Уральский следопыт, 1958-01

НЕПТУН С КОШКОЙ

Весь день сейф не давал Вовке и Вадиму покоя. Вытащить его на берег сами они не могли, а сообщать о находке взрослым не хотели: неинтересно.

Вадим прямо так и сказал:

– Будем охранять до тех пор, пока наши из пионерских лагерей не вернутся!

– А, может быть, скажем завхозу в школе?

– Никаких «может быть»! Пока мы не вытащим его, он неприкосновенен для посторонних.

И Вовка смирился. Безропотно нёс он подводную вахту возле сейфа. Действовали осторожно. Пока Вовка плавал, Вадим отогревался на берегу. Затем менялись.

Всё было бы хорошо, но одно происшествие спутало первоначальные замыслы амфибий.

Как-то вечером, уже собираясь идти домой, ребята заметили метрах в пятидесяти правее своей базы, на воде, недалеко от берега, бородатую, всклокоченную голову.

– Нептун! – вздрагивая от холода, прошептал Вовка.

– Нет! Это просто старик! – Голова с бородой, вращая глазами, двигалась к берегу. – Тс-с-с, – Вадим прижал палец к губам, и ребята спрятались за ствол дерева.

Старик приближался. Из воды уже показались костлявые плечи, впалая грудь, и, наконец, на берег вышел сухощавый, крепкий старик в подштанниках, перехваченных кожаным поясом с блестящей пряжкой. В руках он держал железную кошку с мотком прочного шнура.

– За нашим сейфом охотится, как пить!… – предположил Вадим. – Ишь, хитёр! А, ну! Шагаем за ним!

Старик оделся и пошёл, озираясь, словно знал, что за ним следят. У глухих ворот старого бревенчатого дома, обнесённого высоким забором с колючей проволокой наверху, он постоял немного, потом звякнул тяжёлый засов, и калитка скрыла бородача.

– Есть, – сказал Вадим, вглядываясь в номерной знак, освещенный тусклой лампочкой. – Кауровская, сорок три. Запоминай. Теперь ты, Вовка, останешься здесь, а я пойду…

– Покушать бы надо…

– Молчи! Через три часа я тебя сменю. Наешься до отвала. Пойми, что мы должны знать каждый его шаг. Думаешь, с кошкой по пруду для спортивного интереса лазят?

– Нет, конечно…

– Карауль! Если дед вздумает ночью отправиться опять на водные процедуры, беги ко мне. Я буду на веранде.

Только успел Вадим завернуть за угол, как из ворот снова показался старик. Теперь в лёгком пальто, в шляпе, в скрипучих сапогах. Опираясь на трость, он с достоинством прошагал мимо. Вовка, крадучись, двинулся следом. «Куда это он? Надо бы Вадиму сообщить». Но Нептун не пошёл далеко. Миновав два квартала, он вошёл в почтовое отделение.

Вовка – за ним.

Почта помещалась в нижнем этаже нового дома. В большом вестибюле было просторно и безлюдно в этот поздний час. Старик взял бланк для телеграммы и пристроился на узком столике у зеркала. Заглянуть через плечо не было возможности. Тогда Вовка устремил глаза в зеркало. Военные игры с тайнописью и шифрами помогли ему. Часто разбирал он через зеркало секретные приказы «синих» или «красных».

Вглядываясь в неровные строки телеграммы, Вовка успел разобрать:

«Свердловск… Срочно приезжай. Надо работать».

Председатель горсовета Курасов обыкновенно начинал свой рабочий день с просмотра местной газеты. Он с удовлетворением прочитал отчёт о сессии горисполкома, где почти полностью была напечатана его речь. Особым абзацем редакция выделила слова о том, что по настоянию избирателей горкомхозу дано указание приступить совместно с заводом к очистке чес-макского пруда.

Курасов подошёл к окну. Из кабинета пруд был как на ладони. «Это действительно украшение города, – подумал председатель. – А не чистим много лет. Безобразие!…»

Он позвонил по телефону – проверил, вызван ли из Свердловска водолаз, чтобы обследовать дно водохранилища, определить объём работы и наиболее лучший способ очистки. Всё было в порядке: водолаз выезжает завтра.

Едва Курасов собрался вызвать секретаря, как раздался телефонный звонок.

– Товарищ председатель горсовета? – спросил кто-то жидким и сильно простуженным голосом. – Чистить заводской пруд нельзя до будущего лета. Иначе случиться плохое.

И всё.

Курасов недоуменно слушал сигнал отбоя, даже посмотрел в трубку. Затем рассердился и, не трогая рычага аппарата, позвонил по другому на АТС: установить, по какому телефону звонили.

Расторопная дежурная быстро нашла на щите переключений абонента, только что соединявшегося с председателем.

– Звонили по таксофону, что на Кау-ровской улице, – ответила она.

– Что это за таксофон? Где?

– Автомат возле пруда, – уточнила дежурная. – Он в том районе один…

«Вот хулиганьё!» – возмутился Курасов и позвонил начальнику отделения милиции. Он хотел дружески пожурить капитана, сообщить об озорстве, граничащем с антиобщественным поступком. Но начальник милиции сразу рассказал о чемодане с планом города и с крестиком на пруду.

Курасов пригласил капитана к себе.

В вагоне поезда Свердловск – Чесмак народу много в праздничные дни. В будни – гораздо меньше, тем более, с ночи. И водолаз Константин Ваулин скучал.

Он тщетно пытался разговориться со стариком, сидящим напротив, но тот отмалчивался. Наконец, Константин спросил в упор:

– А далеко, папаша, едете?

– Нет, недалеко.

– Я тоже недалеко. В Чесмак, – вздохнул Константин. – Вы, случайно, не бывали? Пруд там глубокий, не знаете?

– Пруд? – Старик вдруг пересел рядом и по-приятельски предложил папиросу. – Воды там нелишка. А вы что? Порыбачить?

– Я водолаз.

– Водолаз? – удивился старик. – Чрезвычайно любопытственно. До седых волос дожил, а водолаза не видывал. И как же в воду лазите? Машина какая-нибудь или что?

– Зачем машина? – засмеялся Константин. – Лёгкий водолазный скафандр! Вот он, весь тут, в чехле.

Разговорились. Сосед Константина оказался интересным собеседником. Через час Константин уже знал, что зовут старика Трофимом Фёдоровичем, что прежде он работал старателем, находил, бывало, и большие слитки золота, и платину. Старика увлекли рассказы Константина о профессии водолаза, он внимательно слушал, расспрашивал.

Потом Трофим Фёдорович попросил показать скафандр, на свою большую курчавую голову примерил резиновый шлем и несколько минут просидел в нём, подмигивая через очки серьёзными глазами. Взгляд у него был недружелюбный даже тогда, когда он улыбался.

Незадолго до Чесмака старик попрощался, поблагодарил за внимание и ушёл. Константин разлёгся на полке и вздремнул под мерный стук колёс. В поезде всегда хорошо спится.

А когда водолаз проснулся на станции Чесмак, он не нашёл своего скафандра. «Неужели это Трофим Фёдорович?»

Кондуктор вагона подтвердил, что старик вышел в самом Чесмаке, что нёс он какой-то багаж в брезентовом чехле.

«Уральский следопыт» ждет от читателей окончания этого рассказа.

Адрес редакции: Свердловск, улица Малышева, 24.