Большой плохой город

Глава XVI

«В конце концов, он сам поверил в свою историю», — сказал Браун.

«Именно так и было», — сказал Карелла. «То же самое и с ней.»

«Поверила в его историю?»

«Поверили каждый в свою историю.»

Оба были немного пьяны.

«Каждый из них переозвучивает то, что произошло», — сказал Карелла.

«Пытаясь изменить прошлое.»

«Он столкнул Чарли в реку, она столкнула Чарли в реку.»

«Никто не толкал Чарли в реку.»

«Чарли сам прыгнул в реку!»

Оба мужчины разразились смехом.

«Ш-ш-ш», — сказал Карелла.

Тедди спала наверху, близнецы спали в конце коридора. Часы на каминной полке в гостиной показывали десять минут одиннадцатого. Детективы не спали с шести тридцати утра и работали с половины восьмого. Это был долгий, долгий день.

«Ты думаешь, она действительно пошла бы в полицию?» — спросил Карелла.

«Конечно. Бог был на её стороне.»

«В парке это ей не помогло.»

«Она забыла сказать: «Святой Иисус, помоги мне», — сказал Браун и снова расхохотался.

«Тише», — сказал Карелла и сам расхохотался. Браун прикрыл рот рукой, как ребёнок, который произнёс нецензурное слово. Карелла посмотрел в сторону коридора. Оба мужчины на мгновение замолчали, а потом снова начали смеяться.

«Т-с-с-с», — сказал Карелла.

«Т-с-с-с», — сказал Браун.

«Ты в порядке? Давай я тебе долью.»

«Только капельку. Мне пора бежать. Кэролайн начнёт волноваться.»

Карелла пошел на кухню, налил скотч (шотландский виски — примечание переводчика) в стакан Брауна и Canadian Club (марка канадского виски — примечание переводчика) в свой. В каждый добавил немного содовой. Свежий лёд. Когда он вернулся в гостиную, Браун стоял у книжного шкафа и просматривал названия книг.

«У тебя когда-нибудь есть время читать?» — спросил он.

«Не часто. Только в отпуске.»

«Когда у тебя отпуск?»

«Через две недели.»

«Куда поедете?»

«На побережье.»

«Там должно быть хорошо.»

«Да.» Карелла поднял свой стакан. «За золотые дни», — сказал он.

«И за пурпурные ночи», — сказал Браун.

Они выпили.

«Как они могли надеяться забыть прошлое?» — спросил Карелла и отпил из своего стакана. «Хочешь знать одну вещь?» — спросил он.

«Какую?» — спросил Браун и опустился в кожаное кресло под лампой, имитирующей стиль Тиффани.

«В октябре мне исполнится сорок.»

«О Боже», — сказал Браун.

«Сорок.»

«Я тебя понимаю.»

«Помнишь, как мы ходили выпивать после важных арестов?»

«Мы делаем это прямо сейчас, Стив.»

«Я имею в виду в баре. Когда мы были молоды. Когда никто из нас не был женат. Помнишь тот бар возле моста? Рядом с Кулвером? Все парни из отдела ходили туда и напивались. Помнишь? После крупной операции? Клинг тогда был патрульным. Хоуз даже не был в отделе. Помнишь?»

Он кивнул, вспомнив, и сел в кресло напротив Брауна. Он сделал большой глоток из стакана, а потом сел и уставился в стакан. «Был один полицейский по имени Эрнандес, который мне очень нравился», — сказал он. — «Его убил дешёвый вор, который заперся в участке, помнишь? Помнишь полицейского по имени Хэвилланд? Роджер Хэвилланд? Он был хуже Паркера. Иногда мне кажется, что Паркер — это Хэвилланд, вернувшийся из мёртвых. Помнишь, как похитили сына того богатого парня в Смоук-Райз? Кинга. Дугласа Кинга. Забавно, как запоминаются имена, правда? Помнишь, как Вирджиния Додж пришла в отделение с бутылкой нитроглицерина в сумочке? Искала меня? Потому что я отправил в тюрьму её мужа? Помнишь? Помнишь, как убили Клэр в том книжном магазине? Девушка Клинга, помнишь? Клэр Таунсенд. Помнишь, как Глухой прокопал туннель под банком? Готов поспорить, что он никогда не состарится, Арти, не Глухой. Помнишь... Боже, помнишь все эти случаи? Я помню их все, Арти. Я помню всё, всё до мелочей. Каждую минуту. Время летит слишком быстро, Арти. В октябре мне будет сорок. Куда всё ушло, Арти?

Он поднял глаза.

«Арти?» — сказал он.

Браун тихо храпел. Сон смягчил его черты, сделав его внешность гораздо моложе. Карелла подошёл к нему, стоял и смотрел на него с любовью, улыбаясь. Затем он выключил свет и пошел позвонить Кэролайн, чтобы сказать, что её муж устал и останется на ночь.

Сонни прибыл в Риверхед ещё до рассвета. Он припарковал угнанную машину в круглосуточном гараже в четырёх кварталах от дома Кареллы, а затем пошёл по Довер-Плейнс-авеню в сторону станции надземного метро, стараясь выглядеть как любой другой простой цветной мужчина, спешащий на работу в среду утром, как и в любую другую среду утром. Он прошёл мимо лестницы, ведущей на платформу, и повернул направо на улицу, где жил Карелла. Он был чернокожим мужчиной, идущим пешком по белому кварталу, пока солнце ещё не взошло. Он надеялся, что мимо не проедет полицейская машина, надеялся, что некто, выглядывающий из окна, заподозрит его в краже, а не в том, что он собирается убить полицейского детектива. Это его позабавило. Он громко рассмеялся, опустил голову, как будто кто-то прочитал его мысли, и поспешил по улице.

«Шевроле» (американская автомобилестроительная корпорация — примечание переводчика), за которым он следил последнее время, был припаркован перед гаражом Кареллы. Это его удивило. Он взглянул на дом. Ни одного светящегося окна. Он пошёл прямо по травянистому участку вдоль подъездной дороги, тихонько пробираясь к двери сбоку от гаража, между ним и домом. Это была самая опасная часть. Именно в этот момент его могли увидеть из дома. Но было ещё темно, а он был чёрный — это тоже его позабавило — и он без труда взломал замок Микки Мауса (навесной замок, формой напоминающий голову известного мультипликационного персонажа, в настоящее время почти не используется — примечание переводчика). Быстро открыв дверь, он так же быстро закрыл её за собой. В гараже стояли две машины, что объясняло, почему Карелла припарковал потрёпанный полицейский седан на подъездной дорожке.

Сонни достал из-за пояса пистолет «Desert Eagle».

Он посмотрел на часы. Десять минут шестого.

Он посчитал, что примерно через час Карелла будет мёртв.

Они пили кофе за кухонным столом, когда позвонил Толстый Олли Уикс. Тедди и близнецы ещё спали. Настенные часы показывали 6:35 утра.

«Я подумал, ты уже проснулся», — сказал Олли.

«Я не сплю с шести», — ответил Карелла.

«У меня для тебя есть анекдот про монахинь.»

«Слишком поздно. Мы уже раскрыли дело.»

«Кто «мы»?»

«Я и Арти.»

«Арти?»

«Браун.»

«А, да. Браун», — сказал Олли.

«Он сейчас здесь», — сказал Карелла.

«Что он у тебя делает?»

«Мы вчера вечером праздновали», — ответил Карелла. «Как в старые времена.»

«Но что он у тебя делает?»

«Он спал здесь.»

«Он спал у тебя дома?»

Для Олли было невообразимо, что какой-то белый человек позволил бы чернокожему спать в одной из своих кроватей. Или мочиться в один из своих туалетов. Или пользоваться одним из своих полотенец. Невообразимо.

«Передайте ему моё поздравление», — сказал он, и это прозвучало как проклятие. «А пока, как вам нравится иметь чернокожего партнёра по танцам?»

«Что ты имеешь в виду?»

«Паркер вам не сказал?»

«Нет. Что?»

«Сонни Коул следит за вами.»

«Что?»

«Сонни Коул. Парень, который застрелил твоего отца. Он следит за вами.»

«Если это шутка, Олли...»

«Это не шутка. Он ездит на зелёной «Хонде», смотрите внимательно.»

«Зелёной «Хонде»?»

«Он следит за тобой уже две недели.»

«Откуда ты это знаешь?»

«Возможно, он убил дилера в Хайтауне. Я знаком с делом.»

«Но откуда ты знаешь, что он..?»

«Глаза и уши всего мира, мой мальчик, ах да», — сказал Олли. «И не забудь передать ему моё поздравление.»

В трубке раздался щелчок.

«Зелёная «Хонда»?» — спросил Браун.

«За рулём Сонни Коул», — ответил Карелла.

«Что он собирается делать?»

«Угадай», — сказал Карелла.

Глядя через стеклянные панели боковой двери гаража, Сонни увидел, как открылась дверь кухни дома Кареллы, и в тот же момент он открыл дверь гаража, вышел на улицу и вытащил из-за пояса пистолет «Desert Eagle». Он быстро прошёл десять футов от гаража до дома, готовый сразить Кареллу на месте, как только тот выйдет на маленькую веранду перед кухней, но вместо этого на пороге появился его партнёр, большой чернокожий парень.

Браун спускался по ступенькам, когда заметил Сонни.

Он сразу же потянулся за своим девятимиллиметровым пистолетом.

Карелла вышел из дома через мгновение и узнал Сонни по тем дням, когда он сидел в зале суда, пока Генри Лоуэлл позволял ему уйти от наказания за убийство, и сразу же достал свой девятимиллиметровый пистолет, так что теперь в это яркое сентябрьское утро было три девятимиллиметровых пистолета, все направленные друг на друга, и никуда не деться, кроме как убить. Три девятимиллиметровых пистолета, образующие перевёрнутую «дьявольскую шалость» (числовое значение имени ставленника Сатаны, равное 666, упоминаемое в Библии, под которым скрыто имя зверя Апокалипсиса, персонажа последней книги Нового Завета, Откровения Иоанна Богослова — примечание переводчика), девять, девять, девять.

«Уйди с дороги, ниггер», — сказал Сонни. — «Я с тобой не конфликтую.»

«Зато я с тобой конфликтую», — сказал Браун.

Карелла не знал, произнёс ли он эти слова или только подумал их, но, когда он нажал на курок, они были.

«Отче наш, сущий на небесах...» (Молитва Господня, применяется в христианстве, согласно Евангелию, Иисус Христос дал её своим ученикам в ответ на просьбу научить их молитве, приводится в Евангелиях от Матфея и Луки — примечание переводчика)

И он выстрелил.

И теперь Браун тоже стрелял.

И Сонни Коул упал на землю.

Он позвонил лейтенанту Бирнсу домой и сказал ему, что он и Браун застрелили человека по имени Самсон Уилбур Коул, который ждал у его дома с пистолетом «Desert Eagle» в руке. Он попросил лейтенанта уведомить местный участок, а также отделы по расследованию убийств и внутренних расследований, и сказал лейтенанту, что он и Браун будут ждать их здесь, на месте происшествия.

Выстрелы разбудили всех соседей, и они все вышли на улицу в халатах и пижамах, когда сначала прибыла патрульная машина, а затем несколько машин без опознавательных знаков. Было около семи утра. Примерно через двадцать минут к дому Кареллы подъехали ещё две патрульные машины, из которых высыпалась блестящая толпа полицейских, жаждущих поговорить с Кареллой и Брауном, пока об этом не узнали СМИ. Фактически, большую часть дня они провели в центре города, в штаб-квартире, где ни кто иной, как сам комиссар (является главой Департамента полиции, обычно назначается мэром — примечание переводчика), инструктировал двух детективов о том, что им следует говорить, когда на них обрушатся газетчики и тележурналисты.

Вечером, когда Карелла и Браун уже начали сожалеть о своих десяти минутах телевизионной славы, «Печенюшка» ушёл из центра внимания и сел на самолёт Боинг-747 (семейство четырёхдвигательных двухпалубных широкофюзеляжных дальнемагистральных авиалайнеров, производившихся компанией Boeing Commercial Airplanes с 1968 по 2022 год — примечание переводчика), летевший в Лондон, где у него были родственники, занимавшиеся мясным бизнесом. В шесть часов, когда его самолёт с ревом разгонялся по взлётной полосе, тележурналист, жаждущий превратить историю Сонни Коула в большую телевизионную драму о межрасовом конфликте и семейной вендетте, спросил Кареллу, каково это было убить человека, когда-то обвинённого в убийстве его отца.

Браун, взяв на себя ответственность, сказал: «Это моя пуля убила его.»

Карелла задался вопросом, что именно он чувствовал.

Правда была в том, что он не знал.

Он предполагал, что чувствовал себя нормально.