Укрощение строптивого студента

Глава 29

= 65 =

Обнаружив, что Ярик банально сбежал, Даша, как ни странно, ощутила не разочарование, а тревогу. Месть, раскаяние… все, что угодно лучше, чем такое бегство. Яр не трус, и если бы подставил Дашу специально, то непременно сообщил бы об этом. Чувство вины заставило его уйти, не сказав ни слова в свое оправдание.

К сожалению, Даша прекрасно знала, чем это может закончиться для мужчины, боготворящего свою госпожу. Хотел Ярик или нет, но Тема уже стала частью его жизни, и Даше нельзя игнорировать его особенности, а ему — свои потребности.

Ярика надо искать.

Первым делом Даша позвонила Руслану, но у него Ярик не появлялся. Странно. Ведь, кажется, они подружились.

— Что-то случилось? — забеспокоился Руслан. — Я могу чем-то помочь?

— Нет, ничего, — соврала Даша. — Просто он мне срочно нужен, а телефон выключен. Может, разрядился.

Не рассказывать же ему, отчего Ярик в бегах…

Именно по этой причине Даша не решилась позвонить Демону. Искать у него Ярика глупо, а объяснять и просить помочь в поисках — стыдно. Что-то она может и сама! Например, съездить к Ярику домой.

Даша стояла в дверях, собираясь уходить, когда раздался телефонный звонок.

— Да! — выпалила она, не взглянув на экран.

— Привет, Дашуль, — произнес Демон.

— Привет. Прости, мне сейчас некогда.

— Найди минутку. Ты мне должна, помнишь? Кое-что нужно.

Как же… вовремя! Даша опустилась на тумбочку в прихожей.

— Да, я слушаю.

— Знаешь… Думаю, что это лишнее, но…

Это было так непохоже на самоуверенного и слегка снисходительно Демона, что Даша испугалась.

— Дима, что случилось?! — не выдержала она. — Ты здоров?

— Э-э… Да. А почему ты нервничаешь?

У Даши вырвался смешок. Похоже, начинается истерика.

— Яр пропал, — сказала она. — Из дома ушел, на звонки не отвечает. Еду его искать.

— А-а… Ну… Оставайся дома. Яр едет к тебе. Так и знал, что зря звоню.

— Ты же что-то хотел, — растерялась Даша.

Так Ярик был у Демона? Иначе откуда он…

— Хотел попросить, чтобы ты его не выгоняла. Но, похоже, ты беспокоишься, а не злишься. Значит, как минимум, выслушаешь этого паршивца.

— Это он попросил?!

— Нет, Даш. — Демон тяжело вздохнул. — Он тебе сам расскажет, о чем просил. А к тебе отправил его я, потому что он… неадекватен. И даже не слегка.

— Так и знала… — прошептала Даша. — Ладно, спасибо. Ты уверен, что он…

— Не сбежит по дороге? — перебил ее он. — Уверен. Он слово дал.

— Так ты в курсе, что произошло?

— Дашуль, Ярослав тебе все расскажет, — сказал Демон и отключился.

И вот что это было?!

Даша, и так не находившая места от беспокойства, разнервничалась сильнее. Если уж Демон говорит, что Ярик в неадекватном состоянии, то дело плохо. А если она не справится? Если не сможет успокоить? Не сможет убедить, что ей плевать на скандал, который неизбежно разразится, как только фотографии увидит начальство?

А ведь ей действительно плевать. Ей есть, о ком беспокоится сильнее, чем о собственной репутации.

Даша заваривала на кухне чай, то и дело выглядывая в окно и высматривая машину Ярика. Пошел снег — мокрый, с дождем. И это тоже добавляло волнения: на дорогах сейчас скользко, мерзко и опасно.

Или Ярик оставил машину не во дворе, или там, куда не падал свет фонарей, но Даша пропустила возвращение «паршивца». Раздался звонок в дверь, она кинулась открывать… и застыла на пороге.

Ярик стоял, нахохлившись, и обнимал обеими руками набитый вещами рюкзак. Без шапки, в легкой куртке, насквозь вымокший. С волос капало, под кроссовки натекла лужа.

— Ты с ума сошел! — выдохнула Даша, очнувшись. — Марш под горячий душ! Быстро!

— Даш…

— Я кому сказала!

Она чуть ли ни за шиворот заволокла Ярика в квартиру и начала раздевать.

— Ты чего так легко одет, бестолочь?!

— Так в машине же…

— Это тебе в машине за шиворот натекло?

— Нет. Машина… сломалась.

— Тьфу ты! Горе луковое! В душ, быстро!

— Даша…

— Потом поговорим!

Даша наградила его шлепком по попе, исключительно для ускорения.

Ярик смотрел виновато, хлюпал носом — потому что замерз, но послушно отправился в ванную комнату. Вскоре там зашумела вода.

Даша порадовалась, что заварила чай. Она уже все приготовила, но заглянула на кухню, чтобы поставить на стол мед, лимон и коньяк. А после, убедив себя, что оставлять Ярика одного нельзя, зашла в ванную комнату, быстро разделась и дернула в сторону створку душевой кабины.

Как она и предполагала, Ярик не грелся под водой, а страдал. Увидев ее, он округлил глаза, но сказать ничего не успел.

— Рот закрой, — велела она, перешагивая порожек. — И молчи. Это, по-твоему, горячая вода?

Она дернула рычаг, настраивая воду. Схватила с полки бутылку с гелем и мочалку.

— Спиной повернись. Ноги расставь шире.

Ярик повиновался и уперся руками в кафельную стену.

— Ты маленький ребенок, да? — отчитывала его Даша, яростно растирая мочалкой. — Заболеть решил? Такси взять не мог, если машина сломалась?

Ярик молчал, как она и велела. Только пыхтел и прятал взгляд, и Даше это совершенно не нравилось. Руки чесались надрать ему задницу. И не за чертовы фотографии, а в назидание за глупость. Но… навряд ли это сейчас поможет.

Из душа Ярик вышел распаренный и красный, как помидор. Даша укутала его полотенцем, быстро вытерлась сама и вручила ему фен, чтобы сушил волосы.

Через пару минут она снова заглянула в ванную комнату.

— Вот, одень. — Даша протянула пакет. — Это я тебе купила в подарок, не успела отдать. Жду на кухне.

Удобные мягкие домашние штаны и футболка с забавным принтом. Вот, пригодилось!

На кухню Ярик пришел не сразу. Возился в прихожей, терзая рюкзак. Интересно, зачем? Заяц на футболке не понравился?

Гадала Даша недолго. Ярик появился, прижимая к груди какие-то листы.

— Даша, прости за беспокойство, пожалуйста, — пробормотал он.

Нет, все же надо было выпороть его в ванной комнате. Там лежит удобная деревянная щетка для волос…

— Вот. — Он положил на стол листы, и оказалось, что это фотографии. — Это сделал я. Я вижу тебя такой. А то, что в чате… Этого я не делал.

Даша взяла пачку фотографий. Ярик распечатал их в большом формате. Она взглянула… и пропала.

Даша всегда знала, что выглядит привлекательно в глазах мужчин. Если бы не детское лицо, она была бы довольна внешностью на двести процентов. И сейчас, рассматривая фотографии, сделанные Яриком, она ловила себя на мысли, что хочет взглянуть в зеркало.

Это точно она? Вот эта девушка в кукольной комнате? Внешность ее, но взгляд… Он менял все. Серьезный, взрослый, вдумчивый… Немного строгий, но, в целом, теплый. Или это и есть… глаза любви? Ведь Даша смотрела на фотографа.

А в жестком антураже БДСМ, в коже и с плеткой, Даша превратилась… в кошку. Мягкую, грациозную, но с коготками.

О боже…

Она почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

— Яр, это… великолепно. И, знаешь… я не поверила, что это ты слил фото в чат. Наверное, твой аккаунт взломали, а фото… кто-то украл.

— Но виноват в этом я, — отрезал Ярик.

Даша взглянула на него, нахмурившись. Вот оно! Если Яр уверен в том, что виноват, переубедить его будет непросто.

— Расскажи, — попросила она, разливая по чашкам чай.

И коньяк по рюмочкам.

— Я не буду, — отказался Ярик от алкоголя.

— Да кто ж тебя спрашивает, — хмыкнула Даша. — Пей.

Он страдальчески поморщился, но коньяк выпил.

— А теперь чай. С медом. И рассказывай, рассказывай…

Можно сказать, ничего нового Даша не услышала. Как она и предположила, аккаунтом воспользовались, фото банально сперли. Зато стало понятно, что Ярик делал у Демона, даже спрашивать не пришлось. Что ж, это даже правильно. Демону проще разобраться с дочерью.

А вообще…

Никто и никогда не заботился о Даше так, как Ярик. Даже родители. Ее приучали к самостоятельности, практически к выживанию. И это здорово облегчало ей жизнь, особенно во время учебы. Она благодарна родителям, они научили ее быть сильной и независимой.

Но и Ярику тоже благодарна. Такая любовь дорогого стоит.

— Семь, — сказала Даша, когда ей надоело слушать, как Яр извиняется. — Ты сказал «прости» семь раз. Хватит.

Он замолчал, уставившись на нее взглядом нашкодившего щенка.

— Иди сюда.

Даша поманила его пальцем. Хотела, чтобы он сел рядом, а он плюхнулся на пол и ткнулся головой в колени. Захмелевший… уютный…

— Заяц, ни в чем ты не виноват, — сказала Даша, запуская пальцы в его волосы. — Я даже обидеться не успела. И прощать мне нечего. Но если тебе важно услышать… Я тебя прощаю. Знаешь, одного не прощу… Если ты продолжишь чувствовать вину.

Ярик потерся о колено щекой.

— И скрыть это от меня не удастся, — добавила Даша. — Слышишь?

— Да, Даш… — вздохнул Ярик. Кажется, уже не страдальчески, а умиротворенно. — Я тебя люблю.

= 66 =

В воскресенье, на семейном обеде, Ярик поделился с родителями планами. И, вопреки ожиданиям, скандала не получилось. Мама не упала в обморок, а отец не грохнул кулаком по столу, когда Ярик заявил, что уходит из института.

— Ну-ну, — произнес папа. — Ну-ну…

А мама вздохнула, но промолчала.

— То есть, вы не против? — уточнил слегка ошалевший Ярик.

— Против, — сказала мама. — Тебя это остановит?

— Говорить можно что угодно, — заметил папа. — Уверен, что сможешь?

— Да. — Ярик повел плечом. — А что случилось? Вы раньше как-то активнее возражали.

— Ты, сынок, раньше говорил «хочу», а сейчас «сделаю», — пояснил папа. — Разница, однако. Впрочем, посмотрим еще, на что ты способен.

— Ничего не понимаю, — признался Ярик. — Ты же утверждал, что фотография — это баловство?

— А я всегда тебе говорила, что папа не против твоего увлечения, — вмешалась мама.

— Понимаешь, Яр… — Папа потер подбородок. — Кто прошлое помянет, тому глаз вон, а кто забудет, тому оба. Слышал такое? Так вот, не хотелось бы показывать пальцем, но твое поведение в выпускном классе не оставило мне выбора.

— Угу. Полагаю, ты намекаешь на то, что я вел себя, как засранец? — догадался Ярик. — И что, по-твоему, мединститут это что-то вроде исправительного учреждения?

— Нет, конечно. Но ты не хотел никуда поступать. И не хотел ничего слушать.

Отец прав, так все и было. Теперь Ярик это понимал.

— Я подумал, что если фотография — твое призвание, твой дар, то это никуда от тебя не денется. Поучишься какое-то время… под присмотром, а там, глядишь, и дурь из головы исчезнет. К сожалению, из нас с мамой получились плохие воспитатели. — Отец развел руками. — Признаю это. Но ради кого ты так…

— Изменился? — фыркнул Ярик, перебивая.

— Нет, Яр. Люди не меняются. Ты, скорее, повзрослел.

— Наверное, та девушка, да? — спросила мама. — Даша?

Ярик не стал отрицать очевидное, просто кивнул.

— Вы вместе учитесь?

— Нет, она у него преподает, — ответил папа вместо Ярика. — Латинский язык.

— Ты знал? — изумился он. — Ты об этом знал?

— Я с Дашей общаюсь чаще, чем с тобой, — усмехнулся папа. — Она и рассказала.

— Так она старше тебя? — нахмурилась мама.

Этого Ярик и боялся! Сейчас начнется…

— И что? — набычился он. — Ненамного. А выглядит младше, между прочим.

— Хорошая девушка, — сказал папа, обращаясь к маме. — Тебе понравится.

Ярик незаметно ущипнул себя за ногу. Больно! Неужели ему это не снится!

А, может, отец и тут прав: Ярик повзрослел, вот и все. Детские обиды кажутся ерундой, и с родителями вполне можно найти общий язык. И, главное, не было бы мединститута, Ярик не встретил бы Дашу. За одно это можно поблагодарить родителей.

— Ты чего такой… воодушевленный? — поинтересовалась Даша, когда Ярик вернулся от родителей.

— Заметно? — хмыкнул он.

— Ага. Как будто светишься изнутри.

— Это плохо?

— Дурень! — Она отвесила ему легкий подзатыльник. — Конечно, хорошо! У меня настроение поднимается, когда смотрю на тебя.

— Да так, — увильнул от прямого ответа Ярик. — Оказалось, что не ругаться с родителями не так уж и сложно. Кстати, ты понравилась отцу.

— Ой, брось, — смутилась Даша. — Давай не будем об этом сейчас. Завтра мои прилетают. Яр, между нами ничего не изменится, но… все изменится, понимаешь? И надолго.

— Мы уже об этом говорили, — напомнил Ярик. — Даш, давай проведем этот вечер вдвоем?

— Мы и так вдвоем, — заметила она.

— В клубе. Если хочешь, конечно.

— Хочу. — Даша улыбнулась ему. — Даже сама хотела предложить, но замоталась и забыла забронировать приват. Увы, заяц. Вечер воскресенья…

— Я забронировал.

— Ты?!

— Руслана попросил. Не сердишься?

— Вот ты… заяц!

Она не сердилась. Ярик научился чувствовать Дашино настроение. И даже когда она хмурилась, как сейчас, изображая строгую госпожу, в ее глазах плясали теплые солнечные зайчики. Не буквально, конечно. Просто Ярик так видел. И уже задумывался, как зафиксировать это на фото.

С воском Даша играть не стала, потому что не подготовила все заранее. Но придумала другую забаву. Завязала Ярику глаза, заставила опуститься на колени на кровати и долго терзала мужское достоинство, заставляя вздрагивать от каждого прикосновения.

Ярик только догадывался, что делает Даша. Вроде бы она использовала перьевой стек, зажимы и лед. Ярик поскуливал то от боли, то от сильного желания. Кровь пульсировала в висках, и удерживать позу становилось все сложнее.

А потом ему показалось, что Дашины губы скользят по члену, а язык облизывает головку.

Не показалось…

Ярика потряхивало от одной мысли, что любимая женщина держит во рту его член. Наслаждение ощущалось острее, ярче, потому что он не мог этого видеть. И пришлось умолять о разрешении кончить, прежде чем он услышал:

— Можно, заяц.

Даша выжала его досуха. Так Ярик думал, придя в себя после мощного оргазма. Какое-то там продолжение… Он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, распластавшись на кровати.

Но Даша знала, как воскресить «больного».

Она напоила его сладкой водой с лимоном, накормила шоколадкой… и велела вставать к кресту.

— А пороть за что? — успел возмутиться Ярик.

После чего ему в попу вставили вибратор. Тот самый, на дистанционном управлении. А в рот — кляп.

Ярик зря переживал. Даша использовала флоггер, но не порола всерьез — гладила спину и ягодицы кожаными «язычками», постепенно усиливая воздействие. В итоге кожу жгло, как после расплавленного воска. Только Даша еще и вибратор включала время от времени, и об эрекционном кольце не забыла. Так что Ярик подвывал не столько от жжения, сколько от невыносимого желания кончить.

Даша позволила. Позже. Уложив Ярика на кровать и усевшись сверху. Ему хватило нескольких фрикций, но о Даше он не забыл и заставил ее кричать от удовольствия.

Жизнь прекрасна. И неважно, что впереди: сессия, армия, новое поступление в ВУЗ. Переживания и бессонные ночи. Вместе можно справиться с любыми испытаниями.

Демону удалось замять скандал в институте. Среди студентов пополз уверенный слух, что преподавательницу латыни подставили, смонтировав грязные фотографии. Куда делась Ася, Демон не рассказал, но Ярик подозревал, что ее отправили на учебу за границу. И, скорее всего, ограничили в средствах, чтобы не могла вернуться в Москву самостоятельно. Финансовая зависимость — мощный рычаг управления в руках у родителя.

Вторую часть сделки Демон тоже выполнил. Ярик распрощался с машиной, зато благотворительный фонд перевел деньги на лечение Дашиной мамы. Ярик решил, что скажет Даше правду, если она поинтересуется, где его авто. Продал — и продал! А где деньги — это его личное дело. Однако пока она не замечала, что он ездит на общественном транспорте.

Пока Ярик раздумывал, как уговорить Дашу взять часть денег на бытовые расходы, ведь с приездом родителей забот у нее прибавится, объявился ее брат. Вернее, позвонил, из-за границы. Ярик стал невольным свидетелем этого разговора и очень переживал, наблюдая, как Даша меняется в лице: то бледнеет, то покрывается красными пятнами.

Объяснилось все просто. Дашины родители не сообщили сыну о болезни мамы, «чтобы не беспокоить». И Даша даже не подумала о том, чтобы ему позвонить: привыкла рассчитывать только на себя. К тому же, брат далеко, чем он может помочь?

Оказалось, может. Деньгами. Так что на Дашу сначала наорали, по-братски, а после сообщили, что оплатят и квартиру рядом с клиникой, и сиделку, и даже няньку отцу, если понадобится.

В общем, жизнь налаживалась.

В тот вечер в клубе они оторвались по полной, а после долго не могли вылезти из кровати, чтобы отправиться домой. Ярик уютно обнимал Дашу. И навряд ли ошибался, считая, что она чувствует себя счастливой и умиротворенной. Возможно, не самый лучший момент для признаний, но…

— Я из института уйду, — сказал Ярик, целуя Дашу в висок. — Сессию сдам, а потом заберу документы.

— И что дальше? — поинтересовалась она, заглядывая ему в глаза.

— Дальше буду поступать туда, где учат художественной фотографии. Высшее образование я обязательно получу.

— А как же… армия?

— Заберут с весенним призывом, — ответил он. — Нам придется расстаться на год, солнышко.

И замер, переживая о ее реакции. Год — это долго? Захочет ли она… Не рассердится ли, что он все решил сам…

— Я буду тебя ждать, — прошептала Даша. — Я люблю тебя, Яр.