В объятиях зверя

Дино (27)

Увидев Люциана, я сразу понял, почему он здесь, и я был готов к последствиям. Он доверяет мне и не ожидал от меня вранья. Я чувствовал себя последним предателем, но ради Авроры… Я бы солгал снова, и снова, и снова. Ради неё я отдал бы не задумываясь саму жизнь, не моргнув и глазом.

Девушка заметно нервничала, и инстинкт требовал защитить её. Даже от родного брата.

Она сделала к нему неуверенный шаг, словно ступая по тонкому льду.

— Люциан, когда ты прилетел? — спросила она, натянув на лицо подобие улыбки.

Мужчина встал, не отрывая взгляда. Я встретил его острый взгляд своим холодным. Я умел хорошо маскировать свои эмоции. В данной ситуации мне жизненно необходимо контролировать себя.

— Утром. Сразу к вам, а здесь никого, — в его напряженном тоне сквозило явное недовольство нашим отсутствием. Он явно ждал здесь давно.

— Мы с Дино гуляли по городу. Решили отдохнуть, выходной же, — пролепетала Аврора, отчаянно пытаясь казаться непринужденной.

Мой живот напрягся, но лицо осталось бесстрастным. Я знал, кем я был и кому предан.

Взгляд Люциана смягчился, посмотреа на сестру. Я молча стоял, ожидая тяжёлого разговора.

— Сестрёнка, как ты? — осторожно спросил он, пытаясь прочесть правду в её глазах. Он жаждал убедиться, что с ней всё в порядке.

— Я замечательно, правда! Мне так нравится в Бостоне, — прозвучал её воодушевленный голос, полный искренности.

Слова Авроры вызвали у Люциана слабую улыбку, но я чувствовал, как напряжение все еще сковывает его. Что-то здесь было не так.

— Не соскучилась по нам?

Неожиданно Аврора шагнула к нему и заключила в объятиях. Люциан замер от удивления — подобная тактильность не была ей свойственна. А сейчас она сама обнимала его.

— Очень соскучилась, поэтому и звоню вам постоянно. Я так рада тебя видеть, очень-очень, — прошептала она, прижимаясь к брату.

Люциан ответил на объятие.

— Бостон и правда пошел тебе на пользу, — сказал он ровным голосом, но неожиданный порыв сестры тронул его до глубины души.

— Рассказывай, как тебе живется вдали от дома? Что нового?

Аврора с готовностью подхватила тему, рассказывая о своих занятиях, новых друзьях и интересных местах, которые успела посетить. Он слушал ее, внимательно наблюдая за каждым ее жестом, за каждым мимолетным выражением лица. Люциан что-то искал.

После ее увлеченного рассказа, мужчина перевел взгляд на меня.

— Ты пока отдохни, а мне нужно переговорить с Дино, — произнес он ровным, словно отшлифованным тоном.

— Дино так хорошо обо мне заботился… Не знаю, как бы я справилась без него, — в голосе Авроры прозвучала легкая встревоженность, словно она чувствовала сгущающееся напряжение и пыталась его рассеять.

Сердце бешено заколотилось от ее слов, от этой нежной попытки защитить меня. Мне хотелось осыпать ее поцелуями, но я должен был стоять неподвижно, заковывая чувства в броню сдержанности.

Аврора, повинуясь невысказанному приказу, неохотно удалилась в свою комнату, оставив нас наедине.

В комнате повисла давящая тишина. Мне пришлось усилием воли сдержать порыв расстегнуть ворот рубашки — казалось, невидимые пальцы сжимают горло, лишая воздуха.

Люциан медленно обошел стол, его взгляд, словно лазерный луч, прожигал меня насквозь. Передо мной стоял теперь Дон.

Вот и поговорим...

— Дино, — произнес Люциан, растягивая гласные, словно пробуя мое имя на вкус. — член моей семьи...

— Можно сразу к сути, Люциан? — не выдержал я.

Мужчина моментально оказался рядом со мной.

— Ты мне соврал. Впервые за столько лет, ты меня обманул. Почему, Дино? На мою сестру напали, а ты ничего мне не сказал, — прорычал он, в его голосе ярость и разочарование.

Я никогда не забуду, что для меня сделал Люциан. Я обязан ему жизнью. Но как быть, если я сам переступил черту невозврата?

— Аврора хотела остаться в Бостоне, а ты бы её забрал, — невозмутимо бросил я.

— Конечно бы забрал! На нее напали, снова, а я не был рядом! — кипел он, его глаза сверкали от гнева.

— С ней все в порядке. Нападавшие мертвы. Да, я признаю свою ложь и готов принять твой гнев, твое наказание.

Мы стояли друг напротив друга, глядя в глаза. Я понимал, что заслуживаю его ярость и приму любое наказание.

Люциан шумно выдохнул, отступил на шаг, словно отшатываясь от увиденного, и покачал головой.

— На твоем месте был бы другой, я бы не задумываясь всадил ему пулю в лоб, — с горечью усмехнулся он. — Ты мне не чужой.

Закрыв глаза, он сделал глубокий вдох, словно черпая силы в самом воздухе, а затем, не глядя на меня, направился к окну, массируя лоб. Казалось, надвигающаяся головная боль уже пульсировала в его висках.

Тишина нависла в комнате, тяжелая и гнетущая. Я не шевелился, позволяя ему обуздать свой гнев. Люциан был мне не просто боссом, он был моим братом, семьей, которой у меня никогда не было. И осознание того, что я причинил ему боль, разрывало меня изнутри.

Спустя несколько мучительных минут, он подал голос.

— Я вижу жизнь в глазах Авроры. Она так давно не улыбалась..., — его голос смягчился. — Ты много раз рисковал жизнью ради меня. Я знаю, как ты предан мне... Знаю, как защищал Аврору. Я был зол, но сейчас увидев, как моя сестра изменилась, понял, что был неправ. Так что я прощаю тебе ложь, Дино. Чтобы это было в последний раз. Не разочаруй меня, — его взгляд сосредоточился на окне.

Внутри все болезненно сжалось, тело словно окаменело.

Я спал с его сестрой... Этого мне точно не простит.

С усилием прокашлявшись, я попытался перевести разговор на более безопасную территорию

— Что будем делать с Паханом? Он ненасытен и не успокоится, пока не захватит территорию. И еще надо выяснить, сколько крыс завелось среди наших, кто продался ему.

При этих словах Люциан преобразился в мгновение ока. Он резко обернулся, и в его взгляде полыхнула бездна грядущей катастрофы. Что-то случилось. Что-то непоправимое. Я ощущал это каждой клеткой своего существа.

— У нас состоялась встреча.

Я вопросительно вскинул брови. Он ни словом не обмолвился об этом, когда я звонил рассказать о Стивене. Этот мерзавец ничего не сказал, и я его жестоко убил.

— И? Что решили? — настороженно спросил я.

Люциан тяжело вздохнул, словно ношу непомерной тяжести сбросил на мои плечи. В его глазах читалась усталость и какая-то обреченность.

— Он предложил заключить брак ради мира, — слова Люциана словно долетели издалека, разбиваясь о глухую стену моего сознания.

Сердце бешено заколотилось в груди, подступала тошнота. Лишь спустя несколько мгновений я осознал весь ужас его слов.

— Заключить брак между Авророй и его сыном.