Безжалостный. Подчиню себе

ГЛАВА 35

Тушу очередную сигарету в пепельнице, которая уже переполнена окурками. Постоянно обновляю сайт, на котором должны опубликовать результаты тендера. Ожидание выматывает, каждая мышца напряжена.

Все хорошо, я должен выиграть, но все равно волнение присутствует. Нельзя исключать момент, что Резник начнет психовать и что-нибудь устроит. Он наверняка уже в курсе, что Катя больше не будет на него работать.

Набираю Ане, чтобы отвлечься. Только ее голос может меня сейчас успокоить, иначе я взорвусь. Секретарша уже шарахается от меня, я с утра рычу на нее.

Пока идут гудки, подхожу к окну и снимаю галстук, который, как удавка, лишает меня кислорода.

— Да, — наконец-то слышу любимый голос.

— Почему долго не подходила? — получается слишком строго. Просто волнуюсь за нее.

— Не ругайся. Я в душе была.

Мозги сразу вырубаются, и вся энергия спускается ниже. Фантазия работает на максимуме. Я даже чувствую ванильный аромат. У Анюты гель с таким запахом.

— Ты сейчас голая?

Ведь хотел же в спальне поставить камеры, сейчас бы любовался ее шикарным телом, по которому стекают капли воды.

— Прекрати, — смущенно хихикает.

— Ответь, а лучше включи видео на телефоне. Хочу тебя видеть сейчас.

— Клим, — сопротивляется, а у меня уже член колом стоит и яйца дымятся.

— Будь хорошей девочкой. Я соскучился, а дома буду еще не скоро. Безумно хочу тебя увидеть.

— Вот почему я никогда не могу сопротивляться твоим уговорам?

— Потому что ты тоже меня хочешь. Признайся, что соскучилась по моим ласкам.

Вместо ответа Аня врубает камеру на телефоне. Моя умница. Я вижу, как она ложится на кровать. Шикарная обнаженная грудь с темными горошинками, плоский живот, гладкая киска.

— Какая же ты охренительная, — голос становится ниже, а возбуждение накатывает новыми волнами.

Я сажусь на диван, расстегиваю брюки, обхватываю возбужденный член.

— Сожми грудь, — мне нравится, когда я приказываю, а она безоговорочно выполняет, и сама кайфует от нашей игры.

— Моя сладкая девочка, — по венам несется жар от ее сексуальности. Голова кругом, как от большой дозы алкоголя.

— Пососи пальчик.

Аня облизывает губы, медленно обводит по краю пальцем и облизывает его язычком.

При этом не сводит с меня поплывшего взгляда.

Ее грудь все чаще вздымается, дразня меня и доводя до края.

— Поласкай себя, представь, что это мои руки скользят по твоей кожи.

Аня тихо стонет, когда касается складочек.

— Медленнее, — и она беспрекословно слушается. Шире разводит колени, выгибается.

— Анют, глубже. Вставь два пальца.

— Клиим, — хнычет, кусает губы. — Я хочу тебя.

— И я безумно тебя хочу. Я бы сейчас грубо натянул бы тебя на член. В тебе ведь так узко и горячо. Я бы вбивался в тебя, пока ты не кончила бы.

Ее пальчики начинают быстрее кружить вокруг клитора, глубоко проникают в сладкую дырочку. Моя любимая девочка. Ничего прекраснее я не видел.

— Клим, — задыхается она. — Клим.

Я чувствую, как ей хорошо, даже через экран.

Я тоже уже близко. Закрываю глаза, откидываю голову и взрываюсь, мощно кончая.

Не хочется идти за салфетками, но без них никак. Пока вытираю член, наблюдаю за Аней. Она сладко потягивается и смотрит на меня с милой улыбкой. Такая нежная сейчас домашняя.

— Когда ты приедешь?

— Ночью, если все будет нормально.

— А что может случиться? — встревоженно подскакивает с кровати.

— Не волнуйся. Ничего плохого. Просто дела могут возникнуть, — конечно же, я не буду посвящать ее в свои планы.

— Ладно.

— Ты не жди меня, ложись спать.

Вроде разговор закончен, но никто не сбрасывает вызов. Мне кажется, что Аня хочет что-то сказать, но не решается. Я тоже молчу, мои слова вряд ли ей нужны. Уже слишком поздно.

— Пока.

Она заканчивает разговор, и громкие гудки возвращают меня в реальность.

На телефон сыпятся сообщения с поздравлениями. Тендер мой. Теперь огромный участок земли принадлежит мне.

Хочется увидеть сейчас физиономию Резника. Я специально не стал его трогать до тендера, чтобы все было по-честному и ни одна сука не подумала, что я испугался соперника и решил его устранить до тендера. Я убью его совсем по другим причинам. Никому не позволю обижать Аню.

А вот теперь пришло время для возмездия.

Я выхожу из офиса, сажусь в машину и мгновенно напрягаюсь.

— Блять, Генерал. Ненавижу тебя за привычку появляться неожиданно, — бью его кулаком в плечо.

— Поздравляю. Не сомневался в тебе, — протягивает крепкую ладонь. Пожимаю и жду, что он скажет.

— Зря эту Катьку отпустил. Поганая девка. Добра от нее не жди, — морщится, как будто лимон проглотил.

— Согласен, — устало потираю лицо. — Я бы ее собственными руками задушил. Но Аня попросила. Да и мать ее реветь начала. Я посадил девицу на самолет. Пусть живет, только подальше от нас.

— Ладно, тебе виднее. Еще раз хочу напомнить, что Смотрящий запретил трогать Резника. Так что умерь свой пыл. Действуй с холодной головой.

— Я понял, — отворачиваюсь и смотрю в окно, сжимая кулаки в карманах.

Мне плевать, кто и что запрещает. Я не позволю дышать ему с нами одним воздухом. Приговор я давно ему вынес и отступать не собираюсь.

— Тогда удачи. Если нужна помощь, я всегда на связи.

Попрощавшись, Генерал исчезает так же незаметно, как и появился. Он прекрасно понял, что слушать Смотрящего я не буду.

Поэтому еду один, без сопровождения на другой конец города. Машину бросаю на соседней улице и медленно подхожу к ресторану. Камеры отключены на ближайшие тридцать минут, и я могу спокойно действовать. Я захожу через запасной выход, надеваю перчатки, прохожу по темному коридору, толкаю дверь в вип — кабинку, где уже накрыт стол для Резника. Сажусь и жду, когда появится сволочь, сломавшая нам жизнь.

Проверяю часы и обрабатываю его стакан ядом. Резник уже должен появиться, неужели что-то почувствовал? Хитрая сволочь. Жду еще несколько минут, и дверь открывается.

— Арес? — удивленно вскидывает брови Резник. — Чем обязан? Ты решил лично позлорадствовать? Посмотреть, как я переживаю проигрыш?

Он садится напротив и сразу же наливает себе виски.

— Будешь? — не дождавшись ответа, наливает в мой стакан алкоголь.

— Давай, — надеюсь, что он ничего не заметит.

Но Резник слишком расстроен, поэтому быстро осушает свой бокал и наливает себе новую порцию, подписывая себе смертный приговор.

— Я все знаю. Про Бориса и Катю.

— Хм. Скажи, что классно придумано. Жаль, что в этот раз не получилось.

— Почему? Катя куда-то пропала? — подкалываю его.

— Ты ее убил? Жаль. Хорошая девчонка и план классный предложила.

— Какой?

— Хотела под тебя лечь. А Аньку твою убить. Бля, где пепельница.

Пока Резник встает и отходит к окну, я меняю наши бокалы.

— Вы реально думали, что я не замечу? — как бы случайно роняю бокал, в котором был яд, чтобы скрыть следы.

— Может, и заметил бы, только ведь Катька-то лучше. В сексе вообще огонь. Может, ты и не вспомнил бы свою Аньку.

Как же мне хочется пустить ему пулю в лоб, а не возиться с ядом. Резник умрет через несколько часов от сердечной недостаточности.

Все будет чисто. Никто не подкопается.

— Мне пора. Приятного тебе аппетита. Не подавись.

Резко встаю и покидаю ресторан тем же путем, как и пришел.