Зорагалдиум. Потусторонний мир

Часть 3

Нечего было и надеяться на то, что они поверят мне. Всё это случилось в один день, потому что мы не сотрудничаем с Залдуоном. Он сам по себе. Однако контактировать с ним мы могли. И в тот миг, как дар предсказания дал понять, на какую тему состоится наша с Дэутом беседа, мы решили допросить саткара. И он всё это нам выложил. Читая мысли этого существа, мы поняли, что он не лгал. Миг мог вызнать это, потому что через Хордоз был связан с другими саткарами. А ему совсем не хотелось, чтобы кто-то разрушил этот мир, потому что он хорошо в нём устроился. Но то, что этому измерению грозило вторжение огненного воинства, было точно.

Болдер, конечно, был крепким мужиком, но даже для него было бы слишком большим испытанием, если бы мы излили на него всё, что произошло за это время. А потому мы начали с ближайшего – с меня. Когда в его кабинет вошла вся наша группа, он отложил все свои дела. На лице тут же проступили признаки тревоги, но сердце беспокоилось сверх того. Ему нравилось держать все события под контролем, и, когда что-то выходило за рамки, его это обескураживало. Вот и сейчас он боялся каких-то непредвиденных событий. Оглядев всех нас, он заговорил:

- Так, вроде бы все собрались. Значит, никто не умер.

Дэджей усмехнулся:

- Вы, как всегда прозорливы. Но всё-таки одного мертвеца упустили.

Начальник не знал, как реагировать на это. С одной стороны, шуточный тон громилы не вызывал никаких беспокойств. С другой – содержание слов никак не вязалось с его интонацией. Заговорил Мыслитель:

- Босс, вы представляете? Всё это время среди нас была нежить. Настоящая, живая, точнее, неживая, точнее, бессмертная нежить.

- Я бы подумал, что вы меня разыгрываете, но, Фил, ты ли это?

- Я серьёзно! Босс, наш Саркс, оказывается, нежить. Мертвец, зомби, упырь.

Стряхнув себя потрясение, Болдер попытался начать этот диалог заново. Но я увидел, что он был достаточно подготовлен к тому, что мы ему сейчас пытаемся сказать, а потому у него на глазах сбросил с себя маску. Конечно, это произвело на него неизгладимое впечатление, так что он вцепился в рукоятки своего кресла и сидел, гладя на меня, будучи не в состоянии сказать ни единого слова. Чего уж он никак не ожидал, так это увидеть бессмертного в своём кабинете. На самом деле, он не ожидал увидеть ещё много чего, но и это в том числе. Мои сослуживцы горели желанием продолжить говорить, однако сейчас было не самое подходящее время, а потому аура страха, которую допустил я до их сердец, удерживала от этого поступка. Так что в этот миг в кабинете начальника царило безмолвие. Он осматривал меня, пытаясь уместить у себя в голове, что человек, которому он сильно доверял, на самом деле оказался нежитью. Через какое-то время я понял, что эта мысль в его голове уложилась, а потому принял свой прежний облик, облачившись вновь в иллюзию человека. Это помогло ему поскорее прийти в себя, и первый вопрос, который он задал после этого, звучал так:

- Когда это произошло?

Он имел в виду, когда меня успели убить и воскресить. Я отвечал ему:

- Это было очень давно и не в вашем мире. Болдер, я пришёл в Эссентар уже бессмертным.

Тот схватился за голову, откинулся на спинку своего сидения и произнёс:

- Подумать только: живой мертвец в моей группе.

Мыслитель подхватил его слова:

- Вообще-то он не мертвец, а бессмертный, воскрешённый с помощью силы смерти.

- Ну, или так.

Он чуть помолчал, а потом обратился ко мне:

- То есть ты приходил в мой кабинет, мы с тобой разговаривали, я спрашивал твоего мнения, и ты всё это время был мертвее всех мёртвых?

- Бессмертным. - поправил я его. Он продолжил:

- В это как-то не сразу верится. Хотя, постой, но как ты мог бы одним из лучших сотрудников Эссентара, будучи медленным и неповоротливым зомби?

В общем, весь остаток того дня мы провели в кабинете начальника, обсуждая этот вопрос. Он перенаправлял все запросы и звонки другим группам, чтобы не отвлекаться от этого дела. Перед ним шаг за шагом открывалась истина о разораде. И постепенно всё вставало на свои места. В конце концов, он понял, почему я был таким проницательным, расчётливым и в ценным сотрудником спецназа. Мы засиделись допоздна в его кабинете, так что все вопросы решить не удалось. Он назначил нашу встречу завтрашним утром на этом же месте тем же составом, чтобы продолжать разбираться в этом деле.

Да, весь следующий день до сгущения сумерек мы вновь провели у Болдера. Все запросы и звонки, как всегда, перенаправлялись в другие группы, чтобы нам никто не мешал. Мы всё ещё продолжали обсуждать бессмертных, нашу сущность, наши возможности, наши цели и всё в том же духе. Он хотел понимать, какими ресурсами располагает, чтобы можно было правильно ими распорядиться. А потому у него было очень много вопросов. Однако ему не было по нраву одно – что разорад преследует в этом мире свои цели, и мы не пойдём вопреки собственным планам. Ведь Болдер, конечно же, хотел привлечь как можно больше нас в Эссентар, чтобы, подобно чародеям, в каждой группе был хотя бы один бессмертный. Он настолько привык к тому, что я, будучи бессмертным, подчиняюсь ему, что посчитал, будто бы весь разорад должен начать сотрудничать со спецназом или другими правоохранительными органами. И здесь мне пришлось напомнить ему о том могуществе, которым я обладаю. А потому, развеяв иллюзию жизни и позволив частице страха оплести его душу, я глянул ему в глаза и начал:

- Мы, будучи очищенными от грехов и постигшие совершенства, мы, кто были созданы Зорагой и возвеличены Бэйном, ни за что не станет прислужниками несовершенных и грешных людей. Ваш взор много у́же нашего, ваш общий разум не способен вместить всего, что вмещает один из нас, ваш дух – ничто по сравнению с нашим. А потому никто из людей не может указывать или же требовать от нас чего-то. То, что мы даём вам, это итог нашего милосердия и нашей снисходительности. Мы пришли сюда не потому, что вы позвали нас на помощь, а потому, что нас послал к вам наш владыка Бэйн. И я тебе уже рассказал о наших целях, человек. А потому не смей требовать от нас ничего. Я подчиняюсь тебе только лишь потом, что я сам так решил, я решил исполнять волю великого – изучать вас, людей, – тут. А потому пойми и запомни, что разорад всегда будет подчиняться только лишь нашему владыке.

Договорив это, я немного побыл в своём истинном обличии, глядя в его опущенные глаза, а после обратился обратно в человека. Болдеру, конечно, не понравилась демонстрация моей непокорности, потому что он был всего-навсего обычным человеком, не лишённым своих недостатков. И предсказать, каким образом обернётся моё наставление для него, мы пока что не могли. Поймёт ли он мою мысль и сможет ли её принять? Или же позволит своему неверному мышлению превозобладать над здравыми словами, чтобы продолжать думать, будто бы разорад обязан защищать его мир, его государство, его город, его район от таких же несовершенных и грешных людей? Это так же своего рода эксперимент, за которым я буду наблюдать.

Но стоит отдать ему должное – дальше его кабинета наш разговор не продвинулся. Конечно, моя группа, да и сам Болдер не перестали поднимать вопросы, касающиеся нежити или потустороннего мира, но удерживались от того, чтобы кто-то, помимо них, узнал о том, что я – представитель разорада. Пока что ещё было не время для того, чтобы открывать Болдеру о том, что нас ожидает в ближайший Зорагалдиум, потому что ему нужно было уложить в своей голове то, что он узнал обо мне. А я каждый раз наблюдал за тем, насколько хорошо это упорядочивалось в нём. Но, что было интересно, он смирился с тем, что разорад будет преследовать свои цели вопреки его желанию приручить нас. Постепенно облик безмозглых мертвецов, влачащих своё жалкое существование, подобное жизни, менялся на более правильный – на могущественных существ, сотворённых Зорагой и осенённых силой владыки Пустоты.

Мыслитель больше никогда не был прежним. Теперь, когда он увидел, почувствовал и понял, кто я такой на самом деле, насколько я велик и как сильно отличаюсь от облика нежити, общепринятого в этом мире, он стал более разговорчивым. Причём не только со мной. Как будто бы это его пробудило. Но так оно и было. Откровение, которое он получил за этот месяц, позволили заново взглянуть на эту жизнь. Оказывается, она не такая скучная, какой ему казалась. Оказывается, здесь есть место для магии, а также существ из потустороннего мира. Вот, с ним в строю стоит нежить, где-то в правительстве сидит саткар, а ещё грядёт день духа гибели, в который этот мир познает вторжение огненных ратей. И теперь он будто бы перешагнул черту сказки, оказавшись в другом мире. Он даже стал представлять, что Дэджей на самом деле огромный орк, а Невеста – эльфийка, Вяленый – странствующий воитель, который повидал множество дивных чудес, а все вместе они – команда героев, которые объединились для того, чтобы победить великое зло. Это настолько воодушевило его, что он стал читать книги фэнтези, играть в компьютерные игры такого жанра и в свободное время общаться с людьми, которые разделяют его новое увлечение. Он от них ничего не скрывал и рассказывал о том, что вместе с орком, эльфом, нежитью, двоими людьми-воителями и одним чародеем ходит в приключения ради истребления приспешников злого владыки. Он рассказывал, как всё было на самом деле, а его собеседники хвалили его за такое богатое воображение.

Однажды он подсел ко мне и попросил сделать его нежитью. Даже закрыл глаза и сказал, что он готов принять смертельный удар, чтобы после этого очнуться в ином обличии. Да, он много размышлял о моей сущности и понял, что хочет получить такое же бессмертие, каким обладаю и я. Однако он не учёл много других аспектов такого существования. Так что я отвечал ему так:

- Ты не понимаешь, о чём просишь.

- Понимаю. Давай, Сарксис, один удар, за ним один лёгкий жест – и я такой же, как ты, могущественный, а, самое главное, бессмертный. Я много над этим думал и понял, что хочу быть таким же как ты.

- Я вижу, над чем ты там много думал. Но, самое главное, помимо этого, я вижу, о чём ты упустил возможность подумать. Так что нет, ты не понимаешь, о чём просишь.

- Да брось, Саркс, возьми меня в ваше бессмертное воинство. Я буду распознавать ложь и правду, я буду читать чужие мысли, я буду владеть некромантией, чтобы убивать злодеев, воскрешать их трупы и усиливать тех, кого я обратил в себе подобного. Я буду тенью Пустоты. Я буду воплощением ужаса. Я буду владыкой смерти. И, конечно же, как и ты, я буду изучать людей. Я приложу к этому весь свой энтузиазм. Вы не пожалеете, что взяли меня к себе.

- А с чего ты взял, что, когда я тебя убью, бессмертным станешь именно ты? Может быть, это будет кто-то другой в твоём обличии?

- Да нет же. Это буду я, только другой я, бессмертный, служащий Бэйну, но всё-таки я.

- Уверен? Когда ты умрёшь, тебе уже не станет. И тот, кого я подниму к бессмертному существованию, будешь уже не ты. Филута Коста, который любит фэнтези, женщин, совершающих блуд с женщинами, а также различные взрывчатки, больше не станет. Он умрёт, чтобы из его души возродилось другое существо, для кого превыше всего станет не исполнение собственных прихотей, а воля бога Пустоты Бэйна. Для него перестанут иметь значения все твои увлечения. Все желания и стремления, то, чем ты наслаждался и от чего не мог отвести взгляд, для этого бессмертного уже не будет существовать. Да, у него будут твои воспоминания, он будет помнить, к чему ты стремился всю жизнь и что для тебя имело значение, но это всё – лишь информация, которая лежит в его разуме. Подобно тому, как у тебя на компьютере великое множество видео-файлов просто лежит и никак не влияет на его работу, так будет и с Филутисом.

Это объяснение поубивало его прыти, так что он немного призадумался над тем, что узнал только что. Но всё, что он сейчас рассказал, было не самой настоящей причиной, почему он подошёл ко мне:

- Я не хочу умирать. Окончание жизненного пути. Что может быть хуже? Я боюсь закрыть глаза и никогда не проснуться. Иногда я боюсь ложиться спать, ведь это означает, что моё сознание должно выключиться. А я не хочу, чтобы мои мозги отключались. Да, я понимаю, что это необходимая часть жизни человека, что разум таким образом отдыхает, и все знания занимают своё место в моей голове. Но всё равно понимание того, что я ночью ничего не осознаю, порой сводит меня с ума. Лучше думать всегда, постоянно, размышлять, что-то смотреть или слушать. Но никогда не оставаться бездумным, подобно трупу.

- Вот ты и ответил на свой вопрос – ты боишься умирать. Так как же ты примешь бессмертие? Тебе придётся умереть.

- Но ведь лишь на миг.

- Смерть всегда лишь миг. Ты закрыл глаза – и тебя в тот же миг нет. Пролетают года, десятилетия, века – твоё тело обращается во прах и, в конце концов, ничто. А тебя всё нет и нет. Ты не можешь этого даже понять, даже осмыслить, даже представить. Ты не можешь осознать, что тебя нет.

- Прошу, не надо. Просто обрати меня в нежить, и всё.

- Да будет так.

Он снова закрыл глаза, приготовившись получить удар и воскреснуть, но я вместо этого сделал иное – проник ему в разум и направил мысли так, чтобы он, наконец-то, осознал, что его сейчас не станет. Да, ему пришлось помочь, потому что, боясь смерти, он всегда обходил стороной эту мысль, никогда не углублялся в неё. И сейчас мои слова подготовили его к тому, чтобы окунуться в смерть. И, когда он это осознал, то в тот же миг разомкнул глаза сказал:

- Стой, не надо. Я понял. Я всё понял. Не надо.

Отстранившись от него, я отвечал:

- В этом нет ничего зазорного. В разорад обращаются лишь те, кому нечего терять. У тебя же в этом жизни есть то, с чем ты не готов расстаться.

Немного подумав над этим, он встал из-за стола.

Но на место потенциального бессмертного всегда придёт другой человек. С таким же вопросом однажды ко мне подошла Невеста. Только она свой разговор начала немного со стороны. Так что сначала мне пришлось выслушать её историю о том, что не может перестать думать о Валене, а потому хотелось бы избавиться от чувств, которые она питает к нему. С ней было немного проще, чем с Мыслителем, но в итоге она согласилась с тем, что поторопилась на тот свет. Да, могущество, обретаемое в бессмертии, притягивает каждого, однако никто из них не задумывается над тем, какую цену придётся заплатить им за такое обращение. И я помогал им понять, чем они пожертвуют. Как и следовало ожидать, никто из живых не готов променять всё, что называется жизнью, на могущество и бессмертие.

Обычно Болдер разговаривал со мной при всех. Но однажды он вызвал меня к себе одного. Я знал, зачем он хочет меня видеть. И если бы это не было угодно разораду, то наш разговор был бы коротким. Когда я появился в его кабинете, то почувствовал, как напрягся этот человек, хотя вида, конечно, не подавал. Он боялся меня. Несмотря на то, что он узнал обо мне, и несмотря на то, что он понял из своих личных размышлений, он всё равно не мог принять кого-то ещё, кроме человека. А теперь, когда рядом никого не было, только лишь мы вдвоём, он ощущал себя ещё более беззащитным.

- Присаживайся. - предложил он мне. Я занял место перед ним и дал ему возможность собраться с мыслями, после чего тот начал:

- Я уверен, что ты знаешь обо всём.

- Конечно». - совершенно невозмутимо отвечал я ему. Тот немного помолчал и отвечал:

- Хм, теперь, когда я знаю о тебе всё, это кажется немного жутким.

Он имел в виду моё невозмутимое поведение. Я сказал:

- Болдер, расслабься. Тебе незачем меня бояться.

- «Расслабься». «Тебе». Наверное, ты хочешь уйти из Эссентара? Я прав?

- Отнюдь. Просто сейчас я разговариваю с тобой не как подчинённый с руководителем, а как высшее существо с низшим.

- Значит, мы, люди, низшие?

- Конечно. Из-за ваших грехов вы не можете возвыситься. Несовершенство мешает.

- Ладно, отключи, пожалуйста, своего нежитя. И включи спецназовца.

- Как скажете.

Он чуть помолчал, пытаясь разглядеть хоть какие-то изменения во мне, но, не обнаружив таковых, сказал:

- Министерство обороны отнеслось к тебе… Довольно терпеливо, что очень странно, потому что я ожидал какой угодно реакции, но не той, какую получил от них. Уверен, это ваших рук дело.

Он ожидал от меня хоть каких-то слов, но я ничего не говорил, потому что он был прав – Гаролдис, который занимает место в правительстве, поруководил таким образом, чтобы подготовить министерство к этому известию. Да, мы учли и предвидели вмешательство людей в наши планы, а потому предприняли необходимые меры. Поняв, что я ничего не скажу, Болдер продолжил:

- В общем, твоё присутствие в Эссентаре открыло для нас доступ к новым миссиям, более сложным и значимым для нашего государства. Конечно же, речь идёт об устранении противников. Но только это не простые враги государства, не обычные люди, каких мы привыкли уничтожать. Цели, против которых ты будешь выступать, гораздо опаснее. В министерстве обороны лежат задания, которые не удалось выполнить никому. Специально обученные убийцы и линчеватели пытались ликвидировать кого-то из них, но никто так не смог этого сделать. Поэтому министерство хочет разучиться поддержкой нежити в этих делах. Ты всё также будешь числиться в составе Эссентара, будешь продолжать участвовать в специальных миссиях, но изредка будешь отвлекаться, чтобы выполнять особенные контракты от министерства. Если вы, бессмертные, настолько могущественны, как ты мне тут рассказывал, это не составит для тебя труда. Таким образом ты окажешь великую услугу нашему государству. Кому бы другому я представил время для размышлений, но мне кажется, у тебя уже готов ответ. И я желаю услышать его.

- Да, разораду угодно то, что вы предлагаете. Я берусь за эти тайные поручения.

- Вот и славно. Я отправлю в министерство твой ответ. И, когда будет первое поручение, я обязательно дам тебе знать.

Он молча уставился на меня, а после спросил:

- У тебя есть вопросы?

- Нет.

-Тогда можешь возвращаться к своей группе.

- А как же прощальное напутствие, которое вы заготовили для меня, когда я открою дверь вашего кабинета?

- Что ж, раз уж ты знаешь о моём напутствии, значит, ты знаешь его содержание. И смысла в нём уже не имеется.

На следующий день это самое тайное задание пришло на мой компьютер в виде сообщения на электронную почту. Этим самым «Неизвестным отправителем» был Акидла́й Воо́лдош, один из членов министерства, помощник министра. В его сообщении было указано место и время встречи. И, конечно же, я пришёл туда, куда надо, тогда, когда это требовалось. Увидев меня, человек, сидящий на лавочке в парке, дружелюбно помахал мне рукой, словно мы давние друзья. И, когда я приблизился к нему, он натянул улыбку, пожал мне руку и сказал:

- Приятно познакомиться, Сарксис Теосталл. Вот, возьмите.

Он передал мне сложенные вдвое листок бумаги, однако я сжёг его в зелёном пламени и сказал:

- Оно не требуется. Я знаю всё, что там написано, и всё, что ты мне хочешь сказать, человек.

Тот, не переставая улыбаться, говорил одними только губами, чтобы по ним нельзя было прочитать его слова:

- Думаю, не стоит тут демонстрировать свои способности.

- Твои старания сохранить конспирацию напрасны. Никакие потенциальные враги не наблюдают за нами, можешь мне поверить.

Он перестал натягивать уголки рта:

- Я рад это слышать и склонен верить вам.

- Прежде чем я приступлю к выполнению задания, прошу, передай Акидлаю, что больше не нужно никаких посыльных. Пусть присылает мне на электронную почту сообщение о том, что новое задание готово, и я с помощью своих способностей узнаю, кого нужно устранить.

- Я вас понял. И ещё вопрос, если позволите.

- Нет. - ответил я ему и обратился тенью Пустоты, устремившись в необходимое место.

Нет ничего удивительного в том, что всех их сверхсекретные организации не могли справиться с некоторыми врагами государства, потому что это либо были нелюди, либо достаточно особенные люди. К примеру, то первое задание от Акидлая касалось особо опасного маньяка, который поселился на вершине горы и спускался оттуда раз в два месяца и приходил в одно из поселений, чтобы убить одного человека и снова уйти в своё уединённое место. Он никогда не скрывался и никого не боялся. Его пытались остановить местные стражи порядка, за ним высылали специальные силы, а позже его пытались изжить три палача – так называют людей Акидлая. Но все они трое были убиты им.

Когда я переместился на ту самую вершину горы, то увидел человека, одержимого саткаром. Миг, который сидел в нём, нажрался людских душ и был таким могущественным, каким не мог стать ни один из представителей этих коротышек. Однако он попал в ловушку собственных желаний, как в неё когда-то угодил Сампеон и его зератели. И теперь, каждые два месяца в нём пробуждается, нет, не голод, как если бы это было что-то неотвратимое и неудержимое, но желание. Когда оно становилось непреодолимым, он спускался вниз, убивал, пожирал душу и поднимался опять сюда. Его смысл жизни исказился. Он не мог наслаждаться этой жизнью, но и не мог её завершить, а просто существовал, чтобы пожирать несчастных. Это существо выглядело как самый обычный мужчина средних лет, одежда на нём практически рассыпалась, но ему было всё равно, как он выглядит. И всё же, несмотря на всё это, даже невооружённым глазом можно было видеть, что он далеко не человек. Кожа была красна, как будто бы он только недавно принял баню, а теперь стоял и глядел на мир, давая своему телу остыть. На лбу проступали два небольших чёрных рога. Глаза, правда, были не как у саткара, ведь одержимые – это не сами саткары, а потому из них просто вырывалось пламя. Он обратил на меня внимание и только лишь успел сказать: «Прочь отсюда, нежить», как моя сила тут же лишила его жизни. Тело без поддержки саткара обратилось в прах, зераж мига взметнувшись ввысь, последовал за ним туда же. И восемнадцать душ, которые раньше питали его силу, устремились туда, где были убиты. Я знал, что Акидлаю нужно будет какое-нибудь доказательство смерти этого маньяка, но от него ничего на осталось. Однако я подсуетился и положил свой мобильник в нагрудный карман, оставив включённой запись, чтобы запечатлеть момент его смерти. После этого я пришёл на базу и отправил со своего компьютера сообщение на адрес, настоящий адрес Акидлая Воолдоша. В письме было прикреплено это видео, а также послание:

«Это было первое и последнее сообщение, которое я отправлю. В следующий раз доказательств не будет. И тебе придётся мириться с неизвестностью или же проводить расследование, чтобы выяснить результаты моей миссии. Однако, думаю, предоставленного материала тебе более, чем достаточно, чтобы понять: я способен выполнить твои поручения. Лишь по одной причине я не стану делать работу – если это не будет угодно нам».

Таким образом в определённых кругах узнавали о нашем существовании. Некоторые из разорада в этом мире приняли решение поступить подобным образом, так что в других частях данного измерения люди прибегали к нашей помощи. Мы же от этого имели богаты опыт в их изучении. Но в общем и в целом, весь этот мир не знал о нашем существовании. Мы умело скрывали это от тех, от кого хотели это скрыть, и давали знать о нашем присутствии тем, в отношении кого хотели это раскрыть. Но вместе с тем мы внедряли в умы правителей этого мира предупреждение о скором вторжении саткаров. Конечно, против организованного воинства пламенных порождений Хора человеческие усилия будут бессмысленны, однако мы давали им возможность хотя бы подготовиться к этому, хотя бы уж предпринять какие-то попытки спастись и укрыться. А ещё мы хотим посмотреть, как они станут поступать в случае глобальной угрозы. Пока что до вторжения было достаточно времени, поэтому мы не могли предвидеть их поведение. И, сотрудничая с тайными организациями, мы пытались понять, как они мыслят. Но души людские для нас продолжали быть бездонными глубинами, в которых мы пока что плохо ориентировались.

После того, как мы раскрылись перед некоторыми людьми, прошло очень много времени. Я продолжал выполнять указания от Акидлая. Большинство поручений от него касалось молодых валирдалов. Неопытные чародеи были не совсем осторожны, а потому их вычисляли и пытались ловить, чтобы принудить работать на государство. Но по той причине, что путешественники не имели никакого желания участвовать в государственных делах, министерство хотело заполучить их силой, но те оказывались неуловимыми. Ещё бы. Какие-то там ничтожные люди нечета этим талантливым мастерам магического искусства. И вот, мне было поручено либо изловить их, либо уничтожить. Это было очень глупо, а потому я не собирался делать ни первого, ни второго. Я просто не брался за выполнение таких контрактов, потому что валирдалы способны были сами решить эти проблемы. Так как я обязался больше ничего не писать Акидлаю, тот лишь думал, что я справлялся с его поручениями. Это была основная и самая главная причина, почему в большинстве миров, где среди обычных людей обитают валирдалы, они решают не раскрываться.

Изредка мне доставалось особое поручение, где мне нужно было устранить саткара, который скрывался среди людей. Да, если одержимый не будет страдать манией величия и подпитывать себя слишком могущественными силами, то он сможет быть неотличным от других людей, как, например, тот же Залдуон. Но даже такие одержимые могли проявить неосторожность и попасть на глаза тайным службам, однако уже справиться с ними эти самые службы способны не были. Может, повредить оболочку у них и получится, но миг просто покинет её и вселится в другого человека, продолжив своё беспечное существование. И вот изредка мне давались такие заказы, чтобы я уничтожил именно саткара. Но в большинстве случаев я не делал этого – лишь предупреждал саткара о том, чтобы он сменил носителя и вёл себя осторожнее. И в совсем редких случаях я уничтожал самого мига, потому что он проявлял дерзость. То же самое было и у других бессмертных, кого правительство просило выполнить особое поручение. И вот, бессмертному по имени Алостис дали особый заказ, о котором нужно рассказать поподробнее.

С древнего наречия слово «тро́га» обозначает время. Образованное от него слово «трогдало́д» можно перевести как «владыка времени». Достаточно звучный титул, достойный какого-нибудь великого. Но на самом деле великие все трогдалоды. Они одновременно существуют в каждом отрезке времени. Для них нет вчера, сегодня и завтра. Это сложно понять и представить, потому что мы все находился в рамках законов времени. Для нас как раз таки существует вчера, сегодня и завтра. Но, чтобы попробовать понять, как видят время великие, можно представить себе книгу. Мы можем открыть её на начале и прочитать, с чего всё начиналось. Мы можем отварить середину и посмотреть, что было там, а можем перейти сразу к концу, чтобы увидеть, чем всё закончилось. Мы можем быть в любой точке этой истории. Несмотря на то, что для героя этой книги прошло вчера, идёт сегодня или скоро наступит завтра, мы стоим над временем, что протекает в книге. Герой подчинён законам этой книги. Мы – нет. Мы можем ходить по этой истории туда и сюда. Подобным образом великие стоят над нашим миропорядком и глядят на нас как на героев книги. Частица подобной силы может быть у какого-нибудь другого существа. И вот, Алостис получил указание как раз таки устранить такого трогдалода.

Найти его не составило труда. Вот, бессмертный глядит на него, как тот неспеша прогуливается по центральному парку. Это самый обычный человек 25 лет, даже не ленгерад, однако в нём томится незначительная частица силы бога, которая как раз таки даёт ему власть над временем. Но это не просто дар, это стало его сущностью, его качеством, его навыком. А как и любой другой навык, власть над временем можно и нужно развивать. Но в нём оно было развито слабо. Несмотря на это, Курт был самым обычным человеком. Мы легко могли проникнуть своим взором в его мысли, чтобы вызнать оттуда всё о его жизни. В том числе о том, как проявляется его способность управлять временем. Он мог замедлять его. Весь мир становился в несколько раз медленнее, давая самому властелину троги возможность всё обдумать и среагировать на опасность. Его навык завязан на его желании. Он мог всего-навсего усилием воли замедлять течение реки времени. Конечно, для этого ему приходилось сильно сосредотачиваться. Но итог был на лицо – именно таким образом он попал в поле зрения тайных служб, именно таким образом он избегал столкновений с ними каждый раз. Само собой, организация хотела завербовать такого уникального человека в свои ряды, чтобы он служил на благо всего государства. Но Курт хотел только лишь спокойной жизни. Он совсем не горел желанием быть важным человеком, выполнять всяческие государственные поручения и обладать несметным богатством. Власть над временем оставляла свои отпечатки на его жизни. Он никогда не был бодр или весел. Эта власть была для него в равной степени и благословением, и проклятьем. Конечно, кто из обычных людей не захочет обладать какой-то сверхъестественной способностью? Но Курту даже не приходилось выбирать. Она просто появилась у него в пять лет, так что маленький мальчик понял, что может по своему желанию заставлять весь мир вокруг двигаться немного медленнее, а за двадцать он сумел немного развить её, из-за чего замедление становилось сильнее. Но в то же самое время усиливалась и усталость, которая приходила с каждым использованием этого навыка. Он прибегал к своей способности только лишь в личных целях. Например, разглядывать полёт бабочки, падение капель дождя или красивых девушек, застывших в моменте делающими шаг. Курт даже не задумывался, что за ним со стороны могут наблюдать те, кто обязательно захотят использовать его силу в своих интересах. И вот, однажды его схватили. Однако, используя свою власть, он выбрался из хватки агентов тайной организации, а после благополучно сбежал. Да, очень глупая выходка со стороны людей. И хоть они после этого не пытались схватить его таким образом, но тродалод каждый раз избегал любого контакта с незнакомцами, которые хотят заговорить с ним. А, чтобы не получилось так, что они незаметно подкрадутся к нему сзади для того, чтобы оглушить и схватить, он теперь постоянно пребывает под действием своей силы, так что мир вокруг него остаётся чуть замедленным, а его внимание всегда рассеянным, чтобы подмечать любые изменения, которые происходят вокруг, и не пропустить надвигающейся опасности. Он больше не допустит того, чтобы к нему даже приблизились те, кто являются его неприятелями. Такая осторожность, смешанная со способностью повелевать временем, давала ему некое предчувствие опасности. Но агенты тайной службы не прекращали попыток заговорить с ним. И хоть он всё время убегал от них, однажды он решил выслушать то, что они ему скажут.

- Курт! Курт, дружище, постой. Меня зовут А́кклод. Я не хочу причинить тебя никакого вреда, поверь.

- Вы мне уже надоели! Что вам от меня нужно?!

- Выслушай меня, Курт. Мы знаем о твоих уникальных возможностях и хотим, чтобы они были направлены в нужное русло. Нам очень нужна твоя помощь.

- Кому это, вам?

- Нам, всем жителям этой страны. Послушай, дружище, давай пойдём в тихое местечко, посидим за бокалом пива, поговорим

- Нет! Говорите, что хотите от меня, сейчас, или я ухожу.

- Хорошо-хорошо. Послушай. Я – представитель тайной организации, которая занимается выслеживаем и устранением особо опасных преступников, что угрожают безопасности наших граждан. Благодаря нашей работе мирные люди, в числе которых и ты, могут свободно ходить по улицам городов, не боясь никаких опасностей и врагов. И твои способности помогут выполнять нашу работу более эффективно. Ты только подумай…

- Я что, буду убивать людей?

- Нет! Что ты? Нет! Для таких, как ты, у нас найдётся более тонкая работа. Никакого кровопролития. Ты только подумай: у тебя будет всё, о чём ты лишь мог мечтать. Собственный дом, автомобиль, дорогая и стильная одежда, репутация, деньги, властные друзья. Лишь единицы могут достичь подобного собственными силами. А мы тебе дадим всё это здесь и сейчас.

Агент приумолк, дав возможность Курту высказать своё мнение по этому поводу, однако молодой человек ответил:

- Я хочу лишь одного – покоя. Поэтому отстаньте от меня.

Договорив это, он использовал свою власть над временем и просто ушёл от них. Да, от них. Ведь несмотря на то, что агент пытался всеми силами показать, что он пришёл один, Курт знал, даже чувствовал, что где-то неподалёку находился второй, возможно, снайпер.

Это ещё сильнее оттолкнуло его от этих агентов, так что при любом намёке на их присутствие, он тут же применял свою способность и просто неспеша уходил из того окружения. Однако агенты государства не отступали от него и постоянно преследовали. Больше пяти лет они ходили за ним по пятам, пытаясь снова заговорить с ним или просто забрать силой. Иногда за ним гонялись целые конвои, против него составлялись целые операции, его пытались, словно зверя, загнать в угол, взять в кольцо, вымотать и схватить обессиленным. Но за эти года они только лишь закалили его, так что Курт стал ещё более чутким и подмечал разные, даже самые незначительные намёки на опасности, а его возможность замедлять течение времени отнимала не так много сил, так что он мог находиться в таком состоянии гораздо дольше. Он мог легко покалечить этих агентов, мог их просто-напросто убить, чтобы избавиться от преследователей раз и навсегда. Однако он не мог поднять руку на человека. Не он дал им жизнь, и не ему её отнимать. А потому он просто спокойно покидал место, где его пытались схватить, и шёл туда, где никто ему не угрожал. Да, из-за того, что агенты поджидали этого человека везде, у него не было работы и дома, а потому он вынужден был использовать свои силы для того, чтобы поддерживать свою жизнь. Не совсем честно, конечно, однако эти агенты сами превратили его в преступника. И хоть сейчас его жизнь нельзя называть спокойной, это был его выбор. Тем более после того, как посланцы государства пытались изловить его и буквально поработить, ведь он не верил в их обещания о хорошей жизни, он для себя окончательно решил, что не хочет иметь никаких дел с представителями властей или же их агентам. И вот последние пару лет он живёт в относительном спокойствии, потому что члены тайной организации отчаялись уже его поймать и больше не докучают своим присутствием. Однако Курт из-за этого бдительности не терял и продолжал находиться под постоянным воздействием собственной силы, чтобы в случае приближения противника понять это и быстро среагировать, ведь несмотря на то, что он – тродалод, всё же власть над временем у него пока что относительная, и нужно учитывать это самое время при планировании очередного побега от неприятелей. Подумать только: человек, на которого сейчас смотрел Алостис, был вписан в эту историю несмываемыми чернилами, однако у него была способность буквально брать себя за шкирку и вытаскивать из этой книги, чтобы беспрепятственно прогуливаться по её страницам.

Бессмертный проник к нему в разум и первым делом ограничил его доступ к удивительной способности, чтобы тот не сбежал, а после возник перед ним. По той причине, что парк в полдень обычно был не так многолюден, как вечером или в выходной день, Алостис предстал перед ним в своём жутком обличии, но не целиком, чтобы могущество зора не привлекло лишнего внимания, а холодная аура ужаса не сковала собеседника. Мы почувствовали, как трепет, порождённый самим Куртом, кольнул его сердце. Но разорад стал вкладывать свои слова ему в голову, говоря:

- Не суетись. Я не из этой тайной организации, которая всю твою жизнь пытается изловить тебя. Но признаюсь честно, это они послали меня за тобой, чтобы я устранил тебя, ведь, как известно, то, что человек не может подчинить себе, он постарается уничтожить.

- Что тебе от меня нужно? Тоже будешь предлагать какие-нибудь несметные сокровища, уважение и работу под стать моим силам?

- Взгляни на меня, трогдалод. Посмотри повнимательнее и ответь: разве я похож на человека, который только ищет возможности отобрать и воспользоваться ради собственного блага? Да, я иное существо, хоть и было взято из людей. Поэтому я здесь по другой причине. Я рассмотрел тебя и увидел, что ты считаешь свою власть над временем больше проклятьем, нежели даром. А потому был бы рад, если бы оно исчезло из твоей жизни, ведь ты не хочешь быть ни героем, ни злодеем, а простым человеком. И это твой выбор. Никто не смеет решать за тебя, как ты должен проводить свою жизнь.

- И что ты мне хочешь предложить? Обычную жизнь? Не поверю ни за что.

- Что ж, не хочешь, не верь. Но ты должен понять одну простую истину – ты особенный. Если хочешь, избранный. Твои способности уникальны, и в будущем они понадобятся великому предназначению.

Алостис замолчал, потому что слова были подобраны верно. И Курт сменил своё неверие вниманием. Он готов был слушать, что ему скажет бессмертный, а тот сказал:

- Не бойся. Они больше не смогут причинить тебе вреда.

Тродалод оторвался от своих мыслей и осмотрелся. Да, агенты появились как будто бы из ниоткуда. Один из них даже заговорил:

- Отличная работа, Алостис, сам знаешь кто будет доволен.

Пока возмущение Курта не вырвалось из его уст, бессмертный отвечал:

- Я сказал Тува́йлу, что буду выполнять его поручения только лишь в том случае, если это будет угодно разораду. И нам угодно, чтобы трогдалод оказался не в ваших руках.

- Не глупи, нежить. А иначе будешь иметь дело со всеми нами.

- Я сказал своё слово. И, если вам дороги ваши жизни, вы уйдёте отсюда.

Но они, конечно же не ушли.

Алостис использовал силу Пустоты и перенёс через подпространство сюда четырёх снайперов, которые находились на крышах зданий, что располагались вокруг этого парка. Они выпали из чёрных порталов, задыхаясь от нехватки воздуха и скрючившись от целого каскада других неблагоприятных воздействий, которые испытали их тела за те мгновения, пока переносились сюда через нижнее пространство. Алостис глянул на остальных агентов, навеивая каждому из них ужас, так что для некоторых демонстрации этого могущества было достаточно для того, чтобы понять: им лучше отступить. Некоторые опустили свои пистолеты, когда другие не пожелали этого. Они открыли огонь, и каждый сделал несколько выстрелов в их сторону. Трогдалод уже подумал, будто бы его жизни наступил конец, однако увидел, как пули поглощаются незримым зелёным куполом, который накрывал место, где они находились, и перестал бояться. Когда выстрелы завершились, Алостис направил силу смерти в каждого, кто нажимал на спусковой крючок, так что пламя зора поглотило их всех без остатков, оставив от них лишь беспомощные души, которые безмолвно взывали к бессмертному, умоляя даровать им освобождения от этого жуткого плена небытия. Когда воцарилось безмолвие, тихий, но тем не менее жуткий голос разорада достиг нужных ушей:

- Теперь я сделал своё дело. И, если вам дороги ваши жизни, вы уйдёте отсюда.

Заключительный штрих этого действа дал нужные результаты – буквально через минуту никаких агентов не было видно в округе. Алостис обратился к Курту:

- Не расслабляйся. Это ещё не конец. Теперь они бросят все силы на то, чтобы уничтожить тебя. Однако тебе не нужно их бояться. Я буду оберегать тебя.

- Ну уж спасибо. Я хотел тихой и мирной жизни. Но теперь я могу об этом только мечтать.

- Тихая и мирная жизнь стоит того, чтобы за неё побороться.

Договорив последние слова, Алостис развоплотился и стал незримой тенью следовать за тродалодом.

Этот инцидент повлёк за собой довольно серьёзные последствия. Они были предсказаны и не только с помощью зора, но и по аналогии. Несмотря на то, что изучение людей было сложным делом, всё же кое-какие выводы мы сумели сделать. Различные государства обладают различным складом ума. Там, где этих существ изучал Алостис, людьми правил человек, который не желал мириться с тем, что ему отказывают. А потому было собрано совещание, на котором все руководители специальных и тайных служб получили указание отыскивать и ликвидировать всю известную нежить, обитающую на территории их государства. Подавляющее большинство приняли это указание, когда как были два человека из числа руководителей, кто попытались выразить иное мнение. Один из имел представление о силе разорада, когда как другой, наоборот, ничего не знал и хотел, прежде чем бросить нам вызов, хотя бы подробнее узнать своего противника. Но глава государства надавил на них и принудил поставить в своих организациях приоритетную задачу по вычислению и ликвидации всех бессмертных. После этого было ещё много подобных заседаний, на которых уточнялись сведения, составлялись планы действий и корректировались задачи, но именно то, первое заседание, было решающим, из-за чего улицы городов наводнились броневиками и различными патрулями с целью выслеживания нас. Конечно, руководитель страны считал наше существование вздором и россказнями, которые пришли в его страну из-за границы, как новомодное и глупое веянье, а потому он смотрел на всех нас как на людей, объединённых какой-то одной навязчивой идеей. У нас, конечно, имелось множество способов и возможностей, как донести им мысль о том, что с нами бессмысленно бороться, однако мы не стали этого делать, потому что модель поведения людей поменялась, а это значило, что у нас появилась другая возможность изучить этих существ. Мы могли увидеть их с другой стороны.