Ты моя одержимость

Глава 30

Я забываю, что хотел увидеть, как только вхожу внутрь. Переступаю порог гребаного бомбоубежища и застываю на месте. Мысли прочь. Вскачь. Башку мигом подорвало. Разбомбило до атомов. Чернота меня прошивает. Мертвая. Ледяная.

Конечно, тут ни черта не осталось. Голые стены. Пол. Потолком. Долбанная коробка, откуда выдернули все мыслимые и немыслимые улики. Я изучу их позже.

А сейчас...

Что я хотел здесь найти? Был уверен, почую. Взгляд брошу - и сразу возьму след. Так всегда случалось. Я подмечал детали, которых другие не удостаивали вниманием. Я хватался за единственную нить и разматывал клубок до конца. Рыл землю до упора.

Теперь же тупо глохну.

Слишком много всего. В самой глубине. Под ребрами. Режет. Рвет. Разламывает на части.

Раздирает к чертям.

От собственного бессилия дохну. От того, что не могу повернуть время обратно. Изменить. Исправить. На хрен мне деньги? На хрен власть? Все пустой слив.

Я ни о чем не жалел. Никогда. Всякое дерьмо случалось, но я не грузился, а двигал дальше, стискивал зубы и терпел любую боль. Выгрызал будущее. На прошлое не оборачивался.

Теперь тоже не жалею. Жалость - слишком мелкое и слабое чувство. Никак не отражает настоящие эмоции.

Я себе вены перекусить готов. Глотку свернуть. Хребет раздробить. Жилы вытянуть, выдернуть по живому. Но этого мало. И главное - это ни черта не поменяет. Не даст возможность вернуться в тот дьяволов вечер и спасти ее, мою девочку.

- Отсюда снимали, - говорит Резник и указывает на место, где явно была прежде установлена камера.

Он бросает фразу, чтобы вывести меня из ступора. Знает, я уже в курсе, откуда все наблюдение велось. В самолете то гребаное видео на повтор поставил. Поэтому угол обзора быстро определил. По прилету получил предварительный отчет от экспертов: монтаж. Наложили мою рожу на рыло будущего мертвяка. Тело не меняли.

Странная херота. Татухи у нас совпадали. А в остальном на первый взгляд суть и не просечешь. Высокие. Крупные. Типаж схожий. Прибавить темноту - не отличить.

Дерьмище. Ну допустим, про наколки я и так догадался, еще когда мастера грохнули. Понятно, что пытались скрыть, кому еще он мои татухи набивал по заказу.

Только какой дегрод решил повторять за мной? Почему?

Муторно становится. Я бы решил, что подставил девчонку. Пообщался с ней и привлек всякую падаль. Но ее раньше пасли. Шалаву ту к ней подослали, наркоту подмешали.

Месть Генералу. И я. В чем связь? Не вижу логики. Или не там ищу?

Я прохожу вперед. Стараюсь отключиться. Представляю, будто это не личное, а чужое задание. Рядовая работа. Без напряга.

Что я упускаю? Что, блять?!

Нет, вырубить такое нельзя. Прошло столько лет, а кажется, все случилось вчера. Запах крови.

Боль. Агония. Крики. Гребаное видео без звука пришло, но я и так слышу вопли. Отчетливо. Каждый стон. Каждый всхлип. Моя девочка зовет на помощь, а я ни хрена не могу сделать.

Кровавые следы. Они гораздо ярче вспыхивают перед глазами. Алое зарево. Багровый цвет льется рекой. Застилает все вокруг, мешает уловить детали.

- Тут был кто-то еще, - опять подает голос Резник. - Здесь. Еще одна камера. И съемка велась вручную. С другого угла. Конечно, надо подождать, что спецы по итогу выдадут. Но с учетом тех кадров, где чужая рожа перекрыта твоей, я бьюсь об заклад: он сидел здесь.

-Он?

- Вряд ли бабе поручили такое кино снимать.

Я подхожу ближе, изучаю место.

- Зачем вообще записывать этот фильм? - мрачнею. - Генералу его не отправили. А я тогда был мелкой сошкой. Особого интереса не представлял.

- Для себя, - говорит Резник. - Для кайфа.

-Ты серьезно?

- Не я, - башкой мотает. - Он. Ты сам не выкупаешь, что ли? Он сидит здесь. Весь такой из себя довольный. Король. Круто же придумал. Устроил спектакль. Как по нотам здесь сценарий расписал и снял.

- Стоп, - обрываю. - Повтори. Как ты сказал?

- По сценарию все. Не явно.

-Другое повтори.

- Он король положения. Сам остается за кадром. По ту сторону камеры. Грязную работу за него другие делают. Он тупо наслаждается. От себя кайфует. Это самодовольство из него аж прет. Я уверен, его ДНК тут нигде не нароют. Хоть по кирпичам разбери. Он следов не оставляет. Продумывает четко. Шаг за шагом. Случайности читает.

- Король, значит, - челюстями скрежещу. - Кайзер.

- Дался тебе этот трупак. Лучше подумай про реального заказчика. Вот такие типы и правда живучие. Их в тачках не подрывают. Обычно наш «королек» оставался в тени. Теперь же решил сыграть в оператора. Почему?

Теорию Глеба можно разнести в пух и прах. Легко. За секунду. Камеру могли поставить на стол. Вот он, этот гребаный стол. Врубай и ставь, сама запишет. А портрет заказчика вылеплен из домыслов. Фактов ноль. Доказательств нет.

Только у Глеба чуйка на такие штуки. Разбирается он. Считывает по фрагментам. А обосновывают пускай опытные эксперты. У моего друга собственный метод.

Резник след взял. Не отпустит. Но и мне пора подключиться.

- Это личное, - говорю. - Давняя вражда. Не год и не два. Долгий замес.

- Генерал его знает, но сам не понимает, где и как искать. Врагов у него до черта. Но такой заклятый один. И думаю, гадит постоянно. Чуть есть возможность - прижимает. Только ловкий он. Вечно ускользает и держится в тени.

- Что со стола забрали? - обращаюсь к своим людям.

- Пустая пачка сигарет. Зажигалка.

- А пепельница? - оживляется Резник. - Или что-то вроде? Окурки?

- Ну ребята еще проверяют, но пепельницы точно не обнаружили. Окурки внизу разбросаны.

- Верно, - бормочет Глеб и шагает в сторону. - Там, где крови больше, там и окурки валяются. Так и должно быть.

-Ты про что?

- Ты понял, - не оборачивается. - На ней ожоги были. Много мелких ожогов. Он сигареты поджигал не ради курения. Окурки оставил, потому как на них все равно лишних следов не найти. Нет там никакого материала. Он в перчатках всегда.

Тянет вниз. На колени. В землю.

Я опускаюсь рядом с тем стулом. Бью. Просто врезаю кулаком. Еще и еще. Поднимается пыль. Комья высекаются, хотя грунт утоптан. Я молочу снова и снова. Бездумно. Просто знаю, что должен выплеснуть это. Выпустить. Иначе совсем чеку сорвет. Заклинит.

Гребануться.

Я тебя найду. Найду. Сука. И ты пожалеешь, что не сдох. Позавидуешь мертвым. Я тебе каждый грех отпущу. Зубами из глотки выдерну. Разорву тварь. Мразь. Раскатаю в ноль. Я тебе покажу, что такое настоящий страх.

Рассекаю руку до крови. Напарываюсь на железо и в момент трезвею. Разрываю землю, достаю перстень. Печатка с орлом. Дрянь. До чего же знакомо. С детства прямо.

- Он это не просто так оставил, - говорит Резник.

Я сжимаю кольцо в кулак.

Ну конечно.

- Такие есть у каждого, кто отличится в команде Генерала, - говорю. - Личная награда. И если помнишь, такое было у моего долбаного папаши.

Поднимаюсь и отдаю кольцо для осмотра спецам.

- Анализ возьмите, - приказываю. - И с моей кровью сравните. Результат нужен прямо сейчас.

- Я уверен, он не оставил таких тупых следов.

- А я не о нем, - отрезаю. - Я об исполнителе. Ника боролась, нанесла ему достаточно ран. Да и он явно не заморачивался насчет того, чтобы избавиться от улик. Ну чего застыли? Живо в лабораторию. Если кто выдаст инфу на сторону, удавлю на месте. Погнали!

- Ты на своего отца думаешь? - спрашивает Резник, когда мы остаемся вдвоем.

- Я должен изучить все варианты.

Кольцо-печатка на месте преступления. Такое кольцо было у моего отца. И у каждого урода из бригады Генерала. Сколько их в мире? Десять? Двадцать? Кольцо могли стащить, могли подставить кого-то под раздачу, чтобы Генерал мстил ему и упустил настоящего виновника.

Но дьявол раздери, я искал связь.

Мой отец - проклятое звено.

- Это не он, - бросает Резник.

Я разворачиваюсь и выхожу из бомбоубежища. Иду в ночь. Едва разбираю дорогу. На автомате отдаю своим людям распоряжения. Сам с трудом ловлю суть.

Я удалюсь ото всех. Набираю нужный номер.

- Тимур, ты где? - ее голос в динамике бьет под ребра.

- Не разбудил?

- Нет! - кричит. - Где ты? Какого черта происходит? Ты не оставил никакого номера, и я не могу с тобой связаться, а от твоих помощником ничего нельзя добиться. Они не...

- Я скоро буду.

- Тимур, ты издеваешься?

-Тише, Мурка.

-Тише? - шипит.

- Мне пришлось срочно уехать. Выборы, сама понимаешь.

- Нет, не понимаю. Ты выскочил из дома и пропал до глубокой ночи. Я тут чуть с ума не сошла. Я же чувствую. Знаю что-то не так.

- Все в порядке. Отдохни. Нам еще на прием надо. Благотворительный вечер. Важные шишки соберутся.

-Да наплевать на прием. Когда ты приедешь?

- Утром попробую заскочить. А если нет, то на приеме встретимся.

- Тимур, я тебя убью. Вот клянусь. После такой ночи ты вдруг берешь и...

- Прости, Ника, у меня сейчас еще одна встреча. Надо отключаться. Не волнуйся, все идет отлично.

Что-то стекает по щеке. Может, я башку расшиб, пока землю молотил? Плохо помню, какого черта там вытворял. Вытираю рожу и усмехаюсь. Нет. Это просто вода. Видно, начинается дождь.