В сферах медиумизма. Через Дух Андрэ Луиса

24 Искупительная борьба

Мужчина, стоявший возле нас, был внезапно охвачен приступом хореи.

Если бы не кресло, на которое он опирался, он бы упал на землю.

Из его губ вылетали тревожные стоны и хрип, словно невидимая перчатка сдавила ему горло.

Недалеко от него две сущности неприятной наружности наблюдали за его движениями, не вмешиваясь магнетически, видимым образом, в нервное возбуждение, жертвой которого он был.

Больной, казалось, достиг физической зрелости, но Аулюс с уверенностью объяснил нам в волнении:

— Это бедный брат, занятый искупительной борьбой, и, в действительности, ему едва минуло тридцать лет в его теперешнем земном паломничестве. С самого детства он страдает от опосредованного контакта с низшими компаниями, которые он привлёк из прошлого, из-за своего неразумного поведения. И когда он испытывает близость этих заблудших друзей, ещё на нашем плане, с которыми он достаточно прожил вместе до своего возвращения в плоть, он отражает их зловредные влияния, отдаваясь истеричным расстройствам, которые удушают его радость жизни. Он был болезненной проблемой для семейного очага, где он снова родился. С самого раннего возраста он переходил от врача к врачу. В последнее время к нему применялись маляриотерапия[10], инсулин и электрошок, правда, безрезультатно. Трудное и болезненное лечение, с одной стороны, нанесли глубокие раны его физической жизни. Он стал походить на старика, хотя мог бы смотреться молодым человеком в полном расцвете сил.

Пока бледный увечный дрожал, наш ориентер и брат Клементино передавали ему магнетические флюиды помощи, успокаивая его разрушенное тело. Пароксизмальный приступ прошёл, и мы заметили, что больной весь в поту, организм в полнейшей дисгармонии, словно он оставался глухим к молитвам, которую произносил Рауль Сильва, призывая божественную помощь в его пользу.

Через несколько минут в его окружении восстановилось полное спокойствие.

Собрание подходило к своей завершающей фазе, но парень, который привлёк наше внимание, оставался в апатии и меланхолии.

Мы ощущали надежду и ободрение в различных тональностях у всех присутствовавших, кроме него, выделялся своим измученным видом и сосредоточенностью на себе.

Терпеливый Аулюс был готов выслушать нас.

— Как истолковать случай с нашим другом? — с любопытством спросил Хиларио. — Мы не видели у него раздвоения и, по тому, что мы могли наблюдать, он не усваивал флюидичсских выделений кого-либо из обитателей нашей сферы… Можно ли его транс отнести к какому-то медиумическому процессу, которого мы не знаем?

— Тайна нашего брата, — объяснил Помощник, — в его ментальной природе, имеющей чистое и простое начало, но укоренённой в психической чувствительности, как при фактах медиумического порядка.

— Значит, даже в этом случае мы сможем считать его медиумом? — спросил я.

— Не сразу. Пока что это больной, которому нужна наша бдительная помощь. Но как только пройдёт дисгармония, носителем которой он является, он сможет культивировать в себе ценные медиумические способности, потому что в этих случаях болезнь является важным фактором опыта. Боль в нашей интимной жизни подобна плугу для необработанной земли. Разрывая и раня, она предлагает лучшие возможности для производства.

— А сама болезнь? — удивлённо спросил мой приятель. — Она от тела или от души?

— Это потеря равновесия души, которая отражается в теле, — с чувством ответил инструктор.

И, коснувшись лба грустного молодого человека, он продолжал:

— До теперешнего погружения в плоть наш друг, в течение восстановления, блуждал долгие годы в грустной области мрака.

Он там был жертвой жестоких гипнотизёров, с которыми он находился в самом тесном резонансе по причине порочной преступности, которой он посвятил себя в миру. Он сильно страдал и вернулся на Землю, привнося определённые дефекты в периспритном организме. Он является истериком в самом прямом смысле этого слова. Принятый героизмом материнского сердца и отцом, к которому он был привязан в безумии, испытав в этот день горькие испытания, он ищет своё собственное восстановление. В возрасте семи лет своего нового земного опыта, когда его перевоплощение уже утвердилось, он почувствовал себя охваченным дисгармонией, которую он сам привёл из духовного мира, и отныне он борется в трудном обновительном процессе, который навязан ему. Прикованный к своей болезни, он считает, что родился с врождённым расстройством. Он считает себя неспособным на малейшее благородное служение. Он чувствует себя побеждённым в любой борьбе. Одиночество так ему нравится, что он подпитывается болезненными мыслями, которые проецируются в его разум его старыми компаньонами по пороку. Наконец, его нервная система находится в жалком патологическом состоянии, у него бывают продолжительные приступы, характеризующиеся странными нарушениями разума и внезапными судорогами суставов, которые временно делают его бесполезным для достойной работы.

Заключительные молитвы заставили нас умолкнуть.

Как только закончилось собрание, Аулюс предложил сопровождать больного парня домой, что Клементино с удовлетворением одобрил.

Молодой человек казался дремлющим, инертным…

После получасового путешествия, в течение которого мы старались помогать ему преодолевать все неожиданности общественного пути, мы достигли небольшого и простенького домика в загородной зоне.

На настойчивый призыв парня ему открыла дверь симпатичная пожилая дама.

— Америко, сын мой, слава Богу, ты вернулся…

Материнская нежность вибрировала со всей своей очевидностью в ясном и утешающем голосе. Мать немедленно отвела его в дом, где какой-то пьяный мужчина изрыгал проклятия.

Глядя на него, она в тревоге сказала:

— К несчастью, Марцио снова напился…

И видя апатию своего сына, добавила:

— Но сначала займёмся тобой.

Молодой человек не сопротивлялся. Он подчинился материнской нежности и улёгся в постель в скромной комнатке, расположенной в глубине дома.

Америко сразу же заснул, появившись рядом с нами в своём естественном раздвоении. Но он абсолютно не замечал нашего присутствия. Он лишь отдавал себе отчёт в своём расстройстве.

Напуганный, он направился в тесную комнату, которая находилась рядом с ним, и, плача, склонился над старым паралитиком:

— Папа, я одинок! Я совершенно одинок!.. Кто поможет мне? Мне страшно! Страшно!..

Проснувшийся спокойный больной ощущал его присутствие в какой-то мере, потому что на его лице появилось болезненное выражение, словно он слышал его жалобы.

Аулюс посоветовал мне обследовать задумчивый лоб увечного, привязанного к своей постели, и я, пытаясь войти с больным в резонанс, услышал его мысль, которая сама себе говорила:

— О, Господи, я чувствую себя окружённым тревожными Духами… Кто окажется рядом со мной? Дай мне силы, чтобы понять Твою волю и уважать Твои намерения… Не покидай меня! Как тяжелы старость, болезнь и бедность, когда мы приближаемся к смерти!..

И, под влиянием парня, чьи мысли он усваивал, не отдавая себе в этом отчёта, он также склонил голову и разрыдался.

Многозначительно глядя на него, наш ориентер объяснил:

— Перед нами отец и сын. Джулио, отца Америко, много лет назад разбил паралич ног. И так он живёт, прикованный к постели, где он всё ещё старается делать несложную работу, чтобы хоть как-то прожить. Брошенный на испытания и в одиночество, он начал читать и размышлять более уверенно. Он познал истину перевоплощения, нашёл утешение в надежду в учении Спиритизма, и с этим он смог в смирении и в силе идти вперёд в своих трудных днях жизни…

Чувствуя, как мы жаждем более широкой информации, инструктор после короткой паузы продолжил:

— Поддерживаемый героической преданностью своей супруги, он произвёл на свет пятерых детей, из которых молодая девушка, бывшая в другой земной жизни благословенной сестрой, и остальные, включая Америко, были четыре мальчика, с которыми было трудно жить. Марцио, которого мы уже знаем, завсегдатай пьянства, Гильерм и Беницио прожигают свою в ночных оргиях, Лаура, преданная подруга отца, и наш Америко, старший из сыновей, которому ещё далеко до полного исцеления…

— Наблюдая за хозяином дома в подобном положении, — вмешался Хиларио, — мы приходим к мысли о трудностях, имеющих место здесь…

— Несомненно, искупление семейной группы, которую мы наблюдаем, жестокое и болезненное… В недавнем прошлом сегодняшний паралитик был предводителем небольшой банды злодеев. Чрезвычайно амбициозный, в тех местах, где поселился, он начал преследовать неосмотрительных путешественников, промышляя кражами и нищенством… Ему удалось убедить четырёх друзей присоединиться к нему в его преступных приключениях, которым он предавался со всей своей тиранической жадностью, разрушая свою моральную жизнь. И эти четыре компаньона стали сегодня его детьми, которые получают новую ориентацию в жизни, осаждая его проблемами и приводя его в удручённое состояние своим поведением. Он сам отвратил их от правильного пути; и теперь он старается вернуть их на этот путь, находясь в состоянии болезненных ограничений…

Мучительное смирение старика трогало нас до глубины души.

Но наше внимание вдруг привлекло новое явление.

Какая-то молодая женщина, со спокойным и благородным лицом, проникла в комнату в Духе, прошла рядом с нами, не заметив нас, и, придавая надежды Америко, потянула его наружу.

Видя наш молчаливый вопрос, Помощник сказал:

— Это Лаура, благородная дочь, которая даже во время физического сна не забывает об уходе за своим отцом.

— Значит, и она живёт здесь? — удивлённо спросил мой коллега.

— Да, она спит в соседней комнате.

И, передав плачущему больному оживляющих флюидов, Помощник добавил:

— Когда земное тело отдыхает, души далеко не всегда находятся без дела. В большинстве случаев души следуют своим импульсам. Те, кто посвящает себя благу, продолжают работать на распространение добра и в поле любви, а те, кто запутался во зле, имеют привычку в физическом сне продлевать свои кошмары, в которых увязли…

— Судя по тому, что мы наблюдаем, медиумические факты в семье постоянны… — сказал Хиларио.

— Именно! — подтвердил ориентер. — Мысли тех, кто живёт под одной крышей, по-особому воздействуют и реагируют друг на друга с помощью постоянных потоков усвоения. Влияние воплощённых друг на друга обычно более велико, чем мы себе представляем. В физическом существовании одержатели, преследующие нас, очень часто живут с нами, дыша, в своём перевоплощении, тем же воздухом, что и мы. Тем же манером существуют и защитники, которые помогают и обучают нас, также участвуя в наших ежедневных опытах. Необходимо понять, что во всех ситуациях мы живём, прежде всего, в духе. Обмен между душами, между родителями и детьми, супругами и братьями, любимыми существами и партнёрами, друзьями и недругами в семейном храме или в служебных учреждениях, где мы собираемся, постоянен и обязателен. Не осознавая того, мы впитываем в себя мысли и силы друг друга.

Мы уже собирались покинуть эти места, когда Хиларио, пользуясь случаем, с любопытством спросил:

— Возвращаясь к случаю с Америко, и признавая его носителем истерии, считаете ли вы, что ему было бы интересно посещать группу, где совершенствуются другие медиумы?

— Почему бы и нет? — ответил Помощник. Прогресс это плод сотрудничества. Посвящая себя дисциплине и обучению, медитации и молитве, он будет ментально обновляться, ускоряя своё собственное исцеление, после которого сможет сотрудничать в самых полезных медиумических работах. Любое достойное усилие, каким бы малым оно ни было, однозначно получает от жизни наилучший ответ.

Затем Аулюс вспомнил о делах, которые ему предстояло уладить в других местах, и посчитал ценный урок законченным.