Я тебя найду

Глава 9. Майя

— Спасибо за ужин, — я чуть кивнула, поднимаясь из-за стола. Демонстративно поправляя подол халата, в надежде что он подаст хоть какой-то знак.

— Спокойной ночи, — отвечает Фарид сухо, будто я и правда его разоровала. Ограбила его мать, или же ещё что-то противозаконное.

Я улыбнулась Фатиме, поблагодарила её ещё раз, и мы разошлись: она — к себе, я — в гостевую. За спиной слышала шаги Фарида — он поднялся на второй этаж, дверь его комнаты захлопнулась громко, почти демонстративно.

Сухо. Холодно.

И всё же в каждом его слове, во взгляде — пульсировало то, что я чувствовала так же, как и он. Или я в очередной раз придумала себе это?!

Наверное, у меня дар выбирать не тех мужчин. Нравится мне неправильные. То Макар, то Павел. Теперь Фарид.

Нет, не то что я строила какие-то жодгострочгык планы насчёт него. Понимала же, что завтра вылет, и отменить я его уже не могу. Да и кто я, кто он... Мы разные меры. Разные цивилизации. Культуры. Веры. У нас так много минусов... А из плюсов только взаимное притяжение. И я уверена, оно обоюдное. Вот только этого мало, даже для каких-то глупых иллюзий.

Я пыталась улечься, но сон не приходил. В голове шумело: Павел, мой дом, бесконечные съёмки, отец, который ждёт от меня решений, а я сама не знаю, чего хочу.

Точнее знаю.

Хочу быть здесь. Сейчас. В этом доме. Где он. Но этого так мало. И это всего на одну ночь. Маленькие желание, и то, которому не суждено сбыться.

Через час я сдалась. Накинула тонкий халат, достала из тумбочки пачку сигарет, которую чудом кто-то оставил. Некрасиво брать чужие вещи, но увы, сейчас меня это мало заботило. Была одна надежда на никотин успокоится. Я тихо вышла во двор.

Ночь была тёплой, густой, пахла жасмином и морем. Луна висела низко, заливая сад серебром. Я опустилась на деревянные качели, закурила. Первый глоток дыма обжёг лёгкие, и мне стало чуть легче.

Я откинулась назад и прикрыла глаза.

Я затянулась ещё раз, выпустила дым в сторону луны… и тогда услышала шаги. Тяжёлые и громкие.

Я резко обернулась — и сердце ухнуло вниз.

Он.

Фарид стоял чуть в стороне, в тени деревьев. В руках у него был бокал, он молча смотрел на меня. Лунный свет подсвечивал только часть его лица, и от этого он казался ещё более хищным.

— Не спится? — его голос разорвал тишину. Низкий, хриплый, с ленивой тягучей интонацией.

Я растерялась. Сигарета дрожала в пальцах.

— Нет, — тихо сказала я. — Слишком много мыслей.

Он сделал шаг ближе. Потом ещё один.

Фарид остановился рядом, бокал в его руке блеснул в лунном свете.

Я затянулась глубже, будто назло, и медленно выпустила дым в сторону.

Фарид замер, его взгляд потемнел, как небо перед грозой.

Я подняла глаза, и наши взгляды сцепились. В груди защемило так сильно, что дыхание перехватило.

Он сделал шаг вперёд. Теперь он был так близко, что я чувствовала тепло его тела, запах — тот самый, что ещё недавно окутывал меня в душе.

Качели скрипнули, я чуть подалась вперёд.

Фарид наклонился так, что его губы почти касались моего уха.

Жар обрушился на меня волной. Я чувствовала его дыхание на коже, и тело откликнулось предательским трепетом.

Его рука на миг коснулась цепочки качелей — будто случайно, но я почувствовала силу, от которой внутри всё сжалось. Он смотрел прямо на меня. Так смотрят мужчины, которые не просто желают — они берут.

Я затушила сигарету, не отводя взгляда.

— Ты поздно ещё сидишь, — Фарид нарушил тишину, его голос прозвучал низко и хрипловато. — Ночь холодная. Заболеешь.

Я усмехнулась и качнулась на качелях.

Он посмотрел так, будто слышал совсем другое.

— А может, просто раскрывает то, что мы боимся признать днём? — парировала я, не отводя взгляда.

Фарид чуть прищурился, глоток вина скрыл напряжение в его челюсти.

Я склонила голову набок, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

Он усмехнулся уголком губ, но в глазах пылало что-то дикое.

Тишина повисла между нами. Я сделала затяжку, дым растаял в воздухе.

Фарид резко отвёл взгляд, будто хотел оборвать эту игру, но пальцы сильнее сжали бокал.

Я качнулась вперёд, и теперь нас разделяло лишь дыхание.

Наши глаза встретились снова, и я поняла: он на пределе. Слова были лишь маской. А под ней — желание, дикое, неуправляемое.

Он отводит глаза и смотрит куда-то в темноту сада, а я — на его профиль. Молчим. И кажется, как будто нас ничего не связывает, кроме напряжения, которое дрожит в воздухе.

– Спокойной ночи, – наконец говорит он. Голос ровный, даже холодный.

– Да, спокойной, – отвечаю я так же. Но губы предательски дрожат. Неужели просто уйдет? Так почему тогда не подымается и не уходит?

Мы ещё пару минут делаем вид, что отдыхаем. Качаемся медленно, синхронно касаясь ногами земли. И в этих мгновениях, когда нас тянет ближе, мне приходится сдерживать дыхание.

– Завтра тяжёлый день, – будто ни к чему обязывающие, бросает он. Кому это говорит, мне или себе? Успокаивает или доклад делает?

– У тебя? – спрашиваю. Дни и до этого у меня нелёгкие были, так что в принципе, ничего не поменяется и завтра.

– У нас у всех, – он чуть усмехается, но глаза в тени — тяжёлые.

Я закусываю губу, не знаю, что ответить. Он видит — и отводит взгляд. Словно боится, что если задержится хоть на секунду, сорвётся.

– Ты… – я набираюсь смелости. – Ты всегда такой?

– Какой?

– Сдержанный. Холодный. – слова рвутся почти с вызовом.

Он поворачивает голову и смотрит прямо в меня.

– Если бы ты знала, Майя, насколько это неправда…

Моё сердце грохочет. В груди так тесно, что кажется, я задохнусь.

– Тогда… зачем ты молчишь? – шепчу я.

– Потому что если я скажу хоть одно лишнее слово… я больше не смогу остановиться.

У меня перехватывает горло. Пауза тянется. Мы слышим только ветер с моря и стук качелей. Я больше не выдерживаю:

– Фарид… пожалуйста… поцелуй меня, - наконец-то решаюсь я бросить гранату нам под ноги. Ох, как же сейчас рванет. Потому в моей груди, уже загорелся фитиль.