Беглый в Гаване 3

Глава 10

Саша вышел из центра ближе к семи. Голова гудела — в «забое» он отработал по полной. Расшифровки, аналитика, отчёт на стол. Кто-то бы после такого пошёл пить чай или спать, но не он.

Он ехал через вечернюю Гавану на костиной машине с кондиционером, по улицам, где всё пахло жареным рисом, бензином и остывающим асфальтом, а внутри было непривычно прохладно и пахло чем-то приятным. Машину вёл сам — руки делали всё автоматически, а в голове уже прокручивались варианты: какая музыка будет в «Тропикане», что скажет Алена, когда он появится, и как бы так аккуратно намекнуть, что он не просто «парень на вечер», а что-то посерьёзнее.

Инна стояла у крыльца, когда «Dual Ghia» мягко вырулила на подъездную дорожку воз касы. Она прищурилась и, махнув рукой, заставила Щеглова затормозить.

— Саша… извини, конечно, но что это за чудеса? — она обвела взглядом салон и постучала пальцем по дверце. — Почему ты едешь именно в нашей машине?

Щеглов чуть смутился, но изобразил привычную ухмылку:

— Так получилось. Костя разрешил. Сказал, мол, «пусть Саша прокатится, проветрится».

— Разрешил? — Инна вскинула брови. — А он сам в курсе, что у него планы на вечер с «Тропиканой»?

— В курсе, — уверенно соврал он, хотя знал, что Костя лишь мельком кивнул, не вдаваясь в детали. — Ты же понимаешь, у меня после смены башка кипит. А тут — воздух прохладный, мотор мурлычет… и ещё это… очень важная встреча впереди.

Инна покачала головой, и усмехнулась:

— Знаю я эти важные кобелиные встречи! Смотри, только не вляпайся. Машина у нас одна, новая. И если вернёшь с помятым крылом, я первая тебя сдам генералу.

— Договорились, — кивнул Саша, заводя мотор. — Верну в лучшем виде. Может, даже чище, чем взял.

Она постояла ещё секунду, наблюдая, как машина плавно тронулась, и пробормотала вполголоса:

— Ну, Щеглов… если уж Костя доверил, значит, и мне придётся поверить.

Дома — душ, дезодорант, рубашка с коротким рукавом. Белая, почти праздничная. Натёр ботинки. Посмотрел в зеркало — лицо чуть осунулось, но глаза светятся.

— Поехали, — сказал сам себе.

«Dual Ghia» мягко зашелестела по дороге к «Тарара». У въезда знакомый охранник уже кивнул без проверки, но брови от удивления поднял. Саша запарковался, поднялся по знакомой лестнице и постучал в дверь.

Открыли быстро. Но не Алена.

— Ааа, это ты! — завизжала одна из её подруг — та самая с манго. — Дамы, наш красавчик пришёл!

— Ты что орешь, как на карнавале? — из ванной комнаты крикнула Алена.

Она вышла босиком, в лёгком летнем платье с открытой спиной, волосы ещё влажные, будто только из душа. Увидев Сашу, улыбнулась — не просто вежливо, а с теплом.

— Я почти готова.

— У нас… — вмешалась вторая подруга, — к тебе предложение. Мы тут подумали, а не взять ли тебе с собой небольшой эскорт?

— Что? — Щеглов даже не сразу понял.

— Нас трое. У нас как раз выходной. Ну и… мы тоже хотим в «Тропикану».

Саша перевёл взгляд на Алену. Та пожала плечами, почти невинно:

— Они правда хорошие. Сидеть в номере обидно. Мы же не в ссылке.

— Но билеты… — начал он.

— Купим на месте. В худшем случае — девчонки постоят. Они не обидятся, если мы с тобой сядем отдельно. Правда?

— Мы вообще готовы сидеть у сцены, — подмигнула одна из них. — Или на сцене. Вопрос бюджета.

— Вот именно! С вас на входе потребуют от 20 до 50 баксов, или столько же в конвертируемых песо, и это цена за просто постоять на задних рядах. Бесплатно Havana Club 3 años и мохито. Все остальное за СКВ…

— Ой, а что же делать Сашенька?

— Не знаю девочки…

— Сашуня, ты же у нас умненький — придумай что нибудь…

Щеглов выдохнул. Всё, конечно, шло не по сценарию, но с другой стороны — чего он ждал? Что стюардесса с характером будет сидеть одна и ждать его в углу, как школьница?

— Ладно… Подождите тут…

Саша направил свои стопы к помещению охраны, где был телефон. Предъявив свой «вездеход» он набрал телефон своего однокурсника по ВИИЯ, который проходил как и он стажировку, только при аппарате Главного военного советника.

Сейчас застать его на службе было маловероятно, но попытаться стоило. К его удивлению трубку сняли после третьего гудка.

— ¿Quién habla?(Кто говорит?)

— Влад это я Щеглов.

— Привет земеля!

— Что делаешь?

— Ничего, на хате тоже самое, только кондиционера нет.

— Сходил бы куда-то, с кем-то…

— Ты что не знаешь наших реалий? С местными не поощряется, причем с двух сторон.

— Ну а наши дамы?

— Почти все наши дамы замужем, а те которые еще нет — дочки всяких родителей, а к ним только с самыми серьезными намерениями… А оно мне надо?

— Слушай, тут рядом со мной есть две наши сеньориты, но есть нюанс…

— Они хотят в «Тропикану»!

— Ого! Как говорится «губа не дура», но вопрос можно решить…

— Как?

— Возьмем Валерку Гущу, у него, как я знаю и входные есть.

— Это то у которого…

— Да, папа генерал…

— Связывайся с ним, я через пять минут перезвоню.

Положив трубку я пошел на воздух:

— Vuelvo en cinco minutos, una llamada más.(Я вернусь через пять минут, еще один звонок.)

— Sí.(Да.)

На улице, возле своего домика стояла Алена и смотрела на океан. Я тихо подошел сзади… Она сама тихо прислонилась к парню.

— Должно все получится mi belleza…(моя красота…)

— Ты знаешь, ты как вышел, я как-то сразу поняла что ты решишь эту проблему.

В комнату я вернулся через семь минут.

— Значит так, — вполне серьезно сказал я. — У меня машина, но не автобус. Влезем — едем. Кто не влезет — тот останется грустить с манго.

— Мы худенькие, — сказала одна, подпрыгнув.

— Влезем хоть в «Победу», хоть в рай, — добавила другая.

— А я сяду спереди, — спокойно сказала Алена и туь же потянулась за сумочкой.

— А вопрос не только в вас, будут еще два кавалера…

— А-а-а-а-а!!! — Заверещали обе Аленины подружки.

— … с входными билетами!

И моментально обе щеки Щеглова были в помаде.

Щеглов смотрел на неё — через это лёгкое безумие вокруг него, на её спокойную решимость быть с ним даже среди хаоса. И это вдруг понравилось. И даже очень.

Он с усилием кивнул.

— Тогда поехали.

Девчонки взяли клатчи, один флакон духов на двоих в сумку — и вся наша четверка вышла к машине.

— Мама дорогая!!! Какая красота… Ты сколько секретов продал, парень? — Спросила одна из подруг Алены.

Щеглов склонился к Алене и прошептал:

— Генерал приказал дать покатать тебя…

В условленном месте парни их уже ждали. Игорёк Головин и Валера Гуща — его сокурсники по ВИИЯ.

— А чего ты не сказал раньше, что нужны парни? — ухмылялся Игорёк, поправляя ремень. — Мы думали, это всё шутка.

— Это и есть серьёзно, — сказал Щеглов, — если не облажаетесь, будет все ок.

— У нас костюмы чистые, зубы почищены, настроение на девять баллов, — Женька хлопнул меня по плечу. — Показывай, где они.

Внутри машины стюардессы уже были при полном параде — платья лёгкие, яркие, волосы распущены. При виде двух парней засмеялись:

— Ну ничего себе доставка!

— Нам можно выбрать? — подмигнула другая, глядя то на Игорька, то на Женьку.

— Можете даже поменяться в пути, — усмехнулся я. — Но без остановок, немного опаздываем.

«Dual Ghia» стояла у бордюра, сверкая свежим кузовом. Алена устроилась спереди — скрестила ноги, подложила под них сумочку. Парни открыли задние двери, но девчонки вдруг, с хихиканьем, нежданно-нагло уселись им прямо на колени.

— Ты не против? — спросила одна у Валерки, облокотившись на его грудь.

— Я уже благословлён! — тот театрально прикрыл глаза.

— Саша, вези нас скорее, пока мы тут всех не развратили, — бросила другая.

Машина при этом немного просела, хотя один Валера был за сотню кэгэ, пневмоподвеска не сдалась — бодро и почти неслышно отработала компрессором и выравняла клиренс, и машина тронулась в путь.

На заднем сиденье сразу поселился смех, духи, щекотка, длинные ноги на весу и игривые руки на плечах кавалеров. Саша вёл машину спокойно, но с ухмылкой. Алена, не поворачивая головы, сказала тихо:

— Редко вижу, чтобы трое мужчин так честно радовались своей судьбе.

— И это хорошо.

— У тебя тут комфортно как в салоне самолета…

— Работает кондиционер…

Они весело ехали через вечернюю Гавану, где фонари давали золотой отблеск на капот, а впереди уже пульсировал огнями клуб «Тропикана», где нас ждала музыка, перья, коктейли, и что-то такое, что нельзя спланировать.

Но именно ради этого и стоило ехать.

Клуб «Тропикана» сиял, как алмаз в бархатной шкатулке. Неоновый свет отражался от мокрого асфальта, в пальмах пели какие-то ночные твари, а на входе — очередь, гомон, смех и цоканье каблучков. Женщины в платьях, мужчины в костюмах, танцы уже слышались изнутри — музыка лилась как густой, сладкий ром.

Саша припарковал «Dual Ghia» у служебного входа — по-офицерски, типа «мне туда можно».

Охранник в белом пиджаке и с золотой бляхой на груди было напрягся, но, увидев Щеглова и блеснувший военный пропуск на лобовом стекле, кивнул:

— Служивые? Проходите. Там боксы свободны ближе к сцене.

— Мы туда и целимся, — бросил Игорёк, придерживая под руку свою спутницу, которая уже не ходила, а вилась вокруг него, как плющ.

Внутри — полумрак, запах духов, алкоголя и разогретых тел. Музыка — смесь джаза, румбы и чего-то дикого, что невозможно было разобрать, но хотелось двигаться в ритме. Щеглов держал Алену под локоть — не крепко, но так, будто знал: если отпустит, может потерять.

Им дали столик сбоку, чуть выше сцены. Слева — выступающие девушки с перьями и шейками, как у лебедей, справа — толпа уже пьяных канадцев, визжащих от восторга.

Алена сняла шаль с плеч и закинула её на спинку стула. Оголённая спина блестела под светом ламп. Щеглов почувствовал, как у него пересохло во рту.

— Ну что, товарищ офицер, — сказала она, склонившись ближе, — танцуем или сначала разминаем моральный стержень?

— Он уже морально размят. Физически — тоже, — он кивнул на оркестр. — А ты?

— Я сейчас покажу тебе, что такое «аэрофлотская хореография». Только держись.

Она поднялась, протянула руку. Щеглов встал. На мгновение их взгляды встретились — и всё вокруг для него исчезло.

На танцполе их подхватила румба. Не просто шаги, а движения — с мимолетными, дразнящими обеих прикосновениями, с подыгрыванием бедра, с кручением запястья. Алена двигалась легко, плавно, но с напором — будто не просто танцевала, а провоцировала.

Щеглов держался — не хуже. Он подхватывал, вёл, делал повороты и шаги, которые казались случайными, но были точно просчитаны. Их тела то сближались, то отдалялись — но между ними уже струился, весело искрясь, как разгорающейся фейерверк ток. Он чувствовал её дыхание, жар кожи, а она — его взгляд, тяжёлый, хищный.

За столик вернулись — оба вспотевшие, раскрасневшиеся, возбуждённые. Алена отпила глоток мохито и провела языком по губе.

— Ты неплох. Даже лучше, чем ожидала.

— А ты… — Щеглов провёл пальцем по её запястью, — не догадывался, насколько опасна.

— Я знаю. Но ты — первый, кто не испугался.

Они смотрели друг на друга, и между ними уже не было вечернего знакомства. Только притяжение. Настоящее, уверенное, без пустых и лишних слов.

На сцене начался канкан, Игорёк и Женька хлопали, подруги визжали им в ответ.

А Щеглов склонился к уху Алены и тихо спросил:

— У нас будет продолжение?

Она повернула голову, коснулась его губ носом и прошептала:

— Если ты меня увезёшь отсюда до полуночи — будет всё. Но только не спеши. Я не хочу разочароваться, пока все идет великолепно…