Укрощение строптивого студента

Глава 24

= 53 =

Даша не собиралась идти в клуб без Ярика, но вынужденное одиночество внезапно оказалось невыносимым. Немногочисленные подруги уже нашли компанию, чтобы развлечься субботним вечером. Звать в спутники Демона Даша категорически не желала. Да и занят он, скорее всего. Демон, в отличие от нее, полигамен.

А прогуляться и пропустить стаканчик в баре — не вариант. После того, что случилось в ночном клубе, Даша избегала многолюдных мест, где можно встретить кого-то из учеников.

Клуб Эйры подходил идеально. Туда можно прийти просто так — выпить коктейль, поболтать с кем-нибудь из знакомых. И, конечно, никаких заигрываний с нижними. Даша даже оделась скромно, чтобы никого не провоцировать.

И почему первый, кого она увидела у барной стойки — Ярослав?!

Пришлось ущипнуть себя, чтобы убедиться — это не видение.

Ярик собственной персоной! В тех самых джинсах и рубашке, что она подбирала… А рядом с ним — какая-то фифа!

Наверное, надо было сдержаться. Уйти тихо, не привлекая внимания. Не устраивать скандал. Не унижаться, предъявляя права на того, кто предпочел другую…

Но Даша не смогла поступить правильно, по-взрослому. Слишком велика обида. Слишком сильно хотелось взглянуть Ярику в глаза именно сейчас, когда он флиртует с другой женщиной. Взглянуть в его наглые лживые глаза, и…

Ярик побледнел и сполз на пол. Замер на коленях, низко опустив голову. Даша успела заметить только изумление и ужас в его взгляде.

— И где же твое «я сейчас все объясню»? — процедила она.

Женщина, которая беседовала с Яриком, ретировалась тихо и незаметно. Но недалеко. Краем глаза Даша видела, что она внимательно наблюдает за представлением. И вообще, вокруг стало как-то тихо.

— Я объясню, госпожа Дана, — вмешался Ру.

Его Даша знала — не близко, но хорошо. Да кто в этом клубе не знал историю Крошки Ру, женившегося на Чаре, ученице самой Эйры?! Правда, было это еще до того, как Эйра отошла от дел.

Интересно, как Ярик вообще сюда попал? Кто мог его рекомендовать? Этот клуб не найти по интернету…

— Госпожа Дана, вы знакомы? — тем временем спросил Руслан. — Впрочем, очевидно, что да… Видите ли, Яр — мой ученик…

— Ученик? — хрипло повторила Даша, переведя взгляд с макушки Ярика на Руслана.

— Да. Его рекомендовали…

— Кто?

— Демон.

Демон! И как она не догадалась! И тут без него не обошлось! А это, случайно, не его идея? Соблазнить Ярика, чтобы отвадить его от…

— Госпожа Дана, это я пригласил Яра в клуб, чтобы он… немного освоился… показал, чему научился… Но он сразу оговорил, что не будет ни с кем…

Руслан путался, тщательно подбирая слова. Видимо, хотел выгородить ученика. Но он не понимал, в чем вина Ярика.

Похоже, ее неугомонный зайка решил, что недостаточно хорош в роли нижнего. И нашел наставника, не без помощи Демона. Зная Ярика, Даша могла предположить, что ей готовили сюрприз. Что само по себе приятно, если бы не недоверие и вранье.

— Ты плохо его учил, Ру, — перебила Даша Руслана. — Или ты не говорил ему, что нельзя врать своей госпоже?

— Он… солгал? — Руслан сглотнул. — Но, госпожа Дана, он хотел сделать вам приятное…

— Солгал в ответ на прямой вопрос. И я сейчас не о том, что он действовал за моей спиной, обучаясь у тебя, Ру.

Теперь побледнел и Руслан. Видимо, представил, что за такое его Чара по головке не погладит. Насколько Даша знала, договор об обучении нижних в этом клубе заключался между доминатрикс. И даже в случае, если мужчина не состоял ни с кем в отношениях, кто-то из женщин поручался за него.

Чертов Демон! Наверняка, это он все устроил!

— Я не буду жаловаться, Ру, — добавила Даша. — Расскажешь Чаре сам, чем вы тут занимались.

— Да, госпожа, — выдохнул он.

— А с этим… — Она ткнула пальцем в Ярика. — Я разберусь.

— Госпожа… — Руслан дернулся.

— Что?! — Даша вздернула бровь. — Хочешь возразить?

— Н-нет.

Вот и хорошо. Вот и правильно.

Пожалуй, хватит публичности. Руслану не удастся скрыть от Чары, что произошло в клубе. А Даша позаботится о воспитании своего… зайки.

Конечно, если он не сбежит.

За ней так и осталась бронь, Даша забыла ее отменить. И, как оказалось, кстати.

Она ничего не приказывала Ярику, не звала за собой. Он сам поплелся следом, едва она направилась к выходу из зала. И так же молча вошел за ней в приват.

Красная пелена с глаз спала. Даше уже не хотелось убивать. Но все же злость на Ярика не исчезла. И тут Даша в своем праве. Он солгал. За одно это он заслуживал наказание.

— Так и будешь молчать? — поинтересовалась она, заперев дверь.

Ключ оставила в замке, чтобы Ярик мог покинуть комнату, когда захочет.

— Даша, я не замышлял ничего плохого…

Он наконец-то поднял взгляд, полный сожаления и раскаяния.

— А тебе не приходило в голову, что ты нравишься мне такой… неопытный, необученный? — вкрадчиво спросила Даша.

Ярик замер. Он стоял близко, поэтому Даша заметила, как зрачок, расширившись, затопил радужку его глаз.

— Ясно, не приходило, — констатировала она. — Так наставник говорил, что лгать нехорошо?

— Даша, прости… — выдавил он. — Пожалуйста…

— Яр, я очень зла, — честно призналась она. — И ты, скорее всего, догадываешься, как я хочу тебя наказать. Прощение возможно только после наказания.

— Да, я понимаю…

— Не понимаешь! — воскликнула Даша. — Я выдеру тебя так, что ты действительно не сможешь сидеть! Та порка розгой покажется тебе щекоткой! Поэтому решай… сам. У тебя есть две минуты, чтобы покинуть эту комнату. Если останешься — пощады не жди.

К чести Ярика, сбежать он не пытался. Даже не посмотрел в сторону двери. Не отрывая взгляда от Даши, он потянулся к пуговицам на рубашке, стал расстегивать их негнущимися пальцами.

— Я предупредила, — вздохнула она. — Ты сделал выбор.

О том, чем пороть, Даша долго не размышляла — взяла тоуз с удобной плетеной ручкой и широким ремнем, разрезанным на две полоски. Интересовался? Вот и испробует на своей шкуре!

— Чего замер? — Она оглянулась на Ярика. — Штаны снимай.

Бронируя приват, Даша просила установить в нем станок для порки. Правда, для другой цели. Хотела зафиксировать Ярика и поиграть с ним… Впрочем, уже неважно, как. Сегодня она использует приспособление по прямому назначению.

— Сюда. — Даша кивнула в сторону станка. — Животом на перекладину, ноги в распорки.

Ярик послушно встал, как было велено. Она застегнула ремни, лишая его возможности двигаться и менять позу. Вдохнула, выдохнула… и крепче сжала тоуз.

— Считай вслух каждый удар. И добавляй: «Спасибо за урок, госпожа». Яр, ты меня слышишь? Повтори!

— Да, госпожа, — прохрипел он. — Спасибо за урок, госпожа.

Даше не нужна его благодарность. Но фраза, что произносил наказуемый, задавала ритм, не позволяла частить. Она не озвучила количество ударов, но решила, что их будет не больше, чем Ярик сможет вынести.

— Не сдерживайся, кричи, тут хорошая звукоизоляция.

Ярик промычал что-то нечленораздельное.

«Ох, Яр… Как же ты так…» — мелькнуло в голове.

Замечательно! Она еще пороть не начала, а уже жалеет паршивца.

Замах. Удар.

Вопль.

— Да, малыш. Это больно. Я предупреждала.

— Один. Спасибо за урок… госпожа.

Ярик больше не орал так оглушительно — сдерживался, как мог. Шипел сквозь зубы, мычал, тяжело дышал. Счет дошел до двадцати трех, когда он заплакал.

Злость испарялась вместе с его слезами, капающими на пол, но Даша и не думала останавливаться. И это была не жестокость. Ей самой хотелось плакать вместе с Яриком. Да просто потому, что он — ее зайка! Однако он должен запомнить, что случается, когда лжешь своей госпоже, когда не доверяешь ее словам.

— Тридцать… три…

— Спасибо за урок, госпожа, — проговорила Даша вместо него.

Ярик уже захлебывался от слез и не мог сдержать криков. Прежде чем освободить его, Даша присела рядом на корточки и, приобняв за плечи, прошептала на ухо:

— Все, мой хороший, все. Я простила. Надеюсь, в следующий раз ты тридцать три раза подумаешь, прежде чем соврать.

= 54 =

Тридцать три? Сто тридцать три раза подумает! Нет, еще больше. И вовсе не из-за боли. Не из-за горящего от порки зада.

Стоя на коленях в зале клуба, Ярик успел пережить такое, от чего его до сих пор бросало то в жар, то в холод. Он так ясно представил, как Даша отворачивается от него, уходит, бросает, что от ужаса не мог вымолвить ни слова в свое оправдание. Оказалось, это пугает его сильнее, чем болезненное наказание.

С ним что-то не так? В тот момент он об этом не задумывался. Да и после — мельком. Вроде как вспомнил себя до знакомства с Дашей и удивился, что так легко опустился перед ней на колени — при всех, не стесняясь. И тут же устыдился своих мыслей, потому что переживать стоило не об этом, а о том, чтобы Даша простила.

Только это имело значение.

Нельзя врать своей госпоже. Нельзя не доверять ей.

Но больше всего Ярик переживал не из-за того, что нарушил правила. Он расстроил Дашу. Разочаровал. Заставил нервничать и злиться. Ее боль ощущалась, как собственная. И все, что он мог сделать — это смиренно принять любое наказание.

Но и тут облажался…

Ярик ненавидел себя — за то, что оказался плохим нижним. А когда боль стала невыносимой — ненавидел Дашу, за жестокость. И снова — себя. Потому что посмел осудить, потому что плакал и кричал, как ребенок. В голове все перемешалось, и казалось — мир рухнул, перестал существовать. И ничего уже нельзя исправить.

Даша говорила еще что-то, но Ярик не понимал. Стыд стал таким невыносимым, что затмил даже боль. Переступить через него не получалось. Хотелось спрятаться… сбежать… остаться одному…

— Яр… Ты меня слышишь? Ярушка…

Сквозь звон в ушах он разобрал свое имя. Ярушка? Так звала его только бабушка. Он и представить не мог, что кто-нибудь другой обратиться к нему… так.

— Ба… — прошептал он, поднимая голову.

И увидел перепуганную Дашу. Она смотрела на него круглыми глазами. Они подозрительно блестели, а губы дрожали… Он опять ее расстроил.

— Что? — переспросила она. — Я не поняла…

— Прости…

— Яр, я же сказала, что простила! Ты можешь встать? Попробуй, я помогу.

Он и не заметил, что Даша расстегнула ремни.

— Все в порядке. Я сам.

Ярик осторожно распрямился. В глазах периодически темнело — и от боли, и от смены положения тела. Даша подставила плечо, но он отверг помощь.

Слабак… Осталось только повиснуть на хрупкой девушке!

— Где здесь можно умыться? — Ярик прикрыл глаза, ругая себя за глупость. И ведь учил же его Руслан! Все без толку… — Простите, госпожа. Я могу… привести себя в порядок?

— Яр… — жалобно произнесла Даша. — Ты так…

Она не договорила. Взяла его за руку и повела куда-то.

— Здесь ванная комната, — сказала она, толкнув незаметную дверь. — Я помо…

И опять осеклась, поймав его взгляд. Ярик даже удивился. Он так ужасно выглядит?

Зеркало безжалостно подтвердило — все еще хуже, чем он думал. Не мужик, а тряпка. Зареванный, опухший, жалкий… Странно, что Даша вообще с ним возится.

И все же, включив воду, Ярик опять заплакал. Что-то скопилось внутри, а теперь лопнуло, как нарыв. Он и сам не понимал, отчего так. Просто слезы лились, и он никак не мог остановиться.

Истеричка, а не мужик!

Разозлившись, Ярик настроил холодную воду и сунул голову под струю. Продрало до костей, аж в озноб кинуло. И судорожные всхлипывания, наконец, сошли на «нет».

— Яр! — Даша постучала в дверь. — Яр, я вхожу.

— Нет! — крикнул он прежде, чем сообразил, что не в том положении, чтобы возражать.

Но ведь Даша могла войти без предупреждения!

— Да, — сказала она, подходя ближе и заглядывая в глаза. — Ну, ты чего?

— Все в порядке, госпожа Дана, — пробормотал Ярик.

— Опять врешь, — покачала головой она. — Разочарован?

— Да, — признался он. — В себе.

— Дурачок…

Она неожиданно улыбнулась и обняла, не обращая внимания на мокрые волосы и холодные капли.

— Намокнешь же… — Ярик попытался отстраниться.

— А я подумала, что ты обиделся. Разочаровался… во мне, — словно пожаловалась Даша, прижимаясь теснее. — И что вот-вот убежишь. Навсегда.

— Даша, я… А ты? Ты разве не разочарована?

— Дурачок, — повторила она. — Ты хоть что-нибудь слышал? Я тебя простила. Просто не делай так больше. Пожалуйста.

— Я хотел тебя удивить…

— Удивил, — хихикнула она.

— Приятно удивить, — уточнил Ярик.

— Ну… Откровенно говоря, было и приятное удивление. — Даша подняла голову, ища его взгляд. — Ты достойно перенес наказание. Не сбежал, не пытался оправдываться, увильнуть.

— Достойно? — переспросил Ярик, не веря своим ушам. — Рили?

Вместо ответа Даша поцеловала его в губы — легко, но сладко.

— Даша, я серьезно!

— Серьезно, Яр? — Она прищурилась. — Я только что выдрала тебя за вранье и недоверие. А ты все еще пытаешься обмануть и не веришь тому, что я говорю.

Сердце опять ухнуло вниз. Он не дурачок. Он идиот!

— Ничего, разберешься и с этим, — вздохнула Даша. — А сейчас перестань придумывать, что все в порядке. И доверься мне.

— Даш…

Ярик обнял ее сам — до хруста косточек, до ее сдавленного писка.

— Даш, спасибо, — шептал он, уткнувшись носом в волосы, пахнущие вкусным шампунем. — Спасибо, что не бросила. Спасибо, что поверила. Я честно… Честно, не замышлял ничего дурного. Я хотел стать нужным… полезным…

— Пойдем, — позвала Даша, когда он ее отпустил. — Ложись на живот, лечить буду. А то, и правда, сидеть не сможешь. Придется завтра с родителями объясняться.

Сейчас это волновало Ярика меньше всего. К тому же, адреналин еще не схлынул, и боль ощущалась не так уж и невыносимо.

— Сам подумай, нужен ты мне или нет, — продолжила разговор Даша, аккуратно намазывая ягодицы прохладным гелем. — Ты мог уйти, не принимать наказание. Но и я тоже могла уйти. Я же говорила, мне не нравится причинять боль. А клуб… Я хотела прийти сюда вместе с тобой. И эта комната… Мы занимались бы здесь чем-то более приятным. С тобой, Яр. Я не искала никого другого, хотя мне было очень одиноко сегодня…

— Солнышко, прости…

Ярик извернулся, поймал ее руку, поднес к губам.

— Да я не для того все это говорю, — нахмурилась Даша. — Сколько еще повторять, что простила? Ты уже наказан. Все!

— Мне все еще стыдно, — пробурчал он.

— Лучше перед Русланом извинись, — посоветовала Даша. — Ему из-за тебя достанется.

— А он в чем виноват? Это же все я…

— Учил плохо, — ехидно улыбнулась она. — И, возможно, без ведома хозяйки клуба. Но это она пусть сама разбирается.

Как все сложно! Но с Русом он, конечно же, поговорит. И правда, нехорошо получилось.

— Даш, а долго так лежать? — поинтересовался Ярик, когда она вернулась в комнату, вымыв руки.

— Пока не подсохнет. Еще штаны тебе найти надо.

— В смысле?!

— Если думаешь, что тебе удастся втиснуться в джинсы, то ты слишком самоуверен.

Об этом он как-то не подумал.

— М-м… В раздевалке есть другие брюки, широкие.

— Отлично. Скажи код, отправлю туда кого-нибудь.

Когда Даша вышла, Ярик осторожно пощупал зад. Зря, только руки испачкал. Даша нанесла на воспаленную кожу обильный слой геля. Масштабов катастрофы он не оценил, зато некстати вспомнил, что отец говорил что-то о бане. Вроде как давно они вместе не парились.

Блин! Только этого сейчас и не хватало…