Второстепенный: Плата

Глава 15. Наступление

Таких внимательных слушателей ещё ни один артист не видывал. Эльты сидели невероятно тихо, не отрывая от нас глаз ни на мгновение. Если бы не тьма зала, мне было бы ну очень неуютно. А так – ничего.

Направлять силу через голос оказалось даже легче, чем через руки. То ли у меня оказалась природная предрасположенность, то ли сказались выученные в детстве бабушкины заговоры. Змей держал меня буквально три песни, дальше я уловила принцип.

Для фолк-рока Мельницы у нас голоса были высоковаты, но микрофон успешно справлялся, дописывая низы там, где природа не справлялась.

Неладное я заметила не сразу. Сначала напряжение в груди было слабым, на фоне дрожания силы в жилах почти незаметным, потом оно усилилось, по телу прокатился жар, заломило кости, во рту появился характерный яблочный привкус. Я перепугалась и приготовилась бежать за кулисы. Слишком уж ощущения походили на боль превращения.

Однако нет. В какой-то момент жар достиг пика и схлынул, ударил в сердце острыми шипами. Да так, что я поперхнулась на полуслове и согнулась, схватившись за грудь.

- Твою мать!..

Змей подхватил меня под руку, помогая удержать равновесие. Я с трудом выпрямилась, взглянула ему в лицо и окунулась в торжество, которое полилось из каждого его движения. Мыслефон взвизгнул и замолчал. В зале стал слышен взволнованный гул эльтов. Боковым зрением я увидела, как вскочил Корион.

- Полночь. Утро принесёт первый день весны, – сказал Змей. – Каждый сделал свой выбор. Я, змей хаоса, холода и смерти, принял его и, согласно договору с владыкой чужаков, подготовил почву для посева. Тебе же, пахарь, пастух и целитель, пора возродить наш сад. Больше нет времени на злость, моё несчастное дитя...

Лицо потекло, исказилось, на коже проступил рисунок чешуи, в локоть вонзились отросшие когти. Я судорожно вздохнула, отшатнулась – и Змея снесла с места яркая вспышка заклятья.

Он скинул моё обличье, ловко извернулся под шквалом заклинаний, который обрушили эльты, и с гадким смехом исчез за кулисами. Я рванула за ним, но через два шага меня перехватили крепкие знакомые руки. Нервы тряхнуло от вспышки наслаждения – знакомый аромат и вкус силы ударили по пропитанному магией телу не хуже молнии.

- Куда?! – рявкнул Корион. – Живо в портал!

- Нет! Мне… Мне надо… – начала я и, не выдержав смеси боли и наслаждения, застонала.

В груди что-то отчётливо хрустнуло, тело затопил знакомый жар. Закручивающаяся воронка силы резко опала, исчезли её вкус и запах. Поплывшая голова немного прояснилась. Упавшие на лоб волосы потемнели, выпрямились, брюки стали тесными, и даже сквозь поплывшую картинку я увидела, как перекосило Кориона.

- Что за...?! – потрясённо выдохнул он.

Его пальцы больно впились в плечи, чёрные глаза сузились, губы сжались. Какое-то мгновение его просто разрывало от эмоций и вопросов, но самоконтроль оказался сильнее.

- Так. Это потом. Уходим, – отрезал Корион и, бесцеремонно перекинув меня через плечо, спрыгнул со сцены.

Я вяло забарахталась на его плече. Сопротивляться не давала боль, впившаяся в левую руку. Дышать стало трудно.

- Нет, погоди…

Сквозь навернувшиеся слёзы я увидела, как Змей, выскользнув из тела, вытянулся в прыжке и распахнул клыкастую пасть и как Ай ударом копыт по голове бесстрашно отправил его в противоположную сторону и юркнул вместе со мной за щит. Странно, я же превратилась в человека. Почему я их вижу?

- Живой? – спросил Альвах, бросив на меня короткий взгляд.

- Ненадолго, – прохрипела я. – У меня… сердечный приступ…

Тот беспокойно дёрнул острым ухом и пробежался по лопатке светящимися пальцами. Внутри разлилось тепло, и боль немного ослабла.

- Люди проникли в сид и идут на штурм. Я объявил эвакуацию тяжелобольных. Быстро в Фогруф, – сказал Злат, встав рядом. – Остальные присоединятся к страже и дриадам. Со Змеем… – он в сомнении посмотрел на едва живую меня. – Полагаю, ты сделаешь всё, чтобы он оставил нас в покое. Иди. В бою от тебя не будет прока.

Точно в подтверждение его слов замок тряхнуло. Где-то за его пределами раздался грохот, как от молнии, и даже через стены я услышала торжествующий хохот Эриды Шейк.

- Корион, присмотри и допроси, – велел Альвах и подтолкнул нас к порталу.

Порталы вели в самые разные места. Больные уходили очень быстро и очень организованно, явно наплевав на соответствие сиду. Кориону понадобилось всего лишь тридцать секунд, чтобы добраться до нужного портала. Прохлада прошлась по коже – и вот уже он устроил меня на постели в Больничном крыле.

Я охнула, когда его пальцы сомкнулись на руке, но ничего, кроме крепкого пожатия, не почувствовала. Корион нахмурился сильнее.

- Человек… Стопроцентный… Элиза! Элиза, срочно сюда, здесь сердечный приступ у человека!

Элиза выскочила из покоев, на бегу поправляя длани. Следом за ней показалась стайка старшекурсников – бардов. В меня полетели заклятья. Боли они не вызвали. Что неудивительно. Грудь и без того ныла так, что мне сейчас можно было пальцы выкручивать – я бы этого не почувствовала.

Однако спустя несколько секунд туго натянутая тетива в сердце расслабилась, давление ушло. Я перевела дыхание и благодарно улыбнулась, когда Элиза протянула мне флакончик с зельем. Корион убедился, что я больше не умираю, организовал вокруг нас ширму, чтобы идущие в Фогруф эльты нас не беспокоили, и посмотрел на меня взглядом доброго инквизитора, сложив вместе кончики пальцев.

- Итак, мистер… – он выразительно скользнул взглядом по выделившимся формам. – Мисс Волхов?

Я прикрыла глаза. Слова вышли с нехорошим сипением и одышкой:

- Как вам угодно. Мне всё равно.

- Значит, всё это время… – Корион потемнел лицом, похоже, вспомнил, что Вадим и Валенсия не появлялись перед ним вместе. – Всё это время меня дурил влюблённый мальчишка! Что это за магия? Во что ты ввязался, идиот?!

- Я не… – начала я, но вспышка заклятья заставила замолчать и меня, и возмущённого Кориона.

- А ну заткнулись, – Элиза опустила руки и, почти силком влив в меня ещё одну порцию зелья, погрозила Кориону пальцем. – Отложи разборки на потом, Корион. Она очень слаба, ей сейчас нельзя нервничать.

Корион щёлкнул пальцами, сняв молчание.

- В том-то и дело, что это не она! – зашипел он не хуже Змея. – Это он! Вадим Волхов!

- Он, она, оно – потом разберётесь! – заявила Элиза и замахала на него руками. – Ей надо поспать, а ты лучше помоги. Тут столько народу – у меня мест не хватит. Что случилось с Сидом Трёх Дубов? А ты спи, – она щёлкнула у меня перед носом, и в лоб ударила синяя искра.

Я открыла рот, чтобы высказать Элизе всё, что думаю, но только зевнула и моргнула. Звуки куда-то уплыли, на тело навалилось что-то мягкое, тяжёлое, уютное... Глаза открыть у меня не получилось.

* * *

Корион как никогда пожалел, что не остался оборонять Сид Трёх Дубов. Он был готов убивать.

Вадим Волхов, маленький мерзавец, идиот и болван, каких свет не видывал, рехнулся окончательно и с помощью каких-то друидских техник научился превращаться во взрослую женщину. Корион знал, что вызывает у него весьма тёплые чувства, но чтобы до такой степени?! Это уже не любовь, а патология! И ведь Корион повёлся! Повёлся, поверил, даже…

Корион бросил лоток с зельями на стол и закрыл лицо руками. Из груди вырвался странный звук: то ли стон, то ли рыдание, то ли истерический смех.

Он же соблазнял Валенсию! Активно соблазнял и пытался уложить в постель! И она кокетничала, охотно подставляла руки и губы для поцелуев. Чёрт возьми, он даже деду с Аунфлаями сказал, что возьмёт её в жёны! Всё это время это была не она – он! Мало того – несовершеннолетний ученик!

Как Кориону пережить такой позор?!

Жертвой стали ни в чём не повинные зелья. Три пузырька разбились вдребезги, стеклянные осколки, сверкнув, осыпались на пол. Корион впечатал кулак в стену раз, другой… и остановился только тогда, когда начал оставлять на камнях кровавые отпечатки.

Рука дрожала, запястье ныло, костяшки превратились в кровавое нечто, но пальцы спокойно и послушно шевелились. Корион медленно вдохнул, выдохнул, вспомнил, что у них форс-мажор с эвакуацией больных, и пошёл лечиться. Потерять боеспособность из-за вспышки эмоций было бы апогеем его недальновидности. А Волхов… Что ж, очевидно, из мальчишки получится гениальный разведчик и диверсант. Актёрские способности в сочетании с тактическим гением – дьявольская смесь. Он даже умудрялся врать, ни словом не отступая от правды. Вылечить от этой безумной тяги к Кориону, граничащей с одержимостью – и будет вообще замечательно.

От этих мыслей Кориону даже полегчало. Немного, но достаточно для того, чтобы затолкать в глубину подсознания зудящее желание задушить паршивца. К эльтам он вышел почти спокойным.

В коридорах царила суета. Элиза позвала профессоров, и они вместе открывали законсервированную столетие назад основную часть крыла. Всюду сновали студенты и младшекурсники. Тряпки, подушки, матрасы и прочие важные принадлежности мелькали то тут, то там. По двору разносился усиленный статуями голос Мэдога, призывая келпи усилить наблюдение за границами, в том числе за естественными порталами. Корион посмотрел, как из озера в Фогруф бегут женщины с детьми, как големы впервые с истребления драконов выкатывают орудия на крепостные стены, и нахмурился.

Приказ усилить наблюдение и подобные меры означали одно – люди проникли в Сид Трёх Дубов через какой-то неучтённый портал. Да, подобный случай уже был. Вадим рассказывал, что Ким Стенли с помощью Змея прошла к японским кицуне через старый естественный разлом. Японцы никого не обнаружили и посчитали, что обычный для подобных разломов сбой пространства-поля-времени или перемолол вторженку, или выпустит её, возможно, лет через двести очередным перевёртышем. Но нападение на Сид Трёх Дубов показало, что как минимум один естественный портал люди как-то подчинили. Были ли подобные порталы в Фогруфе?

Корион окончательно переключился с Вадима Волхова и поспешил в факультетские башни. Детей нужно было увести из них и разместить там бойцов на случай атаки – очень уж удобной для снайперов была позиция: прекрасный обзор, отличные щиты…

Он не один подумал об этом. Профессор Романо и бабуля Хим как раз собирали детей в клуатре, когда Корион привёл подходящих бойцов.

- Профессор, – барды оживились, замахали руками. – Профессор, как хорошо, что вы целы!

- Привет, Корион! – рассеянно поздоровалась Романо. – Так, теперь надо обезопасить теплицы…

Корион затормозил, окинул их взглядом и кивнул эльтам. Те, поправив длани, исчезли внутри башен.

- Взаимно, дети. Все всё взяли? Бабуля Хим, отправляйтесь в центральную часть, к кухне…

Бабуля Хим цыкнула:

- Не учи учёную! О надёжных местах Фогруфа я знаю побольше всяких, – и махнула рукой детям. – Все за мной!

- Но теплицы… - залепетала Романо и получило ложкой по лбу. – Ай!

- Сначала дети – потом теплицы! – грозно сообщила бабуля и бодро поковыляла в глубину замка, увлекая за собой учеников. – А ты пока с Оуэном и его командой ворота закрывай, - велела она Романо. – Алхимическое крыло в порядке?

Корион кивнул, и тут же над замком полетел тревожный клич горгулий, слившись со звуком выстрелов. На стене со стороны леса вспыхнул костер. Бахнул первый залп заклинаний с башен.

Значит, неучтенные порталы в рядом с Фогруфом все-таки были…

Горгульи быстро выяснили, сколько людей проникло в сид. Их оказалось немного – даже пять десятков не набралось. Когда над Фогруфом поднялся щит, а в ответ в сторону выстрелов полетели заклинания, они рассредоточились и с разных сторон попытались пробраться к замку. Предупредительный залп их не остановил, наоборот – они метнулись навстречу, словно желая попасть под разряд. Эльты сразу же насторожились.

- У них странные костюмы, - передал один из снайперов с башни. – Блестящие, полностью закрытые, с масками, почти как у Безликих. На груди небольшой рюкзак, наверное, с патронами. Ружья.

Странные, полностью закрытые костюмы? Рюкзаки?

Корион похолодел. Если люди так уверенно лезли под заклятья, буквально желая умереть… Если румыны умерли стремительно… Вадим когда-то сказал, что на основе термоядерной реакции в его мире изобрели бомбы, стирающие с земли целые города. Кто сказал, что тот завод в Океании не выпустил такую бомбу? Ведь эльты с Владыкой не успели туда наведаться – Сопротивление напало первым.

Корион подскочил к ближайшей горгулье и заорал:

- Не стрелять! Алхимические щиты! Накройте их щитами! На них может быть ядерная бомба! Взорвется – и убьёт всё живое!

Где-то там, в Сиде Трёх Дубов, Златовлас и Альвах услышали его вопль – и его слова в мгновение ока обогнули весь земной шар. Эхо, отдавшееся по всему Ордену, на мгновение дезориентировало силой отдачи. Корион схватился за стену, цепляясь не столько за неё, сколько за само ощущение шероховатых камней под кончиками пальцев.

- Что такое? Почему так много?

Златовлас молча столкнул его к остальным, наделяя полной властью храна.

Кориона затопил взволнованный гул мыслей и чувств. Ему не удивились и не возмутились, а услышали и приняли к сведению. Разные языки, разные места, разные страны – одна проблема. Люди проникли не только в английские сиды. Они вошли почти во все важные точки. Под ударом оказалась Служба Контроля, школы, больницы и коллегии. Мгновенно исчез сид Караула – связь дрожала от эха той боли, которую вместе с сообщением успел передать погибший Безликий Судья, на мгновение раскрыв свою личность. Он погиб один, другие Безликие успели скрыться в Альварахе, спрятав вход. Людей было много, они держали в руках могущественное оружие и внезапность. Но на стороне эльтов было нечто гораздо большее.

Корион почувствовал, как Альвах обнимает Владыку, как горят магокристаллы в спиралях его телепата, как тонкий налёт личности смывается под натиском их дружной злости, как вскипает океан памяти, обнажая дно, как рядом встают такие же, как он, плечом к плечу, спина к спине, готовые бросить на защиту свои тела, несовершенные временные пристанища бессмертных душ.

Седьмой улыбнулся, и пять миллионов улыбнулись вместе с ним.

Сколько бы ни было людей – никакой земной стае не победить рой с неуязвимой маткой во главе.

* * *

Сначала был грохот и дрожь. Затем были боль в коленях и крепкий гранитный стол над головой. И только потом я окончательно проснулась.

- Землетрясение?

Несмотря на то, что брякнула я вопрос на русском, меня явно поняли – профессор артефакторики, который затащил меня под стол и имя которого я успела благополучно забыть, мазнул странным, чуточку стеклянным взглядом, молча мотнул головой и подхватил заклинанием падающие зеркала. К его спине грудью прижалась Элиза, на мгновение под кожей профессора разлился свет, и все рамы вновь крепко встали на места.

В одном из порталов отражался знакомый Сид Трех Дубов, точнее, то, что от него осталось – кусок коридора под щитом, обнимающие друг друга Альвах со Златовласом и сбившиеся в кучу эльты. Злат стоял прямо, вскинувшись навстречу бушующей стене огненного вихря, вытянув руку в интернациональном жесте «Стоп», Альвах устало оперся на него, почти повиснув на плечах. Эрида, Чембер и лорд Бэрбоу держали портал, и эльты быстрым ручейком шли сквозь него в Фогруф и исчезали в его коридорах. Огонь плавно поднимался куда-то вверх, всё за пределами щита превратилось в прах и пыль. Я видела, как дрожала шестипалая рука Владыки.

Он зашел в Фогруф последним, когда щит под натиском бури сжался до человеческого роста. Зеркало еще мгновение отражало эпицентр взрыва, а потом потемнело и треснуло.

Эльты не дали им упасть: подхватили, опустили на пол, прижались. Руки бесстыдно проникли под одежду, безошибочно найдя своё место. Изначальные вмиг оказались облеплены эльтами. Альвах и Златовлас выдохнули, немного расслабились. Дрожь, бьющая тела бессмертных, затихла. Почему-то во всей этой картине меня больше всего поразило то, как Златовлас поморщился, почувствовав текущую из носа золотистую струйку крови, и эльт за его спиной, не глядя, вытер её, охотно повернув руку так, чтобы Златовлас оценил ущерб. Так, словно рука принадлежала самому Златовласу.

Альвах неохотно пошевелился, разлепил веки - Чембер ему тут же помассировала виски вокруг спиралей венца – и уставился на меня. Зрачки синих глаз были горизонтально вытянутыми и овальными.

- Змей… - прошелестел голос профессора артефакторики.

- …он впустил людей в сиды… - продолжила Эрида, сосредоточенно поливая пулевую рану на ноге зельем.

- …найди его, останови… - сказал кто-то от дверей.

- …ты обещал нам жизнь… - наклонила голову набок Элиза.

- …что он оставит нас в покое… - просвистел сквозь выбитый зуб незнакомый эльт.

- ...или мы плевали на хозяев… - надменно вскинула голову Чембер.

- …здесь выживает сильнейший… - процедил лорд Бэрбоу.

- …мы удержались и уничтожили всех. Мы сильнее, - заключил Златовлас.

Прям как в Библии «Имя мне – легион». Жуть!

Альвах криво улыбнулся, всё глядя на меня потерявшими всякий намек на человечность глазами. На миг я увидела, как вокруг него вспыхнула синева резных крыльев.

- Так почему обязательно нужно что-то разрушить? - прохрипел Верховный. - Почему просто нельзя строить вместе? Ты же тоже… Ты почти как мы, хоть дитя богов. Ты же ведаешь правду и жизнь. Кому же знать, как не тебе? Столько лет я спрашиваю тебя одно и то же, а ты всё молчишь…

А тут вообще можно ответить, когда на тебя смотрит такая жуть?! У меня не только язык отнялся, даже сердце опять заныло.

- Я остановлю его, - пообещала я, на четвереньках выбравшись из-под стола. - Я уговорю Змея, честное слово.

И кинулась к дверям с твердым намерением дать Змею хорошего такого пинка. Допрыгался, любитель холодов и хаоса! Сейчас у инопланетян совсем резьбу сорвет - и у людей не то что развития, вообще ничего не станет!