Темные земли

Предложение короля

Небольшой пеший отряд во главе с Эдуардом ждал возле ущелья. Увидев приближающееся войско Тёмного короля, Эдуард отделился от своих людей. Игнифер слез с лошади. — Здравствуй, — сказал Эдуард, остановившись в двух метрах от короля. — Здравствуй. — Ты подумал над нашим предложением? — холодно спросил Эдуард. — Да. И у меня есть встречное предложение, — спокойно ответил Игнифер. — Какое же? — не смог скрыть удивление Эдуард. — Я предлагаю мир в течение десяти лет и ежемесячный запас руды, которую мы будет добывать для вас и переправлять на вашу территорию в течение всего этого срока в обмен на родителей Миры. Я гарантирую неприкосновенность ваших границ, если ваша сторона будет соблюдать условия мира и нашего соглашения. Эдуард на секунду замер, осмысливая услышанное. — А если нам это не интересно? — с вызовом спросил он. — Тогда вы должны понимать, что Мира представляет для меня больший интерес, чем её родители, она — моя жена. Если месть Мире и её семье важнее десяти лет мира и пополнения запасов руды, которую вы так жаждете, это ваш выбор. С моей стороны других предложений не будет. — Понятно, — холодно ответил Эдуард и развернулся, чтобы уйти. — Эдуард, — окликнул его Игнифер. Тот приостановился. — Если ты действительно её любишь, надеюсь, ты понимаешь, что она простила твоё предательство не без труда, но смерть родителей она не простит тебе никогда. Это невозможно простить, я это точно знаю. Эдуард молча развернулся и направился к своему отряду. Я не находила себе места, постоянно думая о родителях и представляя, что Совет может с ними сделать. Всё, чему учил меня Софус, было мной забыто и словно утеряно. Я не могла сохранять контроль над своими мыслями и даже не пыталась за ними наблюдать. Ненависть, гнев и злость захлестнули меня. Я представляла, как мщу каждому, что поднял руку на моих родителей. Я потеряла покой. Игнифер видел мои терзания и старался больше со мной разговаривать. — Твой гнев справедлив, Мира, — сказал он, садясь рядом со мной на диван и протягивая чашку с моим же успокоительным настоем. — Спасибо, — тихо произнесла я, забирая чашку у него из рук. — Гнев — одна из самых сильных эмоций, с ним очень сложно бороться, — продолжил он. — Даже я не могу, хотя технику, которую дал тебе Софус, я давно знаю. Но если дать гневу волю, он разрушит всё, что ты построил. Гнев притупляет реакцию, угнетает все твои способности. В гневе трудно найти выход из сложной ситуации, и ты обязательно допустишь ошибки, которые подвергнут опасности твоих близких. Для решения любой проблемы, нужно успокоиться, тогда ты сможешь принять правильное решение. Я молча слушала его. — Ни одно событие в жизни не должно лишать тебя покоя, — Игнифер взял меня за руку. — В мире всё изменчиво, добро и зло — это всего лишь иллюзия, наше восприятие события. Для вселенной это просто факт. — Я ненавижу Совет, — тихо сказала я. — Понимаю тебя, — спокойно ответил Игнифер. — Но твоя злость не поможет твоим родителям. Путь ненависти ведёт в тупик. — Совет должен заплатить за всё, что сделал! — воскликнула я. — Он заплатит. Ничто в мире не происходит безнаказанно. Я молчала, отвернувшись к окну. Игнифер понял, что его слова бесполезны, и я его не слышу. — Собирайся, мы едем к Софусу, — сказал он. Было уже темно, когда мы постучались к старцу. Софус тут же открыл дверь, словно ожидал нашего приезда. — Здравствуйте, — с улыбкой сказал он, пропуская нас в дом. Внутри было жарко и пахло травами. — Присаживайтесь, — старец поставил на стол две чашки и налил в них ароматный травяной чай. Мы послушно сели. — Что привело вас ко мне на этот раз? — с улыбкой спросил он, присаживаясь напротив нас. — Простите, что потревожили Вас в поздний час, — начал Игнифер. — Мира хотела бы знать, как восстановить внутренний покой, когда обстоятельства выводят из себя. Как справиться с гневом? Софус усмехнулся. — Практиковать наблюдение за своими мыслями каждый день. — Это мы понимаем, — ответил Игнифер. — Но, может быть, Вы сможете рассказать Мире ещё раз о том, как это важно? — Ну, хорошо, — согласился Софус. — Спонтанные мысли вызывают спонтанные реакции. Поддаваясь им, человек не способен повлиять на события. У него остаётся только один вариант: просто идти по линии своей судьбы. Но если начать наблюдать за мыслями, не привязываясь к ним, не уходя в них, это поможет посмотреть внутрь себя и действовать осознанно. Не существует лекарств, способных излечить от гнева в одно мгновение, на это требуются долгие годы практики. Гнев — это наше эго, не избавившись от него, невозможно избавиться от гнева. — Значит, я ничего не могу с собой поделать? — спросила я, как только он закончил. — Мира, с Вашими родителями всё будет хорошо, — тихо сказал Софус, глядя мне в глаза. — Вам сейчас нужно позаботиться о себе и о ребёнке. Я чувствую его силу и могущество. Как он воспользуется своим даром, будет зависеть от вас. Мы уехали от Софуса глубокой ночью. Я сидела рядом с Игнифером в карете, положив руки на свой живот. Меня и раньше пугало материнство, но после слов старца о силе дара ребёнка моя тревога стала ещё сильнее. — Ты можешь представить нас родителями? — спросила я Игнифера. — Да, — просто ответил он, посмотрев на меня. — Кого бы ты хотел: сына или дочь? Он пожал плечами. — Я буду рад, если ребёнок родится здоровым, остальное не так важно. — Ты не боишься, что мы не справимся? — не могла успокоиться я. — Допустим какие-то ошибки в воспитании ребёнка? — Не боюсь, — усмехнулся Игнифер, взяв меня за руку. — Мы любим его, и это главное. Мы сделаем всё, что от нас зависит, чтобы дать ему лучшее воспитание. Он вырастет хорошим человеком. Мы оба за это отвечаем. Ты не одна, я рядом. — Ты прав, спасибо, — видимо, именно это я и хотела услышать, потому что у меня на душе сразу стало спокойнее.