Темные земли

Нападение

На следующее утро Игнифер не пришёл, чтобы вместе позавтракать.

Къяра набрала ванну, помогла мне одеться и сопроводила в обеденный зал. Когда мы проходили мимо кухни, я поприветствовала поваров. Они как обычно ответили мне оторопевшим молчанием, словно каждая встреча со мной была для них неожиданностью.

После завтрака я решила сходить в оранжерею, и Къяра, наконец, оставила меня одну.

Прозрачный купол, как Игнифер и обещал, был идеально вымыт. Воздух в оранжерее до сих пор сохранял влажность, а земля до конца не впитала воду. Я взялась за работу: нужно было отмыть от вековой пыли статуи, фонтаны, резные скамейки и светлые мраморные плиты, выложенные между ровными участками земли, где когда-то росли цветы. Окруженная землёй и растениями, пусть даже полуживыми, я чувствовала что-то похожее на умиротворение. Забота об этом месте и физический труд помогали мне ни о чем не думать.

Время пролетело незаметно. Ближе к обеду Къяра вернулась, чтобы сопроводить меня обратно в башню. Когда мы проходили мимо переговорной комнаты, через открытую дверь я увидела Игнифера, стоящего возле овального стола ко мне спиной. Его окружали огромные, закованные в чёрные доспехи с шипами, вооружённые до зубов стражи. На фоне их мощных, покрытых тёмной шерстью тел, фигура короля казалась хрупкой. Теперь стало понятно, почему он пропустил завтрак. Магна, заметив меня у входа в переговорную, поспешно подошла к двери и яростно её захлопнула прямо перед моим лицом. Я вздрогнула от неожиданности и грохота.

Къяра пошла вперёд, что меня порадовало, потому что она не видела, насколько меня потрясло случившееся. Внезапно я осознала, что чужая здесь. Пусть молчаливые повара не захлопывали передо мной дверь, но она была закрыта внутри них самих. А сам Тёмный король, окруженный доверенными лицами, сейчас вёл переговоры о том, как бороться с моим родным королевством.

Война не исчезла с принятием моего решения, это я стала на другую её сторону. Не был ли мой поступок безумием?

Все эти мысли в доли секунды пронеслись в моей голове. В какой-то момент я была готова даже бросить всё и уйти из этого замка, но меня останавливало обещание, которое я дала Игниферу. Расстроенная и подавленная, я поспешила за Къярой, которая уже ушла далеко вперед.

Ночью меня разбудили громкие крики и шум, доносившиеся словно отовсюду.

Я резко села в постели, сердце от испуга готово было выскочить из груди. Схватив со стола лампу, которая обычно горела всю ночь, а утром её тушила Къяра, я накинула на плечи тёплый платок и выбежала из комнаты.

Проходя по бесконечным коридорам замка, я поняла, что крики раздаются подо мной. Когда я спустилась по винтовой лестнице на нижний этаж, голоса стали слышны более отчётливо. Я шла на яркий свет и вскоре увидела перед собой просторное светлое помещение, в котором рядами стояли огромные койки, на которых могло уместиться три человека сразу. На каждой из них лежали окровавленные тела стражей. Их доспехи были разломаны, тела изрублены, у некоторых из груди, ног и рук торчали стрелы с белым оперением. Судя по цвету оперения, они были виридийскими. Воздух пропитался запахом крови.

Тела продолжали приносить и за неимением свободных коек клали прямо на пол. Мимо раненых быстро, но без суеты передвигались лекари в светлых балахонах с накинутыми на головы капюшонами. Я искала глазами Игнифера, готовая ко всему, но к счастью его здесь не было.

Рядом с палатой располагалась комната поменьше. На длинных полках ровными рядами стояли сосуды с лекарствами, на небольшом столе лежали медицинские инструменты: долота, щипцы, ножницы, рядом стоял стол больших размеров, который сейчас пустовал. Видимо, на нём проводились операции.

Лекари работали слаженно, без паники, но не успевали — раненых было слишком много. Я подошла к одному из лекарей, осматривающему пациентов, и, перекрикивая шум и стоны раненых, сказала:

— Я хочу вам помочь!

Он быстро взглянул на меня, после чего вернулся к осмотру стража.

— Помощь оказывается только обученными лекарями, вы не можете помочь, — негромко прорычал он.

— Я могу остановить кровотечение, залечить ранение…

— Каждое действие медицинского работника чётко спланировано. Постороннее вмешательство чревато потерями, — непреклонно ответил он, не глядя в мою сторону.

Лекарь крупными и быстрыми шагами переходил от койки к койке, продолжая осмотр: задавал вопросы раненым и получал или не получал ответы. Я старалась не отставать от него.

— Что Вы сейчас делаете?

— Провожу первичный осмотр и сортировку раненых, — терпеливо ответил он. — Воины с лёгкими и тяжёлыми ранениями, не совместимыми с жизнью, отсортировываются в первую очередь. Их переносят в другие помещения. Те, кто получил ранения средней тяжести и тяжелые, остаются, им будет оказана медицинская помощь.

Этот лекарь отличался общительностью. Видимо, работа наложила на него свой отпечаток: по роду занятия ему приходилось часто общаться со своими соплеменниками.

— Вам нельзя здесь находиться, — он повернулся ко мне. — Прошу Вас не подвергать опасности моих пациентов и поберечь своё душевное состояние.

Несмотря на его неприступность, я не собиралась сдаваться.

— Я хочу поговорить с главным лекарем, назовите его имя и где я его могу найти, — твёрдо сказала я.

— Его зовут Медеор, он перед вами.

Моя последняя надежда испарилась.

— Медеор, прошу Вас, — умоляюще произнесла я. — Позвольте мне помочь. Раненых слишком много…

— Чем вы можете помочь? — раздраженно прорычал он, утомленный моей назойливостью.

— Я могу залечить рану…

— Вместе со стрелой в груди? — сыронизировал он.

— Конечно, нет. В ней не должно быть инородных предметов, но их я тоже чувствую.

— Я лекарь и не представляю спасение без последовательных действий. Если будет пропущен любой из этапов лечения, это фатально для моего пациента. И это боль для его семьи и всего народа.

— У этого раненого раздроблена кость, — уверенно сказала я.

— Нет, не раздроблена, — бескомпромиссно ответил Медеор и перешёл к койке с другим раненым.

Мне было больно видеть страдания подданных короля, слышать их стоны и ощущать собственную беспомощность, но главный лекарь был непреклонен. Я медленно пошла к выходу.

— Госпожа! — окликнул меня знакомый голос.

Я тут же обернулась.

— У него действительно раздроблена кость, — Медеор смотрел на меня, остановив сортировку раненых. — Возьмите балахон в операционной. Вы можете быть полезны.

Не теряя ни секунды, я вбежала в операционную и быстро надела балахон. Он оказался мне велик, поэтому я подвязала его поясом и закатала рукава. Несколько минут спустя я уже стояла рядом с Медеором.

Главный лекарь пояснял каждое своё действие, какой этап будет следующим, мою и роль других лекарей. Сейчас я участвовала в сортировке раненых. Медеор распределял их по степени тяжести ранения. Моя помощь заключалась в оценке внутренних повреждений, в которых он мог ошибиться при первом осмотре. Он задавал вопросы пациенту, я говорила, какие внутренние нарушения почувствовала, он относил пациента к одной из четырёх групп риска. После чего стражи уносили раненых или в помещения для тех, кто легко ранен, или в помещения, где ранения были несовместимы с жизнью. Остальным пациентам лекари оказывали медицинскую помощь в том объёме, в котором это было возможно сейчас.

Я помогала всем, чем могла. Скорость сортировки увеличилась. Здоровые стражи торопились разносить пациентов по комнатам, с трудом успевая за нами. Когда все были осмотрены, Медеор дал команду заносить первого пациента в операционную.

— Спасибо за помощь, сейчас дело за нами, — сказал он мне.

— Я ещё могу помочь, — умоляюще произнесла я. — Когда вы очистите рану, я могу её полностью излечить.

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Потом Медеор окинул оценивающим взглядом помещение, заваленное ранеными телами, и согласно кивнул.

— Попробуем, — сказал он. — После иссечения раны и её очистки, у вас будет возможность продемонстрировать своё умение.

Медеор быстрыми шагами направился в операционную, где его уже ждал помощник. Я поспешила за ним и остановилась в углу, ожидая, пока меня позовут.

— Госпожа, подойдите, — наконец, окликнул меня Медеор.

Я подошла к операционному столу. Зрелище открытой раны было неприятное.

— Мне нужно прикоснуться к ней… — тихо сказала я.

Медеор протянул мне чем-то пропитанную ткань. Я взяла её, приложила к ране, а сверху положила свою ладонь. Все напряженно ждали. Я чувствовала, как невыносимо для них это ожидание, но мне нужно было время. Я постаралась отвлечься от лишних мыслей.

Не знаю, сколько времени прошло, но Медеор мне его дал. Я подняла повязку, рана затянулась. Медеор переглянулся со своим помощником.

— Несите следующего с резаной раной! — крикнул он стражам. — Этого положите к группе с лёгкими ранениями для повторной сортировки. И принесите ещё один стол!

После того, как приказ был отдан, Медеор повернулся ко мне.

— После иссечения раны мы переложим раненого на второй стол, и вы приступите к делу, — сказал он, глядя мне в глаза. — А мы в это время займемся следующим пациентом.

— Поняла, — тут же кивнула я.

Не знаю, сколько тел прошло через мои руки, но вскоре я почувствовала себя полностью обессиленной. Казалось, ноги не держат меня, но я продолжала спасать жизни стражей, как и остальные лекари.

— Мира?..

Я обернулась: на пороге операционной стоял ошеломленный Игнифер. Доспехи на нём были целы, это меня успокоило.

— Что ты здесь делаешь? — удивлённо спросил он.

Я не успела ответить, потому что из-за его спины вышла дрожащая от ярости Магна и двинулась на меня.

— Это ты виновата во всех этих жертвах! — прорычала она так громко, что, казалось, я оглохну от её рыка.

— Магна, она не виновата, — сдержанно, но твёрдо сказал Игнифер. — Это — война.

В воздухе повисла напряженная тишина. Магна застыла в метре от меня. Я смотрела в её наполненные ненавистью глаза и от страха не могла пошевелиться. Спустя секунду она развернулась и молча вышла из операционной. Все облегчённо выдохнули.

— Ты выглядишь уставшей, — сказал Игнифер, подходя ко мне ближе.

Я тут же тяжело оперлась на его руку, чувствуя, что могу упасть без поддержки.

— Я отведу тебя в башню. Тебе нужно отдохнуть.

Король медленно повёл меня к выходу.

— Госпожа! — окликнул меня Медеор.

Я обернулась.

— Спасибо за неоценимую помощь, — он склонил голову.

— Рада была помочь, — устало ответила я.

Как только мы вышли из операционной, я спросила Игнифера:

— Почему она сказала, что я во всём виновата?

— Ты ни в чем не виновата. Эта война длится более ста лет. Магна сегодня потеряла много своих сородичей, она расстроена. Мы должны делать выводы, стать сильнее, умнее, совершеннее.

— Вы всегда несете такие потери? — не унималась я.

Было заметно, что он не хотел мне говорить, но я его вынуждала.

— Члены Совета в бешенстве из-за твоего побега, видимо, у них были планы на твой счёт. Совет хочет помешать нашей свадьбе и бросает все свои силы, несмотря на многочисленные потери с обеих сторон. Виридия заражена ненавистью и гордыней… Не понимаю, зачем ты пошла вниз. У тебя есть возможность жить спокойно.

— Закрывая на всё глаза? — устало спросила я.

— Да. Это благо для твоей души.

Вы вошли в мою комнату. Я посмотрела на себя в зеркало и ужаснулась. Балахон, который был на мне, и даже платье под ним испачкались в крови, волосы слиплись. Я тут же попыталась их пригладить, но Игнифер как будто не замечал того, как я выгляжу.

— Отдыхай, — сказал он, посадив меня на кровать, а сам направился к выходу.

У меня не было сил даже переодеться. Я легла там, где король меня оставил, и тут же уснула.

Утром я приняла ванну, которую Къяра для меня наполнила, и сразу почувствовала себя лучше, хотя усталость всё ещё не прошла.

Игнифер и сегодня не пришёл на завтрак. Позавтракав в одиночестве, я пошла в оранжерею. Там меня уже ждал Дор — он привёз мой заказ.

Несмотря на вчерашние потери, Игнифер выделил мне ещё двух стражей для помощи в посадке растений. Мы тут же занялись работой. Аперсильцы не только с виду были мощными, они на самом деле обладали недюжинной силой и выносливостью. Под моим руководством стражи без устали копали землю, носили тяжелые деревья и сажали их в заранее подготовленные лунки. С их помощью мы высадили большую часть растений, которые привез Дор. Хоть физически я не помогала подданным короля, но все же была обессилена, потому что вся моя энергия ушла на то, чтобы приводить в чувство угасающие после долгой дороги деревья, кустарники и цветы.

Мы продолжали носить деревья и высаживать их, периодически проходя мимо переговорной. В один из таких моментов дверь открылась, из комнаты вышел Игнифер, а за ним — Магна. При виде ее мне сразу стало неуютно. Обычно я так себя чувствовала рядом с теми, кто, как я чувствовала, плохо ко мне относился.

— Здравствуй, — устало сказал Игнифер, заметив меня.

— Здравствуй, — ответила я, чувствуя на себе тяжелый взгляд Магны.

Я старалась не смотреть в ее сторону и держаться уверенно, чтобы она понимала, что я никуда не уйду.

— Вы уже закончили с посадкой? — поинтересовался король.

— Нет, осталось ещё немного…

— Идём, я вам помогу, — он взял меня за руку, и мы направились в оранжерею.

Магна, к моему облегчению, ушла в противоположном направлении. Когда мы отошли от неё достаточно далеко, я сказала:

— Магна ненавидит меня. Если бы ты вчера её не остановил, она бы меня убила…

— Это невозможно, — усмехнулся Игнифер. — Я знаю её очень давно, она заменила мне мать. Магна мудрая, великодушная, её решения основываются на логике. Она полюбит тебя.

И тут я с ужасом осознала, что это и есть та самая женщина, о которой писала Илана. Магна была той, кто заменила ему мать и пользовалась безграничным доверием короля. И она ненавидит меня. Теперь стало понятно, почему Игнифер так снисходительно относился ко всем её поступкам. Даже к тому, что она угрожала моей жизни. Теперь я стала действительно ее бояться. Ведь мое слово не имело такого веса, как ее. Игнифер даже не стал слушать мои опасения.

Мы вошли в оранжерею. Король снял верхнюю одежду и остался в белой рубашке, украшенной изысканным шитьем, и тёмных брюках. Я с трудом могла себе представить, как король будет высаживать деревья вместе со своими подданными, возясь в грязи.

— Ты, наверное, устал… — попыталась я его отговорить.

— Ты, кстати, тоже выглядишь уставшей, — заметил он, направляясь к Дору.

Они перекинулись парой фраз, касающихся посадки оставшихся растений, и принялись за работу. Как я ни старалась, мой взгляд постоянно падал на мускулистое тело Игнифера. При каждом напряжённом движении мышцы на его спине и руках вздымались под тонкой тканью белоснежной рубашки.

Я только и делала, что отгоняла от себя мысли о короле. С каждым днем он вызывал во мне все больший интерес. Но, исходя из своего опыта, я поняла, что чувства приносят лишь беспокойство и страдания, и не хотела снова поддаваться им.

Высадка закончилась поздней ночью. Игнифер отпустил стражей, а сам умылся возле колодца. Я подождала, пока он оденется, потом мы вместе направились к башне.

Он снова остановился на пороге моей комнаты.

— Завтра состоится венчание, — сказал король, глядя мне в глаза.

— Да, я помню, — быстро ответила я.

Несколько секунд мы молчали. Потом он снова заговорил:

— Мы не виделись несколько дней, и я понял, что скучаю по тебе.

Я растерянно смотрела на него, не зная, что ответить.

— Доброй ночи, Мира. Увидимся на торжестве.

— Доброй ночи.