Жатва душ 5. Безымянный клан

Глава 16 А был ли мальчик?

Мир погрузился в вонючую липкую темноту. Щупальца облепили лоб, щеки, подбородок, пытаясь добраться до глаз и рта. Я почувствовал, как присоски впиваются в кожу, силясь прокусить защиту, но экипировка чистильщика держала удар. Ощущение было омерзительным до тошноты — будто кто-то налепил на лицо теплое, влажное, шевелящееся полотенце из слизи.

Бах!

Башка твари разлетелась на куски, окатив меня волной горячей крови и густой слизи. Обезглавленное тело обмякло, повисая мертвым грузом. Щупальца на лице еще несколько секунд судорожно сжимались, не желая отпускать добычу — словно мертвая змея, продолжающая кусать по инерции.

— Твою мать, Вика! — заорал я, сдирая дохлые отростки и отплевываясь от мерзкой жижи. — Ты меня чуть не прибила! В упор же стреляла!

— Не за что, — огрызнулась она, передергивая затвор. — В следующий раз сам разбирайся!

Я не успел ответить. Вторая пиявка врезалась в меня сбоку с разгона, сбивая с ног и впечатывая спиной в бетонную крошку. «Нагибатор» откатился в сторону, звякнув о камень, а тварь уже нависла сверху, разевая пасть со свисающими щупальцами. Да вы задолбали!

Схватив ее за скользкое горло одной рукой, второй я отвел когтистую лапу от лица. Острые когти скребли по броне, высекая искры. Налобный фонарик бил ей прямо в рыло, высвечивая то, что лучше бы не видеть: блестящая слизь стекала с кожи, щупальца корчились, зубы-иглы торчали из десен, мутные глаза без зрачков пялились в никуда.

Я собрался пнуть тварь коленом в брюхо, но она внезапно оцепенела и дернулась назад — гарпун Бергмана пронзил ей грудную клетку насквозь. Вика разворотила ей ребра выстрелом, заставив тело дернуться в судороге. Карлос, подскочив сбоку, швырнул увесистый кусок бетона, довершая дело.

Рамиз подхватил мой «Нагибатор» с песка и протянул мне, придерживая оружие обеими руками. Вечный крикнул, указывая куда-то в темноту:

— В бухту впадает канализация! Огромная труба, в человеческий рост! Туда бежим!

— Два выстрела осталось, — пожаловалась Вика, проверяя заряд. — Потом надо ждать перезарядки.

Мы двинулись вперед, держась кучкой и прикрывая друг друга спинами. Пару раз пиявкам удалось сломать строй, вклинившись между нами. Одна присосалась к Вечному, впиваясь щупальцами в незащищенную шею, и он мгновенно обмяк. Бергман и Рамиз закололи бездушного копьями, но Вечного парализовало. Карлосу с Маурисио пришлось тащить его, держа за подмышки, ноги волочились бо бетону.

Только теперь стало по-настоящему ясно, чем пиявки опасны. Укусила — парализовала на несколько минут. Жертва беспомощна, готовая к неторопливому пожиранию. Или они впрыскивают пищеварительный фермент прямо в плоть, как пауки?

Я скосил глаза на Вечного, проверяя его статус: «активность» упала до 70 % и держалась на этом уровне, медленно уменьшаясь. Похоже, что да, пищеварительный фермент имеет место быть.

Эффект паралича продлился минут десять, после чего Вечный зашевелился, застонал сквозь стиснутые зубы. Его «активность» начала восстанавливаться, но со скоростью улитки. Даже придя в себя, он передвигался медленно и неуверенно, будто пришибленный молотом по голове.

— Это просто ужас! — проговорил Вечный заплетающимся языком. — Внутри все пекло, будто кислотой поливают, и сделать ничего нельзя! Я думал, у меня сердце расплавится или легкие. До сих пор жжет!

— Еще бы, тварь впрыснула пищеварительный фермент, который начал тебя медленно переваривать, — объяснил Бергман, шагая рядом и придерживая Вечного под локоть. — Хорошо, что глаза не пострадали, а то выело бы их нахрен. Или артерию расплавило бы, и тогда смерть — только таблетка исцеления спасла бы… наверное.

Десять минут назад я рассматривал пиявок как докучливую мелочь вроде слепней. Теперь меня передергивало от одного их вида, кожа покрывалась мурашками.

— Туда, — указал Вечный дрожащей рукой, поднял ржавую железку, используя ее как костыль.

Вика сунула ему тюбик с белковой пастой из нашего кланового жилого модуля, коротко приказав:

— Быстро ешь. Восстанавливайся.

Вечный мгновенно исполнил приказ, жадно высасывая содержимое.

Мы вышли на широкую проезжую часть, разбитую временем и заросшую жесткой травой, пробивающейся сквозь трещины в асфальте. На всем ее протяжении виднелись канализационные люки через каждые двадцать метров — прямо по советской традиции. Со всех сторон к нам начали стягиваться бездушные, вылезая из разрушенных зданий, выползая из рытвин и оврагов. Впервые я пожалел, что оставил пугач на базе.

— Два выстрела осталось, — напомнила Вика, придерживая ружье.

— Прибереги на крайний случай, — посоветовал я, оглядываясь. — Тетыща, щит!

Бергман накрыл нас защитным куполом, мерцающим голубым сиянием.

— Бездушные выше меня уровнями, — предупредил он, внимательно следя за пиявками. — Купол продержится минуту-две, не больше. Щит тоже.

Рамиз поддел ближайший люк острием копья и рывком отбросил тяжелую чугунную крышку. Она с грохотом покатилась по асфальту. В лицо пахнуло затхлой сыростью и застарелым дерьмом, въевшимся в бетон за десятилетия. Пиявки бросились на нас всей толпой, но напоролись на силовое поле. Не поняв, что случилось, они принялись биться в него когтями и щупальцами, издавая истошные вопли.

— Я ошибся, — сказал Тетыща, наблюдая, как купол начал мерцать ярче. — У нас меньше минуты.

— Полезли вниз, быстро! Бергман — замыкаешь, — скомандовал я и нырнул в черный провал, нащупывая ногами железную лестницу.

Лестница закончилась быстро — всего несколько ржавых ступеней. Я спрыгнул на бетонный пол, приземлившись в приседе. Тут было относительно сухо и просторно: метра три в высоту и столько же в ширину. Не труба в обычном понимании, а настоящий тоннель, куда когда-то текли нечистоты и ливневые стоки со всего района. Гадить стало некому, дождей в ближайшее время не предвиделось.

Рядом приземлился Маурисио, цепляясь за стену, затем Карлос, подпрыгнувший от страха. Наручники по-прежнему были на нем, но я разделил их на два браслета еще на катамаране. Связанный пленник — лишний балласт.

Не прошло и минуты, все собрались внизу. Бергман поставил люк на место, спрыгнул к нам и запрокинул голову, глядя, как пиявки пытаются сковырнуть крышку когтями.

— Подойдите ко мне, держитесь кучно, — скомандовал я и снова включил «Тень», ощущая, как артефакт активируется.

Пару раз колыхнувшись, люк замер. Зомби потеряли нас и начали расходиться — я видел наверху постепенно удаляющиеся тепловые сигнатуры.

— Туда! — Вечный указал направление костылем, и мы толпой побежали по гулкому тоннелю.

Бежали мы долго, петляя по разветвленной сети тоннелей, пересекая перекрестки и стараясь уходить все глубже под город. Пару раз натыкались на бездушных, шарившихся в темноте, но это были одиночки. Тетыща, шедший первым с поднятым мечом, приканчивал их точными ударами, даже не замедляя шага.

— Сорок четыре удара до капа, — поделился он, глядя на свой меч. — Как думаете, если приберечь последний удар для глубинника или титана — кританет ли он?

— Не знаю, но было бы неплохо, — сказал я, представляя такую возможность. — Получилась бы еще одна имбовая штука в нашем клане.

— Они все имбовые, — Вика посмотрела на свое ружье и нахмурилась. — Может, стоило разрядить перед переходом? Че-то оно не заряжается само. Ден?

— Даю добро на разрядку, если это поможет.

— Ма-а! — прорезался жуткий стон сквозь топот и шелест одежды, мурашки побежали по спине от этого звука.

— Тс! — цыкнула Вика. — Слышите? Что это? Кто-то будто стонет, маму зовет?

И тут в рюкзаке зашуршало, задвигалось, и мне на плечо вылез Крош, фыркнул и принялся вылизываться.

— Ф-фу, чертяка, — прошипела Вика.

— Кто взял кота? — задал я риторический вопрос.

В ответ — молчание. Скорее всего, сам залез, кто бы на такое решился.

Бездушные не попадались целых две минуты, подарив нам передышку. Я кое-что вспомнил, уловив усилившуюся вонь Сергеича, идущего сзади. Остановился, обернулся, подошел к нему — вонь усилилась в разы, заставив морщиться — и демонстративно поправил на нем камуфляж, придерживая за плечо.

— Свет мой Сергеич, друг дорогой, — проговорил я, глядя ему в единственный видящий глаз. — Ты ничего не хочешь мне рассказать? Сам, добровольно?

Все замерли, не понимая, что происходит. Сергеич сделал шаг назад, вжавшись в сочащуюся сыростью стену тоннеля, озираясь в поисках поддержки.

— А че должен? Че такого ваще случилось?

— Кто-то писал в клановый чат, что спер артефакты чистильщиков «Ковчега», когда вояки штурмовали их базу. — Я говорил спокойно, но с нажимом. — Я так понимаю, ничего у тебя нет. Или есть?

Крош чихнул и зашипел на Сергеича. Тот втянул голову в плечи, съежившись, и виновато уставился почему-то на Вечного.

— Ах ты… — воскликнул тот, но глянул на меня и сжал челюсти.

— Спер! — пробормотал Сергеич, опуская взгляд. — Сложил в мешок и припрятал надежно. Не с собой же таскать тяжесть? Они ломаются от ударов, да и нахрена мне груз, который только для чистильщиков работает. Наверное.

Дак возмутился, шагнув вперед:

— Вот же крыса! Не только для чистильщиков артефакты работают! Они нам пригодились бы отбиваться от зомби, выживать!

— Ага, забрали бы их, передрались бы между собой, а меня прибили, — огрызнулся Сергеич, поднимая голову. — Знаю я вас!

— А мы тебя прикрывали, пока ты, выходит, крысятничал по углам, — констатировал факт Вечный, качая головой.

— Надежно хоть спрятал? — практично спросил Тетыща. — Есть шанс, что их не нашли вояки?

— Начнем с того, а был ли мальчик вообще, — процедил сквозь зубы я, чувствуя, как закипает злость. — Может, сей талантливый джентльмен придумал все это, чтобы у нас появился дополнительный стимул его спасать? Чтобы мы рисковали жизнями?

Вечный, Дак и Маурисио посветлели лицами, переглянувшись. Наши напряглись, положив руки на оружие.

— Был мальчик, был! — воскликнул Сергеич, вскидывая руки. — Вот те крест святой!

Его возглас заметался в пустынном коридоре, отражаясь от стен и постепенно угасая вдалеке.

— Вернемся на базу «Ковчега» — я покажу схрон! Клянусь!

— Да-да, конечно, покажешь, Никитка-хер-на-нитке, — ухмыльнулся я без тени веселья. — И окажется, что по тому месту прошелся титан или вояки обнаружили тайник. Ты даже не вспомнил об артефактах ни разу за все время. Сколько хоть их было? Или тоже забыл?

— Восемь! — без сомнений воскликнул Сергеич, выпрямляясь. — Сгреб все, что были в ихней лаборатории. Потом еще в другую забежал, когда бомбы рвались, и те забрал тоже!

— То есть они хранились не в сейфе? — с сомнением произнес я, прищуриваясь.

— Может, что-то и в сейфе было, а те — не были, лежали на столах.

— И что там было за артефакты? — спросил Бергман, скрещивая руки.

— А хрен его знает, — пожал плечами Сергеич. — Когда все взрывается и грохочет, как-то не до залипания над артефактами.

— Понятно, — пробормотала Вика, закатывая глаза. — Звездит как дышит, по-моему.

— Послушай меня внимательно, Михаил Сергеевич. — Я сделал шаг вперед, нависая над ним. — Друг ты мне или просто попутчик, уже не важно, потому что я из-за тебя подвергаю риску жизни остальных. Если мы вернемся на базу и никаких артефактов не окажется — ты пожалеешь, что родился на свет. Я лично прослежу, чтобы каждый оставшийся день твоей гнилой жизни стал адом. Понял меня?

Сергеич сглотнул, кивнув.

— Понял, Ден. Будут артефакты, честное слово.

Для Вики возможность разрядить ружье окончательно предоставилась скоро: к нам вылез ползун 30-го уровня, который прямо тут и жил, свернувшись клубком в боковом ответвлении. Вика выстрелила в него дважды, прорычав сквозь зубы:

— Фаталити, тварь!

Посмотрела на ружье, изучая интерфейс, и сказала удовлетворенно:

— Во, пишет, что час до перезарядки. Заряжается.

Мы продолжили путь, углубляясь в лабиринт.

Наконец Вечный, который ковылял следом за Тетыщей, поднял руку, останавливая колонну, завертел головой, словно принюхиваясь, достал из кармана старый компас, повернул голову направо, и луч его налобного фонаря утонул в черноте бокового ответвления.

— Заблудился, что ли? — сказал Сергеич, и вроде как падалью завоняло еще сильнее.

— Правильно, туда идем, — подтвердил Дак, указывая в ту же сторону. — А чуть дальше должен быть технический коллектор, служебное помещение. Один вход, сухо, можно передохнуть.

Я заглянул внутрь бетонной камеры метров пять на пять: ржавые трубы вдоль стен, в углу какие-то задвижки и вентили, покрытые налетом времени. Пахло застоявшейся пылью и машинным маслом, что после канализационной вони казалось почти райским ароматом. Правда, это ненадолго: Сергеич залезет внутрь, и дышать снова станет нечем.

— Годится для передышки, — сказал я, сверяясь с системным таймером. — До конца квеста осталось тридцать четыре часа. «Тень» на перезарядке, у Тетыщи щит — тоже, Вика без зарядов. Предлагаю отдохнуть здесь, поспать пару часов и только потом выдвигаться к сектору. Возражения есть?

Никто не возразил. Все были вымотаны до предела.

Мы набились в коллектор, заполняя тесное пространство. Крош улегся мне на бедра и принялся их массировать. Вечный растянулся на бетонном полу, остальные расселись вдоль стен. Карлос забился в дальний угол и уткнулся лицом в колени, стараясь слиться с фоном. Остальные сели в круг, прислонившись спинами к стенам.

Сергеич поступил милосердно и остался снаружи:

— Мужики, я все понимаю, тут побуду, на стреме постою. Зомби меня не жрут, брезговают, видать.

Помолчав немного, разглядывая нас в полумраке, он вдруг вскинул голову и улыбнулся от уха до уха почерневшим ртом.

— Итить твою растуды, Ден! — воскликнул он с неожиданным энтузиазмом, будто и не было моей отповеди. — Как же я рад тебя видеть живым и здоровым!

— Я тоже рад видеть тебя живым и… — Я запнулся, разглядывая его изуродованное лицо. — В общем, живым. А что наколоть меня попытался в очередной раз с этими артефактами, пусть на твоей совести останется.

— Да я че… — смутился тот.

Поганая хворь сожрала еще один его уровень с момента нашей последней встречи — он стал 30-го уровня, теряя силы с каждым днем. Насколько Сергеич помолодел благодаря удвоению уровней всех членов клана, сказать было трудно. Он напоминал Фредди Крюгера из кошмаров. Кожа на его лице бугрилась и пузырилась, покрываясь черными пятнами, веко оплыло и закрыло правый глаз.

Вика, которая никогда не была тактичной, превзошла себя:

— Дед, ты, конечно, и был так себе на вид, но теперь прям мумия ходячая. Тебя бездушные жрать и правда побоятся, подавятся.

— Вот ты ж ведьма проклятая, — проворчал он и не стал изменять традициям, пропев хрипло: — Бабы дуры, бабы дуры, бабы — бешеный народ. Милы рожей и фигурой, но — поганый грязный рот.

Вика вообще на него не обиделась, расхохотавшись.

— Да ты поэт, батенька! Ничего, вылечим тебя, и невесту тебе найдем красивую. Вот только крыса ты конченая, это не лечится никак.

— Да пошла ты! — заорал он и ударил кулаком в стену. — Что бы ты знала вообще? Я жопой рисковал, тащил это все на себе — и виноват, да? Если вернемся и я все откопаю, ты мне отсосешь в благодарность?

Вика вскочила на ноги, вскидывая ружье.

— Я тебя ща ударю так, что мало не покажется! И не посмотрю на твою гнилую…

— Пф-ф, — снова чихнул Крош, не просыпаясь.

— Заткнулись оба! — рявкнул я, обрывая перепалку.

Бергман послушал их перебранку и отчеканил:

— Все это, конечно, очень весело. Но давайте проведем ревизию того, что у нас есть. Ден, еще раз напомни, сколько выделено времени?

— Сутки плюс чуть меньше десяти часов, — ответил я, прикидывая в уме. — Вроде бы достаточно, но на самом деле нет. Мы же не знаем, что нас там ждет…

— А мы ваще не в курсах происходящего, — возмутился Сергеич, высовываясь из-за проема. — Че за сутки вдруг? Давай с этого момента поподробнее объясни. Ну, я-то — более-менее в теме, а вот парни… Им надо знать, куда их ведут.

Я посмотрел на Вечного, оценивая его состояние. Когда мы расстались в плену у «Железных псов», он был 16-го уровня, а теперь прокачался до 20-го, выживая в аду Мабанлока. Индеец Дак поднял пять уровней с нашей последней встречи и стал 33-го. Только Маурисио болтался мертвым грузом… хотя нет, заруба с пиявками позволила ему прокачаться до 13-го, поднявшись на четыре уровня. Даже обнуленный Карлос достиг 5-го — он наносил удары подручными средствами, и ему это зачлось системой.

Пришлось рассказать им о квесте:

— Когда ученые «Ковчега», Нкомо и его коллеги, умерли при штурме базы, мне перешел их квест. А именно: надо проникнуть в сектор семь-три-девять и исследовать его досконально. Все. Награда системой обещана щедрая.

— Как — все? — удивился Дак, хмурясь. — Ничего не находить конкретное? Никого не убивать? Просто поошиваться там и вернуться? Но оттуда никто не возвращался за все время! Там какая-то неведомая хрень творится! Сигналы глушатся, и вообще…

Более опытный Вечный мыслил рационально:

— То есть мы премся в опаснейшее место на острове… Какая нам польза от этого? Что мы получим?

— Возьми меня в клан, пожалуйста, — попросился Маурисио, сложив руки молитвенно. — Без клана мы, простые люди — покойники ходячие, я слышал такое от ученых. Давай мы пойдем с тобой в этот сектор, а ты возьмешь нас в свой клан?

— Это было бы неплохо, — кивнул Вечный. — Без клана нам конец.

Тетыща покосился на Маурисио оценивающе.

— Я этого не возьму в вассальный клан, он же доходяга. Тех двоих — еще ладно, опытные.

Похоже, Бергман решил развивать вассальный клан, набирая бойцов. Интересно, он может принять людей без моего ведома?

— Хочешь — бери, твое право, — дал добро я, решив проверить систему.

Минута — и клан Тетыщи пополнился на двоих: Вечный и Дак вошли в вассальное сообщество. Я мысленно выделил текстовую характеристику Дака и пожелал выбросить его из вассального клана Бергмана.

Тут же всплыло системное сообщение:

Удалить Дакито Лиоса из вассального клана?

Наложить вето на вступление в клан?

Ага, можно быть спокойным: самовольничать Бергман не станет, все под контролем.

Дак завертел головой, открывая рот от удивления:

— Вика, Рамиз, Денис, Константин — я все про вас знаю теперь! Вижу уровни, таланты! — Он посмотрел на Вечного и Маурисио. — И про вас все знаю. Маурисио, ты слабый совсем, тебе надо срочно прокачиваться, парень.

Вечный отреагировал более сдержанно. Видимо, по старой полицейской привычке мысленно создал папочку, куда перенес наши характеристики. Потом оба ушли в себя — принялись изучать клановый функционал.

Пусть изучают.

Маурисио возмутился, чуть не плача:

— Так вы что, меня бросите здесь? Я прокачаюсь быстро, обещаю! Круглосуточно буду это делать! Возьмите меня в клан хотя бы на испытательный срок! Я пригожусь, я много чего умею…

— Да пусть идет с нами, — неожиданно вступился за Маурисио Сергеич. — Может, монстру какому скормим в крайнем случае…

— Заткнитесь, — рявкнул я, обрывая его. — Бергман, решай сам.

— На испытательном сроке идет с нами, а там посмотрим по результатам, — сказал Тетыща, но в вассальный клан Маурисио не взял. — Идти с нами можешь, но охранять тебя никто не будет специально. Умрешь — сам виноват, понял?

Я молча вывел в середину помещения голографическую Карту Жатвы, увеличивая северную промышленную часть острова. Красное пятно обозначало территорию бездушных. Но что-то заставило меня приблизить сектор семь-три-девять еще немного, и я увидел в середине обширного красного пятна маленькое черное.

— Территория, непригодная для жизни, — заключил я, показывая пальцем.

— Какой масштаб у этого пятна? — спросил Бергман, подавшись вперед.

— Территория площадью примерно километр на километр непригодна для жизни, — уточнил я, изучая обозначения. — Что это значит конкретно, я не знаю. Почему она стала непригодной, тоже не знаю. Может, и была такой изначально.

— Была вполне нормальной, — сказал Вечный уверенно. — Никаких ядерных отходов на острове не закапывали, я бы знал…

— А раньше? — прищурился Дак, наклоняя голову. — Во время холодной войны между сверхдержавами?

— От радиации сигнал не пропадает бесследно, она не заглатывает людей целиком, а убивает медленно, методично, — сказал я, качая головой. — Ученые говорили, что люди там пропадают без следа и творится странное. Скорее всего, аномалия появилась именно после Жатвы душ.

Сергеич шумно поскребся здоровой рукой, вздохнул тяжело. Бергман спросил у вассалов напрямую:

— Не передумали идти туда? Последний шанс остаться.

Вечный молча мотнул головой, сжав челюсти. Дак вскинул подбородок и блеснул глазами:

— Ну а что, интересно даже, чего там. А еще более интересная штука — клановый магазин, который мне открылся. Неплохо бы вооружиться получше, но у нас нет столько средств на покупки. Откуда их вообще берут, кредиты эти универсальные?

— Дают за упокоения зомбаков и выполнение заданий системы, — пояснил я.

Подумав несколько секунд, я все же решил взять новым бойцам оружие посерьезнее из кланового магазина. Без нормального вооружения они пушечное мясо.

Открыв интерфейс, я быстро пробежался по доступным позициям. После того, как построил клановую базу, я поиздержался, но кое-что все-таки осталось.

Магнитно-волновое ружье для Вечного — мощная штука с замедляющим импульсом, хоть и дороговатая. Этому товарищу я доверял.

Композитный арбалет взял Даку, у него глаз наметанный, справится со стометровой дальностью.

Сергеичу достанется клинок-шокер, электрический эффект компенсирует одну руку.

А Маурисио… подумав, взял ему и Карлосу по тяжелому копью с пробиванием брони — если, конечно, выживет.

Я подтвердил покупки. Больше миллиона кредитов как не бывало.

Оружие материализовалось передо мной в воздухе, выпадая из мерцающих разрывов пространства.

— Вечный, тебе магнитное ружье, — сказал я. — У Вики такое же. Двадцать выстрелов, замедление противника. Береги его.

Вечный принял оружие с благоговением, взвесил, ухмыльнулся:

— Спасибо, Денис. Не подведу.

— Дак, арбалет. Пятьдесят болтов, дальность полторы сотни метров. Стреляй точно.

Дак просто кивнул, забрав арбалет.

— Отличная вещь, спасибо.

Подумав, отдал ему еще и копье — для ближнего боя.

Сергеич схватил свой клинок здоровой рукой, взмахнул пробно:

— Ништяк! Гадом буду, красота!

— Маурисио, копье. Три метра дальности, пробивает броню.

— Спасибо, сеньор, — ответил тот. — Я постараюсь не подвести вас.

А вот Карлосу я ничего не дал. Передумал. Пусть сидит тихо в углу и радуется, что жив.

— Мне два очка осталось до левелапа! — похвасталась Вика.

— А мне семь, — откликнулся Рамиз.

— Двадцать, — констатировал Тетыща. — Пока дойдем, подниму уровень обязательно.

Новенькие молчали, изучая интерфейс и привыкая к ощущениям. Карлос слился с фоном в углу, старался не отсвечивать — понимал, что он теперь балласт. Проку от него ни в канализации, ни в секторе нет и не будет.

Тему сменил Тетыща, переходя к делу:

— У меня чуть меньше часа, пока откатятся оба щита и «Гарпун». Вика?

— Сорок пять минут до полной боеготовности, — ответила она.

— Девять часов до перезарядки отпугивателя, — отчитался Дак, проверяя артефакт.

— «Упокоитель», которым с большой вероятностью можно убить любого бездушного одним касанием, откатится через сутки, — сказал я, поднимая руку с кольцом. — В этот раз не сработал на Глубиннике. Остальное тоже в пределах часа перезарядки. Так что давайте спать и набираться сил. К этому сектору нам идти всего ничего — часа два максимум. Поскольку там неизвестная опасность, лучше появиться утром.

— Да, утро вечера мудренее, — Рамиз потянулся и зевнул широко.

— Последний раз нормально спал в «Ковчеге», — пожаловался Вечный, потирая лицо. — Так что я не против. Только надо выставить дежурных. Я, конечно, никто, чтобы тут командовать, но мне кажется, это должен быть Маурисио, поскольку он не боец и ему силы особо не понадобятся. Я заступлю после него.

— Я первый, — вызвался Сергеич, высовываясь из проема. — Уже начал дежурство. Дежурим по сколько времени?

— Два с половиной часа каждый, — предложил я, подкладывая под голову рюкзак и откатываясь к стене. — Всего семь с половиной. Таланты перезарядятся, мы отдохнем физически. Два часа до сектора, выдвинемся на рассвете.

Но сон не шел. В мыслях крутилась причина, по которой интересующий нас сектор стал непригодным для жизни и превратился в черное пятно на карте.

Что там? Радиация? Химическое заражение? Или что-то похуже?

Я открыл глаза и уставился в бетонный потолок, покрытый трещинами. Через несколько часов мы узнаем ответ. Хотел бы я, чтобы этот ответ мне понравился.

Но чутье, выработанное за недели выживания в этом аду, подсказывало однозначно — не понравится.

Совсем не понравится.