Браконьер 6

Глава 10 Ништяки́

Броневик, о котором сказал Макс, обнаружился сразу. Как раз в его морде торчала кабина «Урала». Вот она, доброта начальства в высшей точке. А я-то уже успел губу раскатать. Впрочем, ладно, не жили богато — и не хер начинать. Есть у нас машина.

Усмехнувшись собственным мыслям, я направился осматривать остальных побитых в надежде, что мне всё же удастся завладеть относительно живым пленным.

За перевёрнутым пикапом, ясное дело, ловить было нечего. А вот внедорожник, торчащий в стене какого-то офисного здания, на некоторое время принёс надежду. Голова выродка цела и скрыта под маской, вне досягаемости прямых солнечных лучей.

Однако дальнейший осмотр тела принёс разочарование.

Бойцы, охраняющие Морзе, на патроны не скупились. И срать, что они были обычными, без содержания серебра. Вот только аргумент на двенадцать миллиметров — очень серьёзный. Попадание такой пули в сердце не оставляет даже малейшего шанса на воскрешение. От чудодейственного органа остались лишь жалкие лохмотья.

Я немного повздыхал, отпустил пару крепких выражений в сторону уехавшей колонны и принялся собирать трофеи. Пока предварительно стягивал всё в кучу. В какой-то момент задумался, что занимаюсь хернёй, и, прикрыв всё это дело телами бандитов, чтобы не так бросалось в глаза, поспешил к очистным, за нашей машиной.

Быстро не получилось. Пока доскоблил через лес, пока скинул с кузова маскировку, плюс пришлось попетлять по грунтовкам на обратном пути. Это ногами можно срезать напрямую, а машина, хоть и с внедорожными характеристиками, всё равно требует этой самой дороги. В общем, часа полтора потерял. Но, слава богу, на наше добро никто не позарился, и я спокойно перекидал его в кузов.

Покончив с основным барахлом, прошёлся по покойникам. Снял ботинки, более-менее целые разгрузки. Не забыл и карманы проверить. Рюкзаки потрошить не стал, после разберёмся. Забросил их в салон прямо так, не вскрывая. Часть мелочовки из карманов полетела в кювет, но кое-что я всё же оставил. Зажигалки, две пачки сигарет (откуда они их только взяли)… в общем, всё, что имело хоть какую-то ценность.

Глядя на трофеи, захотелось покурить, но солнце жарило так, что эту мысль пришлось отбросить. Пару раз по ходу дела я заглядывал в кузов броневика. Но увы, мои друзья всё ещё изображали трупы. Судя по стрелкам хронометра, прошло уже два с половиной часа, а значит, ждать осталось недолго. Да и визуально дыры на телах уже затянулись, голова Полины тоже была практически целой. Но сидеть без дела было тошно.

Ещё раз осмотрев поле боя, я хлопнул себя ладонью по лбу. Ведь добро ещё оставалось. Подхватив канистры и кусок садового шланга, я направился к «Уралу». В перевёрнутом пикапе ловить уже точно нечего. Пулемётный огонь превратил кузов в натуральный дуршлаг, и топливный бак зиял тремя огромными дырами. А вот грузовик выглядел вполне себе целым, и, откинув крышку, я в этом убедился.

Сунул шланг в горловину, подсосал топливо и, как только рот наполнился едкой жидкостью, сунул другой конец в одну из канистр. Снова захотелось покурить, чтобы избавиться от этого противного привкуса. Вот только обожжённая грудь и подбородок быстро отбили всю охоту. Да, пришлось немного пожертвовать здоровьем ради пары десятков литров солярки. Надо было какой-нибудь дерюгой прикрыться, но теперь уже поздно — дело сделано.

Дождавшись, когда канистра наполнится, я подставил под струю вторую и отправился переливать трофейное топливо в бак нашего пикапа. Вошло не много, ведь мы ещё вначале операции заправили машину под пробку. А поездили всего ничего. С другой стороны, кто же знал, что скоро у нас его будет завались.

Заполнив канистры, я выдернул шланг и убрал добро обратно в кузов. Пристегнул ёмкости, убедился, что ничего не болтается и не потеряется по дороге, и снова вернулся к броневику. На этот раз, когда я распахнул боковую дверь, из салона донеслось злобное шипение.

— Очнулся? — спросил очевидное я и поспешил захлопнуть за собой дверь.

— Капец, — выдохнул Ворон. — Даже не понял, откуда прилетело. Поля как?

— Да должна ожить с минуты на минуту, — ответил я, кивая в сторону её тела.

— Значит, тоже зацепило.

— Ага, в голову поймала, притом от своих.

— В смысле? А… Ты про этих, — отмахнулся пернатый. — Что они хоть везли-то такое?

— Скорее — кого, — поправил его я. — Макса Морзе.

— Шутишь?

— По мне похоже?

— Охренеть, — пробормотал Ворон и с силой провёл ладонями по лицу.

— Ага, я первым делом так же подумал, — усмехнулся я и наконец стянул с себя майку с пришитой поверх шапкой.

Дышать сразу стало легче, но я быстро это испортил, вставив в рот самокрутку.

— Мог бы и потерпеть, — поморщился напарник. — И так дышать нечем.

— Тебя забыл спросить, — огрызнулся я, выпуская густое облако дыма. — Макс сказал, что нас здесь какие-то подарки ждать будут.

— Может, в сейфе? — Ворон кивнул на толстую дверь.

— Ну открой, посмотрим, что там. Тебе ближе.

— Ща, — кивнул он и поднялся с пола.

Когда дверь в сейфе распахнулась, я вначале скорчил недовольную рожу. Внутри обнаружились три спортивные сумки и, судя по их мягкости, там находились какие-то тряпки. Я до последнего надеялся, что там оружие или серебро. Вытянув их в салон, Ворон снова сунулся внутрь, откуда донёсся его восторженный вздох.

— Ни хрена себе! — выдал он, вытянув оттуда какой-то чемодан.

— Что это? — без особого энтузиазма спросил я.

— Дрон, — с довольной рожей ответил Ворон. — И не какой-нибудь, а прям крутейший, военный. — Он откинул крышку и едва в пляс не пустился от счастья. — Не поверишь!

— Что? Два дрона? — ухмыльнулся я.

— Откуда знал? — Он покосился на меня.

— Да у тебя на роже всё написано.

— Ты хоть понимаешь, какое это богатство? Да одна такая птичка килограмм тридцать серебром стоить будет!

— В натуре⁈ — теперь уже оживился я.

— Но мы их продавать не будем.

— И на хрена они нам? Я ими управлять не умею.

— Я умею, — оскалился он. — И довольно неплохо. Дальность у них сейчас, конечно, сильно хромает, на штатном передатчике далеко не улетишь, но это наши глаза. Сможем базу Габриелы осмотреть, в каждый закуток заглянем. Оптика у них — ого-го!

Я переключил внимание на сумки, продолжая вполуха слушать ничего не значащие для меня характеристики, которые эмоционально, с эдаким придыханием, озвучивал Ворон. А вот содержимое этих сумок всё же заставило меня улыбнуться. Внутри обнаружились два комплекта летнего камуфляжа, плюс шапки и маски, защищающие от ультрафиолета. От наших, собранных на коленке, они отличались так же, как двадцатилетние «Жигули» — от новенького «Мерседеса».

Ткань шапок плотная, но тонкая. Когда я натянул одну из них, то сразу почувствовал, насколько в ней легче дышать. Тем более на уровне рта там был смонтирован специальный клапан, как на противогазе. На вдох открывался один, на выдох — другой. Плюс ко всему, эта конструкция оказалась съёмной. То есть клапанный узел свободно отстёгивался, делая рот открытым. Может пригодиться.

Маска самая обычная — лыжная. Но, судя по виду, какая-то крутая, дорогая. Она плотно прилегала к лицу, не оставляя ни малейшего зазора для проникновения солнечного света. Ну и сама шапка раскатывалась до плеч и имела липучки. Ответная часть обнаружилась на майках: широкая сплошная полоса в районе воротника. В паре они обеспечивали надёжную конструкцию. Нашлись и перчатки. Тоже не такие, как наши. Тонкие, с латексными пупырышками на ладонях и пальцах. Материал вроде прочный, но это покажет только практика. Надеюсь, не порвутся.

Упаковка носков и новеньких трусов обрадовала чуть не больше всего остального. Впрочем, в последнее время с тряпками особых проблем нет. Производства уже потихоньку налаживали.

Ботинки я сразу отложил, так как трофейные, те, что я стянул с мёртвого охотника, были лучше. Эти полетят на продажу, тем более что они новые. Даже бумажка в носки набита. За такие любой барыга меня в задницу расцелует и заберёт за назначенную цену, не торгуясь.

Новенькую разгрузку тоже отложил. Но продавать я её не стану, пусть лежит про запас. Много места не занимает, а понадобиться может в любой момент.

Вот и все подарки. К слову, с размером Макс угадал. Все вещи будто на меня сшиты. И это в очередной раз навело меня на определённые мысли. Этот парень точно знал, куда едет и кого встретит по пути. В подобные случайности я не верю.

В углу заворочалась Полина. Некоторое время она рассматривала нас, сверкая красными зрачками в темноте. А через мгновение рванула вперёд и повалила на пол Ворона. Не потому что посчитала его слабее меня, просто он был ближе. Её перекошенная от ярости пасть потянулась к его горлу и наверняка вгрызлась бы в артерию, но я оказался быстрее.

Вместо того чтобы срываться с места, я точным броском отправил в полёт сумку, которая встала непреодолимой преградой к горлу жертвы. И только затем попытался оттащить слетевшую с катушек подругу.

Ворон быстро отполз, однако страха в его глазах я не видел. Он действовал точно, прекрасно понимая, что происходит. Отыскав среди хлама свой рюкзак, он одним рывком вскрыл молнию и вытянул наружу литровую бутылку с синькой.

Я всё это время боролся с «хрупкой» девчонкой. С виду она у нас пушинка: худенькая, местами даже костлявая, но сил в ней оказалось немерено. К тому же она ещё и извивалась, словно уж на сковородке. Дважды чуть не вырвалась. Будь я человеком, не смог бы её удержать и секунды. Но сейчас я один из них и даже на ступеньку выше. А потому после её очередного рывка я попросту поудобнее перехватился и как следует заломил ей руки. Девушка взвыла от бессилия, да так люто, что у меня мурашки вдоль позвоночника пробежали.

Ворон, не будь дураком, бросился к нам, помогая сдерживать натиск. Он попытался схватить Полину за подбородок и едва успел отдёрнуть руку. Зубы клацнули по воздуху, и едва челюсти сомкнулись, как Ворон резким выпадом всё же умудрился зафиксировать ей лицо. Он запрокинул ей голову и сильно сдавил скулы, заставляя разжать рот, а затем просто перевернул в него бутылку с синькой.

Полина закашлялась, но, сделав первый глоток, с жадностью присосалась к посуде. Через пару минут опустевшая ёмкость отлетела в сторону, а салон озарила мощная отрыжка.

— Ой. — Девушка кокетливо прикрыла рот ладошкой. — Простите.

— Да ничего, — смущённо буркнул Ворон. — Бывает.

— Фигасе бывает! — Я хрюкнул от смеха. — Не каждый лев такой рык выдать способен.

— Дурак! — Полина залилась густой краской.

— Да ладно тебе, я же шучу.

— За такие шутки в зубах бывают промежутки. — Она с угрожающим прищуром уставилась на меня.

— Что это было вообще? — съехал я на другую тему.

— Ты о чём? — уточнила она.

— Да о том, что ты едва Ворона не схарчила.

— Жажда, — вместо неё ответил напарник. — Слишком много ресурсов ушло на восстановление. А мы и без того уже на грани были.

— А ты почему нормальный был, когда я в салон залез? — резонно подметил я.

— Успел синькой залиться. Ты когда дверь открыл, я как раз бутылку допивал.

— Ясно, — кивнул я и, немного подумав, добавил: — Жуть…

— Что там у вас? Ты где такой костюмчик откопал? С трупа снял? — заинтересовалась моей обновкой Полина, — А моего размерчика там нет?

— В сумке посмотри. — Я указал на один из баулов.

— Ого! — Она сунулась внутрь. — Откуда дровишки?

— Подгон босяцкий, — ощерился приятель.

— Фу, Ворон, — ухмыльнулся я. — Ты откуда таких словечек нахватался?

— От командира отряда, — вернул мне шпильку он.

— А если серьёзно? — переспросила Полина, прикладывая майку к плечам, чтобы прикинуть размер.

— Да куда уж серьёзнее, — хмыкнул Ворон. — Ты знаешь, кого мы от смерти спасли?

— Без понятия, — пожала плечами она. — Деда Мороза?

— Почти, — влез в разговор я. — Макса Морзе.

— Да ла-а-адно⁈ — выпучив глаза, протянула девушка. — А чего он здесь забыл?

— Вот об этом как-то не догадался спросить, — покачал головой я.

— То есть ты с ним говорил? — ещё более удивлённо уставилась на меня она. — И что он сказал?

— Ничего такого, что заслуживало бы внимания, — отмахнулся я. — Удачи в операции пожелал.

— Круто.

— М-дэ, — скептически хмыкнул я. — Как мало вам нужно для счастья.

— Я так понимаю, мы победили? — наконец-то прозвучал самый важный вопрос.

— Типа того, — кивнул я. — Правда, основную работу за нас сделали бойцы Морзе. Но в целом да, банда перешла в разряд груза двести.

— Нужно на их базу сгонять, — тут же оживилась Полина. — Там тачки остались, стволы, патроны. Может, даже хавчик какой. Одни только грузовики тысяч на двадцать потянут.

— Тебя Стэп, что ли, покусал? — усмехнулся я.

— А что Стэп? — Девушка пожала плечами, стягивая с себя окровавленную одежду. — Он бы оценил.

— О том и речь, — вздохнул я, вспоминая былые деньки нашей банды. — Ладно, собираемся и валим. Нужно к закату в крепость успеть. Заказ сдать, награду забрать.

На воротах нас встретила мрачная охрана. Бойцы оказались не знакомы, поэтому мы были вынуждены проходить всю процедуру регистрации по новой. Никакие аргументы в сторону того, что нас ждут и что у нас личное задание от самого Дмитрия Алексеевича, не работали. Пришлось сдавать оружие и торчать в очереди на скамейках в душной приёмной.

Я ожидал, что к нам снова явится толстый начальник внутренней безопасности, но вместо него в кабинете сидела какая-то женщина. Так что вместо разговора по душам я снова уселся заполнять бумажку для временного пропуска. Опять ждать и нервничать. И внутрь мы попали только в половине второго ночи. Решать какие-то дела было уже откровенно поздно. Все лавки и кабинеты закрыты, люди спят, даже со стороны кабака тишина. Очень неприветливая крепость по отношению к изменённым.

— Ну и? — Ворон замер на пятачке перед храмом. — Какие дела у нас?

— Судя по всему, снова ждать, — хмуро ответил я. — В подвал к выродкам лезть что-то не хочется.

— Вот и мне не очень, — вздохнула Полина. — Но пожрать бы не помешало.

— Да смысл здесь шататься из угла в угол? — резонно заметил Ворон.

— Есть у меня одна мыслишка, — ухмыльнулся я. — «Кто ходит в гости по ночам» называется. Есть тут у меня один старый знакомый, предлагаю к нему завалиться.

— Ну веди, Сусанин-герой, — согласилась Полина.

И я свернул влево, уводя друзей в узкое горлышко тропы, зажатое между двух крепостных стен. Через пару минут мы уже топтались у двери квартиры Филина. Не успел я постучаться, как он сам распахнул дверь и посторонился, пропуская нас внутрь.

— Как знал, что придёте, — буркнул он, пожимая мне руку.

— Знакомься. — Я обвёл рукой своих друзей. — Это Полина, моя девушка, а это Ворон.

— П-хах, тоже из пернатых? — усмехнулся Фил и представился: — Филин.

— А почему Филин? — тут же полюбопытствовала Полина.

— Потому что фамилия Филимонов. Меня так с детства кличут. Но чаще всего просто Фил.

— И как ты узнал, что мы сегодня придём? — с подозрительным прищуром спросил Ворон.

— Да про вас уже вся крепость жужжит. Говорят вы на Горьковском шоссе целую банду положили. Самого Морзе от смерти спасли!

— Там ещё вопрос, кто кого, — усмехнулся я.

— Принёс что-нибудь? — уставился на меня Фил.

— Нет, — покачал головой я. — Даже близко возможности не было.

— Вы о чём? — почувствовав, что речь о наживе, спросила Полина.

— О сердцах, — вместо Фила ответил я.

— А, — отмахнулась девушка. — Я-то думала, может, ты у нас трофеи заберёшь.

— А что за трофеи? — всё же оживился Филин.

— Два пулемёта, «калашей» девять стволов и СВД. Патроны, ботинки и так, кое-что по мелочи. Есть ещё два грузовика с будками-вахтовками, под дома на колёса переделаны. Но их ещё пригнать нужно, — моментально перечислила наше имущество она.

— Фигасе! — округлил глаза Фил. — Это же только навскидку килограмм на сорок серебра потянет. Могу за тридцать всё оптом забрать.

— А у тебя ничего там не треснет⁈ — возмутилась Полина. — Одни только «Уралы» за сорок кило влёгкую уйдут. А там ещё и два крупняка в наличии. Пятьдесят штук — не меньше.

— Ты где такую злую бабу нашёл, Брак? — обратился ко мне за помощью приятель. — Побойся бога, деточка! Ты меня что, без штанов хочешь оставить?

— Будешь из меня дуру делать — я тебя и без трусов оставлю, — хмыкнула она. — По частям этот товар за все семьдесят уйдёт, так что я с тобой ещё как по-божески.

— Ладно, пусть будет сорок. — Фил скорчил кислую рожу. — И «Уралы» я сам перегоню.

— Тоже мне, медвежья услуга. Баранку крутить — много ума не надо.

— Серьёзно? — криво ухмыльнулся Фил. — А ты когда-нибудь такими шаландами управляла?

— Разберёмся, не маленькие, — фыркнула она. — Пятьдесят, и не граммом меньше.

— Вот же заноза! Сорок пять.

— Полтинник.

— Сорок семь, — предпринял ещё одну попытку Фил. — Больше у меня просто нет.

Полина сделал вид, будто что-то считает, даже губами зашевелила и принялась загибать пальцы.

— Ладно, — согласилась она. — Но всё остальное, что найдём в лагере, — наше.

— По рукам, — вытянул ладонь Фил. Они скрепили сделку рукопожатием, и приятель тут же водрузил на стол бутылку самогона. — Обмоем? — Он с нескрываемой надеждой обвёл нас взглядом.

— Я точно нет, — отказался я.

— Я тоже не пью, — обозначил свою позицию Ворон.

— Ну если только по чуть-чуть, — согласилась Полина.

— Вот это я понимаю! — аж подпрыгнул Фил. — Вот, учитесь! А то как эти…

— Как кто? — уточнил я.

— Как те, которые друзьями только называются. Ща грибочки открою…

Минут через пять стол уже напоминал свадебную поляну. Похоже, Фил решил не просто отметить сделку, а закатить пир горой на всю деревню.

Впрочем, мы были не против, тем более что жрать хотелось.

Разговоры сместились на бытовые темы. Пару раз Фил вспоминал о нашем знакомстве, каждый раз добавляя в историю несуществующие детали. Ворон не отставал, подкидывая байки о нашей операции с бандитами. Правда, так и не упомянул, что даже не сделал ни одного выстрела и больше трёх часов провалялся на полу разбитого броневика с дыркой от пули в бочине.

Вскоре за окном забрезжил рассвет, и Фил быстро закрыл его одеялом. А я достал из рюкзака новую шапку и натянул её на голову. Следом приладил очки и вышел из-за стола.

— Ладно, вы пока здесь побудьте, я до Алексеича сбегаю, наш вопрос закрою. Потом за «Уралами» сразу пойдём.

Свежий утренний воздух показался мне райским, особенно после душной кухни Фила, где мы накурили так, что можно было вешать топор. Дорога до администрации была мне известна, и через несколько минут я был на месте. Дверь с тихим скрипом подалась, и я нырнул в полумрак помещения.

В приёмной перед кабинетом Дмитрия Алексеевича меня встретила секретарша. Та самая женщина, которая ночью оформляла нам пропуски. Выглядела она уставшей, под глазами залегли тени. Но больше всего меня удивил горький аромат кофе, который источала её кружка.

— Утречка, — бодрым голосом произнёс я.

— Угу, — буркнула в ответ секретарша. — Его нет.

— Как? — опешил я. — А когда будет?

— Не знаю, — пожала плечами она. — Возможно, больше никогда.

— Не понял, — окончательно потерялся я. — А как же нам тогда?..

— Молодой человек, я вас не понимаю.

— Дело в том, что мы с командой выполняли одно деликатное поручение от Дмитрия Алексеевича.

— Так это вы Брак?

— Он самый.

— Дмитрий Алексеевич просил передать вам свои извинения.

— Да в очко их себе пусть затолкает! — не выдержал и выругался я. — Это что, шутка такая? Мы там своей башкой рисковали! Моих людей ранили! Задача выполнена, где наши деньги!

— А вы на меня не орите! — тут же выпучила глаза она. — Тоже мне, ходят тут всякие! У вас бумага есть? Вы договор подписывали?

— Какой ещё, на хрен, договор? Вы меня что, кинуть собираетесь?

— Молодой человек, ведите себя потише, или я сейчас охрану позову. Вы что себе позволяете вообще?

— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул я, пытаясь успокоиться. — Так, давайте с начала. У нас с Дмитрием устное соглашение.

— Ну так с него и спрашивайте тогда, — окончательно ошарашила меня секретарша. — Что вы мне-то претензии высказываете? Без бумаги я вам ничем помочь не могу.

— Весело тут у вас, — пробормотал я. — Ладно, допустим… А где я могу найти Дмитрия Алексеевича?

— Его вчера арестовали, — вбила последний гвоздь секретарь. — Явились люди из столицы и… — Женщина развела руками.

— Опа, — выдохнул я. — Вот это поворот. А за что?

— Думаете, мне о таком докладывают? Понятия не имею. Пришли, забрали, сказали, что арестован. Дмитрий Алексеевич только и успел попросить вам передать, что он извиняется. Это всё.

— Дела-а, — протянул я и почесал макушку. — И что теперь делать?

— Сказала бы я вам, да воспитание не позволяет, — резко ответила она. — Впредь будете умнее. На любой сторонний заказ подписывайте бумагу. У вас всё? Мне ещё кучу отчётов нужно написать.

— Выходит, плакали наши денежки? — пробормотал я скорее сам себе, чем для секретарши.

— Ничем не могу помочь, — тем не менее ответила она.

Я вышел на улицу и крепко задумался. Ситуация выглядела абсурдной. За каким хреном Морзе взял под арест начальника безопасности? Не мог же он быть стукачом, который сливал банде информацию из крепости, и при этом нанять нас для её устранения? Это же выглядит как полный бред.

Или мы просто чего-то не знаем? Мало что ли на нём может быть других грехов?

А вдруг всё это хорошо разыгранный спектакль, чтобы не платить нам? И как это проверить? Не сидеть же здесь сутками, выслеживая его появление? Да и не вылезет он. У начальника здесь наверняка глаз и ушей на каждом шагу натыкано. Донесут. М-да, надо было так попасть?

С другой стороны, мы только что на трофеях в семь раз больше подняли. И это ещё лагерь не вычистили. А там наверняка будет ещё что-нибудь. Даже если только патронами возьмём. Но и шесть тысяч как-то деньги немалые. Много для кого это годовой заработок, как, например, у той же дружины. И вникать в это болото не хочется, есть дела поважнее.

Ладно, вернусь, пожалуй, к своим — и вместе решим, как быть дальше. По идее, мы ведь и вправду ничем, кроме слов, не можем подтвердить свой заказ.

Да, жизнь определённо налаживается, раз бумажки теперь требуются даже для такого.