Якудза из клана Кимура-кай, том 2

Глава 15

Очнулся я хрен знает где, в одной кровати с какой-то растрёпанной блондинкой, густо покрытой жёлто-коричневым автозагаром. Спрашивать «кто ты» и «где мы» я посчитал невежливым и неуместным, поэтому начал потихоньку одеваться, борясь с приступами головной боли. Похмелье гудело набатом, но в целом состояние моё было не таким уж плохим.

— Кадзуки-ку-у-ун… Ты куда? — прощебетала девица.

Я молча искал трусы по всей комнате, с виду напоминающей гостиничный номер. Не нашёл, пришлось натягивать брюки прямо так.

— Дела зовут, красавица, — ответил я наконец.

Девица улыбнулась и похлопала наращёнными ресницами.

— А мы ещё увидимся? — спросила она.

— Непременно, яхонтовая моя, — соврал я.

И был таков.

Пришлось немного поплутать по коридорам отеля, который оказался не просто гостиницей, а лав-отелем. Паренёк на ресепшене вежливо попрощался и поклонился, а я вышел на улицу.

На парковке перед зданием стоял чёрный «Мерседес», до боли знакомый, и я задумчиво почесал в затылке, глядя на него. Ситуация выходила всё страннее и страннее.

Пришлось вернуться в холл, к ресепшену.

— Прошу прощения… — обратился я к парнишке за стойкой. — С кем я вчера приехал?

— Вдвоём, — ответил он. — Вы и ваша невеста.

— Спасибо… — выдавил я.

Ну, хотя бы не жена. Но где тогда Ода-сан, и почему машина стоит здесь? Ничего не понимаю.

Я снова вышел на улицу, похлопал себя по карманам в поисках сигарет и зажигалки. Вместо этого нашёл в кармане пиджака ключи. Ну, понятно. Ода выдал мне «мерина», чтобы я мог с понтом доехать до этого отеля. Или вроде того. Покатать снятую девицу на крутой тачке.

Не знаю, как я вообще доехал до отеля в таком состоянии. Но кое-что я понимал совершенно ясно. Я и в самом деле забыл обо всём, что меня тревожило и беспокоило. И о Накамуре, и о войне банд, и обо всех прочих неприятностях. Веселился и отдыхал, и сейчас, несмотря на похмелье, чувствовал себя значительно лучше, чем до этого.

Покурил на улице, сел за руль «секача». Да, машина что надо, премиальное немецкое качество чувствовалось в каждой детали. Совсем другой подход, нежели у японцев или у нас. Завёл мотор, послушал звук. Балдёж натуральный. Ездить пассажиром на нём приятно, но сидеть за рулём — отдельный вид удовольствия.

Я мягко воткнул передачу и тронулся, пытаясь понять, как мне теперь отсюда выбираться. Надеюсь, я всё ещё в Адати, и мне не придётся ехать через весь Токио, чтобы поставить тачку возле офиса и вернуть ключи боссу.

Вчера я наверняка рассекал на нём в состоянии тяжёлой алкогольной интоксикации. Я этого не помнил, но можно было догадаться, и это меня самую малость угнетало. Сегодня же я осторожно крался по переулкам и улицам, тщательно соблюдая все правила и обращая внимание на каждый из дорожных знаков.

Как назло именно сейчас меня решил остановить коп. Самый обычный патрульный, следящий за безопасностью дорожного движения, усталый бледный мужик в синей фуражке. На этот раз я не стал с ними гоняться, а покорно прижался к обочине. Машина не моя, за этот «Мерседес» я буду расплачиваться очень и очень долго, если с ним что-то случится. Ещё и без пальца наверняка останусь.

— Проблемы, офицер? — спросил я, опустив стекло.

— Проверка документов, водитель-сан, — скучающим тоном протянул полицейский.

Вот чего, а документов у меня так и не было. Ездил без прав, как малолетка по деревне.

— Одну минуту, — попросил я и полез в бардачок.

Документы на машину там точно должны быть. Знать бы ещё, как они выглядят.

— Да где же они… Кажется… Кажется, я оставил их дома, — картинно поморщился я.

По виду полицейского было ясно, деньги он не возьмёт. Взятки здесь работали только на самом верхнем уровне и назывались лоббированием интересов, точно как в США, а сунуть косарик полицаю — нет уж, увольте. Не возьмёт. Я и сам такое не любил, но иногда проще решить вопрос на месте и сразу.

— Прошу вас больше не забывать документы. Это важно, — строго произнёс полицейский. — Счастливого пути.

Я даже своим ушам не поверил.

— Больше не забуду, полицейский-сан, — пробормотал я, закрыл окно и поспешил уехать.

Нет, у меня и в России бывало, что сотрудник ДПС отпускал с Богом, но это обычно было связано с тем, что рейд проходил на другие мелкие нарушения, например, на грязные номера, а я попался с выключенными фарами.

Видимо, вселенная решила, что этот день начался странно, и так же продолжится, потому что стоило мне проехать ещё немного, как дорогу мне перегородила целая процессия буддийских монахов с барабанами и цветами, в оранжевых одеждах, и мне пришлось ждать, пока они все пройдут. Зрелище, конечно, любопытное, ничуть не напоминающее наши крестные ходы, а больше похожее на какой-то карнавал. Видимо, нарвался на какую-то праздничную процессию, не иначе. Может, и полицейский меня отпустил в честь праздника, кто его знает.

Так что к офису я подъехал гораздо позднее, чем сам того ожидал, и «Тойота Корона» Хироми-куна стояла здесь. Интересно.

По лестнице наверх я почти взлетел, и в офисе оказался аккурат в самый нужный момент. Ода-сан сидел за столом, Хироми и Такуя стояли напротив него, замерев в глубоком поклоне. Ну, оба хотя бы живы.

Хотя если бы взглядом можно было убивать, Ода испепелил бы обоих на месте.

— С праздником, — сказал я, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку.

Ода посмотрел на меня, нахмурив брови. Я подошёл и положил ключи от «Мерседеса» на стол.

— Спасибо, дайко, — поклонился я.

— Праздник? — хмыкнул он. — День жестокого похмелья?

— Вроде того, — усмехнулся я. — Я, кажется, невовремя?

— Наоборот, — ещё раз глянув на провинившихся, сказал Ода. — Как раз к представлению. Ну-ка, расскажите ещё разок, что у вас обоих стряслось вчера такого, что вы решили положить хер на мой приказ.

Оба так и стояли, склонив головы. Первым начал Хироми.

— У меня сломалась машина, дайко, — выдавил он.

— Я… У меня случился потоп в квартире, — пробормотал Такуя. — Я спешил как мог, но вы уже уехали без меня.

— Погляди на них, Кимура-кун! — крякнул Ода-сан. — Ты погляди! Уехали без него! Машина сломалась! Да вы что, блядь, издеваетесь надо мной?

Оба как будто бы съёжились и поклонились ещё сильнее. Распластались бы по полу, если бы в офисе хватало места.

Да уж. Ситуация и впрямь нехорошая. Я бы на месте обоих постарался любой ценой добраться до «Хромой Утки», хоть пешком, хоть на общественном транспорте, в конце концов, мы знали, куда нам надо прибыть. Но ни тот, ни другой этого почему-то не сделали.

Босс порылся в ящике стола и швырнул им канцелярский нож для бумаги.

— Вы знаете, что делать, — сказал он.

А это уже перебор, как по мне. Косяк за обоими серьёзный, бесспорно, но я к традиции отрубания пальцев относился негативно.

Теперь уже я замер в поклоне, заслонив собой провинившихся.

— Дайко! — выпалил я.

Не вели казнить, вели слово молвить.

— Прошу простить обоих, — сказал я. — Под мою ответственность.

— Куда ты лезешь, младший… — зашипел Хироми, но босс оборвал его жестом.

— Под твою ответственность? — хмыкнул Ода-сан, и я снова заметил в его взгляде тот самый блеск. Всполох жестокости.

— Да, дайко, — сказал я.

— Значит, займёшься тем, о чём мы с тобой говорили. Тачибаной, — сказал он. — Эти двое тебе в помощь. Но если будет какой-то прокол, неважно по чьей вине, по их или по твоей, ты лишишься пальца, Кимура-кун. Тебе это понятно?

— Да, дайко, — сказал я.

— Всё, выметайтесь. Повезло вам, говнюки. Благодарите Кимуру, — сказал Ода.

— Да, дайко, — синхронно сказали мы трое и поспешили исполнить приказ.

Уже за дверью Хироми с силой толкнул меня в плечо, разворачивая к себе и пытаясь схватить за пиджак, но я скинул его руку.

— Кимура, ты с ума сошёл? — зашипел он. — Что это было сейчас?

— Твой палец спасли, — мрачно сказал Такуя. — И мой тоже, хоть я этого и не просил.

Я толкнул Хироми в ответ, словно задирающийся школьник.

Он был открыт для удара, я мог бы вырубить его одной подачей в челюсть, но такой задачи передо мной не стояло.

— Ты правда хочешь знать, что это было, старший братец? — скривился я. — Что-то тебе не нравится, а? Если не нравится, иди обратно и режь себе руки канцелярским ножиком, как подзаборная шваль!

Хироми не нашёл, что ответить.

— Я за вас поручился, за обоих, — продолжил я. — Если что-то пойдёт не так, спрошу со всей строгостью. Так, что Ода-сан и Одзава-сан покажутся вам любящими отцами, ближе папы родного…

— Кимура-кун! — воскликнул Такуя, но я обратил на него внимания не больше, чем на комариный писк.

— Если вы вдруг не в курсе, то я собираюсь создать дочернюю организацию, — сказал я. — Кимура-кай. И не советую мне в этом мешать, господа старшие братья. Всё, пошли отсюда.

— Да что ты себе позволяешь… — зашипел Хироми.

Я с силой толкнул его в плечи, так, что он впечатался в стену коридора.

— Ровно то, что способен вывезти, — холодно процедил я. — А ты вывезешь?

Желание спорить у него тут же пропало.

— Поехали, у нас много дел, — сказал я.

Оба надулись, как мыши на крупу, но всё-таки пошли за мной вниз, к парковке, где стояли «Мерседес» босса и «Корона» Хироми-куна.

— Ты на «Мерседесе» приехал? — удивился Такуя.

— Что с твоей тачкой, Хироми Дзюн-сан? — игнорируя заданный вопрос, сказал я.

— Заводится через раз, — буркнул тот.

— Заводи, поехали, — сказал я.

— Нет, ты чего раскомандовался? — снова попытался он проявить характер.

— Вы двое. Мне в помощь, — медленно, громко и внятно произнёс я. — Или тебе ещё раз повторить слова Ода-сана?

Хироми молча открыл тачку и сел за руль. Повернул ключ, но вместо того, чтобы затарахтеть мотором, «Тойота» издала звук, будто клацнуло какое-то из реле, и ничего больше не произошло.

— Да блин, опять! — он ударил по рулю, вымещая злость.

— Капот открывай, гонщик, — вздохнул я.

Он дёрнул рычажок, я открыл капот, заглядывая «Короне» в потроха. Такуя-кун молча курил в сторонке с безразличным видом.

— А ну, ещё разок пробуй, — сказал я.

Хироми повернул ключ снова, на этот раз вообще ничего не произошло. Стартер даже ни разу не крутанулся.

— Аники, дай отвёртку, — попросил я Такую-куна.

Тот порылся в багажнике и выдал мне плоскую отвёртку с ярко-красной ручкой.

— Нейтралка? — спросил я.

Не хотелось бы, чтобы «Тойота», скакнув на меня, сломала мне колени бампером.

— Да, — ответил Хироми.

И я замкнул стартер напрямую. Чуть заискрило, но через пару секунд движок зарычал, словно раненый тигр. Цокали клапана, плавали обороты, но он работал, и я захлопнул капот.

— Поехали, — сказал я, усаживаясь на задний диван. — Если ты, Хироми, вчера из-за этого опоздал, то я зря за тебя впрягся.

— Как ты это сделал? — спросил он.

— Вежливо попросил, блядь, как ещё-то? — закипел я. — Поехали, говорю!

— Не все тут такие умники, как ты, Кимура-кун, — сказал Такуя, хлопнув передней пассажирской дверью.

— Но стремиться к лучшему всё равно нужно, — возразил я.

Может, я и перегибал палку. Всё-таки это свои, названые братья, которые всегда прикроют и помогут, но у меня болела голова с похмелья и меня раздражала любая мелочь. Особенно меня раздражала неблагодарность и ненужные возражения.

Конечно, их тоже можно было понять, всё-таки я был младшим, нижестоящим в пирамиде японского мира. Всё равно, что рядовой вдруг взялся бы командовать сержантами. Однако, в военное время и не такое возможно, а у нас положение что ни на есть военное. Тачибана-кай объявили войну, и боевые действия становились всё более ожесточёнными.

— Куда едем, «босс»? — фыркнул Хироми, выезжая с парковки.

— Давай к ближайшему таксофону. Нужно сделать звонок, — сказал я, пропуская мимо ушей очевидную насмешку.

— Из офиса бы позвонил, — сказал Такуя.

— Нет, лучше с таксофона, — сказал я.

Хироми тормознул на углу возле полупрозрачной телефонной будки, открыл окно и закурил.

— Сейчас вернусь, — сказал я.

Выбрался из машины, дождался, пока из будки выйдет молодой саларимен, юркнул внутрь, набрал номер, выданный мне боссом. Некоторое время слушал гудки, а когда уже отчаялся услышать голос, мне наконец ответили.

— Слушаю, — произнёс неизвестный.

— Алло-алло, я представляю Одзава-кай, — сказал я.

Молчание.

— Нужны патроны. Для М57А, девять на девятнадцать, — с некоторым сомнением произнёс я.

Снова молчание.

— Сколько? — спросил голос после долгой тягучей паузы.

— Штук пятьдесят, — ответил я без промедления.

Хороший такой запас.

— Пятьдесят тысяч иен.

— Нормально, — сказал я.

Дороговато, я сказал бы. Но в Японии с оборотом оружия куда сложнее, чем в других странах, и надбавка идёт за редкость, пусть даже это просто маслята.

— Деньги оставишь в центральном парке Секибары, под первой лавочкой от северного входа, сегодня же, — сказал он. — Патроны заберёшь тоже сегодня. За торговым автоматом, который у цветочного магазина, там же, рядом с парком.

— Принято, — сказал я.

Вместо ответа в трубке запищали короткие гудки, и я повесил трубку. Надо глянуть, что там в моём бумажнике после пьянки. Вполне может быть так, что там пусто, как в брюхе у нищего.

Я, конечно, забрал сто штук у Фукуды, но надолго они у меня не задержались. Пересчитал содержимое бумажника, пошарился по карманам, выскребая мелочь. Осталось тридцать тысяч с копейками, и я думал, что будет хуже.

— Парни! — воскликнул я, забираясь обратно в машину. — Отличная новость. Едем за патронами. В Секибару, к парку.

Строилась вся сделка, однозначно, на доверии к имени Одзава-сана. Без этой рекомендации я мог бы купить только от мёртвого осла уши, не больше. С кем попало такие сделки не проворачивают, значит, и мне нужно соответствовать.

— Ещё момент… Есть у вас деньги? — спросил я.

Они переглянулись.

— Ты глянь-ка, «босс» уже и деньги с нас собирает, — сказал Хироми.

— Есть немного, — сказал Такуя.

— На патроны не хватает. Нам пригодятся, — сказал я.

— Тебе пригодятся, — сварливо произнёс Хироми. — Это ты у нас ковбой. Стрелок…

— Поверь, огневой мощи много не бывает, — сказал я. — По десятке у вас найдётся? Я отдам, как только смогу.

— Знал бы ты, сколько раз я слышал эти слова, — рассмеялся Такуя.

Я тоже засмеялся. Конечно, возить меня мордой по асфальту, выбивая из меня эти копейки, никто не будет, максимум, вежливо напомнят, но я и сам терпеть не могу долги. Даже кредиты старался никогда не брать, кроме тех, что для бизнеса. Так что отдам, как только деньги появятся, в ближайшее время.

Хироми порылся в карманах и протянул мне несколько смятых купюр, Такуя тоже вложился. Пятьдесят тысяч вместе с моими насобиралось, и мы поехали в Секибару, к парку. Заберём патроны, а там уже можно будет ехать и причинять добро Тачибане и его людям. Безнаказанными они не останутся.

— Это всё не просто так, парни, — сказал я, пока мы толкались в пробках. — В бане на нас напали люди Тачибаны. Надо дать симметричный ответ.

— Тоже напасть на него в бане? — не понял Такуя.

— Нет. Оскорбить, унизить, — сказал я. — Ты же понимаешь, что про нас теперь половина Токио болтает?

— Что болтают? — напрягся Хироми.

— Нехорошее, — сказал я.

Приехали к парку. За патронами я тоже пошёл один. Вернее, сначала оставил деньги в указанном месте, причём мне пришлось пожертвовать кошельком, в котором я и решил передать эти пятьдесят штук, потому что конверта у нас не нашлось, а потом сходил к цветочному магазину и заглянул за торговый автомат с газировкой, чувствуя себя наркоманом в поисках закладки.

Закладка оказалась на месте.

Маленький свёрток, обмотанный скотчем, а внутри него — патроны в промасленной бумаге. Ну всё, теперь точно будет пальба. Мальчик дорвался до игрушек.