Явор

28

Дергается в мою сторону, чтобы схватить, но я уворачиваюсь и, сбросив сумку с плеча, устремляюсь прочь из класса.

Я ни разу не спортсменка, но если бы меня сейчас увидел преподаватель физкультуры, заняла бы первую строчку в списке участников марафона.

Сердце так бешено стучит, что готово выпрыгнуть из груди, но внезапно оно замирает, когда грубая рука хватает за шкирку и затаскивает за угол.

Страх парализует конечности, и я замираю в его объятиях как мертвый опоссум. Только вот меня это не спасет.

Лишь часто вздымающаяся грудь свидетельствует о том, что я пока жива.

А потом заглядываю в убийственно-холодные глаза и так сильно пугаюсь, что пол уходит из-под ног. Однако упасть мне не позволяют сильные руки незнакомца.

Он дергает головой и стряхивает скатившиеся на его лицо капли.

— Мне сразу тебя придушить или просто превратить твою жизнь в ад?! А, гуманоид?! — Леденящий душу рык выбивает из легких последние капли кислорода, когда парень встряхивает меня за шкирку. Но следующее движение пропускает горячий разряд тока в самый низ живота. Стоит ему намотать мой хвост на кулак и задрать мне голову так, что теперь я не могу не смотреть в его пугающие темно-серые глаза. Господи, почему я так реагирую на этого психопата. — Отвечай!

— Ты сам виноват! Занял мое место!

— Теперь это мое место, усекла, Грязнуля?! — Обзывать меня явно доставляет ему удовольствие, вижу это по его насмешливому взгляду.

— Придурок! — цежу сквозь зубы.

— И кстати, где мое пальто?! — Ощущаю его горячее дыхание на своих губах, и во рту мгновенно пересыхает от волнения, которое я испытываю от близости незнакомца.

Это все из-за гребаного сна. Смотрю на эти губы и вспоминаю, что он ими творил. А в результате еще и вспыхиваю, как олимпийский факел.

— Можешь забыть о нем... — неуверенно бормочу неподвижным языком.

И не успеваю закончить мысль, как он толкает меня в стену, сразу же прижимая мускулистым телом. Сейчас я готова провалиться сквозь землю, ведь чувствую его твердый орган. Не думаю, что это пенал…

— Не нарывайся, мелкая, ты и так меня довела, едва сдерживаюсь, чтобы не свернуть твою дохлую шейку!

— Я отдам тебе твое вонючее пальто тогда, когда ты извинишься передо мной... публично! — четко проговариваю каждое слово и сама удивляюсь своей внезапной смелости.

Но она меркнет, когда я слышу издевательскую усмешку, переходящую в раскатистый хохот. Этот грубый смех неприятно отзывается в груди.

— Ты совсем идиотка?! Я даю тебе время до завтра, не принесешь пальто, я тебя...

— Проблемы, сестренка? — ехидный голос братца прерывает его пылкую тираду.

— Нет! Знакомлюсь с новеньким! А ты не лезь не в свое дело, Чез! От тебя и без того одни неприятности!

Я зла на него еще с утра, когда снова увидела в глазах отца тревогу за придурочного сыночка, которому плевать на все и всех.

Услышав мой резкий ответ, блондин удивленно изгибает бровь и выпускает меня из захвата. И почему-то я испытываю толику разочарования...

ЯВОР

Вот так совпадение. Вчера хотел раскрасить личико смазливому ублюдку, сегодня придушить несносную девчонку, а в итоге оказывается, что они брат и сестра. Причем, как я успел заметить, между ними тоже не все гладко. Гуманоид меня приятно удивил. Ожидал услышать от нее мольбу о помощи, а она отшила своего спасителя.

Поворачиваюсь к Висконти и встречаю на себе тяжелый взгляд, который с легкостью выдерживаю.

— У вас это семейное, выводить меня из себя?!

— Если еще раз увижу, что ты ее трогаешь, предупреждаю, тебя ждут неприятности в виде переломанной челюсти.

Сегодня он зол не на шутку, точнее ему совсем не до шуток. А вот я, напротив, чувствую себя более свободно.

— Надеюсь, — вальяжно облокачиваюсь на стену и жду его реакции.

— Вы знакомы?! — удивляется девчонка звенящим голоском.

Ни один из нас не отвечает на ее вопрос, как и наш зрительный контакт не прерывается ни на секунду.

— Может, когда я трахну твою сестренку, ты наконец-то исполнишь свои угрозы?!

Моя провокация работает на ура, и я добиваюсь реакции противника. Мне как раз необходимо выпустить пар. Пожалуй, лучше случая и не придумаешь.

Это последнее о чем я успеваю подумать, потому что он бросается в мою сторону, но мелкая успевает встрять между нами и помешать почесать об его рожу кулаки.

— Виски! Уходи! Я устала от твоего контроля! Подумай, наконец, об отце, а не о своем эгоистичном желании устроить очередную драку в стенах универа!

— Уйди с дороги, Бриджида! — Он сверлит сестру мрачным взглядом.

— Не уйду! — словно капризный ребенок она топает ногой, требуя свое.

А мерзавец любит ее. Видно невооруженным глазом. Но что-то между ними не ладно, раз она так отталкивает брата.

Что ж, по крайней мере, теперь я знаю слабое место этого ублюдка.

Младшая сестренка.

Мой пульт управления его эмоциями.

Внезапно понимаю, что перепалка с этими двумя наполняет меня жизненной энергией и компенсирует дефицит эмоций. Мне даже начинает нравится эта игра, которая только что пересекла линию старта.

— Встретимся еще, белобрысый, — грозно рычит Чезар, и я испытываю несравненное удовольствие от понимания, что его больше всего раздражает.

— Всегда рад встрече с тобой, — нагло заявляю в ответ.

Яростно сжимая кулаки, он нервно переводит взгляд с мелкой на меня и, ощущая свою беспомощность, резко покидает наш укромный уголок. Так торопится, что бесцеремонно расталкивает вставшую на его пути толпу студентов.

Пусть выйдет, подышит свежим воздухом. Ему полезно. В дальнейшем, прежде чем распускать руки и хватать меня за грудки, вспомнит о своей сестренке. Он сам переступил черту, а такое я не забываю, и еще верну ему должок за дерзость проявленную в мой адрес.

Посмотрим, насколько крут этот ублюдок.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ От смакования победы в мини-поединке меня отрывает звонкая пощечина, но она настолько невесома, что самое ощутимое от нее — это звук.

— Это тебе за твой грязный язык!

Девчонка порывается отвесить мне еще одну оплеуху, но я тут же обхватываю ее длинную шею пятерней и рывком подтягиваю к себе.

— А ты начинаешь мне нравиться, мелкая, — шепчу ей на ухо и наслаждаюсь властью, которой полностью поддается щупленькое тельце. То, что словно умерло в тюрьме, дает новые всходы и пробуждает моего беса. Стоящий колом член не может меня не радовать, ведь я не ощущал этого почти полтора года. И если она — единственный источник, чтобы вернуться к прежней жизни, я опустошу ее до последней капли. — Пальто! Завтра! Иначе это будет второй повод трахнуть тебя! — Выпускаю беззащитное горло из рук и позволяю ей взглянуть себе в глаза. — А чтобы не быть голословным, — подхватываю за маленькие ягодицы и сажаю ее на выступ в стене.

— Ч-что... т-ты делаешь, — дрожащим голосом пищит девчонка, упираясь мне в грудь худыми ручонками.

Не обращая внимания на ее слабое сопротивление, засовываю руки под юбку и приятно удивляюсь. Такая скромная ученица и в чулках. Чтоб не…

Сам того не замечая, поддаюсь былому азарту.

— Ай-яй-яй, разве папочка не говорил тебе теплее одеваться?! — Касаясь мягкой кожи, поддеваю трусики и начинаю опускать их вниз.

— Я принесу пальто! Хоть сегодня же! Только остановись! — тараторит девчонка, часто дыша, пока пытается оторвать мои руки от своей маленькой попки.

— Расслабься! Ты не в моем вкусе, мелкая. Слишком худая и плоская, — в очередной раз нарочито задеваю большеглазого гуманоида.

Она изначально вызывала у меня неоднозначные эмоции. Но мой член после голодовки сделал выбор за меня. Хотя после последнего раза доверия к нему больше нет.

— Тогда убери свои грязные руки, подонок! — шипит девчонка.

— Уберу только вместе с твоими трусиками...

— Что здесь происходит?! — раздается позади раскатистый мужской голос, который все-таки останавливает меня. Сука, и кто же на этот раз...

— Папа?! — испуганно вскрикивает мелкая и судорожно одергивает юбку.

— Бегом в кабинет! Оба! — рявкает на весь холл.

Папа?! Как-то слишком много представителей их семейства за один день. И чую, знакомство с данным персонажем будет самым худшим...