Шри Авадха Дас Бабаджи

В штате Бихар, в Митхилапуре, жил Шри Харикинкара Иогендравара, святой Мадхава-гаудия сампрадайи, имевший безграничную веру в «Шримад Бхагаватам». Одним днём, будучи совершенно здоровым, он позвал своих учеников и объявил, что в определённое время месяца картика оставит своё материальное тело, читая «Шримад Бхагаватам» на берегу Ганги, на Семариягхате. В этот назначенный день он пришёл вместе с учениками на Семариягхат, сел на берегу Ганги и стал читать «Шримад Бхагаватам». Как только он дошёл до «Расарапанчадхьяя», главе писания, описывающей раса-лилу[126], его с такой силой переполнила бхава, что с восклицанием «Ха, Кришна!» святой вышел из тела и в своём сидха-дехе[127] присоединился к раса-лиле в трансцендентном Вриндаване.

Шри Ямуна Дас и Шри Авадха Дас были наиболее известными его учениками. Прежде чем пойти на Семариягхат, святой позвал их обоих. Он наставил Ямуна Даса: «После того, как я оставлю тело, иди в разные части страны и проповедуй вайшнавизм». А наставление, данное Шри Авадха Дасу, говорило: «Иди во Вриндаван и совершай бхаджан».

Авадха Дас родился в 1826-м году в брахманской семье Майтхила в деревне Мандара-Мадхусудана, принадлежащей к району Бхагалапура в штате Бихар, который был освящён пылью с лотосных стоп Шри Чайтаньи Махапрабху, когда он ходил в Гаю. Авадха Дас в раннем возрасте отрёкся от мира и принял инициацию у Харикинкара Иогендравара. Пока тот был жив, он оставался в ашраме своего гуру в Митхилапуре.

Шри Харикинкара был не только сиддха махатма, но также великий пандит. Он был признан как крест-джуэл среди пандитов Митхилы, которая на протяжении многих веков была знаменитым центром образования. Авадха Дас изучал шастры у своего гуру. Он прошёл специальное изучение «Шримад Бхагаватам» и выучил его наизусть.

После ухода гурудева Авадха Дас Баба пришёл во Вриндаван и поселился в доме Дхоби Гали, который с течением времени превратился в его ашрам. Всю свою жизнь он находился в пределах этого ашрама. Баба выходил из него только дважды в год, когда вёл нагара-киртан[128]: один раз — на празднование годовщины ухода Шри Мадхавачарьи, а второй раз — своего гурудева. Он обычно всегда был погружён в бхаджан и спал только два или три часа ночью.

Его бхаджан состоял исключительно из патха (чтения) и пуджи (поклонения) «Шримад Бхагаватам». Баба начинал декламировать иглоки этого писания и переворачивал страницы, даже не глядя на них, поскольку он не только помнил книгу наизусть, но также знал, на какой странице каждая шлока начинается и на какой заканчивается. Он поклонялся «Шримад Бхагаватам» в точности так же, как поклоняются Шри Мурти Кришны, потому что считал «Шримад Бхагаватам» воплощением самого Шри Кришны. Его книга «Шримад Бхагаватам» была обвёрнута в шёлковую материю, помещена на украшенную симхасану[129], ей подносилась бхога, которая после предложения съедалась, как прасад. Также он обмахивал её летом веером, укутывал в одеяльце зимой и качал на качелях в сезон дождей. Каждый посетитель, приходивший к нему в любое время, всегда заставал его, или читающим «Шримад Бхагаватам», или говорящим о нём. Он едва ли говорил сам или позволял говорить другим о чём-нибудь ещё.

Как-то один молодой человек пришёл во Вриндаван из Аллахабада. Он прослышал о том, что если кто-нибудь съест остатки еды после сидха святого, то будет благословён даршаном Радха-Мадхавы. Кто-то сказал ему, что Авадха Дас Баба завоевал расположение Радха-Мадхавы. Юноша пришёл в ашрам Бабы, когда тот вкушал прасад и направился прямо к нему, хотя получил предупреждение от учеников Бабы — не подходить к их гуру близко во время принятия прасада. Он сел рядом с ним и со сложенными в намаскаре руками попросил немного остатков с его подноса. Но Баба забывался в медитации или даршане какой-нибудь лилы, даже во время еды и, естественно, ничего не услышал. Молодой человек подумал, что Баба игнорирует его просьбу, поэтому протянул свою руку и сам взял с подноса горсть прасада. Когда он уже собирался съесть добытые таким образом остатки еды святого, Баба поймал его за руку. Юноша разжал кулак и, быстро подхватив прасад другой рукой, положил его себе в рот. Как только прасад попал ему в рот, он упал без сознания на землю. Он оставался в бессознательном состоянии до позднего вечера, пока Баба не закончил своё ежедневное чтение «Шримад Бхагаватам» и не попросил несколько садху встать вокруг его бесчувственного тела и петь киртан. Как только раздался киртан, юноша открыл глаза. Некоторое время он в замешательстве оглядывался вокруг, затем внезапно ухватился за стопы Авадха Бабы и начал плакать, причитая: «Простите меня, махарадж. Я нанёс тяжкое оскорбление Вашим лотосным стопам. Но теперь я узнал о Вашей настоящей сущности. Я буду оставаться у Ваших стоп и служить Вам всю мою жизнь. Я больше не пойду ещё куда-нибудь. Вы должны принять меня. Окажите милость, гурудев, окажите мне милость!» Баба не только извинил его, но дал ему дикшу и возложил на себя всю ответственность за нового ученика. Один из садху спросил у юноши о том, что тот узнал о Бабе. Он ответил: «Как только я положил его остатки еды себе в рот, то перенёсся в трансцендентное пространство. Там был полдень, и я увидел бходжана-лилу[130] Враджендрананданы. Баба и Кришна сидели в середине, окружённые сакхами (друзьями Кришны) и в радостной атмосфере оба клали руками остатки своей еды друг другу в рот».

Один бенгалец принял дикшу и веш у Бабы и стал жить в его ашраме. Он был очень непостоянен, поэтому не мог оставаться в одном месте долго. Позднее он попросил у Бабы разрешение пойти в паломничество по Индии. Баба не согласился. Но даже после отказа, через какое-то время, он упаковал свои вещи в дорогу. Баба спросил его: «Куда ты собрался?»

«Никуда, — ответил он, — я просто погуляю вокруг и вернусь».

Баба предостерёг его: «Ты ничего не выгадаешь из непослушания гуру и слоняясь без дела, как обезьяна».

«Я так долго подчинялся гуру. Разве я должен слушаться его всю мою жизнь?» — ответил бенгалец и ушёл.

Несколько лет никакой информации о нём до Бабы не доходило. Он стал беспокоиться о своём ученике. Однажды, когда он повторял джапу и прогуливался во дворе своего ашрама, к нему подбежал молодой самец обезьяны и ухватился за его стопы. Баба понял, что эта обезьяна когда-то была его бенгальским учеником. Он умер и родился опять обезьяной, поскольку не послушался гуру. Но за счет практики бхакти он вспомнил о совершённом им в прошлой жизни оскорблении, раскаялся и пришёл извинится перед своим гуру. Баба смилостивился над ним и сказал: «Ты сделал хорошо, вернувшись обратно. Теперь никуда не уходи. Живи неподалёку от ашрама и приходи принимать прасад два раза в день». Баба завязал ему вокруг шеи туласи-кантхи и попросил учеников заботиться о нём. Обезьяна стала жить на крыше ашрама и на прилегающей территории. Она спускалась и садилась во дворе два раза в день, когда раздавали прасад. Вечером, когда Баба читал «Шримад Бхагаватам», она приходила, садилась у окна и очень внимательно слушала катху. Баба назвал этого самца Рамадасом. Одним днём он сказал своим ученикам: «Я два дня не видел Рамадаса. Вы тоже его не видели?» Сразу после этого один ученик поднялся на крышу ашрама и нашёл обезьяну мёртвой. Об этом сообщили Бабе, и он объявил: «Рамадас был вайшнавом. Его погребальная церемония должна быть совершена, согласно вайшнавской традиции». Таким образом, тело Рамадаса уложили на виман[131], и ученики Бабы, совершая киртан, унесли его на берег Ямуны, где опустили в святую реку. По случаю его ухода была организована бхандара[132], и вайшнавов накормили прасадом.

Однажды Баба получил даршан Кришны очень необычным и удивительным образом. Вечером после декламации «Шримад Бхагаватам» он увидел Кришну, совершающим парикраму вокруг книги «Шримад Бхагаватам», которую он обычно читал. Это было удивительно, потому что обычно поклоняющийся совершает парикраму объекту, которому поклоняется. Неужели Кришна относится к Шримад Бхагаватам, как к объекту поклонения?

Но ответ простой. «Бхагаватам» не только словесное воплощение Кришны, он также словесное воплощение премы или трансцендентной любви. Према — высшая цель не только для ограниченных душ, но также для Кришны. Без сомнения, сам Кришна является любовью, и всё же Он жаждет больше и больше любви. Ибо такова природа любви. Чем больше человек имеет любви, тем сильней он к ней стремится. Это природа Кришны как воплощения любви заставляет его говорить: ахам бхакта парадхинах — Я всегда становлюсь в подчинённое положение по отношению к Своим преданным, которые любят Меня. Кришна получает более великое счастье от любви Своих преданных, чем от Своей собственной, наполненной блаженством, природы. «Шримад Бхагаватам» изображает Его любовные игры со своими преданными. Поэтому Он расценивает своё воплощение в качестве «Шримад Бхагаватам» как превосходящее Его самого и как заслуживающее Его поклонения. И также поэтому Он всегда жаждет слушать катху «Шримад Бхагаватам». Шри Джива Еосвами описывает Кришну в «Гопала-Чампу» как слушающего с великой жадностью истории Своих собственных лил от Мадхукантхи и Снигдхакантхи.

Итак, в тот день Шри Кришна, должно быть, присутствовал в ашраме Бабы как один из слушателей Бхагавата-катхи и был обязан совершить парикраму «Бхагаватам», подобно другим слушателям. Он также, видимо, особо наслаждался катхой, которую вёл преданный, подобный Авадха Дасу Бабе, и захотел дать ему что-нибудь в подарок. Поскольку Он ничего не мог дать в подарок Бабе, что могло бы удовлетворить его, кроме Своего даршана, Он был вынужден дать ему даршан.

Катха и пуджа «Шримад Бхагаватам», проводимая Бабой, продолжалась, как обычно, даже когда он вошёл в сто десятилетний возраст. В 1937-м году он заболел. Баба так ослабел, что для него было невозможно пройти даже маленькое расстояние. Возникла необходимость поднимать его и переносить. На второй день Кришна-пакши месяца пхалгуна состояние Бабы стало ухудшаться. Его тело лежало безмолвно и неподвижно. Ученики подумали, что наступила смерть. Поэтому они начали петь киртан. Но как только Баба услышал первую строку киртана: «Шри Кришна Чайтанья Прабху Нитьянанда», он восстал и начал танцевать. Учеников охватила тревога. Они остановили киртан и уложили Бабу на кровать. Спустя короткое время ему стало очень плохо. Было очевидно, что Баба собирается сделать свой последний вздох. Затем, согласно наставлениям, которые он раньше дал ученикам, они принесли и рассыпали по полу пыль из гьяна-гудани[133] и положили на неё своего гуру. В эти минуты его губы медленно двигались, и было слышно, как Баба немощным голосом декламирует шлоки из «Шримад Бхагаватам». Он, продолжая читать таким образом шлоки, оставил тело в три часа утра, чтобы участвовать в вечных лилах Шри Кришны в трансцендентном Вриндаване.

Загрузка...