Явор

46

Девчонка спрыгивает со стула и, виляя своей маленькой попкой, стремительно покидает зал. Одариваю пацана злобным взглядом и, надеюсь, он прочтет по глазам, что я мечтаю расстрелять этого ублюдка в упор. Однако на разборки с ним нет времени, и я пускаюсь вслед за Бридой. Голова хмельная, и вокруг все будто под завесой дурманящего тумана. Захожу в женский туалет и застаю мелкую у зеркала. Она старательно обводит красной помадой свои аккуратные губы, а я хочу искусать их в кровь и выпить ее до последней капли.

— Попробовать дашь?

Брида вздрагивает, прежде чем помада выпадает из ее рук, звонко приземляясь на пол, и скатывается к моим ногам. Лениво наклоняюсь, чтобы поднять тюбик, но меня слегка ведет в сторону.

— Упс, — весело хмыкаю, а потом хватаюсь за стену и выпрямляю спину.

— Дай сюда, — требует, протягивая руку, но с места не двигается. Глаза испуганно бегают по сторонам, словно она продумывает план побега.

Медленно сокращаю между нами расстояние и кладу тюбик в раскрытую ладонь.

— Красный — цвет шлюхи, — говорю, грубо проводя пальцем по ее губам и размазывая помаду по лицу.

— Что ты делаешь? — верещит мелочь, со всей силы толкая меня в грудь. Для моего хмельного состояния этого достаточно, и я с грохотом врезаюсь в деревянную стену. Брида пугается и прикрывает рот руками.

— Прости, я не хотела, — едва слышно шепчет девчонка.

— Хотела, — ехидно подначиваю ее и принимаю более-менее твердое положение.

— Ты пьян.

— А ты выглядишь как грязная шлюха. — Ее ноздри разгневанно трепещут, а брови сходятся в центр, походя на острые стрелы. Скалюсь на столь бурную реакцию. — Так что мы квиты, детка.

— Иди к черту, мерзавец!

Ринувшись на выход, она терпит неудачу, потому что я цепляю ее за волосы и подтаскиваю к себе.

— Аааййй, — пищит мелкая.

Быстро наматываю локоны на кулак и поднимаю ее голову, сталкиваясь с маленькой войной. Во взгляде Бриды разгорается яростное пламя, словно в моих руках воинственная богиня Сехмет. Если бы она только знала, как меня это заводит, думаю, испепелила бы в миг. Жадно впитываю все оттенки гнева, выплескивающегося темно серым туманом из ее больших глаз.

— Опять замазала мои веснушки, — неосторожно тру ее щеку большим пальцем, высвобождая золотую пыль из-под тонны штукатурки, и нежно касаюсь бархатной кожи губами, — больше никогда этого не делай.

Слегка кусаю скулу, и из ее рта вырывается жалобный писк, а щуплое тельце тут же пробивает дрожь. Но меня это не останавливает. Я жадно провожу ладоням по хрупким ребрам и сдавливаю их так, что на мгновение она замирает, шумно выдыхая последние капли воздуха. Девчонка нарочно пытается показать мне, что ей это не нравится. Только вот она не знает, что перед ней стоит хищник, который ощущает все на инстинктивном уровне.

— Давай вернемся в бар. — Избегая зрительного контакта, упирается мне ладонями в грудь. — Меня скоро начнет искать подруга, — раздраженно щебечет девчонка, не оставляя попыток оттолкнуть меня.

— Подруга? — выгибаю бровь. — Или тот гондон, что трахал тебя глазами у бара?

— Ч-что?! — Мой одуванчик переходит в боевой режим, сжигая невинные пушинки разрушительным пламенем. — Ты вообще охренел? Сам, значит, развлекаешься с распутной блондинкой, а я что? Не могу принять комплименты от приятного парня? Ты не имеешь права мне указывать, ясно?! Я вольна делать то, что мне хочется...

— Брида, — обрываю ее тираду, — я пьян и очень зол. У меня испытательный срок. Не дразни мое и без того потрепанное терпение, иначе я раскрошу череп приятного парня прямо на барной стойке.

— Вперед! Вернешься туда, где тебе самое место!

Ощущаю, как мои губы кривятся в неприятном оскале, сжимаю волосы на ее затылке еще сильнее и запускаю руку под платье.

— Нет! — взвизгивает и стискивает бедра, но меня это лишь подстегивает зайти еще дальше. Проталкиваю ладонь сквозь плотно сжатые ножки, позволяя с губ сорваться сдавленному шипению. Черт возьми... от одной только мысли оказаться в ее тепле член болезненно наливается кровью.

— Мелкая, я очень жадный, — произношу, прикусывая мочку уха, и Брида растекается, словно восковая свечка возле костра, а моя рука с легкостью проскальзывает дальше. Проклятье, она просто создана для меня. Реакция этой девчонки пробуждает во мне дикое желание полностью обладать ей. Не только секс. Тело. Душа. Взгляд. Хочу, чтобы все принадлежало мне. Такая одержимость пугает, но тормоза давно превратились в бесполезные тряпочки. — Не люблю делиться, — шепчу, скользя языком в маленькое ушко, и всасываю его губами, отчего в крови разливается порция ядерных химикатов и жгучей волной простреливает в самые яйца. Я отодвигаю тонкую ткань трусиков в сторону, и Брида вновь напрягается, со свистом втягивая воздух, пропитанный моим вожделением. Нежно провожу пальцами по шелковистой плоти, и от наслаждения упираюсь лбом в ее лоб, выпуская гулкий хрип из своей груди. — Ты сводишь меня с ума, девочка...

Почему-то хочется быть с ней нежным. Ласкать этот чувственный цветок, как самый сладкий нектар вбирая в себя томные вздохи. Не спеша размазываю соки по бархатным складочкам, и мелкая закусывает губу, тихо постанывая, словно сдерживает себя. Не отрываю голодного взгляда от ее возбужденного лица. Как же она хороша. Раскрасневшиеся щеки буквально пылают от смущения, губы трепетно приоткрыты в ожидании, а глаза изредка встречаются с моими, разбрасывая черные искры, которые разжигают во мне неуемную жажду. Брида предпринимает жалкие попытки сопротивления, но порочное желание сильнее, на дает оттолкнуть меня.

— Белобрысый, — окликает меня со спины сиплый голос, прерывая жаркую прелюдию, после которой я планировал хорошенько отыметь малышку, — на задний двор! — От приказного тона я прихожу в легкий шок и, вскинув брови, оборачиваюсь, вынимая руку из горящей сладости. Рослый брюнет крепкого телосложения стоит, вальяжно опершись о стену плечом. — Хули вылупился? — сканирует настороженным взглядом. — Тащи свою задницу и смотри, никого не принеси на хвосте.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он отталкивается от опоры и покидает помещение.

— У тебя прямо талант заводить дружбу, — с довольным видом замечает девчонка, нервно поправляя задравшееся платье.

— Дааа уж, — протягиваю, — я очень общительный мальчик. — Возвращаю руки на маленькую попку и грубо стискиваю, отчего у мелкой прерывается дыхание. — Подаришь поцелуй на удачу?

Пробегаюсь языком по пересохшим губам, предвкушая сладкую влажность, которая сейчас мне жизненно необходима. Алкоголь дает о себе знать и меня мажет, превращая реальность в череду ярких вспышек.

— Думаешь, он тебе поможет?

— Думаю, я просто хочу оттрахать твой ротик языком, — заявляю, рывком притягивая ее к себе, чтобы прикусить манящие губы, но Брида отстраняется.

— Выживешь, обязательно поцелуешь, — дерзко шипит девчонка и отталкивает меня, отчего я непроизвольно отшатываюсь назад. Брида по максимуму пользуется моим расслабленным состоянием. Но на этот раз я не оказываю на нее давления, пускай выдохнет. Все равно сегодня возьму свое. Безусловно, я бы предпочел расслабить член в ее узенькой малышке прямо сейчас, а не вот это вот все, но...

— Удачи, — ехидно фыркает девчонка, прежде чем выйти за дверь.

***

Картины перед глазами слегка плавают и кружат голову. Облокачиваюсь на стену и опускаю голову. Я прекрасно понимаю, зачем меня столь любезно пригласили на встречу, и заторможенный мозг не задумывается о последствиях. Поэтому распирающий азарт, закипающий в моих венах, несет навстречу очередным проблемам. Распрямляю спину и вдавливаю ладони в глазницы, шумно выдыхая и заглатывая новую порцию кислорода. Нужно немного оклематься. Похлопав себя по щекам, немного прихожу в себя. Переступаю порог черного выхода, и в нос ударяет коктейль из холодного воздуха и сигаретного дыма. Именно присутствие запаха заставляет меня осмотреться вокруг.

— Воу-воу, парни, — произношу, отходя на пару шагов назад.

Ноги путаются из-за пьяного дурмана. Адреналин, доза которого молниеносно подскакивает далеко за пределы нормы, придает острый привкус былого куража. Шумно вбираю ноздрями воздух и с рыком выдыхаю. Четверо на одного. Шансы невелики, но повеселиться можно. А в связи с последними событиями в моей никчемной жизни кому-то очень не повезет попасть мне под руку. Я и так-то дурак, а пьяный — вообще пиздец. Но недолгие размышления обрываются, когда жилистый кулак пролетает мимо моего лица. Не осознавая даже, как я избежал столкновения, возвращаю корпус на исходную позицию. Мышечная память работает на ура. А вот от второго удара увернуться уже не получается, и острые костяшки рассекают мою губу, из которой тут же появляется теплая струйка крови. Слизываю ее языком и упираюсь ладонями в колени. На глаза попадается толстая цепь. Не дожидаясь очередной атаки, рывком бросаюсь к урне и поднимаю теперь уже свое оружие, звонко наматывая его на кулак.

— А что это мы приутихли? — Раскидываю руки в стороны и высовываю язык, проводя им по верхним зубам. — Вот он я, идите сюда, малышки. Желательно по одной. Оставлю на каждом вашем ебальнике авторскую подпись, — говорю, и в этот же момент с размаху вбиваю обмотанный цепью кулак в нос первому попавшемуся. Дааа. Вот он, звук чистого кайфа — хруст вперемешку с бульканьем крови, приправленные жалобным воплем. У троицы позади энтузиазма поубавилось. Но я ведь не гордый, сам подойду. Лениво шагаю вперед.

— Ну, давай, оставь мне автограф, белобрысый гондон, — рычит тот самый брюнет, что пригласил на столь веселое мероприятие, и резким броском сокращает между нами расстояние.

Быстрые движения слегка дезориентируют меня и, поймав нужный момент, он сгребает мое тело в захват, но повалить силенок ему не хватает. Я впиваюсь зубами в его руку и жестко сжимаю их, ощущая языком легкую вибрацию разрывающейся кожи. Вкус терпкой крови бьет электрическим разрядом прямо в мозг, будоража мои животные инстинкты, но уши неприятно закладывает от гортанного крика. Мне до ужаса хочется устранить этот раздражитель. Выворачиваюсь и точным ударом бью в ключицу, с глухим хрустом ломая ее. Новый пронзительный крик звучным эхом разливается в темной подворотне, но насладиться моментом мне мешает внезапная острая боль, прошивающая затылок. Ноги подкашиваются, и я падаю на колени. На этом мое триумфальное выступление окончено. Грубой хваткой меня поднимают под мышки и тащат в сторону, как сырой кусок мяса, пока взгляд не упирается в лощеные туфли. Волосы сжимают в кулак и жестко дергают назад, закидывая голову вверх. От удара в глазах еще двоится, но это смазливое лицо я узнаю, даже будучи слепым.

— Так это ты, красотка? Соскучилась? — улыбаюсь, и от натяжения треснутая губа рвется еще больше.

— Я предупреждал, но ты ослушался меня, — опускается тяжестью на плечи пафосно-низкий бас.

— Звучит скучно. — Прохожусь языком по деснам и сплевываю сгусток крови на его штанину. Ощутимый удар пронзает мою челюсть, вырывая из груди язвительный смех. — А она хороша, — медленно проговариваю, смакуя каждое слово в кровавом рту, — дааа, — скалюсь. — Знаешь, какой я испытал кайф, порвав малышку первым?

Серия точных ударов прилетает прямо мне по физиономии, отчего голова дергается из стороны в сторону. Однако мне необходимо физическое насилие. Я ждал этого. Только боль вытащит все мое дерьмо наружу. И эффект не заставляет себя долго ждать. Вместо азарта во мне слой за слоем просачивается жгучая ярость, подобная взрыву бомбы. Пытаюсь выдернуть руки, но вонючие гиены держат их, словно я распят, а передо мной стоит Иуда.

— Что, сука, один не можешь со мной справиться? — Хватит, веселье закончилось. — Таких крыс, как ты, меня учили закапывать заживо. Но я позволю тебе существовать и наблюдать, как я трахаю твою сестренку.

— Закрой свою пасть! — рявкает Чезар, надрывая глотку, и с ноги вышибает меня в грудь. Пара секунд свободного полета, и я приземляюсь на спину, тупо ударяясь затылком о бордюр. Перед глазами адская карусель, вперемешку с приглушенными звуками, а в голове звенящая пустота. Все на своих местах. В крови убойная доза виски, а в теле — боль.

Спустя какое-то время сознание проясняется от знакомого голоса, и в то же мгновение я чувствую теплые ладони на своем лице. Прищуриваю глаза и пытаюсь разглядеть затуманенный силуэт. Мне дается это с трудом, потому что голова глухо падает назад. Но я знаю, что это она.