В объятиях зверя

Дино(32)

Внутри бушевал ураган. Слова Авроры обрушились, как лавина, погребая под собой остатки здравого смысла. Я ждал чего угодно, только не этого ледяного удара в спину.

Она согласилась выйти замуж за другого через три дня. Три дня! И отказалась вернуться в Бостон, даже не удостоив меня разговором.

Удовлетворенные ответом девушки, пахан и его псы покинули дом. Я последовал за ними, будто загнанный зверь, пытаясь сбежать от клокочущей в груди бури. Нужно было продышаться, иначе я сделаю непоправимое.

Может, Аврора просто соврала, чтобы помочь Люциану. Хотела таким способом запустить пыль в глаза нашим врагам. Больше нет причин так поступать.

Такие мысли приходили мне в голову и успокоили, но ненадолго. Беспокойство охватывает, когда Аврора не отвечает на звонки. Я позвонил несколько раз, но молчание в ответ. Что, черт возьми, происходит с ней?

Бессилие душило, сжимая горло невидимой хваткой. Не выдержав гнетущего чувства, я вернулся в дом Моретти. Я иногда охранял их вместе с другими солдатами, но в отличие от них, я находился внутри дома. Воспользовался этой привилегией и направился в комнату Авроры.

Тихонько приоткрыв дверь, я вошел, стараясь не потревожить ее чуткий сон. Она просыпалась от малейшего шороха. Но в этот раз девушка не спала.

Аврора сидела на подоконнике, обхватив руками колени, словно пытаясь защититься от всего мира. Увидев меня, она замерла, и лишь на мгновение в ее глазах промелькнуло удивление. Затем она спрыгнула на пол, и ее воспаленные, красные глаза впились в меня, полные боли и отчаяния.

— Уходи, Дино, — её голос разорвал напряженную тишину. Выражение лица сменилось на холодное и равнодушное.

Я замер, не зная, что сказать. Ее слова были подобны удару под дых, лишающему воздуха. Но надо было выяснить причину такого поведения.

— Уйду, как только ты мне объяснишь, что происходит. Почему ты согласилась? Из-за братьев? И что значит, что ты не будешь возвращаться в Бостон? — спросил я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно мягче.

Я сделал шаг вперед, но она отшатнулась, словно я представлял для нее опасность. В ее движении сквозил такой неприкрытый страх, что меня словно окатили ледяной водой. Вина сдавила горло, будто я и впрямь совершил нечто непростительное.

— Я не обязана перед тобой отчитываться. Уйди. Уйди, пока тебя не заметили. Покинь мою комнату, — голос ее звенел сталью.

Грудь Авроры часто вздымалась, пальцы побелели, впиваясь в ладонь. Холодный, гневный взгляд прожигал насквозь, словно я совершил предательство, которое невозможно искупить.

Я никогда не видел Аврору такой. Ее глаза — обычно тихие омуты, полные нежности, когда она смотрела на меня — сейчас были зеркалами отчуждения. Смотрели сквозь.

Кудрявый заходил к ней, чтобы поговорить...

И ярость обожгла нутро. Этот мерзавец мог ее шантажировать, запугать. Ведь именно после его визита в ее глазах поселилась эта ледяная отчужденность, именно после него она начала меня избегать.

Медленно отступая, я прошептал как можно мягче:

— Аврора, прошу, просто скажи мне правду. Он… Сэм… он тебя запугал? О чем вы говорили?

Девушка судорожно замотала головой и заметалась по комнате, ее движения стали резкими, порывистыми, словно она пыталась сбросить с себя невидимые цепи.

— Он вообще не причём. Я просто хочу, чтобы ты оставил меня в покое. Оставь в покое, — повторяла, как заведенная, шагая по комнате.

Я с трудом сдерживался, чтобы не броситься к ней и не заключить в объятия. Напряжение вибрировало в воздухе.

Я выдохнул, вновь предприняв попытку подойти к ней.

— Ещё вчера ты приняла моё кольцо и мечтала о будущем со мной. Еще вчера ты говорила, что принадлежишь мне. Сейчас уже хочешь, чтобы оставил в покое? — с недоумением спросил я.

Аврора явно что-то скрывает и не хочет говорить об этом. За пару часов её чувства не могли измениться. Здесь, несомненно, замешан этот ублюдок.

Мои шаги отдавались гулким эхом в оглушающей тишине комнаты. Каждый дюйм, преодоленный мною, казался вечностью.

Она застыла, словно олененок, ослепленный светом фар. В глазах плескалось мутное варево раздражения и клокочущего гнева.

— Я хорошо подумала обо всем и поняла, что не хочу никакого будущего с тобой. Я достойна большего, чем быть с простым солдатом моего брата. В Бостоне я просто нуждалась в твоей помощи, а сейчас ты мне не нужен. Кольцо я выбросила. У меня уже есть жених.

От ледяного тона, от ядовитой четкости слов, кровь отлила от лица. Глаза ее метали молнии.

Слова врезались под ребра, точно осколки стекла. Внутри все болезненно сжалось, словно в тисках.

Я и без слов знал, что не достоин её. Прекрасно знал, чёрт возьми!

Но каждый раз, когда ловил её улыбку, когда видел, как ей хорошо рядом со мной, все остальное меркло. Я забывал о нашей пропасти, как, казалось, и она.

Моя Аврора никогда не гналась за статусом и властью. Я знал ее, как облупленную.

C какого перепуга она называет эту мразь женихом? Нити терпения окончательно оборвались.

— Какой еще жених? — прорычал я, не в силах сдержаться. — Он мертвец, и свадьбы не будет. Что за чушь ты несешь?! Сама-то веришь в этот бред, Аврора? Скажи мне правду, прошу тебя. Я тебя как-то обидел? Что, чёрт возьми, случилось?!

Я, словно хищник, одним рывком преодолел разделявшее нас расстояние и вцепился в ее плечи, прожигая взглядом ее глаза.

Она вздрогнула от моего прикосновения, словно от удара молнии, но не отстранилась. В хрупком мерцании ее зрачков мелькнула мимолетная тень — призрак страха или отблеск сожаления. Но тут же ее лицо вновь застыло, превратившись в непроницаемую маску безразличия.

В следующее В следующее мгновение Аврора резко оттолкнула меня, освобождаясь от моей хватки.

— Я не хочу быть с тобой! Не хочу! Оставь меня, прошу тебя, оставь в покое! Неужели ты не понимаешь? Уйди! — Ее голос сорвался, дрожа, как лист на ветру, и вторил ознобу, пронзившему все ее тело.

Затрудненное дыхание вырывалось из ее груди, и ледяной страх за ее состояние сковал мое сердце. Она сейчас не откроет мне правду, и единственное, что я могу сейчас сделать, — это отступить, пока с ней не случился приступ.

Я, словно побежденный, попятился к двери, поднимая руки в успокаивающем жесте.

— Хорошо… Я оставляю тебя в покое, — прохрипел я, давя в себе бурю протеста, и поспешно вышел за дверь, лишь бы она успокоилась.

За дверью я прислонился спиной к холодной стене, пытаясь унять дрожь. Кровь стучала в висках, заглушая все остальные звуки. Слова Авроры, словно отравленные стрелы, продолжали терзать мое сознание. «Не хочу! Оставь меня!»

Нет. Она не выйдет замуж за другого. Я лично убью этого мерзавца… И положу конец всему этому безумию.