Звездные Рыцари

Глава 6

Планета Арлекин

Система ЕТС-23415АА

12 декабря 2243 год а с основания Новой Империи (три месяца назад)

Зона ответственности Золотой Лиги

три месяца назад

Палящее голубое солнце медленно опускалось за горизонт. Температура воздуха постепенно падала до вполне комфортной, а пылевая буря, длящаяся последние три дня, наконец, полностью стихла.

Именно из-за этой бури, не сказать, что неожиданной, и задержалось отбытие последней группы экспедиционного корпуса Золотой Лиги. Ведь нужно было проконтролировать последнюю волну высадки. Шел второй этап Голодных игр. Хотя, именно второй этап все обычно называли «Сытыми играми», ведь делать их участникам практически ничего не надо было. Ну, разве что умереть во славу Империи и Императора.

— Ну надо же! — усмехнулся лорд-стратег экспедиционного корпуса Золотой Лиги, рыцарь-командор, граф Константин. — Похоже, для Лиги сегодня удачный день!

У него было еще много титулов и званий. Один из лучших воинов Золотой Лиги, глава клана Ястребов… И мой отец.

— Доклад! — коротко бросил лорд-стратег, даже не оборачиваясь.

Между двумя железными исполинами — телохранителями лорда-стратега, что стояли позади своего господина, протиснулся капеллан-интендант Игнатий.

— На данный момент примерно полпроцента инициируемых всё еще сопротивляются. Подтвержденных инициаций — двести сорок три человека.

— Значит будет еще около двух десятков, — кивнул лорд-стратег и улыбнулся. — Говорю же, удачный день!

С этим трудно было поспорить. Я стоял рядом с отцом на высоком холме, откуда открывался прекрасный вид на каменистое пустынное плато, где прямо сейчас массово умирали люди. Ну, подавляющее большинство из них. Меньшая часть, примерно девять и восемь десятых процентов от высадившихся ста тысяч, мутировали… Точнее, попытались это сделать, но кто же им даст? Бойцы нашего экспедиционного корпуса безжалостно пресекали такое, отбирая жизни у несчастных уродов.

Видя, как группы и единичные особи мерзких по своему облику и подобию мутантов рвут мертвые тела бывших участников, не выдержавших излучения элериума, на куски, я не испытывал ничего. Они сами сделали свой выбор, или его сделали за них, но суть одна — они оказались здесь, а значит знали, что могут умереть.

Причем конкретно эти люди выбрали свой путь сами, в отличии от первой волны участников Голодных Игр. Те же сдохли почти в полном составе при высадке, а кто отказался в последний момент садиться в посадочный модуль — получил либо пулю в лоб, либо дальнюю и долгую дорогу в миры-рудники, где человек изредка доживает до тридцати. Империя не любит трусов, а если ты оказался на Голодных Играх, то выхода у тебя только два — вперёд ногами или сражаться. Иного не дано.

Толпы тварей проливали кровь, окрашивая поверхность и без того красной планеты в бордовые тона. Среди бойцов клана ходила байка, что Арлекин настолько пропитался кровью с тел убитых на его поверхности людей, что сама земля приняла её оттенок. Конечно же я не верил в эти слухи, подкрепленные ничем, кроме хмельных паров их рассказывающих. Простой люд любит балаболить по напускным причинам и рассуждать о великом, но в одном я согласен — этот мир опасен. Как и любой другой, Мёртвый Мир.

— Еще двадцать четыре, — капеллан-интендант Игнатий, приложив палец к гарнитуре в ухе, выдал окончательный вердикт. — Итого двести шестьдесят семь инициированных.

— Отлично! — кивнул лорд-стратег.

Этих самых инициированных счастливчиков сейчас наши воины вытаскивали из творящегося внизу ада буквально за шкирку, так как сами они ничего не соображали. Все инициированные — теперь самый ценный актив, который может быть у любого из Великих государств — своеобразные «личинки» одаренных, что в перспективе смогут стать величайшими воинами человечества — Звездными рыцарями. Как мой отец и как, возможно, в будущем, я.

Желание возвыситься, жажда славы и богатства, а возможно просто азарт или безысходность, сподвигли всех этих людей на этот поступок. Стоило ли это жизни? Кто знает, в какой ситуации был каждый из этих людей, решивших испытать свою удачу в этом кровавом ритуале.

В отличии от первого этапа Голодных игр эта высадка была контролируемой, а участвующие в ней люди относились к двум категориям: либо оплатившие огромные деньги за «билет», либо тщательно отобранные старейшинами кланов из миллиардов кандидатов.

Посадочные модули, больше напоминающие огромные летающие гробы были раскиданы по плато, согласно четкому плану. Вышедшие из них искатели силы тут же попадали в энергетическое поле самой планеты, усиленное находящимися здесь же контейнерами с элериумом — самым ценным материалом в Галактике, ради которого, собственно, и была затеяна вся эта экспедиция. Материал, который давал силы людям, благодаря которому были возможны гиперпространственные переходы. Материал, который буквально был чудом, ну или божественным даром, что человечество с удовольствием приняло и использовало, но так и не поняло тайны его происхождения.

Эти контейнеры были бесценным сокровищем, что задержались на планете только с одной целью — вновь увеличить излучение элериума до минимально требуемого, чтобы позволить людям пройти инициацию. Да, за все тысячи лет, прошедшие после открытия элериума, людям так и не удалось точно выяснить стопроцентные условия для инициации. Каждое Великое государство имело свои, тщательно охраняемые тайны, позволявшие немного увеличить шансы на успешное прохождение инициации.

И да, лорд-стратег был прав. Двести шестьдесят семь человек из ста тысяч — это вполне себе удача, ведь обычно инициируются примерно 0,2–0,3 процента. То есть могло быть как двести, так и триста человек. Сейчас показатель «выше среднего», и это и есть удача, ведь каждый потенциальный рыцарь на вес элериума! Учитывая, что половина будет отдана Императору, в соответствии с Клятвой, сто тридцать три будущих рыцаря — это огромная ценность для любого из Великих государств.

Казалось бы, что такое каких-то два десятка человек для государства, в котором живут миллиарды людей? Вот тут-то и скрывается первая ошибка. Не двадцать «человек». Уже не «человек». Прошедшие инициацию уже не обычные люди, а потенциальные полубоги из древних легенд старой Терры. Практически неуязвимые для обычных людей и их оружия, своеобразные супермены, носящие гордое звание «звездных рыцарей».

— Эсквайр! — голос лорда-стратега оторвал меня от размышлений, коим я предавался, наблюдая за процессом инициации. На людях мой отец всегда называл меня только так, подчеркивая мой особый статус, одновременно не примешивая личное.

Эсквайр. Да, я тоже был одаренным, как и мой отец. Единственный одаренный из ста сорока двух его детей от сорока пяти партнёрш и одной жены, моей матери. Что, впрочем, также было удачей. Ведь чаще всего за всю жизнь одаренным так и не удавалось получить одаренного потомка естественным путем.

— Да, мой лорд, — я склонил голову в приветствии, ожидая приказов.

— Оповести капитана Эндрю, эвакуационные модули стартуют через три часа и ни секундой позже.

— Да, мой лорд, — кивнул я еще раз и незамедлительно отправился выполнять приказ, направляясь к палатке орбитальной связи, что стояла позади нас примерно в ста метрах на краю холма.

Вслед за мной, молчаливой тенью двинулся мой нянька и слуга в одном лице — Ульрих. Огромный, здоровенный как медведь мужчина, который, казалось, застрял в неопределенном возрасте где-то между сорока и шестьюдесятью. Хотя на самом деле ему было девяносто восемь, я знал это точно. На два года старше моего отца. Старый страж нашего клана, которому так и не суждено стать Звёздным рыцарем. Таких, как он называют «выбраковкой». Люди, только-только вставшие на путь рыцаря, но уже достигшие своего предела из-за тех или иных причин, как например отравление элериумом, либо же перекручивание Созвездия, которым обладал каждый одарённый. Ну или просто ему не повезло с генетикой, так тоже бывает, увы.

Одним словом — калека. Не рыцарь, но уже и не эсквайр. Низшее звено среди элиты, на котором Ульрих так и остался с молодости. Но даже такие люди полезны. Своей верностью и исполнительностью. Да и силы у них было побольше, чем у обычных людей. В моём случае — старик стал нянькой и телохранителей ещё когда я был младенцем, и находится рядом со мной всю мою жизнь, заодно и являясь наставником по учёбе.

С этого края холма была видна большая долина, где застыли огромные эвакуаторы — универсальный планетарные модули, своеобразные «тягачи», что могли поднять на орбиту как груз, так и людей, в зависимости от прицепного контейнера, который они захватят своими огромными манипуляторами.

Приказ лорда-стратега относился к капитану Эндрю — командиру огромного транспортного судна, принадлежащего Золотой Лиге, что доставил в эту звездную систему участников Сытых игр от Золотой Лиги. Именно к нему через три часа вылетят эвакуационные модули, которые понесут ценный груз с планеты. Кто-то из них повезет элериум, а кто-то — инициированных одаренных.

Мой отец был вторым человеком, после лорда-командующего, который с основной частью экспедиционного корпуса Золотой Лиги уже покинул Арлекин, забрав, кроме большей части обычных бойцов, еще и всех рыцарей, кроме рыцарей клана Ястребов, то есть — прямых вассалов моего отца.

В остальных уже не было необходимости. Экспансия завершилась успешно для Золотой Лиги. Её экспедиционным корпусом было захвачено двадцать восемь процентов территории планеты, больше всех из семи Великих государств. Бедные ублюдки из первой волны хорошо постарались на благо государства в Голодных играх. А следовательно — Золотая Лига получила больше всего элериума.

Два года экспансии не прошли зря. Это был первый опыт моего отца в качестве лорда-стратега после того, как старый герцог, Великий командор Крис из клана Воронов отошел от дел. Одаренные жили бессовестно долго, по сравнению с простыми людьми, но и они рано или поздно отправлялись на свидание с Костлявой. За очень редким исключением. Одним из таких исключений был бессмертный Император.

И первый же опыт в качестве лорда-стратега, принес Константину из клана Ястребов славу и почет. Последний раз Золотая Лига была первой в Играх двадцать три года назад. А ведь от занятого места зависела, ну кроме благосклонности Императора, еще и доля элериума, оставленная на нужды государства, после выплаты «императорской десятины». Смешное название… Ведь как раз десять процентов полученного элериума оставалось у победителя, а девяносто отходило Империи и Императору, а не наоборот. Государство, чей экспедиционный корпус занял второе место оставлял себе девять процентов, ну и так далее. Кроме условно «проигравшего», седьмого государства. Проигравший не получал ничего.

Прямо сейчас, мой отец уже предвкушал свое триумфальное возвращение домой. Его успех не могли не заметить и не отметить. Он не говорил прямо, но скорее всего, мой клан переберется на столичную планету Золотой Лиги — Таурус, со всеми вытекающими привилегиями.

Это огромный шаг для всего клана. И это исключительно заслуга моего отца. Благодаря полученному званию Рыцаря-командора он поднял свой клан со дна «пищевой цепочки», получив один из ста графских титулов, вместо расформированного клана Медведей, заодно забрав себе двух Рыцарей из бывших «медведей». Да, Рыцари не принадлежали сами себе. Они были собственностью либо Империи, либо одного из государств. Звездные Рыцари были слишком большой ценностью, чтобы иметь собственную свободную волю. И если клан по какой-либо причине распадался, то они переходили в другой клан, дабы усилить его, по решению правителя.

Так что сейчас, получив должность лорда-стратега, а главное — оправдав доверие, вполне вероятно, что благодаря свершениям Константина, клан поднимется еще выше. Чем черт не шутит, возможно в перспективе мой отец станет одним из десяти герцогов, возвысив клан Ястребов до «первой линии»!

— Что за… ⁈ — услышал я голос лорда-стратега, оторвавший меня от размышлений, и резко обернулся, взглядом поймав движение на краю эвакуационной зоны. Земля начала разламываться, открывая трещины, из которых вырывались клубы пыли и жара. А затем показалась первая из тварей.

Из глубин вылезло огромное существо, по виду напоминающее помесь червя и бронированного насекомого. Его тело было покрыто толстой хитиновой броней, испещренной шипами, а пасть усеяна рядами острых зубов. И первое, что сделала эта тварь — впилась зубами в стоящий на плато грузовик, доверху набитый элериумом. Секунда и один из транспортов с бесценным грузом исчез в маленьком ярком солнце желтого пламени. «Проклятие элериума»…

Так назвали его еще первые исследователи, поняв, что этот материал чрезвычайно нестабилен. Поняли они это, когда решили зачистить гнездо аномальных тварей, охраняющих огромный кристалл элериума с помощью орбитальной бомбардировки. Ведь в атмосфере Мертвого мира, до зачистки его от крупных кристаллов и уменьшении уровня излучения сложная техника работать отказывалась. В общем, кристалл сдетонировал от первого же близкого разрыва бомбы, унеся с собой как всех окружающих тварей, так и огромную массу бесценного минерала. С тех самых пор добыча элериума стала крайне сложной и… кровавой.

Следом за первой тварью начали появляться и другие, словно они долго ждали своего момента под землей. И один за другим начали взрываться остальные транспорты…

Разведка оплошала — была моя первая мысль, стоило увидеть, как за из-под земли вылезают всё новые и новые твари. Нам докладывали, что всех чудовищ в округе вырезали, но, видать, где-то облажались. Следом пришла вторая мысль — нас банально задавят массой. Отец и его телохранители сильны, да и я пусть и эсквайр, но знаю, с какой стороны браться за меч. Не говоря уже о гвардии, куда не набирают слабаков. Но тварей слишком много. Третья же мысль была повернуться и сражаться. Звёздные Рыцари не бегут от врага, кем бы он ни был. Будь-то мифические демоны иной реальности, хтонические твари Мёртвых миров, или иной другой враг.

Я остро пожалел, что Звездные Рыцари Лиги и основные силы уже покинули планету вместе с лордом-командующим, оставив эвакуацию на нас. На клан Ястребов. И уж никто не ожидал подобного нападения, особенно в последний момент. А еще я почувствовал слабость, ощутив, как завибрировал мой Источник и пока еще единственная, не до конца не сформированная Звезда внутри меня яростно закрутилась, войдя в неконтролируемый ритм…

— Перезагрузка!!! Необходимо эвакуировать инициированных и элериум! — даже в такой ситуации отец рассуждал здраво. Без первого и второго нашему клану точно конец, даже если выживем и вернёмся. А что до его первого слова…

Перезагрузка. Благословение и проклятие Мертвых миров. Слава Императору, чрезвычайно редкое явление в неурочный час. Мёртвые миры, в которых люди нашли элериум, зачищались людьми с самого начала времён, когда легендарное исследовательское судно «Искатель» нашло первый из миров и человечество открыло для себя элериум, а затем — и его чудесные свойства.

Так вот, существовали «свежие» и «старые» Мёртвые миры. Свежие, такие как Арлекин, были недавно найдены и зачищались впервые. После чего они автоматически превращались в «старые». Что это означало? Всего лишь то, что через некоторое время происходила Перезагрузка, в результате чего мир снова наполнялся элериумом и защищающим их сонмом тварей. Как часто случалась Перезагрузка и по какому принципу она начиналась? Этого не знал никто. Но, по факту, существовали Мертвые миры, которые ни разу не «перезагружались» после первой зачистки. А в исключительно редких случаях, Перезагрузка происходила прямо в момент зачистки планеты. Как это и произошло сейчас.

А это значило лишь одно. Что все Звездные Рыцари на планете умрут от перегрузки, сгорят изнутри в жарком пламени разрушающихся Созвездий, а обычные люди — пройдут «лотерею» инициации. У нас есть немного времени, чтобы убраться с планеты. Совсем немного и далеко не у всех. Первыми погибнут сильнейшие среди нас, чьи Созвездия уже сейчас пошли «вразнос». Например, мой отец…

— Эсквайр!!! — громко окликнул меня лорд-стратег, а когда я уже вытащил клинок из ножен и приготовился к бою, он сказал то, отчего которого моё сердце пропустило удар: — Убирайся отсюда! Займись эвакуацией!

Под ложечкой засосало. Возникло мимолетное желание задать кучу тупых вопросов из разряда: «А как же ты?» Мне не хотелось бросать отца и рваться защищать тех немногих, кто прошёл инициацию, либо вытаскивать саркофаги с элериумом, но я не мог пойти против приказа лорда-стратега. И в довершение своих слов, будто не оставляя мне шанса, он добил окончательно:

— Это приказ, эсквайр! Ульрих, уводи его отсюда!

В глазах отца, пусть он и отдал этот приказ, я всё же увидел желание уберечь меня. Те самые эмоции, которые он показывал так редко, почти никогда, решив сделать из меня в будущем нового главу клана. В наших отношениях не было той самой известной отцовской и сыновней любви, но уважение… Да, уважение было. А потом его лицо исказилось от боли… Дикой боли, когда он понял, что скоро он сгорит в ярком пламени собственной силы, когда Созвездия Источника взорвутся внутри него.

Мне на плечо тяжело легла сухая ладонь старого слуги, как бы успокаивая и потянула в сторону шаттлов.

— Нужно поторопиться, молодой господин, — судя по его лицу, он тоже почувствовал давление излучения и его три сформированные Звезды единственного Созвездия Силы также дали о себе знать.

Я сжал челюсти и через силу выдохнул сквозь зубы, хотя отец уже и не слушал меня:

— Будет сделано, лорд-стратег…

Развернувшись, я сделал первый шаг, поднял сапогами пыль этой убогой планеты. Безжизненной и красной, как кровь. А затем рванул со всех ног, опустив лезвие клинка в земле и чуть в сторону, дабы не мешал. Ульрих бежал позади меня, готовый в любой момент прикрыть собственным телом.

Лишь на миг я обернулся через плечо, чтобы увидеть, как отец и его телохранители бросились вперёд, пытаясь привлечь внимание тварей на себя и отвадить их от эвакуационных модулей.

Первые шаттлы пошли на взлёт. Маршевые изрыгнули потоки ревущего пламени, обжигающего землю. Аппарели ещё не до конца закрылись, народ неорганизованной толпой рвался на борт, спасая свои жизни. Крик и гомон стояли такие, что могли привлечь не только червяков-переростков, но и всю живность на многие километры.

Дико заверещал наручный счетчик излучения, на моих глазах шкала опасности рванула из зеленой зоны в желтую и не собиралась останавливаться. И я уже видел начало конца…

— Милорд эсквайр! — побежал мне навстречу сержант, имени которого я не знал, а значит он из новеньких в нашем клане. — Эвакуаторы с тридцатого по тридцать пятый загружены! Часть инициированных эвакуированы! Остальные…

— Довольно, сержант! — резко оборвал я его речь и пробежался взглядом по тем немногим гвардейцам, что ещё стояли у шаттлов.

Практически все находящиеся здесь обречены. Неодаренные — скоро начнут под действием облучения проходить инициацию. С печальной вероятностью остаться в живых, конечно же. На моих глазах одного за другим скрутило трех гвардейцев, которые с хрипами упали на красную землю и забились в конвульсиях. На лицах их товарищей застыл натуральный ужас.

— Господи-и-ин. — прохрипел Ульрих у меня за спиной.

Я развернулся и увидел, что лицо моей «няньки» исказила гримаса боли, а в голове мгновенно пролетели вся известная мне информация о действии полного излучения Мертвых миров на уже одаренных людей. В безопасности находился только я, имеющий ранг эсквайра. По факту я совсем недалеко ушел от только что инициированных людей и мог функционировать в плотном смертоносном облучении элериума. Вероятность выживания стражей оценивалась как высокая, при быстром извлечении их из источника излучения. Тут их «недоразвитость» также была их же и благословением. А вот полноценным Звездным рыцарям оставалось всё меньше и меньше времени до момента их смерти.

А наручный счетчик излучения, тем временем уже почти заполнил желтую зону, вплотную подобравшись к оранжевой. Это была уже катастрофа…

— Уходите, господин… — Ульрих тяжело упал на одно колено, но всё еще продолжал бороться.

А вот сержанта, всё еще стоящего передо мной внезапно перекосило. Он с рычанием потянулся к вороту брони и рванул ее вниз. Я завороженно смотрел, как длинные когти, в которые превратились человеческие пальцы, разорвали металлокерамику нагрудника пехотной брони, способной выдержать очередь из плазмогана.

Мое тело отреагировало быстрее, чем мой разум. Со свистом силовой клинок вылетел из ножен и, продолжая движение, рванул к горлу формирующегося мутанта. В последнее мгновение, вспомнив еще одну из лекций Ульриха, я использовал «Выброс энергии», напитав клинок силой. Возможно, я перестраховался, но возможно и нет. В любом случае — уже нечеловеческая голова бывшего сержанта слетела с плеч и покатилась вниз по склону холма весело подпрыгивая и разбрызгивая кровь из перебитых артерий.

— Уходим! — заорал я, вновь хватая Ульриха под плечи. Он застонал, но поднялся. Сзади уже слышались автоматные очереди — кто-то из наших всё еще пытался сдерживать напор тварей, хотя ясно было: долго никто не продержится.

Я смотрел, как один из телохранителей отца — рыцарь Зорг — ринулся в гущу чудовищ, в руке его пылал двуручный клинок, оставлявший на панцирях тварей шрамы из белого пламени. Он погиб красиво — как и мечтал, наверное — во вспышке звездного пламени. Второй телохранитель, рыцарь Сайрус, ушёл почти сразу после: тело его вспыхнуло, и в яростной перезагрузке Источника вырвался поток энергии, расплавив землю в радиусе полусотни шагов.

А затем… пришла очередь отца.

Я застыл, не в силах пошевелиться.

Он стоял среди множества тварей в одиночку. Все бойцы клана, кто находился в зоне инициации уже или умерли от излучения или погибли, сражаясь с тварями. Мантия командора уже тлела, золотая броня потрескалась от внутреннего давления, лицо искажено болью, но… Он улыбался. По-своему, жестко, как всегда, когда принимал окончательное решение.

Он поднял глаза к небу, губы беззвучно прошептали молитву, а затем его взгляд, на мгновение, скрестился с моим. Я понял. Он больше не мог говорить — из глаз его текла кровь, губы были обожжены потоком энергии изнутри. Но я понял всё.

«БУДЬ ДОСТОИН».

Он шагнул вперёд — и взорвался.

Не как бомба. Нет. Это была смерть звезды. Сфера ослепительного света вырвалась из его груди, поднимаясь ввысь, и расширяясь во все стороны как сияющий купол. Вся девятизвездочная мощь его Созвездия Энергии вырвалась наружу в одно мгновение. Всё, что было вокруг — твари, кровь, грязь — исчезло в этом свете. Я закрыл глаза, но даже сквозь веки видел белый жар, слышал звон в ушах. Несколько секунд я не чувствовал тела. Только пульс.

Когда открыл глаза — отца уже не было. Только огромный кратер, где когда-то стоял человек, которого я знал всю свою жизнь. И, кажется, любил…

— Он… успел… — прохрипел Ульрих, прижавшись ко мне. — Мы… живы…

Я сглотнул, чувствуя, как нечто рождается внутри. Нет, это не было отчаяньем или сожалением. Что-то глубже. Что-то крепче. Это была решимость. Решимость нового главы семьи. И пусть мне было всего семнадцать лет, но я теперь старший мужчина в семье. И это налагает на меня ответственность.

— Мы уходим, — выдавил я.

Мы добрались до ближайшего эвакуатора. Его двери уже закрывались, когда мы взбежали по аппарели внутрь, пилот кричал что-то бессвязное, сопротивляясь влиянию смертоносной ауры. С грохотом створки сомкнулись, и в следующий момент всё сотряслось — ускорение прижало нас к полу.

Я глянул в иллюминатор.

Планета Арлекин умирала. Или, может быть, рождалась заново.

За стеклом проносились всполохи новых взрывов, толпы мутантов, бегущих за модулями, красный туман над израненной землёй. Вспышка… Вспышка… Словно сама планета кричала в агонии.

Но я улетал. Живой и невредимый. Словно в насмешку, сквозь дрожащую вибрацию транспорта, в голове прозвучал голос отца. Или его эхо: «Будь достойным». Я не знал, что ждет меня дальше. Знал только одно — обратной дороги в беззаботное детство уже нет…

Корпус модуля дрожал, за спиной звучали крики и плач чудом спасшихся людей, а я стоял и смотрел пустым взглядом в закрытую дверь. На гладкий металл, отливающий бордовым цветом в свете лампочек на потолке. В голове не было мыслей. Сплошная пустота, даже отходняк от прошедшего боя не чувствовался. Внутри будто что-то щёлкнуло, надломилось. Наверное, это все священнослужители и капелланы называют душой?

Почувствовав, как Ульрих положил ладонь мне на плечо, я медленно повернул к нему голову. В серых, будто выцветших, глазах старого слуги было столько же боли, как и в моих. Для меня лорд-стратег был отцом, а для него — светом и господином, давшем больше, чем мог мечтать себе калека-выбраковка в любом из других кланов.

— Вы сделали всё правильно, молодой господин, — голос стража звучал глухо, а каждое слово давалось ему очень тяжело.

— Да, Ульрих, — отстраненно ответил я, продолжая ощущать, как внутренняя пустота поглощает меня. А затем, убирая клинок, что я до сих пор сжимал в руке, в ножны, тихо добавил: — Твой приказ выполнен, отец… Клан будет помнить тебя… Я буду помнить…