маша. Катюш, а что со старшей? — поинтересовался парень.

— Ничего особенного, — губы Кати растянулись в улыбке. — Бывают такие дни…

— Ну да, — не желая слышать подробностей, Денис положил распечатки на стол регистрации и предложил Маше, невысокой брюнетке, привести своих детей первыми. Она согласилась и следом сообщила, что ей не помешала бы помощь, на что Егор без промедлений предложил свою.

Дойдя с девушкой до автобуса, парень замер, чуть приоткрыв рот. Внутри салона творился полнейший хаос: кто из мальчишек прилип к стеклу, а кто боролся с соседом. Мария подметила заминку и спросила, не впервой ли Егору вожатить.

— Если честно, да.

— Я и смотрю — взгляд испуганный. Не тушуйся, с ними ведь что главное — ты всегда прав! И неважно, что делаешь или говоришь — ты прав, понял?

Егор улыбнулся.

— Ты думаешь, как такая коротышка, — девушка показала на себя, — справляется с такими монстрами?

И, вместо ответа, Мария зашла в автобус. Егор широко раскрыл глаза: не произнеся ни слова, девушка хлопнула в ладони три раза, и детвора мигом угомонилась. Маша строго осмотрела присутствующих — виновники под тяжестью ее взгляда смущенно опустили головы. Егор сглотнул — вот это мастерство! А девушка тут же расцвела в улыбке и принялась рассказывать, что ребят ожидает дальше.

Закончив с багажом, Егор ощутил вибрацию в кармане. Достал смартфон и на дисплее отобразилось пуш-уведомление: «Ваш друг Оля Чижова обновил(а) фотографию профиля». Без промедлений, Егор перешел в приложение и от увиденного сжал гаджет до жалобного треска. Всплыло новое уведомление, теперь от Макса: «Бро, лучше не лезь в её профиль». «Поздно, дорогой товарищ, — мысленно ответил Егор, закусив нижнюю губу. — Мало того, что она выложила фото с ЭТИМ, так еще в подписи накатала, что забила на «Алые паруса», осталась на лето в городе.» Украдкой Егор еще раз взглянул на улыбающуюся с экрана Олю:

— Я из-за тебя игру слил, — сквозь зубы прошипел он, — так ты еще и от лагеря отказалась! Спокойно мог ехать на море, но нет — черт надоумил записаться в эту дыру для лузеров!

Катя проходила рядом, сначала даже хотела успокоить и поддержать Егора, но последняя фраза парня остановила ее на подступе — оказалась болезненно доходчивой. Взгляд вожатой тут же потупился и поджались губы: ядовитой волной по мыслям разлилась обида.

К полудню подтянулись и частные автомобили. Из колонны блестящих иномарок и отечественных моделей выделялась старенькая Ауди. Машина не то что тронута — сплошь была изъедена ржавчиной; противно и громко скрипя тормозами, самим фактом своего существования доводила остальных участников движения до исступления.

Метров за сто до парковки, колымага замигала аварийкой и съехала на обочину. Дверь со скрежетом открылась и на придорожный песок ступил длинноволосый брюнет за сорок: в потертых кожаных ботинках, лицо испещрено морщинами, седина клочками пробивалась в густой и черной как смоль бороде. Громко сплюнув, мужчина нацепил выцветшую бейсболку и поправил увесистую кожаную сумку на плече. Как только поток автомобилей иссяк, пересек дорогу и зашел в лес. Запах хвои усилился, призывая гостя к покою и отдыху, но он сюда добрался не за этим.

Не смотря на отсутствие троп, мужчина продвигался уверенно: глаза находили только ему ведомые ориентиры, а, на первый взгляд, хлипкие поваленные деревья в итоге служили надежной переправой.

Спустя четверть часа мужчина оказался у гордо стоявшего громадного дуба. Обходя его кругом, мужчина ощупывал массивный ствол, пока не нашел старую зарубку и одобрительно по ней не хлопнул. Достав охотничий нож, мужчина постучал рукоятью по земле; под тонким слоем дёрна глухо отозвалось что-то металлическое. Помогая себе лезвием, мужчина нащупал тонкий, острый край — этим что-то оказался оцинкованный лист железа. Немного напрягшись, что было сил мужчина дернул за него; лист сдвинулся, открыв взору яму с железной бочкой по середине: вместо крышки натянут брезент, и края обмотаны проволокой, для надежности. Мужчина осмотрел облупившиеся стенки, затем — брезент и кивнул сам себе. После взялся за проволоку и не спеша размотал. Скинув брезент, аккуратно извлек содержимое бочки наружу. Среди прочего, на земле оказалась палатка, посуда и другие предметы первой необходимости. Расшвыряв мелочевку, мужчина поднял прозрачный пакет с пластиковой застежкой и, оценивая состояние потрепанной книжки внутри, кивнул себе во второй раз.

Вечерело. Егор сидел на ступеньках административного корпуса и потягивал лимонад из пластиковой бутылки. Со стороны ворот донесся голос Ксении: “София, наконец-то!”

Парень дернулся и пролил немного содержимого себе на майку: “Вот черт”. Только поднял голову, как перед глазами нарисовалась Ксения, держа под руку невысокую миловидную шатенку в очках:

— Егор, знакомься, это София — библиотекарь. София, это наш новенький.

— Очень приятно, Егор, — кивнула София, протянула руку и улыбнувшись спросила: — Вы к нам на все лето?

— Видимо да, София, — Егор мягко сжал пальцы девушки и добавил: — И можно на “ты”?

— Ой. Простите… прости, — замялась Софья, растерянно посмотрев на руку парня и ему в глаза. — Это от волнения… Мне, пожалуй, пора… надо обустроиться… вещи… библиотеку открыть.

— Иди, Соф, — Ксения села рядом с Егором, — а я позже заскочу. — Как библиотекарша скрылась из вида, добавила: — Странная немного, да?

— Немного.

— И есть из-за чего: мать погибла на пожаре двенадцать лет назад.

— Алла. И Катя сказала, что десять лет назад, а не двенадцать.

— Слушай ее больше, — махнула рукой Ксения. — Я ей каждый раз объясняю, как зарплата начисляется — цифры не ее конек. Пожар был двенадцать лет назад, Аллу и одну девочку из ее отряда не нашли, решили, что сгинули в огне. И осталась у Софьи только бабка, а та, говорят, жуть какая строгая: ничего нельзя, никуда не пускает, кроме нашего лагеря. С бабушкой София живет как в изоляции и кроме книжек своих ничего не видит. А здесь подруга моя дышит свободно. Будто раз в году расцветает. Гиацинт мой.

— Цветок, понятно, — Егор поднялся и выбросил пустую бутылку в урну. — Ксюш, я пойду. Мне сегодня в ночь дежурить, надо покемарить часок другой.

— Конечно, иди, — не поднимая глаз ответила Ксения, отвернулась и сжала губы.

Лагерь ожил. Егор шел по центральной аллее, слушал пение птиц и журчащее вперемешку с ним радио. Местами раздавались возгласы вожатых и их подопечных — до открытия смены оставались считаные часы: торжественная линейка уже завтра, в девять утра.

Старик пил пиво и с балкона своего коттеджа отрешенно смотрел вдаль. Дверь на первом этаже громко хлопнула и, хмыкнув, мужчина достал пачку сигарет.

— Дорого-ой! Я дома, — крикнула Марта, бросив шуршащие пакеты. Затем раздались звуки падающей обуви и шагов по ступеням на второй этаж.

Старик закусил фильтр сигареты и, не обращая внимания на слегка запыхавшуюся девушку, чиркнул спичкой о коробок и прикурил. Спичка полетела вниз и Марта, нахмурив брови, высказала: — Я же дарила тебе крутую зажигалку.

— А я ее не просил.

Марта недовольно хмыкнула и, встав в позу, продолжила сверлить Старого взглядом.

— Знаешь, что… — начала она, но осеклась, когда поймала на себе недобрый взгляд.

— Ты где была? К студенту тому бегала?

— Почти уга…

Старик выбросил сигарету и ошалело вперил в нее взгляд:

— Что-о-о? — растянул он злобно.

Марта застыла как мышь перед коброй:

— Ты не о том подумал, Старичок. Я за ним подглядывала!

Мужчина коршуном вцепился в маленькие плечи девушки:

— Ты совсем страх потеряла?

Марта надула щеки, пихнула мужчину в грудь и следом влепила пощечину:

— А ну ка остынь! Фу, я сказала!

Прикрыв горящую после удара щеку, Старый застыл и только его пыхтение выдавало бурлящую в нем ярость.

— И не пыхти на меня, ишь что удумал — напугал ведь до этого самого! — Марта наиграно замахнулась и второй оплеухи, конечно же, не последовало.

— Зачем ты ходила к студенту? — прохрипел Старый.

— Нежнее… — потребовала Марта, скрестив руки на груди.

Старик выдохнул и медленно, спокойно повторил вопрос.

— То-то же. Наш садовник…

— …убийца, — предположил Старик и потянулся за пачкой сигарет.

— Дурак ты! Ведь серьезную вещь хочу сказать. Утром я пожала ему руку и браслет дернулся.

Старик сделал глубокую затяжку, задрав голову к небу.

— Только он в сад, я мигом к смартфону.

Мужчина округлил губы и дым густым облаком покинул его рот.

— Он Полый.

Старик выкрикнул: «Чего?» и кашель очередью продрал его бронхи и горло.

— Полый — вместилище, идеальный сосуд для нечисти, которой охота комфортно — без разложения там и прочего — покуролесить в теле человека.

— Знаю я, кто такие Полые, спасибо, — Старик сел на стул и уперся руками в колени: — Их же как амурских тигров: раз два и обчелся — редкость!

— Вот и я в шоке. Таких еще щенками отлавливают, а этому за двадцать уже, а он и знать не знает, каков мир на самом деле.

— А ты уверена, что он не чей-нибудь пёсик? Куш больно жирный и в первый же день в гости заявляется Полый — не западня ли это?

Марта пересеклась взглядом со Стариком и так они просидели с минуту.

— Да не, — Старый нарушил молчание первым.

— Точно нет, — согласилась Марта, и, сев на соседний стул, стрельнула у напарника сигарету. — Бред.

— А то, что оплата такая высокая и именно Зотову?

Марта затянулась, выдохнула и, прежде чем ответить, описала сигаретой в воздухе круг:

— Зотов — идеальный сотрудник: результативный и, что не менее важно, честный малый…был. Тут сыграла его репутация.

— Ладно, — Старый кивнул, поднялся с места и начал ходить взад-вперед: — А что, если дело в этом малом — садовнике-вожатом-Полом? Может в нем уже сидит кто, а он и не знает? От того и не при делах — нечисть шкодит и ловко уходит от нежелательных контактов в здешний лес.

— Старик, не тупи, — Марта покачала головой и коснулась пальцем виска: — Тогда бы смартфон дал еще одну расшифровку — на пассажира.

— Ой, — отмахнулся Старик, — моя б воля…

— Знаю-знаю. Ты бы работал по старинке: вычислял гостей крестом по лбу и топлением в святой воде!

От насмешки напарницы щеки мужчины сделались пунцовыми, и он скрестил руки на груди.

— Да ладно тебе, не дуйся, динозаврик мой. Ты сейчас пойдешь и закажешь нам ужин. А я в это время погуглю, не ищет ли кто Полого в идеальном состоянии и без пробега… Старичок, а ты не сделаешь мне массаж стоп?

— Нет.