Ты моя одержимость

Глава 36

- Как все прошло? - спрашивает она.

Дьявол раздери. Скрывать правду от Генерала в разы легче. Там достаточно напялить маску, играть роль. Самое трудное - ждать. Ну не мог я сразу отдать новые приказы. Пришлось еще пару часов торчать в штабе, ломать комедию. Только бы гад ничего не начал подозревать. Только бы не почуял, что я взял след и решил заграбастать жертву прямо у него под носом. Едва на месте устоял. Едва скрыл реальные эмоции. Но перед чужаком закрыться просто. А перед любимой женщиной? Броня всегда дает трещину.

И плевать на разумные доводы, на холодный расчет. Знаю, ей точно ни черта слышать насчет правды нельзя. Оградить хочу. Должен. Обязан. Без вариантов. Любой ценой нужно удержать мою девочку подальше от этого дерьма. Никаких фоток. Никаких долбаных досье. Никаких на хрен расследований. Хватит с нее уже. И дело не в ее беременности. Вообще. Хватит, блять. Пережила достаточно. Еще и по моей вине.

Я никогда ни о чем не жалел. Ну случилось чего - и черт с ним. Не грузился. Я вперед двигал. Назад не оборачивался. Не смотрел на пепелище. Поражения принимал. Делал выводы. Урок запоминал. Развивался. Если можешь исправить - действуй. Если не можешь - нечего скулить. Продолжай путь. Хоть как, но выгрызай победу, иди к успеху. Я не понимал, что такое сдаваться. Мало кто рождается на вершине. Да и скучно это. На всем готовом сразу оказаться. Круто же с нуля подниматься. Биться. Сражаться. Челюсти сжать и прорываться. Зубами скрипеть. Кулаки в кровь сбивать. Достигать одну цель за другой. Вот что мужика закаляет. Сколько жизнь меня не гнула, сколько не нагибала, я не ломался. Падал. Не раз и не два, но так, чтобы мигом подняться. Ржал сам с себя и опять наверх карабкался. Бьюсь об заклад, сама судьба охреневала. Я башку разбивал, пальцы до костей обдирал. Только колени целые. Не приучен я никому кланяться.

Но теперь все иначе стало. Жалею. До воя. До хрипа. Мечтаю время назад отмотать. Вернуть тот гребаный день. Ту проклятую ночь. Забрать девчонку. Украсть. Мечтаю вернуться туда, где мог бы ее спасти, вырвать из грязных лап тех больных уродов.

Я не то, что поклониться готов, я бы собственный хребет выдрал. Живьем. Нутро бы вывернул. Да как угодно. Лишь бы спасти, от зла защитить самое дорогое на свете.

Я бы жизнь отдал. Кровь до капли. Дьявол, да я бы даже отказался от шанса быть с ней рядом. Сдох бы. Сгнил в том долбаном бомбоубежище. Но только, чтобы моя Вероника никогда не узнала того кошмара, боли не испытала. Пусть бы счастливая была. Без меня. И что с того? Не важно. Я бы все продал, заложил, на карту поставил. Ради нее. Ради моей единственной женщины.

- Тимур, - в ее голосе тревога. - Ты слышишь? У тебя такой странный взгляд. Я опасаюсь спрашивать, но мне кажется, ты... ты нашел его? Ты понял, кто затеял кровавую игру?

Она подходит вплотную ко мне. Глаза полыхают. Губы дрожат. Лицо бледное. Ей нужен ответ.

- Нет,-говорю я.

- Но ты, - сглатывает, нервно улыбается. - Наверное, я ошиблась. Просто раньше не видела тебя таким. Видимо, все дело в моем отце. С ним тяжело общаться. Что он наговорил?

- Мы обсуждали главный вопрос.

Я сгребаю ее в объятия. Обдаю жаром. Я дышу ею и не могу надышаться. Зарываюсь лицом в темные волосы, впиваюсь губами в шею. Ловлю пульс. Сильнее. Резче.

- Тимур, я должна быть в курсе, - бормочет она. - Я понимаю, почему ты пытаешься скрыть детали расследования, но я же узнаю правду в любом случае. Лучше от тебя.

- Забудь об этом, - отрезаю.

- Память может вернуться, - шепчет. - Сегодня или завтра. Однажды это произойдет. Тут ничего не сделать. Ты же и сам знаешь. Такие моменты не поддаются контролю.

- Поглядим, - оскаливаюсь, отстраняюсь и в глаза ее смотрю. - Сейчас тебе необходимо отдыхать. А мы с твоим отцом разберемся. Потребуется еще пара встреч. Мы найдем ублюдка. Клянусь. Найдем и казним. Но ты будешь тут. Под охраной.

- Я хочу его увидеть, - едва губами двигает.

- На черта?

- Хочу понять, - содрогается. - Почему я? Для чего все это? Он мстил моему отцу. Но за что? Зачем? Может, он пострадал в одной из операций Генерала. Или работал на него раньше.

- Больной урод, - цежу. - Плевать на его мотивы.

- А вдруг, - ее рот дергается в судороге. - Вдруг у него была причина? Серьезный мотив так поступить. Вдруг мой отец сделал с ним что-то гораздо худшее? Вот он и затеял всю эту месть.

Решил отплатить похожей монетой.

- Твой отец тот еще гад, но в мире не может быть никакой причины, чтобы мстить через его невинную дочь. Особенно так. Не в порыве. Не от злобы. Холодно. Цинично. Еще и план проработать, расставить капканы, а потом снять реальный ад на видео.

- Ты же не знаешь всего.

- А знать тут и не надо.

-Тимур...

- Ника, - привлекаю ее к себе. - Плевать, какой там расклад. Ты за своего отца не отвечаешь. И черт раздери, я уверен, подонок, который это все затеял, приговорил множество людей. На нем крови не меньше, чем на Генерале. Ну ничего. Теперь его очередь отвечать пришла. Закроем счет.

Я делаю все, чтобы успокоить мою девочку. Зацеловываю ее. Забалтываю. Даже сам начинаю верить, будто ни хрена не знаю и только собираюсь копать. Как только она расслабляется и напряг спадает, я приступаю за работу.

Вениамин Королев. «Король-королек». Меткую кличку ему дал Резник, выписал четкую характеристику. Теперь ясно, что и прозвище «Кайзер» выбрано с прицелом. Да вообще многое на места встает. Факт за фактом вьется, выстраивается в единую цепь.

Могу прижать сволочь прямо сейчас. Но нельзя. Рано. Еще спугну. Упорхнет мразота.

- Весть из тюрьмы, - сообщает Глеб. - Я же обещал. Все готово. Но да, пришлось подождать.

- Есть имя?

- Конечно, - хмыкает. - И адрес. Не зря же я там столько торчал. Полный слив раздобыл. Можно действовать прямо сейчас. Пока ублюдок не свинтил. Возьмем его горячим. Дай несколько часов с ним, и я добуду инфу. Лично не допрашивай. Еще сорвешься. А этот тип нам нужен живым, пока не сдаст заказчика. Вот как признается, так его и порвешь.

- Вениамин Королев, - усмехаюсь.

- Чего?

- Это имя заказчика.

- Впервые слышу, - хмурится.

- Я тоже, - мрачнею и достаю фото, кладу перед другом на стол. - Но такую рожу забыть трудно. Узнаешь?

- Долбануться, - кривится Резник. - Это он?

Я разделяю его удивление. До сих пор не выходит выстроить картину до конца. Но когда на мою почту приходит дополнительный отчет, многое проясняется.

+++

Идеальная биография. Образцово-показательная. Вениамин Королев выглядит настоящей звездой. Столько достижений, столько наград. Закачаешься.

Но это только если не сравнивать его с Генералом. До того, как тот перешел на темную сторону и стал предателем родины.

Забавно. Ребята учились вместе. Росли бок о бок. Друзья детства. Повсюду мелькали вдвоем, просто один из них блестящий первый, а другой навечно второй.

Я бы не выкупил суть, если бы не слепая удача. Просек бы, докопался до истины, однако с явной задержкой. Я бы не сразу сообразил, куда нужно рыть. Инстинкт помог. Рефлекс сработал.

Взять. Загнать в капкан. Сожрать.

Но пойдем по порядку. Теперь нет смысла спешить. Надо ловить момент, растягивать, смаковать.

Я ждал этого слишком долго. Сорваться нельзя. Спугнуть добычу тоже. Буду действовать осторожно. Сейчас моя очередь фильм снимать. И я сниму, блядь. Сниму так, что мало не покажется. Сука. Никому.

Основное досье впечатляет настолько, что складывается впечатление, будто Королева жестко подставили. Ошибка вышла. Без вариантов.

Да и что у меня на него есть кроме догадок? Чуйка. Причем смутная. Ноль реальных доказательств. Уверен, если поделюсь подозрениями с Генералом, тот заржет и будет прав.

Вениамин. Точнее - Веня. Венечка. Школьные учителя только так его и называют. Добрый и милый мальчик. Мухи не обидит. Честный. Патологически правильный. Настоящий пример для подражания. Никогда не хулиганил. Прилежный парень.

Конечно, никто из них не подозревает, как в будущем Венечка умудрится поработать двойным, а иногда и тройным агентом, мастерски подмахивая всем заинтересованным сторонам и вдохновенно собирая компромат против каждого из своих работодателей. Счета Вени надежно засекречены. Он в любой момент может сорваться с места, взять новую легенду и сбежать на край света. Финансы позволяют. Парень себя обеспечил.

Хотя кого за это можно осуждать? Венечка вертится как умеет. Выполняет очередной государственный заказ и попутно развивает бандитские темы. Не лично. Через левых упырей. Стоит проследить за жизнью Венечки, становится очевидно: он не привык пачкаться сам. Все выполняет чужими руками и обрубает концы. Убирает лишних свидетелей. У него нет приближенных. Только пешки, которыми легко жертвовать.

Веня принципиален. До тошноты. Этот пункт отмечен в его личной характеристике. Патриот. И с этим трудно спорить, ведь он реально патриот. Патриот любой страны, которая оплатит его услуги. По принципам такая же схема. Всегда решают деньги.

Хреновый расклад. Сравниваешь биографию с фактами - не сходится. Ни черта. Идейный Веня из официального досье никогда не творил бы дерьмо против лучшего товарища. И плевать, что их пути с Генералом разошлись. Правильный Веня не мог организовать жуткую расправу над невинной девушкой. Он не терпел насилия. Органически. Так его классная руководительница утверждала. Мальчик выхаживал больных кошек и собак. От пьяных ублюдков спасал. Те поиздеваются над животными, а пацан лечит, присматривает, домой тянет. Не всех удавалось спасти, но последние дни он им скрашивал как умел.

Реальный Веня выглядел слишком циничным и практичным, чтобы тратить время на продумывание планов, которые не принесут бабла. Какая выгода от изнасилования? Нанять девку, чтобы та втерлась в роль подруги, заманить добычу в ловушку и терзать. Тут слишком много вложений, а выхлоп нулевой. Будь там требование выкупа или хоть малейший намек на получение финансов, то схема бы его привлекла, но раз дохода никакого не намечалось, этот тип и секунду бы сюда тратить не стал.

Я будто про разных людей читаю. Один прямо копия Генерала из прошлого. Второй корыстный подонок без намека на стыд и совесть. Хоть какая из этих двух версий не стыкуется с тем, как я этого человека воспринимал. Раздрай по всем фронтам.

Где же ты настоящий, паскуда?

Я прохожусь по материалу опять. И опять. Чем дольше изучаю, тем ближе подбираюсь к реальной картине. Кадр за кадром выстраиваю кино. Разбираю детали. Осознание обдает лавиной. Лавой. Разгадка рядом. Все на поверхности.

Первый. Второй. Что-то щелкает. Царапает. А дальше - взрыв.

Вот оно. Прямо здесь. Вот где копать нужно. Зацепить и разматывать. Вытягивать нить до конца.

Я проглядываю официальный отчет от секретной службы. Именно там собраны отзывы преподов. Из школы, из универа, из разных спортивных секций.

- Дьявол тебя раздери, - скрежещу зубами и оскаливаюсь.

Нет. Не дьявол. Я. Лично я тебя буду в клочья рвать. И ты пожалеешь. Очень сильно пожалеешь, что мое тронул. Не знаю, есть ли ад, но я тебе прямо на земле обеспечу реальное пекло. Клянусь, блять. Потом. Позже. Совсем скоро. А сейчас я смотрю и понимаю, все факты сходятся один к одному.

- Второй, - рык из горла вырывается.

Олимпиады. Соревнования. Королев везде сразу за Генералом прет. На вторых ролях. Как замена. Как дублер. Оставался в тени. Ему постоянно чего-то не хватало. Он не дотягивал до места главного призера.

Обида. Зависть. Злоба. Чем не список мотивов? Столько стараний, а мимо. Урод проваливался, проигрывал раз за разом и закипал. В итоге башню и сорвало.

Я прохожусь по документам и проверяю операции, в которых участвовал Генерал. Отмечаю провальные вылазки или те, что были близки к провалу. В каждой из них задействован Королев. Либо прямо, либо косвенно. Без него не обходится.

- Охренеть, - присвистывает Резник.

- Да, - бросаю на автомате. - Генерал давно был под угрозой. Не с первого раза его прижало. Долго загоняли. И по ходу цель не грохнуть, не покалечить. Тут другое. Порешить легко. Быстро. Особенно в боевой операции. Шальная пуля. Взрыв. Кто заподозрит подвох? Но Королев добивался предательства. Готовил почву.

- Чего? Нет, я еще кое-что раскопал. Погляди.

Друг кладет передо мной список.

- Вот, - продолжает он. - Видишь? Ты пробивал насчет той прививки, которую делали сестре Вероники. Тут указаны медсестры. Кто вышел на смену и делал инъекции.

- Точно, - киваю. - Была версия, что ей вместо стандартного препарата вкололи левую херню. Врачи, которые обследовали девочку, допускают такой расклад.

- Бьюсь об заклад, я нашел ответ.

Глеб указывает на одну из фамилий.

- Эта же девка работала вместе с Королевым. Здесь и здесь. У них пять общих операций было. Вполне могли спеться. Кстати, она еще жива. Свалила в Канаду. Но до нее легко дотянуться, сам понимаешь. У меня там есть приятель, который может наведаться к ней, задать пару вопросов про тот день. Деваха уволилась. По собственному желанию. Через неделю после прививки. Совпадение напрягает. Согласись. Стоит с ней поболтать, пока очередной пожар не случился.

- Разберись.

- Вообще, гад любит жечь своих бывших подельников, - бросает Резник. - Татуировщик. Кайзер.

Если приглядимся, еще кучу пожаров найдем. Но надо понять, с чего же все это началось.

- Пиздец.

Я возвращаюсь в начало досье и других слов не нахожу. Разворачиваю папку так, чтобы друг оценил материалы.

- Ебануться, - озвучивает мою следующую мысль Глеб.

Пожар на даче. Родители Королева сгорели. Венечка выжил лишь чудом. Трагическая случайность. Точную причину возгорания определить не удалось.

- А что с животными? - вдруг спрашивает Резник.

-Ты о чем?

- Ну собаки там. Кошки. Он же подбирал покалеченных зверьков и выхаживал. Так учителя болтали. Отвозил на дачу, в сарае им целый загон оборудовал.

- Видно, тоже сгорели.

-Ты читал отзывы его преподов? - мрачнеет. - Реакция на смерть родителей. Не плачет. Держится. Глаза красные, но слез нет. Венечка молодец. Сильный мальчик. У пацана и мать, и отец погибли. За одну ночь. А он кремень. И это в четырнадцать лет.

- Стоп, - хмурюсь. - Типа он своих родных... сам?

- А чего бы и нет? - хмыкает. - Свидетелей прибрал.

- Глеб, - кривлюсь. - Королев тот еще упырюга. Это ясно. Только убийство родителей перебор. Для кого угодно.

- А он психопат, - отрезает. - По всему видно. Эмоций ноль. Не чувствует. Способен копировать, подражать, но реальных чувств у него нет. Он тупо не выкупает как это вообще. Любить. Страдать. Переживать потерю.

- И зачем ему родителей валить?

- Может, раскусили его. Заметили что-то. Почуяли. Они же служили в органах, у каждого почетные звания. Просекли натуру своего ребенка. Может, с теми собаками и кошками тоже не все так гладко. Может, на его даче животным приходилось похлеще, чем на улице.

-Дерьмо.

- Это вписывается в портрет, - чеканит Глеб. - Пытки. Поджоги. Первые шаги подонка. Дальше - больше. Круче. Совсем резьбу сорвало.

- Вправим ему мозги, - рука к оружию тянется. - Свинцом.

Но я понимаю, нельзя его убивать. Так просто - нельзя. Выстрела мало. Мало удара. Да всего, блять, мало за то, что подонок успел наворотить. Даже хватать эту тварь сейчас не рискую. Опасаюсь слишком быстро в расход пустить.

Приставляю ребят приглядывать за ним. Осторожно. Без фанатизма. Вдруг почует? Еще решит свинтить. Далеко не уйдет. Везде найду. Но нечего ему дергаться. Пусть пирует.

Информация насчет прививки подтверждается. Та бывшая медсестра выкладывает всю правду насчет инъекции, рыдает и размазывает сопли на камеру, мол, сама не понимала, куда влезла, поздно осознала и сразу же спетляла. Я ей не судья. Ответит за преступления в Канаде. Там она тоже умудрилась наследить. Мелкое мошенничество. Уклонение от уплаты налогов. Статей достаточно. Врачи получают название использованного тогда препарата. Есть шанс помочь Диане в лечении. Слабый шанс, но хоть так.

Находятся доказательства для мелких и крупных подстав. Королев методично наносил удары, о которых его друг Генерал даже не подозревал, не связывал их никак, принимал будто часть привычной деятельности, где нереально предсказать исход наверняка.

Всплывает пара сплетен насчет раннего прошлого. Свидетельства от соседей милого Венечки. Оказывается, не все вокруг считали парня идеальным. И про поджоги ходили слухи, и про эксперименты над животными. Официальной информации нет, а болтовни предостаточно. Из доказательств - сгоревший дотла мусорный бак и подсобка местного дворника, которую все же успели вовремя потушить. А еще слова школьной дежурной:

- Любит животных? Ха! Как бы не так. Он их то лечит, то калечит. Вы взгляд его видели? Хороший мальчик? Нет. Ничего подобного. Глазищи рыбьи. Ледяные. От такого только бежать надо.

Под конец проверки я уже не сомневаюсь, что этот тип мог грохнуть собственных родителей. Никто не знает его настоящего. Каждый видит маску. Слабый отблеск реальности. Я изучаю врага, прикидываю, куда врезать.

- Ты готов? - спрашивает Резник.

Я толкаю дверь в бомбоубежище, прохожу вперед, зажигаю свет. Подхожу к недавно установленной тут клетке, берусь за железные прутья.

Здесь все началось. Здесь и закончится.

Особенное место для Генерала. Много лет назад он посещал спортивную секцию, которая располагалась именно в этом здании. Позже постройку доработали и превратили в жилой дом.

Забавно, Генерал был настолько уверен в своем друге детства, что не связал полученную от меня информацию с Королевым. Для Венечки место тоже было особенным.

Первые места и вторые. По ходу это грызло ублюдка. Не давало покоя. Видно, именно в этих стенах, раз за разом проигрывая более сильному и талантливому сопернику, подонок исходил на дерьмо от ярости и злобы, разрабатывал хитрый план. Методично шел к цели.

Место победы. Место поражения.

Добро пожаловать обратно, Венечка. Ты облажался здесь. Потом взял верх. Но я верну тебя туда, откуда не стоило вылезать. Я успокою тебя навсегда. Упокою. В пекле.

Урод приподнимается. Отряхивается от пыли. Щурится.

- Татарин, - зубы скалит. - Так и знал - ты живой. Но эта клетка... хм, серьезно? Думаю, тут перебор. Слишком много почестей для мелкой сошки. Куда я отсюда денусь? Против твоих кулаков шансов ноль. Далеко не умчусь.

- А эта клетка не для тебя, - сдавливаю железные прутья до скрипа. - Для меня, чтоб не сдавить твою глотку раньше времени.

- Слушай, не знаю, кто и что наговорил, но я уверен, мы договоримся, найдем разумный компромисс и...

- Кончай играть, - обрываю. - Артист, блять.

- Постой, - башкой мотает. - Подожди, ничего не понимаю.

Пугается. Изображает страх. Так натурально.

- Завязывай ломать комедию, Веня, - ухмыляюсь. - Карты на стол.

И тут его маска спадает. Наконец. Урод смотрит на меня совсем иначе. С интересом. И дьявол, он смотрит, будто это я у него в клетке, на крючке.

- Сам догадался? - буравит взглядом. - Или кто помог? Ну не томи, Тимур. Ты же хочешь много вопросов задать. Я уверен. Мои мотивы разобрать. Понять, что к чему.

- Нет, не хочу.

- Лжешь, - хмыкает подонок.

- Жалею.

Губы кривит, брови гнет.

- Жалеешь? - переспрашивает он, ведь это явно не та реакция, которую гад от меня ожидает, предвкушая совсем другие слова и вопросы.

- Жалею, - и это чистая правда. - Тебя только раз можно грохнуть.