Безжалостный. Подчиню себе

ГЛАВА 11

Осторожно переступаю порог дома. Осматриваюсь по сторонам и понимаю, что ничего не изменилось. Даже шторы на окнах висят те же, что я выбирала. Помню, как долго их выбирала, как старалась из холостяцкой берлоги сделать уютное жилье.

— Что встала? — раздается за спиной голос Ареса. — Проходи.

— Можно мне воды попить?

— Конечно. Можешь даже поесть. Голодом я тебя морить не собираюсь. Ты мне нужна здоровая. Еще не забыла, где кухня?

Сжав до боли кулаки, медленно иду по знакомому коридору.

На кухне меня встречает худая, бледная женщина в строгом черном платье и фартуке. Почему-то на ум приходит прозвище моль.

— Здравствуйте, — она приветствует меня, разглядывая с любопытством. Наверное, она горничная.

— Добрый вечер.

— Аня пока будет здесь жить, — говорит Арес.

Я не знаю, радоваться ли слову «пока» или нет.

— Добро пожаловать, меня зовут Мария Ивановна, — безэмоционально представляется женщина.

— А где тетя Люся?

Очень добрая женщина, которая много лет работала у Ареса. Когда я пришла в дом, мы с ней стали как родные. Я очень ее любила.

— Она сразу же уволилась. Сильно обиделась на меня за то, что выгнал тебя.

На душе становится приятно, что хоть кто-то мне поверил.

— Можно мне воды?

— Конечно, — горничная быстро подает мне стакан.

Осушаю его жадно, пока Арес молча ждет меня.

— Идем.

Арес выходит из кухни, я за ним. Странные чувства бурлят в груди. Вроде каждый уголок дома знаком, но все совсем по-другому.

Мы поднимаемся на второй этаж. Ноги ватные, с трудом меня держат.

Я останавливаюсь возле нашей бывшей спальни и смотрю вопросительно на Ареса.

— Нет, Анют, в свою спальню я шлюх не пускаю. Будешь спать в комнате для гостей. Последняя по коридору.

Вот и хорошо, что я буду жить отдельно. Не хочу спать с ним в одной кровати. Хотя слова про шлюху меня в очередной раз больно ранят.

Я прибавляю шаг, чтобы скорее остаться в одиночестве и успокоиться.

К счастью, Клим не идет за мной.

Я захожу в комнату, громко захлопнув дверь, и выдыхаю до жжения в груди.

Сердце стучит очень быстро. Сначала я мечусь по комнате, как птица в клетке.

Скрываюсь в ванную, включаю ледяную воду и умываю лицо. Смотрю на себя в зеркало и не узнаю. Опухшие заплаканные глаза, искусанные губы, бледная кожа. Жутко выгляжу.

Безумно хочется принять душ.

Вещей моих нет, переодеться не во что.

Резким движением срываю с себя платье, которое уже видеть не могу. К счастью, на крючке висит махровый халат.

Я встаю под горячие капли душа, закрываю глаза и расслабляюсь. Тру мочалкой тело несколько раз, чтобы смыть все прикосновения.

Надеваю халат и ложусь в кровать.

Сердце грохочет, так что уснуть невозможно. Пытаюсь свыкнуться, что теперь я должна жить в этой темной комнате, где все пропитано хищной чужой мне энергетикой. Его запах осел на моей коже, впитался и просто так его уже не смыть. Я вымазалась в грязи, в которой он живет. Весь город завтра будет знать, что я шлюха Ареса, бандитская подстилка. И от этого позорного клейма мне никогда не избавиться. Вот уж не думала, что жизнь снова заставит меня окунуться в огненный ад.

Осторожно поднимаюсь с постели. Включив ночник, подхожу к окну, немного отодвигаю тяжелые темно-синие портьеры. На улице еще не рассвело, но свет уличных фонарей позволяет рассмотреть сад вокруг дома. Большая ухоженная территория ограждена высоким глухим забором. На каждом шагу камеры и охранники. У мэра, наверное, охраны меньше, чем у главного бандита города. Находясь в стрессе, я даже толком не разглядела, остались ли в саду розы, которые я сажала. Но одно я поняла четко, мне действительно не сбежать от Ареса. Остается надеяться, что он быстро наиграется и отпустит меня, а мое сопротивление, возможно, ускорит процесс. И он захочет заменить меня на покладистую беспроблемную девушку.

Шорох за спиной заставляет обернуться. Арес заходит в комнату без рубашки, демонстрируя идеальное сильное тело. В тишине отчетливо слышно его глубокое дыхание. Я задерживаю взгляд на спокойно вздымающейся груди. Отрицать не буду, есть чем полюбоваться. Его грубые черты лица по-мужски красивы, а опасная подавляющая энергетика всегда заставляла девчонок лететь к нему, как мотыльки на свет. Сильный, мощный. Когда он меня зажимает руками, кажется, что я в каменных тисках. Непредсказуемый. Сейчас спокойный, через секунду может взорваться от вспышки гнева. Сейчас он меня хочет, завтра может сделать все что угодно. Убить, вернуть Фархату, перепродать другому. Моя жизнь в кровавых руках криминального авторитета, который ненавидит меня. И помощи мне не у кого просить.

Тяжелый вздох вырывается из груди. Мне трудно дышать рядом с Климом. Не представляю, как мы будем жить под одной крышей.

— Скоро твои вещи привезут. Надо будет новые купить. У тебя тряпки дешевые.

— Меня все устраивает, — обнимаю себя за плечи. Почему-то начинает знобить. Во всем виноват стресс.

— А меня нет, — спорить нет смысла.

— Мне надо позвонить родным. Они волнуются.

— Успеешь, — вздрагиваю от твердости тона.

Опускаю глаза и вижу пистолет на поясе.

Клим замечает мой взгляд и достает оружие.

— Хочешь убить меня? — порочные губы растягиваются в наглой улыбке. — Возьми.

Беру его дрожащей рукой. Холодный металл обжигает кожу. Снимаю с предохранителя, как учил муж. Одна секунда и все будет кончено. Палец сам ложится на курок.

Поднимаю руку, в которой крепко зажат пистолет. Дуло упирается точно в сильное сердце Ареса, которое, когда-то любило меня, а сейчас ненавидит. Я полна решимости, адреналин вскипает в венах, толкая на безрассудный поступок. Загнанная в угол, доведенная до крайней степени отчаяния, я не думаю о будущем.

— Если навела оружие на человека, то стреляй, — тело покрывается мурашками от низкого хриплого тона. — И все кончится за секунду. Не будет больше боли, предательства. Нас больше не будет.

— Нас давно уже нет. Ты думаешь, я не выстрелю? — после секундной растерянности снова беру себя в руки.

— Ты хоть помнишь, как стрелять?

— Конечно. Ты же меня учил.

— Тогда стреляй, малыш. Давай, — наши взгляды встречаются в смертельном поединке. По телу бежит дрожь. Я крепче сжимаю пистолет.

В следующее мгновение я понимаю, что не смогу выстрелить. Люто ненавижу его, но выстрелить не смогу.

Беспомощно опускаю руку с пистолетом. Арес подхватывает его и сжимает меня за талию, грубо впечатывая в свое каменное тело.

— Я так и думал, что не сможешь, — безжалостно впивается в мои губы.

Но уже через несколько секунд отпускает. Резко разворачивает и направляется на выход.

— Куда ты? — меня не должно это волновать.

— На встречу. Можешь начинать молиться, чтобы меня убили.