Warhammer Fantasy Battle, Приключение Норда

Глава 14

Рев Брокса потонул в гуле винта и грохоте битвы, но старый инстинкт боевого мага сработал быстрее слуха. Шалидор почувствовал, как воздух за спиной сгустился и нагрелся. Запахло серой и гнилым мясом.

Маг резко обернулся, едва удерживаясь в трясущейся кабине. Тень накрыла автожир. Ламмасу был уже здесь. Чудовище зависло в десятке метров позади, его мощные крылья гнали воздух тяжелыми, сбивающими с курса толчками. Человеческое лицо твари, обрамленное бородой из щупалец, исказилось в предвкушении убийства. Пасть открылась, обнажая ряды акульих зубов, в глубине которых разгоралось болезненно-зеленое, колдовское пламя.

— Рорек, маневр! Рявкнул Шалидор. Но автожир, теряющий мощность из-за перегрева, был слишком тяжел. Ламмасу выдохнул струю магического огня.

У Шалидора была доля секунды. Он не мог атаковать, одна рука держалась за стойку, другая сжимала посох. Он мог только защищаться.

— Малый Оберег! Выкрикнул он формулу Школы Восстановления. Полупрозрачная сфера возникла за кормой автожира в тот миг, когда зеленое пламя коснулось хвоста. Огонь Хаоса разбился о магический барьер, растекшись по нему, как вода по стеклу. Удар был страшным. Автожир швырнуло вперед взрывной волной.

— Что, во имя Грунгни, происходит?! Заорал Рорек, отчаянно борясь со штурвалом. Машина клевала носом, винт ревел на пределе.

— У нас хвост! Крикнул маг, чувствуя, как Оберег высасывает ману с жадностью пиявки.

— Держи курс на Жреца!

Ситуация была патовой. Сзади монстр, прожигающий щит. Спереди Жрец, чья магия перегревала котел. Если Шалидор бросит щит, чтобы ударить Жреца. Они сгорят от дыхания Ламмасу. Если будет держать щит взорвется котел. Нужно было рисковать.

— Рорек! Крикнул Шалидор. — Когда я скажу, резко вниз!

— Мы разобьемся!

— Делай!

Маг дождался, пока Ламмасу наберет воздух для второго выдоха.

— Давай! Рорек толкнул ручку от себя. Тяжелая машина камнем ухнула вниз, проваливаясь в воздушную яму. Струя огня Ламмасу прошла там, где секунду назад был винт, опалив лишь воздух. Этот маневр выиграл Шалидору мгновение. Он оказался ниже монстра, но прямо над второй платформой, где стоял Жрец.

Колдун Дави-Жарр увидел падающий на него автожир и вскинул посох, чтобы добить машину молнией. Его лицо, скрытое маской, торжествующе скалилось. Шалидор убрал щит. Вся его концентрация, вся ярость сфокусировалась на посохе. Он не стал бить в Жреца. Он ударил в опору. — Резонанс!

Невидимая волна вибрации ударила в гору обсидиана под ногами колдуна. Эффект превзошел ожидания. Черное стекло, уже "разогретое" магией самого Жреца, срезонировало мгновенно. Гора превратилась в вулкан черной пыли. Жрец провалился в это облако. Его концентрация лопнула. Красная молния, которую он собирал для удара, потеряла вектор и взорвалась прямо у него в руках. Вспышка грязной плазмы поглотила платформу.

— Есть! Завопил Рорек. — Давление падает! Котел остывает! Тяга пошла!

Но праздновать было рано. Ламмасу, поняв, что добыча ушла вниз, сложил крылья и пикировал следом. Он был быстрее неповоротливого автожира. Его когти уже тянулись к обшивке, намереваясь разорвать металл. Шалидор, стоящий в открытой кабине, оказался лицом к лицу с пикирующим монстром.

— Грозовой Разряд!

Это была не просто искра. Это был концентрированный удар электричества, предназначенный для пробивания Бронированных целей. Белая молния сорвалась с посоха и ударила Ламмасу прямо в грудь, в сплетение мышц, управляющих крыльями. Запахло озоном и паленой шерстью. Монстра скрутила судорога. Его крылья парализовало в неестественном положении. Инерция падения превратилась в неуправляемый штопор. Огромная туша пролетела в метре от автожира, едва не задев лопасти, и с тошнотворным хрустом врезалась в скалу, погребая под собой десяток Гномов Хаоса.

— Два из трех! Выдохнул Шалидор, обессиленно сползая на сиденье. — Вторая платформа уничтожена. Ламмасу сбит.

Внизу, на земле, Брокс Камнелоб, только что снесший голову очередному хобгоблину, поднял взгляд к небу. Он увидел, как автожир выходит из пике, оставляя за собой шлейф черного дыма. Он увидел, как оседает облако обсидиановой пыли там, где секунду назад стоял колдун. Но он увидел и другое. Огромный Ламмасу, крыло которого было прострелено в начале боя, не упал. Тварь, ведомая безумной злобой и желанием отомстить за хозяина, сделала невозможное. Она взлетела. И сейчас, пока Рорек и Шалидор праздновали победу, чудовище заходило им в хвост. Беззвучно, как тень. Его пасть уже открывалась, набирая воздух для смертельного выдоха.

В кабине Шалидор почувствовал, как волоски на затылке встали дыбом. Не от магии. От взгляда хищника. Старый инстинкт, который спасал его в ледяных пустошах Скайрима от саблезубов и и волков, взвыл сиреной в голове.

Маг резко обернулся. Морда Ламмасу была в трех метрах от хвостового оперения. Маг видел каждый щупалец в его бороде, видел безумные, налитые кровью человеческие глаза. И видел зеленое свечение в глотке, готовое превратиться в струю варп-огня. Щиты были пусты. Маны на сложные заклинания разрушения не хватало. Автожир был слишком медленным, чтобы уйти от атаки.

Время замедлилось. Шалидор понял, что посох здесь слишком медленный и неуклюжий. Ему нужно было что-то быстрее мысли. Что-то, что рассекает плоть и дух. Он отбросил посох на дно кабины. Его правая рука выбросила пустой жест, словно хватая воздух.

Школа Колдовства. Призванный Меч!

Реальность с треском лопнула. В руке мага из ниоткуда соткался клинок. Он не был выкован из стали. Он был соткан из чистой, гудящей энергии, сияющей призрачным голубым светом. Эфирная гарда, лезвие, острое как бритва, и руны, горящие вдоль кромки.

— Рорек, тормози! Заорал Шалидор. — Резко! Пилот не стал задавать вопросов. Он ударил по тормозным закрылкам и сбросил тягу до нуля. Автожир, летевший на полной скорости, практически "встал" в воздухе, клюнув носом.

Ламмасу, разогнавшийся для атаки, не успел среагировать. Инерция сыграла злую шутку. Чудовище пролетело вперед, оказавшись не сзади, а сбоку, борт о борт с кабиной. Тварь повернула голову, и её человеческие глаза встретились с глазами мага. В них был ужас. Шалидор стоял на подножке, удерживаясь левой рукой за раму.

— Сдохни! Выдохнул он.

Взмах Призванного Меча был быстрее молнии. Эфирный клинок не встретил сопротивления. Он прошел сквозь толстую шкуру, сквозь мышцы шеи и позвонки, как сквозь дым. Магическое лезвие резало плоть, словно раскалённый клинок масло. Голова Ламмасу отделилась от туловища. В разрезе не было крови, только фиолетовое пламя, мгновенно прижегшее рану.

Обезглавленная туша по инерции пролетела еще десяток метров, перевернулась в воздухе и камнем рухнула вниз, в ущелье, превратившись в кровавое пятно на скалах. Шалидор разжал пальцы. Магический меч вспыхнул и растворился в воздухе, оставив после себя лишь легкий запах озона.

Маг рухнул на сиденье, тяжело дыша.

— Ты, Рорек обернулся, его глаза за очками были размером с блюдца. — Ты достал меч из воздуха?! Светящийся меч?!

— Всегда полезно иметь запасной аргумент, слабо усмехнулся Шалидор, поднимая с пола посох.

Внизу, на земле, Брокс Камнелоб опустил топор. Он видел этот маневр. Он видел вспышку голубого света и падающую голову чудовища. Гном покачал головой, вытирая пот и кровь со лба.

— Меч из магии, проворчал он с восхищением, сплевывая в пыль. — Этот безумный умги полон сюрпризов. Клянусь топором, ему самое место среди Истребителей.

В небе Рорек выровнял машину. Его руки дрожали, но он ухмылялся от уха до уха.

— Мы живы! Маг, ты видел это?! Ты снес ему башку!

— Следи за полем боя, прохрипел Шалидор, сползая на дно кабины. Его резерв был вычерпан досуха, даже поддерживать сознание стоило усилий. — Мы не закончили. Третья платформа.

Рорек глянул вниз. — Вон она! Пытается уйти под шумок! Действительно, в хаосе боя, пока все смотрели на дуэль в небе, погонщики третьей платформы развернули своего Ламмасу. Чудовище, хрипя и давя копытами отступающую пехоту Гномов Хаоса, тащило груз обратно к выходу из ущелья. Они надеялись спасти хотя бы часть драгоценного обсидиана.

— Догнать! Скомандовал Шалидор. — Нельзя дать им уйти. Если они увезут этот камень, они вернутся с армией.

— Чем мы их ударим? Крикнул пилот, бросая взгляд на манометры. — Пушка пуста, пар на исходе! Я не могу идти на бреющий, нас собьют арбалетами, а обшивка уже как решето!

Шалидор посмотрел вниз. Платформа ползла по узкому карнизу, над которым нависала отвесная стена ущелья, испещренная трещинами от времени и ветров. Он был магом, но он знал толк и в камне. В Винтерхолде стены постоянно приходилось укреплять магией, чтобы они не рухнули в море Призраков. Здесь же нужно было сделать обратное.

— Нам не нужно бить их, прошептал Шалидор. — Нам нужно ударить гору. Он указал дрожащим пальцем на выступ скалы, нависающий прямо над убегающей повозкой.

— Видишь тот треснутый карниз? Снежная шапка и валуны?

— Ну вижу, буркнул Рорек.

— У тебя остался хоть один заряд в пушке? Или давление в паровом сбросе?

— Пара выстрелов картечью найдется. Но с такой высоты я не пробью шкуру Ламмасу.

— Не целься в зверя. Целься в трещину. Обрушь на них гору.

Гном глянул на нависающую скалу, потом на мага. В его глазах мелькнуло понимание.

— А, старый добрый камнепад! Оскалился пилот. — Это по-нашему!

Автожир заложил плавный вираж, оставаясь вне зоны поражения стрелков. Рорек тщательно прицелился, делая поправку на ветер и вибрацию.

— За Карак-Азул! Выдохнул он и нажал гашетку.

Носовое орудие рявкнуло дважды. Снаряды ударили точно в основание нависающего карниза. Камень, подточенный веками эрозии, только и ждал этого толчка. Сначала посыпались мелкие камни. Потом раздался гулкий, утробный треск, похожий на стон земли. Огромный пласт скальной породы, весом в сотни тонн, отделился от стены.

Погонщики на платформе услышали грохот и подняли головы, но было поздно. Лавина камня и льда рухнула вниз. Это было не сражение, это была казнь. Многотонные глыбы ударили по платформе, по Ламмасу, по охране. Платформу просто расплющило. Хрупкий обсидиан, словно оказавшись между молотом и наковальней, мгновенно превратился в черную муку. Облако пыли взметнулось вверх, скрывая место катастрофы. Когда пыль осела, дороги больше не было. Был лишь гигантский завал из гранита, из-под которого торчали искореженные куски черного железа и осколки стекла.

— Чистая работа, удовлетворенно кивнул Рорек. — Ни пройти, ни проехать, ни собрать.

Гномы Хаоса, увидев гибель последнего груза под завалом, окончательно сломались. Их строй рассыпался. Бросая тяжелые глефы и щиты, они бежали обратно в горы, понимая, что здесь им ловить больше нечего.

— Хватит! Разнесся над ущельем голос Брокса. — Пусть бегут! Пусть расскажут своим хозяевам в Жар-Наггрунде, что горы отвергли их!

Рорек посадил дымящийся, избитый автожир на очищенном пятачке. Шалидор буквально вывалился из кабины. Земля качалась. К нему, хромая, подошел Брокс. Командир наемников выглядел жутко броня вмята, шлем побит, но в глазах горел триумф. Он посмотрел на мага, потом на гигантский завал, перекрывший ущелье.

— Ты пустой, как мой кошелек после попойки, заметил гном, поддерживая Шалидора. — Но ты сделал дело. Обсидиана нет.

— Горы сами забрали его, прошептал Шалидор. — Мы лишь указали им путь.

Брокс усмехнулся и хлопнул мага по спине так, что тот чуть не упал снова. — А тот меч, гном понизил голос, кивнув на небо. — Я запомнил. Когда вернемся, расскажешь, как ты это сделал. Может, мы, Дави, и не любим магию, но хорошее оружие мы уважаем. Даже если оно сделано из магии.

Вокруг собирались остальные гномы. Они были измотаны, многие ранены, но они смеялись. Они победили врага, которого боялись все горы, и сделали это на его территории.

— Домой! Скомандовал Брокс. — Грузимся! Раненых в кабины, сами на броню. Пива всем за мой счет!

Шалидор, сидя на крыле остывающего автожира, смотрел на закат. Он выжил. Он победил.

Обратный путь был тихим. В кабинах и на броне автожиров больше не звучали боевые кличи, слышался лишь натужный гул двигателей да стоны раненых. Машины, изрешеченные пулями и опаленные магией, шли низко, едва не задевая брюхом верхушки сосен. Топлива оставалось на донышке, пилоты молились Грунгни, чтобы пара хватило до посадочной площадки.

Краг-Бар встретил их тревожным молчанием. Когда звено показалось из-за горного хребта, на стенах крепости зажглись сигнальные огни. Гарнизон не спал. Все, кто мог стоять на ногах, от старейшин до женщин и детей из числа беженцев, высыпали на стены и во внутренний двор. Они ждали. Они видели черный дым, поднимавшийся от перевала, но не знали исхода.

Рорек, чья машина дымила сильнее всех, зашел на посадку первым. Его шасси коснулось каменных плит ангара с тяжелым, скрежещущим звуком. Одна из стоек подломилась, и автожир накренился, чиркнув лопастью по камню. Винт с визгом остановился. Следом, кое-как выдерживая строй, сели остальные четыре машины.

Тишина во дворе была такой плотной, что, казалось, ее можно резать ножом. Сотни глаз смотрели на закопченные машины, на уставших, покрытых кровью и сажей воинов, спрыгивающих с брони. Никто не решался спросить.

Брокс Камнелоб первым ступил на землю. Он снял помятый шлем, открывая лицо, черное от пороховой гари, на котором сверкали только белки глаз и зубы. Он обвел взглядом встречающих. Увидел Тана Тордина а также старого Драгомира, сжимающего руку своей жены Берты. Брокс набрал в грудь воздуха и поднял свой топор высоко над головой.

— Они разбиты! Его голос, хриплый от крика, прокатился по двору подобно грому.

— Обсидиан уничтожен! Гномы Хаоса бегут!

Секунда осознания, а затем крепость взорвалась. Это не были вежливые аплодисменты. Это был рев. Гномы били молотами о щиты, топали ногами, кричали славу предкам и победителям. Женщины плакали, обнимая вернувшихся мужей. Лекари бежали к раненым с носилками, но даже раненые улыбались сквозь боль.

Шалидор попытался вылезти из кабины, но ноги окончательно отказали. Он просто перевалился через борт и упал бы, если бы его не подхватили. Это был Драгомир. Старый вождь беженцев, еще вчера едва стоявший на ногах, теперь держал мага крепко и надежно.

— Ты сдержал слово, умги, прошептал старик, глядя в глаза Шалидору. — Ты не просто спас нас тогда. Ты спас наше будущее сегодня.

— Это наша общая победа, слабо улыбнулся Шалидор.

Толпа расступилась. К ним подошел Тан Тордин. Он посмотрел на избитые машины, на уставших бойцов, а затем подошел к Шалидору. Тан Краг-Бара сделал то, чего не делал ни один тан его рода перед человеком за последние пятьсот лет. Он снял свою тяжелую латную перчатку и протянул магу обнаженную ладонь.

— Мой дом, твой дом, Шалидор, сказал он торжественно. — Сегодня ты выковал победу, равную деяниям королей древности. Шалидор пожал широкую, мозолистую ладонь.

— Рад служить, Тан.

— А теперь, рявкнул Брокс, возникая рядом с кружкой эля в руке, откуда он успел её взять, оставалось загадкой. — Хватит болтать! Наши глотки пересохли, как пустыня, а животы подвело от голода! Он поднял кружку.

— За Давионгри! За Шалидора!

— ЗА ШАЛИДОРА! Подхватила сотня глоток, и эхо этого клича, казалось, сотрясло самые корни горы.

Шалидор, опираясь на посох и плечо Драгомира, смотрел на эти суровые, бородатые лица, озаренные светом факелов. Он чувствовал запах гари, пота и крепкого пива. Он чувствовал боль в каждой мышце. Но впервые за долгое время он чувствовал себя не одиноким магом в башне, а частью чего-то настоящего. Живого.

Где-то там, в темноте гор, враг зализывал раны и копил злобу. Война только начиналась.