Я тебя найду

Глава 18. Майя

Я просыпаюсь медленно, будто сквозь туман. Веки тяжёлые, тело кажется не моим. Первое, что ощущаю, — запах.

Комната просторная, светлая, утопающая в мягких солнечных бликах. Белые полупрозрачные шторы едва колышутся от ветра. За ними — вид на море. Настоящее. Бирюзовое, безмятежное, с белыми гребнями волн.

Я пытаюсь подняться, но голова немного кружится.

Ткань под пальцами — прохладный лён, постель аккуратно заправлена, всё вокруг чисто, почти идеально.

На тумбочке рядом — бокал с водой и небольшой букет лаванды.

Я вдыхаю — и на секунду глаза закрываются сами. Это не сон.

Но где я?

Сердце начинает биться чаще.

Воспоминания возвращаются кусками. Вечер после показа. Я встречаю Фарида на нём. Его голос. Его глаза. Его взгляд. Такое не забывается.

Я резко поднимаюсь, игнорируя слабость.

Тонкая сорочка спадает с плеча, я замечаю, что кто‑то переодел меня. Кто‑то касался меня, а я даже этого не помню. И от этого тревога не становится меньше.

Я подхожу к окну. Открываю шторы.

И… да, я не ошиблась.

Это солнечная Турция. Узнаю этот свет, эти горы, эти запахи. Узнаю даже шум моря — он другой, не такой тёплый и притягательный, как дома. Более плотный, густой, как будто зовущий.

На террасе стоят плетёные кресла, а рядом на столике — чайник и две чашки.

Две.

— Доброе утро, — слышу за спиной низкий, до боли знакомый голос.

Я замираю. Отчего моё дыхание сбивается, и руки сразу же потеют.

Фарид стоит у двери. Всё тот же. В белой рубашке, расстёгнутой на груди. Волосы чуть растрёпаны, на лице усталость, но взгляд… всё тот же взгляд, от которого земля уходит из‑под ног.

— Где я? — спрашиваю хрипло, но я всё равно знаю ответ.

— В безопасности, — спокойно отвечает он. — На моей вилле.

— Ты… ты не имел права, Фарид. Это похищение.

— Я знаю, — перебивает мягко, но твёрдо. — Но я не мог позволить, чтобы он ещё хоть раз к тебе коснулся.

Я отвожу взгляд. Пытаюсь дышать ровно. Всё внутри смешалось — страх, растерянность, злость и… ещё кое‑что. То, что я не могу назвать.

Он делает шаг ближе.

Его запах окутывает — тёплый, мужской, с нотами дерева и чего‑то смолистого. Я закрываю глаза, потому что это слишком.

— Ты выглядишь усталой, — произносит он почти шёпотом. — Поешь, отдохни. Потом поговорим.

— Фарид… зачем ты это сделал? — спрашиваю я, и голос мой дрожит.

— Потому что не мог больше ждать, — отвечает так буднично, будто это хоть что‑то может решить. — Я предупреждал тебя, Майя. В ту нашу ночь. Что если я коснусь тебя, то уже не отпущу. Ты моя женщина, Майя. По‑другому быть не может. Смирись с этим.

— Фарид, ты не имеешь права. Я не твоя собственность. Мы живём по разным законам и правилам.

— Ты сейчас слишком импульсивна и взволнована. А я зол. Давай мы придержим силы на другой раз. Ладно?

И, не дожидаясь ответа, он собирается выйти из комнаты. Вот так просто.

Я вскакиваю на ноги. Голова кружится, и силы в теле почти на нуле. Но я не намерена так легко сдаваться. Я ему не рабыня и не жена. Он не имеет права закрывать меня тут.

— Фарид, немедленно отвези меня домой. Ты не можешь держать меня в заточении. Меня будут искать. Отец в первую очередь.

— Всё будет так, как ты говоришь. Но отец твой получил уже фотографии из Турции. Ты сейчас загораешь и наслаждаешься жизнью. А ещё ты написала, что сбежала и не вернёшься. Потому что замуж за Павла ты не хочешь.

— Что? — нет, замуж за Павла я и правда не хочу. Но это не означает, что я собираюсь сидеть тут в заточении и быть... кем быть? Шлюхой или любовницей падишаха? Хотя какой с него падишах? А вдруг? Боже, я же ничего о нём не знаю. Кто он? Чем занимается?

— Фарид, пошутили и хватит, — вполне серьёзно говорю я. — У меня контракты, показы. Там большие неустойки.

— Я всё выплачу. За деньги не переживай.

— Фарид, мать твою. Я не игрушка и не твоя рабыня. Я не собираюсь тут оставаться, — хватаю его за рукав. Он опускает глаза на руки, а потом резко дёргает меня на себя. В его глазах огонь злости. Что ж, скорее всего не такого эффекта он ожидал.

— Ты права, Майя. Ты не рабыня. Ты моя женщина. Я задал тебе вопрос, ты хотела бы. Ты сказала «да». Мне больше не надо.

— Фарид, да я бы хотела. Но вот же не дослушал. Я ведь хотела сказать, что могу поменять свою жизнь на эту. Мы слишком разные. Я... я не создана для этого места.

— Возможно. Но главное, что ты создана для меня.

Его губы находят мои. Он целует властно, сильно, приятно. Одна его рука касается голой моей кожи, а вторая... Она уже где‑то в районе груди. Тело, зараза, мгновенно реагирует на него. Я предательски быстро покрываюсь влагой, и тому подтверждение — мой стон. Такой голодный и равный.

— Отдыхай. Я зайду к тебе позже, — высвобождает он меня из своих объятий так же быстро, как и поймал. И уходит.

Уходит.

— Твою ж мать, Фарид! — дёргаю я за ручку двери, а когда понимаю, что дверь закрыта, хватаю первую попавшуюся вещь и швыряю в неё.