В объятиях зверя

Дино(18)

Вопреки разуму, я всегда безоговорочно доверял интуиции, и сейчас она настойчиво шептала об опасности. Нас выслеживали. Я ощущал это кожей. Еле оторвался от преследователей, но номер их машины врезался в память. Необходимо срочно выяснить, кому понадобилось за нами охотиться.

Аврора в Бостоне сменила фамилию. Она здесь не Моретти и позаботились о том, чтобы никто не знал о ней. Зачем тогда слежка?

Авроре я не обмолвился ни словом. Только-только в ее глазах засияла спокойная уверенность. Пусть это хрупкое равновесие сохранится как можно дольше.

По дороге Аврора выбрала подарок для подруги — изящные золотые серьги и букет нежных цветов. Она не питала любви к таким вечеринкам, но шла туда, словно пыталась раствориться в толпе, почувствовать себя "своей". Выбраться из своей раковины, пусть даже на один вечер.

Я зачарованно наблюдал, как она, с легким волнением в сердце, готовилась к этому дню рождения. Едва уловимый макияж, волосы собраны в высокий, дерзкий хвост, обнажая изящную линию шеи, которую так манило поцеловать, пометить её.

Собрав мысли в кулак, я тоже оделся и отправились в ресторан, где проходила вечеринка. Всё как обычно. Поздравления, вручения подарков. В ресторане собрались многие из колледжа, даже этот кудрявый.

Я неотрывно следил за Авророй. Каждый ее жест, каждое движение, каждый взгляд. Пытался уловить хоть малейший намек на беспокойство и дискомфорт, чтобы забрать её отсюда... Иначе точно сломаю нос каждому похотливому взгляду, осмелившемуся прикоснуться к ней.

— Аврора, выпей этот коктейль. Тебе обязательно понравится, — настойчиво ворковала Керри, протягивая ей искрящийся стакан.

Аврора, слегка замявшись, приняла его.

— Может, попробую, — прошептала она, ища моего взгляда. — Ты будешь?

— Нет, — отрезал я

Мне нужно сохранить бдительность, а не выпивать, поэтому пил только сок.

— Никогда не пробовала алкоголь… любопытно, что будет, — прошептала она мне, смущенно опуская ресницы

— Тогда мне лучше быть трезвым, — ухмыльнулся я, наклонившись к её уху.

Она пригубила коктейль, и по ее щекам разлился легкий румянец. Я не против, чтобы она веселилась и отвлеклась от плохих мыслей.

Был не против, пока кудрявый дятел, которого звали Сэм, не обратился к ней.

— Аврора, приглашаю тебя на танец. Надеюсь, не откажешь, — промурлыкал он, расплывшись в глуповатой улыбке.

Внутри меня все заклокотало, кулаки сжались до побелевших костяшек. Я прожигал его взглядом, полным нескрываемой ярости. Я убивал людей, но никогда этого не делал из-за ревности.

Я знаю сто способов убить человека мучительно и долго. Все способы хочу попробовать на этом кудрявом пуделе.

— Она не танцует, — прорычал я вместо Авроры. — Найди себе другую партнершу для танцев. — В моем тоне сквозила такая неприкрытая угроза, что ему следовало бы исчезнуть в тот же миг.

В ее глазах мелькнула благодарность. Она действительно не хотела танцевать с ним. Прикосновения чужих людей до сих пор вызывали в ней тревогу.

Кудрявый пудель нервно сглотнул, натянув жалкое подобие улыбки.

— У тебя чересчур грозный брат. Интересно, он вообще дает тебе дышать?

Я уже приготовился ответить на эту наглую реплику, как вдруг мою руку стиснула Керри.

— Дино, пойдем потанцуем. Нельзя же отказывать имениннице! — проворковала она, кокетливо надув губки.

Краем глаза заметил, как напряглась Аврора и лицо помрачнело. Девушка не умеет скрывать эмоции. У неё всё написано на лице.

Керри, получив отказ, с наигранной обидой потащила Сэма в пляс, а Аврора тем временем осушала второй коктейль. Вокруг кипела жизнь, танцы захлестывали пространство, смех разносился по залу. И только мы за этим столом казались чужими на празднике жизни, словно два осколка, выпавших из общей картины.

К счастью, Аврора засобиралась домой, и мы покинули этот шумный водоворот. Дорога домой, словно исповедь, вырвалась из нее потоком слов, быть может, подтолкнутая игривым прикосновением алкоголя. Хотя... Она не была пьяная.

— Я… я стараюсь, понимаешь? Шаг за шагом, как ты и говорил… Как думаешь, у меня получится? Создать семью… Любить… Дети… — в ее голосе звучала такая хрупкая надежда, что сердце болезненно сжалось.

— Конечно, получится, — заверил я, и внезапно, помимо воли, представил, какие у нас будут дети.

Прекрати думать о том, чего никогда не будет.

Воцарилась неловкая тишина. До самой квартиры Аврора задумчиво смотрела в окно, погруженная в свои мысли.

Поднявшись в квартиру, Аврора вдруг остановилась в гостиной, словно споткнувшись о невидимое препятствие. Она повернулась ко мне, и в ее глазах плескалось смятение, которое она так тщательно скрывала всю дорогу.

— Мне не нравится, когда другие девушки к тебе прикасаются. Очень не нравится..., — тихо прошептала девушка, опустив взгляд.

Я застыл, словно громом поражённый, ошеломлённый внезапным признанием, осознавая: Аврора ревнует. Ревнует меня.

Она попыталась отступить, ускользнуть, но я перехватил её руку, и она вздрогнула, как от искры. Кровь застучала в висках, самообладание таяло, словно лёд под солнцем, а воздух вокруг наэлектризовался до предела.

— Ко мне можешь прикасаться только ты. Остальным нельзя, — прохрипел я, сокращая расстояние между нами, чувствуя, как наши дыхания смешиваются в едином порыве.

Она выдохнула, словно сбрасывая с плеч неподъёмную ношу, и в уголках её губ заиграла робкая, едва заметная улыбка.

Мы смотрели друг на друга, буквально затаив дыхание.

— Я хочу прикоснуться..., — тихо призналась Аврора. — Именно к тебе...Хочу, чтобы ты касался меня.

Сердце бешено колотилось, словно барабан. Я притянул её осторожно к себе, не давая ни единого шанса на отступление. Её тело податливо отозвалось на моё прикосновение, и я ощутил, как дрожь пробегает по её спине.

Губы Авроры были приоткрыты в ожидании, и я, не в силах больше сдерживаться, коснулся их своими.

Поцелуй был нежным, трепетным. Постепенно, осторожность отступала, уступая место жаркому, всепоглощающему желанию. Аврора ответила на поцелуй, и мир вокруг перестал существовать. Только мы. Она невероятная на вкус. И ощущается великолепно.

Учащённое дыхание и бешено колотящиеся сердца. Я углубил поцелуй, исследуя каждый изгиб её губ, чувствуя, как она всё больше растворяется в моих объятиях.

Если я умру от остановки сердца, то умру счастливым.

Грёбаный ад!

Оторвавшись от неё, я заглянул в её глаза. Я провёл рукой по её щеке, ощущая мягкость кожи. Границы стёрлись и зверь вырвался наружу. К чёрту всё. Я хочу хотя бы раз сдаться. Всего лишь один раз.

— Хочешь, чтобы я сделал тебе приятно? — прохрипел я, чувствуя, как жар плавит кости.

Аврора облизывает губы и медленно кивает.

— Да...

Я подхватил её на руки, словно пушинку, и, не отрывая взгляда от её глаз, направился к дивану. Каждый шаг отдавался гулким эхом в голове, каждый вдох обжигал легкие.

Она смотрела на меня, не отводя глаз, когда опустил на диван. Я прикоснулся к её губам снова, на этот раз более уверенно, более требовательно. Я целовал её, утоляя жажду, скопившуюся за долгие годы ожидания.

— Если что-то не понравится, сразу останови меня, — прошептал я, глядя на неё. — Я буду очень внимателен и осторожен.

— Я...доверяю тебе..., — её слова окончательно сорвали мне крышу.

Аврора сидела на диване, я опустился на колени перед ней. Руки скользили по её телу, изучая каждую линию, каждый изгиб. Я слышал её учащенное дыхание, чувствовал, как бьется её сердце в унисон с моим.

Её аромат, терпкий и пьянящий, её тепло, обжигающее и желанное, — всё в ней лишало меня рассудка. Кровь бурлила, дыхание становилось рваным, а возбуждение рвалось на свободу.

Прикоснувшись губами к её шее, я оставил там первый, робкий поцелуй. Она вздрогнула от неожиданности, её тело напряглось, словно струна, готовая вот-вот лопнуть. Я осыпал поцелуями каждый миллиметр её шеи, плеч, постепенно приближаясь к той черте, за которой уже не будет пути назад.

Аврора судорожно сомкнула веки, будто пытаясь бежать от нахлынувших воспоминаний. Она так вернётся в прошлое. Нельзя этого допустить.

— Не закрывай глаза, — мягко велел я. — Смотри на меня. Слушай мой голос и чувствуй, что именно я прикасаюсь к тебе... Здесь только ты и я, — ласково шептал я.

Она распахнула глаза, и наши взгляды встретились. В её глубине метался испуг, но и робкая надежда. Не отрывая взгляда, я шептал слова, полные нежности и обожания, а моя рука блуждала по её бёдрам, медленно поднимаясь выше.

— Ты настолько ослепительно прекрасна, что я просто не могу отвести взгляд, — прохрипел я, задыхаясь от нахлынувшей волны чувств.

Её зрачки расширились, в них плескалось волнение, страх и… желание? Продолжая усыпать её шею поцелуями, я ощущал, как напряжение медленно покидает её тело. Она расслабилась, позволяя мне вести. Алкоголь в крови тоже в этом слегка помог.

Я поднял её подбородок, заставляя снова смотреть мне в глаза. В её взгляде читалась мольба, немой вопрос. Я ответил ей долгим, нежным поцелуем, пока мои пальцы начинают ласкать между ног.

Хочу доставить ей удовольствие. Хочу, чтобы кричала от наслаждения, чтобы всё плохое стёрлось из памяти.

В комнате повисла тягучая тишина, нарушаемая лишь нашим учащенным дыханием.

Я чувствовал, как она дрожит в моих руках, и это лишь подстегивало мое желание. Мои пальцы настойчиво, но нежно ласкали её сокровенное место, вызывая у неё дрожь и возбуждение. Она прикусила губу, стараясь сдержать нарастающую волну удовольствия.

— Твоё тело будет помнить только меня... Только мои прикосновения... Мои поцелуи... Только меня, — шептал я, прижимаясь к её лбу.

Я ощущал, как её жар охватывает меня, сводя с ума. Её тело напрягается, готовясь к кульминации. Я нежно шептал ей на ухо ласковые слова, подталкивая её к первому оргазму. Девушка вцепилась в мои плечи, её дыхание стало прерывистым и частым.

— Дино… — она замолкает, а её дыхание опаляет мою щеку.

Мне хочется прикасаться к ней снова и снова, но в то же время кажется, что этого уже мало. Я жажду вновь почувствовать её. Жажду сделать своей.

Сердце колотится так сильно, что мне больно. Это неправильно. Знаю, что это неправильно.

Но, чёрт возьми, ей это нравится! Её взгляд, от которого грудь разбухает так, что каждая ниточка рубашки впивается в кожу. И все, чего я желаю, — чувствовать ее, пробовать на вкус, вдыхать ее аромат, вызывать у нее улыбку, потеть и кончать вместе с ней.

Температура в гостиной, казалось, поднялась на несколько градусов. Воздух стал густым и насыщенным, словно пропитанный электричеством.

Ещё мгновение и тело девушки содрогнулась в оргазме. Волна наслаждения прокатилась по её телу, выгибая её в спине.

Руки девушки сжали мои плечи до боли, а губы приоткрылись в беззвучном крике. Этот момент был чистым безумием, сжигающим все рациональные мысли. Когда волна оргазма схлынула, она обмякла в моих руках, её дыхание постепенно успокаивалось.

Я продолжал держать Аврору, прижимая к себе, наслаждаясь моментом близости и полного доверия. Я знал, что утром столкнусь с последствиями, но в этот момент мне было все равно. Я жаждал её, желал обладать ею целиком и полностью.