Warhammer Fantasy Battle, Приключение Норда

Глава 8

После ухода каравана Бардина тишина в Краг-Баре стала давить на уши. Пятьдесят восемь гномов, размазанные по периметру стен и башен, казались лишь редкими каплями в море камня. Шалидор видел, как усталость подтачивает гарнизон. Видел тёмные круги под глазами часовых, стоящих вторую смену. Видел, как Грумнир, вместо сна, смазывал петли ворот, потому что больше это делать было некому.

— Они не выдержат, сказал Шалидор самому себе, глядя на дымящую трубу кузницы.

— Живая плоть требует сна. Нам нужны те, кто не спит. И кому не нужен уголь.

Он нашёл Хельгара и Грумнира в мастерской инженеров. Они склонились над чертежом старой паровой помпы. — Умги, кивнул Грумнир. — Твой металл хорош. Но его мало. А рук ещё меньше.

— Я видел ваши механизмы, начал Шалидор, подходя к столу. — Подъемники. Помпы. Гирокоптеры. Вы мастера пара. Почему вы не делаете паровых солдат?

Грумнир фыркнул, вытирая руки ветошью. — Паровой голем? Идея старая, как горы. Но ты представляешь, сколько ему нужно угля? Чтобы такая махина двигалась, за ней должна ехать телега с топливом. А в бою топка гаснет, вода остывает. Это игрушки, а не воины.

Шалидор улыбнулся. — А если я дам вам топку, которая никогда не гаснет? И топливо, которое ничего не весит? Он достал из сумки крупный, неограненный рубин. Камень был тёмным, почти чёрным, но в его глубине тлела искра. — На моей родине мы умеем заключать стихию в камень. Хельгар, не морщись. Чистый жар. Маг подбросил рубин на ладони.

— Я могу зачаровать этот камень так, что он будет излучать температуру плавильной печи. Без дыма. Без золы. Вечный огонь. Вы строите котел и поршни. Я даю нагревательный элемент

Инженеры переглянулись. В глазах Грумнира зажегся фанатичный огонек. — Вечный пар, прошептал он. Замкнутый контур? Вода кипит, пар толкает поршень, уходит в конденсатор, снова в котел. — Именно, кивнул Шалидор. И никакой больше магии. Только механика и термодинамика.

Работа закипела тем же вечером. Это была не мистическая ритуалистика, а суровая инженерная сборка. Грумнир и кузнецы собирали корпус. Это был не гуманоид, а ходячий танк в миниатюре. Приземистый, на двух мощных ногах-поршнях, с бочкообразным торсом, где размещался котел. Руки свисали почти до земли: одна заканчивалась молотом, другая клешней-манипулятором. Корпус ковали из обычной стали, но котел и камеру сгорания делали из Небесной стали Шалидора только она могла выдержать через мерное давление магического жара.

Пока кузнецы клепали броню, Шалидор работал над «Сердцем». Он взял рубин. В Скайриме зачарование на огненный урон было обычным делом. Но здесь ему нужно было не поразить врага, а создать стабильную тепловую эмиссию. Плащ Огня. Свернуть внутрь. Замкнуть. Маг вливал в камень энергию Школы Разрушения, но запечатывал её структурой Изменения. Рубин раскалился. Он начал светиться яростным, алым светом. Воздух вокруг него дрожал.

— Горячо, довольно кивнул Шалидор, удерживая камень телекинезом, чтобы не прожечь стол. — Хватит, чтобы вскипятить озеро.

Хельгар, тем временем, занимался «мозгами» машины.

— Если у него нет души, как он поймет, куда идти? Ворчал один мастер рун, выбивая символы на внутренней стороне бронепластины, которая будет закрывать камеру с ядром. — Команды, объяснил Шалидор. — Простые алгоритмы. Хельгар высек цепочку рун: «ДВИЖЕНИЕ», «УДАР», «СТОЙ», «СВОЙ», «ЧУЖОЙ». -Это приёмник, пояснил другой мастер рун, заливая бороздки расплавленным серебром. — Руны будут реагировать на внешний сигнал. Но нужен ключ.

Ключом стал тяжёлый железный амулет на толстой цепи. Хельгар связал его с рунами внутри голема невидимой магической нитью. — Кто носит амулет тот и рулевой, сказал гном.

— Повернешь амулет вправо, голем шагнет вправо. Сжав кулак, он ударит. Прямая связь.

К утру «Паровой Страж» был готов. Он стоял посреди кузницы, пахнущий маслом и новым металлом. Массивный, грубый, но по-своему красивый в своей функциональности.

— Запускаем, скомандовал Грумнир.

Шалидор левитировал раскаленный рубин в специальное гнездо внутри котла. Грумнир захлопнул герметичную дверцу и закрутил вентиль. Сначала была тишина. Потом вода в системе зашипела. Стрелка на манометре дрогнула и поползла вверх. Пшшшшш. Трубки на спине голема выпустили струйку белого пара. Внутри загудело. Поршни на ногах дернулись, наполняясь силой давления. Машина не «ожила» как зверь. Она заработала как станок. Ровно. Мощно. Ритмично. ЧУХ-ЧУХ-ЧУХ.

Тордин, пришедший на испытания, взял в руки амулет.

— Ну-ка дай сюда, Тан надел цепь на шею и мысленно приказал: Вперед. Руны внутри голема среагировали на волю хозяина амулета. Клапаны открылись, пар ударил в нужные цилиндры. КЛАНГ! Голем сделал тяжелый, сотрясающий пол шаг. Потом второй.

— Развернуться! Скомандовал Тан, поворачивая амулет. Голем со скрежетом и шипением пара развернул торс. — Ударить! Рука-молот взлетела вверх и обрушилась на кусок гранита, подготовленный для теста. Камень разлетелся в пыль. Из клапанов вырвалось облако пара, словно машина выдохнула.

Грумнир ходил вокруг, слушая работу механизмов.

— Давление стабильное. Жар не падает. Вода циркулирует. Умги. это гениально. Это вечный двигатель! Тордин погладил холодный бок машины. — Это не колдовство, сказал он утвердительно. Это честная машина. Просто котел греет твой странный огонек. Никакой лишней магии, только сталь и пар. Он посмотрел на Шалидора. — Сгодится. Сколько таких мы сможем собрать?

— Столько, сколько у нас есть рубинов и Небесной стали, ответил маг, вытирая пот со лба. Создание «Вечного Сердца» выматывало.

— Дюжину. Может, больше. Сказал Грумнир, прикидывая что осталось в сокровищнице

— Дюжина таких парней заменит мне сотню новобранцев, усмехнулся Тан. — Иди отдыхать, Умги, после надо будет сделать еще таких истуканов. И пусть каждым надо управлять, но используя их мы не будем рисковать теми немногими гномами что у нас остались.

Следующие три дня Краг-Бар жил в ритме, который задавал не колокол, а шипение пара. Кузница работала без остановки. Грумнир разделил кузнецов на две смены: одни ковали корпуса, другие, под руководством Хельгара, собирали тонкую механику передач. Шалидор спал урывками, прямо в мастерской, на кипе пустых мешков.

Его руки были обожжены магическим жаром, а глаза покраснели от напряжения. Создание «Вечных Сердец» требовало ювелирной точности: малейшая ошибка в плетении Изменения, и рубин мог бы не просто расколоться, а превратить мастерскую в кратер.

К исходу третьего дня во внутреннем дворе стояли восемь Паровых Стражей. Они не были одинаковыми. Одни были чуть выше, другие шире гномы использовали ту броню, что была под рукой, подгоняя её под стандарты Грумнира. Но у каждого в груди, за толстой плитой Небесной стали, гудело рубиновое сердце, а из труб на спине поднимался тонкий, едва заметный дымок перегретого пара.

— Строй! Скомандовал Тордин. Это была самая странная тренировка в истории клана. Восемь гномов-ветеранов, снятых со стен, стояли не в строю, а позади машин. На шее у каждого висел тяжелый железный амулет. Лица у гномов были напряженными, лбы покрыты испариной. Управлять големом оказалось сложнее, чем махать топором.

— Второй номер, ты опять отстал! Рявкнул Тан. Гном с рыжей бородой выругался и сжал амулет в кулаке. Его голем, который застыл с поднятой ногой, с грохотом опустил её и сделал рваный рывок вперед, едва не врезавшись в спину первого.

— Это не мул! Крикнул Хельгар, наблюдавший за тестами. — Не надо его пинать мысленно! Представь движение. Плавно. Как будто это твоя нога, только очень тяжелая.

Шалидор стоял в тени арки, жуя кусок черствого хлеба. — Они учатся быстро, заметил он.

— Быстро, согласился Грумнир, стоявший рядом. — Но они устают. Управление через амулет жрет силы не хуже кузнечного молота. Через час такой «ходьбы» у парней голова раскалывается.

— Зато их тела целы, ответил маг. — Лучше пусть будет головная боль, чем стрела в глаз.

Ночь опустилась на Краг-Бар внезапно, принеся с собой холодный ветер с востока. Дозорные на стенах кутались в плащи. Восемь Стражей были расставлены по ключевым точкам внутреннего двора, как неподвижные статуи. Их котлы были переведены в «спящий режим» давление снижено, чтобы не изнашивать прокладки, но достаточное для быстрого старта. Операторы спали рядом с машинами, не снимая амулетов.

Тревога пришла не звуком. Она пришла тенью. Один из дозорных на северной стене вдруг заметил, что звезды закрыло что-то темное. Не туча. Что-то, что двигалось по стене вверх. — Тень! крикнул он, вскидывая арбалет. Щелк. Болт ушел в темноту. В ответ раздался не крик, а мерзкое, влажное шипение. И стук. Многократный, частый стук хитина о камень.

— ПАУКИ! Рев дозорного сорвался на визг, когда огромная тень перемахнула через зубцы стены.

Это были Лесные Гоблины. Дикие, злобные твари, пришедшие с южных отрогов. Они не штурмовали ворота. Их гигантские пауки просто перешагивали через укрепления, цепляясь лапами за вертикальный камень. Через секунду двор наполнился хаосом. Гоблины спрыгивали со своих скакунов, визжа и размахивая кривыми ятаганами. Пауки, размером с пони, плевались ядом и кусали всё, что двигалось.

— К бою! Голос Тордина перекрыл шум схватки. — Операторы, подъем! Запускай котлы!

Гном-ветеран с рыжей бородой проснулся от того, что рядом с ним щелкнули челюсти паука. Он откатился в сторону, сжимая амулет.

— Давай, железяка! Прохрипел он. — Ну же, ВСТАВАЙ! Рубин в груди голема вспыхнул ярче. Клапаны открылись. Давление скакнуло. ПШШШШШ! Струя пара ударила в морду паука, ошпарив тварь. Паук завизжал и отпрянул. Голем, скрипнув поршнями, поднялся.

Это был не бой строя на строй. Это была свалка. Гоблины были быстрыми. Они проскальзывали под ногами машин, пытаясь перерезать шланги или запрыгнуть на спину. Но големы были сделаны гномами. И сделаны на совесть. Один из гоблинов прыгнул на Парового Стража, занося кинжал, чтобы ударить в сочленение шеи. Оператор, стоявший в десяти метрах за бочками, резко дернул головой. Голем повторил движение, но с инерцией полтонны металла. Бронированный «горб» ударил гоблина, сломав ему все ребра и отшвырнув на стену, как тряпичную куклу.

— Держать двор! кричал Шалидор, сжигая заклинанием огня паутину, летящую в сторону казарм. — Не дайте им добраться до подъемника!

В центре двора два голема встали спина к спине. Их операторы работали слаженно. Один Страж опустил молот. БХАМ! Земля дрогнула. Паук, попавший под удар, просто лопнул, забрызгав мостовую зеленой жижей. Второй Страж использовал клешню. Он поймал наездника-гоблина прямо в воздухе, сжал манипулятор (раздался хруст) и швырнул тело в набегающую толпу.

Но врагов было много. Пауки были ловкими. Один из них сумел повалить голема, опутав его ноги клейкой паутиной. Машина рухнула с грохотом, выпуская пар. Гоблины тут же облепили её, пытаясь вскрыть котел.

— Нет! Закричал оператор, чувствуя панику машины через амулет. Шалидор увидел это. Он не мог использовать мощное Разрушение, задел бы своих. Он использовал Изменение.

— Раскались! — Крикнул он, направляя посох на упавшего голема. Он не атаковал врагов. Он усилил жар рубина внутри машины, передавая его на внешний корпус. Небесная сталь мгновенно нагрелась. Броня голема стала обжигающей. Гоблины, облепившие машину, заверещали, когда металл под их лапами начал жечь плоть. Паутина вспыхнула и осыпалась пеплом. Голем, освободившись, неуклюже, но мощно поднялся и раскрутил торс, сбивая с себя остатки врагов раскаленными руками.

Бой длился недолго. Против стали, пара и ярости гномов у легких налетчиков не было шансов в затяжной схватке. Когда последний паук был прибит к брусчатке арбалетным болтом, а остатки гоблинов удрали обратно на стены, во дворе повисла тишина, нарушаемая лишь тяжелым шипением стравливаемого пара.

Тордин обошел строй машин. Два голема были повреждены у одного погнуты поршни, у другого сорвана обшивка на руке. Но все восемь стояли. И, что важнее, все восемь операторов были живы. Уставшие, бледные, с трясущимися руками, но живые. Ни царапины.

— Они сбоят, сказал Грумнир, похлопывая ближайшего Стража по закопченному боку.

— Валайя свидетель, умги, они действительно работаю как надо. Шалидор опустился на ящик, чувствуя, как дрожат колени.

— Это был тест, хрипло сказал он. — Разведка боем. Они проверяли не стены. Они проверяли, кто за ними.

— И что они увидели? — спросил Тан, вытирая свой топор. — Они увидели, что здесь больше не просто гномы с топорами, ответил маг, глядя на гудящие машины. — Они увидели железо, которое ходит само.

Хельгар подошел к упавшему ранее голему и осмотрел корпус.

— Нужно добавить шипы на броню, деловито сказал он. — И защиту на ноги от паутины. А так… он поднял взгляд на Шалидора. — Хорошая работа, партнер.

В эту ночь дозорные на стенах впервые за долгое время чувствовали себя не одинокими. Внизу, во дворе, мерно гудели восемь сердец, готовых в любой момент изрыгнуть пар и смерть. А в темноте пустошей, далеко от стен, чей-то взгляд, полный холодной злобы, внимательно наблюдал за тем, как маленькая крепость превращается в железный кулак.

Бардин

Карак Азул. Зал Торговых Гильдий.

Врата Железного Пика были открыты не для всех, но для каравана гномов клана Железного Шлема, пришедших с востока и о которых долгое время не было ничего слышно, их приоткрыли, с недоверием и множеством вопросов. Бардин стоял перед Советом Мастеров Гильдии. Это было огромное помещение, освещенное светом тысяч ламп и жаром далеких плавилен. Здесь пахло богатством, не золотом, а маслом, углем и редкими металлами.

Напротив Бардина сидел Тан Гильдии Оружейников, старый гном с бородой, заплетенной в три косы, украшенные мифриловыми кольцами. Вокруг стояли другие мастера, скептически глядя на «ободранных» гостей из Пустошей.

— Сотню воинов? Переспросил Тан Гильдии, приподняв кустистую бровь. — И опытных инженеров в придачу? Ты просишь много, Бардин из Краг-Бара. Сейчас неспокойное время. Король Казадор собирает силы для охоты на Горфанга Гнилобрюха. Железноломов, как и молотобойцев я тебе не дам, даже не проси, они нужны в Глубинных Путях. А хирды кланов стоят на страже. Чем вы заплатите? Обещаниями?

Бардин медленно отставил кубок с элем. — Клан Железного Шлема не платит обещаниями, мастер. Мы платим железом.

— Железом? По залу прокатился смешок. — В Карак Азуле железа больше, чем камней в горах. Ты хочешь удивить нас рудой?

Бардин молча достал из сумки слиток, обернутый в ткань. Он развернул его и с глухим стуком положил на каменный стол перед Таном Гильдии. В свете ламп слиток «Небесной стали» сиял холодным, почти белым светом. Он не был похож на серебро или громрил. Он казался куском застывшего лунного света, пойманного в идеальную форму.

Смешки стихли. Тан Гильдии подался вперед. Он не стал касаться металла рукой. Он достал из кармана жилета монокль с рубиновой линзой и вставил его в глаз.

— Что это? Тихо спросил он.

— Мы называем это Небесной сталью, ответил Бардин. — Легче стали, на ровне с кожей, тверже громрила. Не ржавеет. Не тупится. И… он сделал паузу. — Ненавидит магию Хаоса. — Невозможно, буркнул один из мастеров. — Это алхимия?

— Ударь, предложил Бардин. — Возьми свой молот, матер, и ударь.

Тан Гильдии встал. Он взял со стола тяжелый бронзовый печатный молот, которым заверяли сделки, и с размаху опустил его на слиток. ДЗЫНЬ! Звук был чистым, как нота органа. Бронзовая печатка на молоте сплющилась, оставив на слитке лишь едва заметное пятнышко окисла, которое Бардин тут же стер пальцем.

В зале повисла тишина. Такая плотная, что было слышно, как гудят вентиляционные шахты. Тан Гильдии медленно провел пальцем по холодной поверхности металла. Его глаза расширились. Он чувствовал структуру материала, идеальную, без единого изъяна, плотную настолько, что разум отказывался верить.

— Сколько? Хрипло спросил он, не поднимая глаз.

— В повозке у ворот две сотни таких слитков, громко сказал Бардин, и его голос эхом разнесся по залу. — И мы можем делать ещё.

Тан Гильдии поднял голову. В его взгляде больше не было скепсиса. Там была жадность мастера, увидевшего материал всей своей жизни.

— Как я и говорил раньше, элиту я дать не могу, они служат Королю, да и есть для них сейчас много важных дел, сказал он, уже прикидывая, какие доспехи можно выковать из этого чуда.

— Но за такую сталь, я выделю тебе пол роты ветеранов Долгобородов. Крепкие парни, прошедшие не одну стычку в туннелях. И дам двух мастеров-инженеров с подмастерьями, раз уж вы там что-то строите, и вдобавок дам дюжину забияк и парочку егерей, все с тяжелым оружием, как раз выйдет под сотню гномов. Он ударил ладонью по столу. — И обоз с припасами. Порох, масло, зерно. Но взамен с вас как минимум ещё столько же металла как укрепитесь у себя в крепости, Уговор?

Бардин кивнул. Такой набор войнов это уже за пределами их ожиданий.

— А Истребители? Спросил он. Тан Гильдии усмехнулся. — Им не нужны мои приказы, и их нельзя купить. Но слухи в Карак Азуле разлетаются быстрее ветра. Если они узнают, что на востоке есть такая сталь и такая война, они сами придут. Жди гостей, Бардин.

Бардин позволил себе легкую улыбку в густую бороду.

— По рукам, мастер. Но торопитесь. Краг-Бар не любит ждать