Вопреки

46 глава

— Зачем нам этот дом? Он огромный! – шепотом увещает Марьяна, пока риелтор идет вперед к парадной двери. Усмехаюсь, ловлю ее руку, целую костяшки.

— Нам нужен дом. В квартире тесновато, ты не заметила?

— Можно снять домик небольшой или квартиру с четырьмя комнатами, а не это, - ее глаза опять устремляются на дом.

Вот уже неделю я ее таскаю с собой на просмотры разной недвижимости, начиная от элитных квартир, заканчивая вот особняками в закрытых поселках. Мне нужен дом. Дом, куда я буду нестись сломя голову, где меня будут ждать. Меня совсем не смущает, что Марьяна как-то не проявляет воодушевления и восторга. Сдается мне, что в ее светлой голове еще не уложилась мысль, что никуда она с дочерью теперь не уедет. Пусть тешит себя иллюзией свободы.

Мы заходим в дом, и я сразу с порога понимаю: мое. Этот то самое место, куда можно постоянно возвращаться, где можно отдохнуть и перевести дыхание. Марьяна с риелтором поднимаются на второй этаж, я, засунув руки в карманы брюк, захожу в просторную гостиную без мебели. Здесь даже есть камин. Можно перед ним поставить небольшой диванчик, вечерами зимой с Адаменко смотреть на огонь, когда дети заснут.

Дети. Нет, я не планирую обзаводиться футбольной командой, но вот одного ребенка нам в семью надо. Для меня это как разорвать замкнутый круг: я и Марьяна у родителей были единственными детьми, нужно чтобы у нас было двое. Очень надеюсь, что из меня получится хороший отец, Кэти и будущий малыш должны меня вспоминать с улыбкой, а не с гримасой отвращения, как я.

Чувствую, что мое одиночество нарушено. Кидаю мельком взгляд через плечо. Марьяна замирает на входе гостиной, нерешительно подходит ко мне. Встает за спиной, не лезет с вопросами, держит при себе свое мнение.

— Мне нравится этот дом, - поворачиваюсь к ней.

— Ты его даже не посмотрел.

— Я его чувствую. Будь у меня побольше времени, я бы купил землю и начал строить дом по индивидуальному проекту.

— Так в чем проблема?

— Это слишком долго и не нужно. Зачем тратить деньги, время, нервы на то, что еще только в твоем воображение, когда есть то, что тебя вполне устраивает.

— Ты даже не спросишь моего мнения? – иронично улыбается, склоняет голову на бок. Протягиваю руку, нежно касаюсь ее щеки.

— Тебе не нравится дом?

— Он слишком большой. Наверху четыре спальни. Внизу сказали, кроме гостиной, кухни и столовой есть кабинет, небольшая библиотека, собственный бассейн. Зачем нам бассейн?

— Бассейн? Это же прекрасно, помнится, ты любила поплавать рано утром, - обнимаю за талию. – Вам не нужно будет куда-то выезжать.

— У меня создается впечатление, что ты стараешься избегать людей.

— Вокруг меня полно этих людей, я иногда хочу никого не видеть.

— Даже меня?

Ее вопрос заставляет рассмеяться, притянуть к себе и нежно прижаться к губам. Поцелуй выходит неторопливым, тягучим и осторожным. Мы не растворяемся в друг друге, прекрасно понимая, где находимся. Поэтому деликатный кашель со стороны заставляет немного отстраниться друг от друга.

— Мы покупаем это дом, - главное, чтобы в этом доме никогда не было ссор, не было отчуждения. Риелтор расплывается в довольной улыбке. Еще бы не быть довольным, сделка подразумевает хороший процент.

— Ты серьезно решил купить? – не верит, сомневается, а зря. Отвыкла уже, что я никогда не говорю слова просто так.

— Да, - односложно и в своем репертуаре отвечаю на вопрос. Марьяна всем своим видом ждет пояснений, не дожидается. Риелтор оставляет нас.

Немного нервничаю, нащупываю в кармане кольцо. Без банальной коробочки. Сейчас сомневаюсь, что поступаю правильно. Наверное, стоило заказать столик в ресторане или вообще забронировать весь зал, чтобы никто нам не мешал. Пригласить музыкантов, чтобы ненавязчиво нас развлекали. Потом в нужный момент встать на колено, сделать все по законам мелодрам, спросить Марьяну, согласна ли она выйти замуж. Коробочка с кольцом и огромный букет красных роз был бы к месту. Но...

Но ничего этого у меня сейчас нет. Мы стоим в пустой комнате возле камина, Марьяна смотрит на меня в ожидании и не догадывается, какие мысли проносятся у меня сейчас в голове. Сжимаю пальцами ободок кольца из белого золота, облизываю пересохшие губы.

— Марьяна, - как же безумно сложно говорить о сокровенном. Проще молчать. – Я тебя люблю.

— Ты меня пугаешь, - лукаво улыбается, но глаза теплеют, наполняются безмолвным обожанием. Немного приободряюсь. Значит не получу отказ. Я почти уверен, что она согласится стать моей женой. Один процент сомнений для профилактики своей самоуверенности.

Подтягиваю штанины брюк, опускаюсь на одно колено. Слишком театрально. Слишком пафосно и не уместно, но я, черт побрал, должен сделать это ради нее. Она заслуживает эту гребанную романтику и всю эту чушь, от которой девушки млеют.

— Герман? – в глазах вопрос, голос едва слышен.

— Ты выйдешь за меня замуж? Согласна жить со мной и с дочерью в этом доме? Быть мне светом в этой жизни, моей силой? – тут все шаблонные вопросы резко заканчиваются. Стоило все же глянуть парочку мелодрам, чтобы сейчас не выглядеть идиотом и не молчать.

— Я не идеал, явно на принца Уэльского не похож, но обещаю любить, как умею: скупо, молча, на грани. Каков твой ответ? – вытаскиваю из кармана кольцо и удерживаю его перед собой на весу.

Молчит. Это молчание действует на нервы. Еще от напряжения у меня вся спина покрывает потом. Она же не откажет...

— Да. Я согласна, - из глаз вдруг начинают катиться слезы, прикрывает ладонью рот. Я ловлю ее другую правую ладонь, неловко пристраиваю кольцо на безымянном пальце.

Моя ты девочка.

Глупо и облегченно улыбаюсь, встаю. Осторожно притягиваю ревущую в три ручья Марьяну. Она крепко за меня цепляет, как утопающий за ломку, ищет мои губы. Целую ее. Поцелуй выходит соленый и одновременно сладким. Никогда я еще не чувствовал себя настолько счастливым и довольным собой.