Браконьер 6

Глава 11 Прятки

— Как-то так, — закончил я свой рассказ и обвёл взглядом присутствующих.

— То есть поработали мы бесплатно, — тут же сделала выводы Полина. — Ну круто, чё…

— Значит, говоришь, ласты ему завернули? — уточнил Фил.

— Секретарь так сказала, — пожал плечами я. — Только странно всё это. У меня другие мысли на этот счёт. Думаю, прячется он.

— И сколько он вам обещал? — задал очередной наводящий вопрос Филин.

— По два кило на рыло, — ответил я.

— Значит, из-за шести килограмм серебра Алексеич решил переехать в землянку? — с хитрым прищуром спросил он. — Серьёзно?

— Да чё ты докопался? — вступился за меня Ворон. — Откуда мы знаем? Может, у него жаба больше, чем он сам?

— А может, и нет, — хмыкнул хозяин квартиры.

— Ты если что-то знаешь, то выкладывай. — Я посмотрел на приятеля.

— Короче, дело здесь совсем не в вас и не в банде этой. Хотя крови она Лексеву знатно попила. А приняли его, скорее всего, потому, что он по выродкам всякие схемы мутил. Ой, простите, по изменённым.

— Да срать на терминологию, — отмахнулся я. — Что за схемы?

— А ты сам не догадался ещё?

— Да твою мать, Фил! — рявкнул я. — Мы здесь что, в ребусы играем?

— А ты на меня не рычи, я в твою артель не нанимался, — набычился он. — Мозгами-то пораскинь. За каким хреном ему анкеты ваши? Что в них за вопросы?

— Да стандартные все, — пожал плечами Ворон. — Кто такие? Откуда и куда? С какой целью в Муроме и чем занимаетесь?

— Вот именно, — воздел палец Фил. — Откуда и куда. А какое ему дело, куда вы собираетесь?

— Хочешь сказать, он браконьерством промышлял? — удивился я.

— Ну не сам, конечно, работали на него люди. Но в общем и целом — да. Он же намеренно вас на проходной маринует. Гости нервничать начинают, хотят поскорее с этой процедурой покончить, и никто в анкеты не вникает. А Лексев тем временем собирает о вас всю информацию. Проверяет по системе, за кого спрос будет, а кого можно и в расход. Ну а куда вы путь держите, сами в анкетах написали. Ушли три-четыре выродка, что проездом тут были, а через сутки пропали на дороге. Время-то нынче неспокойное. — Фил ухмыльнулся и посмотрел на каждого из нас. — Докажи потом, что это наши причастны. По бумагам-то всё чин по чину. Въехали трое, уехали трое, на дальнем блокпосте их видели. А уж что с ними там потом случилось, то не нашего ума дело. А сердца сейчас с каждым днём всё дороже. Плюс хабар. Вот сам и посчитай.

— Офигеть, — только и смогла выдохнуть Полина.

— Вот же урод! — поддакнул ей Ворон.

— Это смотря с чьей стороны, — развёл руками Филин. — Местные эту инициативу поддерживали.

— Так а банда здесь при чём? — спросил я. — Ты сказал, что она ему сильно мешала.

— Само собой. Когда вокруг караваны грабят, это же лишнее внимание. Если к этому приложить тот факт, что после отъезда ещё и изменённые пачками пропадают, то совсем тоскливо становится. А он ведь весь процесс на рельсы поставил, рынок сбыта полноценный организовал. Там спрос такой был, что многие вперёд проплачивали.

— Серьёзный подход, — кивнул я.

— А то ж… Ну, видимо, где-то в цепочке слабое звено обнаружилось.

— И что, сам Морзе его вязать ехал? — хмыкнул я.

— А почему нет? — пожал плечами Фил. — Ты хоть представляешь, какой из этого скандал раздуть можно? Да здесь прямой повод для очередного восстания. Если бы эта информация в нужные руки попала, считай, конец спокойной жизни.

— Любопытно… — Я почесал подбородок. — Особенно для одной мадам, которая очень любит многоходовки. А если прибавить к этому колонну Морзе…

— Это уже повод для войны, — продолжила за меня фразу Полина. — Выходит, бардак в регионе устроили не просто так.

— Вы о ком вообще? — Филин наморщил лоб.

— Да так, о своём, о женском, — отмахнулась девушка. — Карданах, карбюраторах…

— Ну серьёзно! — возмутился он. — Что за мадам?

— Да окопалась тут одна в Орле, — ответил я. — Воду мутит. Недавно в Володарске на открытии мукомольного собиралась весь мирняк под нож пустить.

— Иди ты⁈ — выпучил глаза он.

— А если бы всё это в совокупности сработало? — Ворон почесал макушку. — Я имею в виду Володарск и Муром. Вы представляете, какой хаос бы начался?

— Ну, дерма-то мы все хлебнуть успели, — небрежно отмахнулся Фил.

— Нет, дружище, ты всё ещё не до конца понимаешь, к чему это ведёт, — покачал головой я. — Мадам эта, она не наша — из Британии к нам пожаловала.

— В смысле?

— В прямом, — усмехнулся я. — Если она здесь обстановку раскачает, следующий удар уже из-за ленточки прилетит.

— Так на вилы тварь поднять! — Он стукнул себя кулаком по колену.

— Не всё так просто, — вставил своё слово Ворон. — Она действует через религиозный настрой, а это сила покруче любой пропаганды. Если её глохнуть открыто, мы сделаем из неё великомученицу, которая погибла за веру. А это снова пожар.

— И какие у нас варианты?

— Нас? — Я приподнял брови.

— А ты думал, я буду со стороны за этим дерьмом наблюдать⁈ — Филин аж с табуретки подскочил. — Нет, Брак, я через всё это дерьмо не для того проходил, чтобы в итоге страну каким-то англичашкам отдать! Я с вами!

— Стоп! — Я выставил ладони вперёд. — Боюсь, это невозможно.

— Это с какого перепоя⁈ Ты меня в деле видел, я охотиться не хуже твоего умею!

— Никто с этим не спорит, но ты слишком заметный. Ты человек.

— И давно это для тебя проблемой стало?

— Недели две назад, когда я смог человека за два с лишним километра учуять. Ты для нас как яркая лампочка в ночном лесу.

— Тогда на хрена ты мне всё это рассказывал?

— Не просто так, — кивнул я. — Тут ты прав. Я хочу, чтобы ты всех наших собрал, всех, кого знаешь, до кого сможешь достучаться. Мы пока осмотримся, прикинем, как удобнее к базе Габриелы подобраться.

— Значит, всё-таки на вилы? — криво ухмыльнулся он.

— Её прихвостней — да. А сама она нам живой нужна. Это я на себя беру. Вам нужно только шум устроить, основную массу на себя вытянуть и боем связать. Есть у меня подозрение, что она не одна такая у нас в стране сидит. Но пока просто людей собери сколько сможешь. И желательно тихо.

— Я понял, — серьёзно кивнул он.

— За барахлом едем, нет? — напомнила о незавершённой сделке Полина. — Пока кто-нибудь другой ушлый тачки не увёл.

— Да, погнали! — Филин заметался по кухне.

Мы помогли ему убрать со стола, вернули на лица шапки и маски. Фил сдёрнул одеяло с окна, и уже через десять минут мы всей дружной компанией подходили к КПП на воротах. На этот раз оружие вернули без проблем, ничего не пропало. Возможно, повлиял прошлый урок, а может, просто смена попалась честной. Ну, или, что наиболее вероятно, политику партии сильно надломил арест начальства. В любом случае провожали нас очень тяжёлыми взглядами, будто мы крепости денег задолжали, а не наоборот.

Первым делом разгрузили пикап, так как кузов мог нам ещё понадобиться. Это тоже сожрало приличное количество времени. Здесь, за стеной, всё это не бросить. Оставлять под присмотром у дружины на посту — тоже идея так себе, а пропуски мы уже сдали. Впрочем, Фил смог договориться с кем-то внутри и вскоре к нам подкатила машина с прицепом, в который мы и перегрузили весь скарб. Но, как ни крути, а час мы потеряли.

Зато дорога много времени не заняла, тем более что объездной путь мы уже знали. Лагерь бандитов был аккуратно свёрнут и упакован. Это говорило о том, что они не собирались здесь оставаться по завершении операции. Грузовики накрыты маскировочными сетями, одна из которых тут же полетела в кузов пикапа. Двери на замках, в кузовах полный порядок, даже полы блестят.

Без сюрпризов тоже не обошлось. Естественно, прежде чем лезть внутрь, мы как следует осмотрели технику снаружи. И я нисколько не удивился тому, что каждая из машин оказалась заминирована. Открытие двери — смерть. Запуск двигателя — тоже до свидания. И всё это в совокупности с идеальным порядком навевало определённые мысли о том, что эти парни были такими же бандитами, как я — балериной.

— Нашёл! — Размахивая папкой, Ворон выскочил из кузова одного из «Уралов». — Здесь целая куча разведданных по Мурому. Даже аэрофотосъемки есть.

— Ну-ка дай посмотреть. — Я протянул руку, и приятель вложил в неё документы.

За спиной тут же пристроилась Полина.

Раскрыв папку, я первым делом уставился на фотографии. Весь город с прилегающими территориями в реальном времени, с пометками. Следом — распечатанная на принтере бумага, где расписан график смены часовых с фамилиями. Далее — список всей административной верхушки крепости, с кратким досье и описанием характера.

— Да кто вы, мать вашу, такие⁈ — пробормотал я, перебирая бумаги.

— Диверсионный отряд, — высказала очевидное Полина. — И что-то мне подсказывает: не единственный.

— Это и лосю понятно, но откуда они? Чьи это люди?

— Без понятия, — пожала плечами Полина. — Точно не Лиги.

— Если они работают на эту Габриелу, то у нас большие проблемы, просто огромные, — констатировал я. — Масштабы могут быть гораздо серьёзней, чем мы полагали. Это уже не просто агент, это полноценная сеть шпионов. С прикрытием, штурмовыми и диверсионными отрядами. И я не понимаю…

— Чего? — спросила Полина, так и не дождавшись ответа, так как я завис в своих мыслях.

— А того, почему Морзе относится к этому спустя рукава?

— С чего ты так решил? — поинтересовался Ворон.

— С того, как мы пообщались, с того, что этим вопросом занимаемся только мы трое, без какой-либо поддержки. Это же бред. Это уровень государства, но никак не браконьера-любителя. Что-то здесь не так, неправильно.

— Или мы выступаем в качестве ширмы. — Полина сделала тот же вывод, что и я. — Пока мы шумим в одном месте, настоящее представление происходит в другом.

— Логично, — согласился Фил, который подошёл как раз к финалу разговора.

— Ну что? — переключила на него внимание Полина. — Тачки в порядке?

— Да, всё отлично. — Он изобразил знак «ок». — Серебро скину сразу, как вернёмся в крепость.

— Сколько у нас там вышло: сорок семь? — уточнил я.

— Сошлись на этой цифре, ага, — кивнул Фил.

— Придержи их пока у себя, — добавил я. — Хрен знает, как у нас там всё обернётся. И ещё за «мерином» моим присмотри.

— И далось тебе это корыто? — усмехнулся он и хлопнул ладонью по борту пикапа. — Вот, машина — зверь, не то что твоя пузотёрка.

— Ой, тебя забыли спросить, — поморщился я. — Просто сделай как я прошу, лады?

— Да мне несложно, — пожал плечами он. — Присмотрю и за тачкой, и за серебром. И про людей тоже не забуду.

— Вот и отлично.

— А ты помоги мне технику перегнать. Назад я тебя на своей подброшу.

— Поехали.

Я вскарабкался в высокую кабину и запустил двигатель. Машина завелась, что называется, с пол-оборота. Немного подождав, пока насос разгонит масло по системе, я попытался включить первую передачу. Однако услышал лишь противный хруст. Несколько раз утопил педаль газа и снова дёрнул ручку на себя и вниз — тот же результат. Ладно, значит, будем трогаться со второй.

На этот раз проблем не возникло, и рычаг точно встал в нужное положение. Машина сдвинулась, даже не почувствовав. Мощности двигателя ей хватало с большим запасом. А вот управлять огромным железным монстром оказалось не так просто, несмотря на то, что я смотрел на мир свысока. Никак не удавалось ощутить габариты. Машина казалась мне больше, чем она есть на самом деле.

Но худо-бедно из леса мы выскочили, а неровности сельской грунтовки это чудовище даже не чувствовало. Вскоре мы уже въезжали в город, и я окончательно расслабился. Широкая дорога и отсутствие движения превратили поездку в непринуждённую прогулку. А минут через пять мы уже остановились у ворот крепости.

Я заглушил двигатель, но выходить не стал. Фил ускакал, чтобы договориться с кем-то о стоянке, а заодно взять ключи от своей машины. Вернулся он минут через двадцать, и вскоре мы уже мчались обратно.

Фил постоянно что-то говорил, но я его не слышал, полностью погрузившись в свои мысли. Мне не давала покоя эта загадочная банда, в которой царил идеальный порядок. То, как они отработали с колонной Морзе… Если бы не мы, Макс сейчас валялся бы в их кузове, перевязанный по рукам и ногам. Да и то спорный вопрос. Это я о нашем вмешательстве. Огромным плюсом обороны стал тот факт, что люди, охраняющие караван, тоже оказались профессионалами. Будь на их месте обычные торговцы, ещё не факт, что наша миссия завершилась бы положительным результатом. И даже учитывая всё вышеперечисленное, я практически потерял своих друзей. Нет, это точно не пацаны с улицы. Но на кого они работают?

И это был главный вопрос. Но имелся ещё один, и он касался Габриелы и отношения к ней Морзе. Слишком беззаботно. Он будто отмахнулся от этой проблемы, как от назойливой мухи. Ну летает она по квартире — и хрен с ней. Лишь бы на хлеб не садилась. Однако нападение на колонну стало для него сюрпризом. И в отношении банды он был очень серьёзен.

Он был готов рискнуть собой, чтобы узнать о них хоть что-то. Это ясно как белый день, ведь не просто так меня оставили живым. Не просто так Макс перешёл на рукопашную схватку, чтобы взять меня под контроль. Я успел заметить его разочарование, когда он понял, что я не являюсь одним из тех, кто на него напал.

Что же получается? Эти люди не имеют никакого отношения к Габриеле? Слишком разная реакция от первого лица государства. Значит, Полина попала в точку. Мы — ширма, шум для отвода глаз от основного действия. Где-то ведётся крупная игра с огромными ставками, и мы в ней всего-навсего пешки. Обидно.

А может, послать всё к чёртовой матери? Пусть сами разбираются со всем этим дерьмом.

— Эй, ты слышишь вообще? — толкнул меня Фил.

— А? Чего? — Я вынырнул из размышлений. — Сорян, бро, задумался.

— Я говорю: как долго вы там проторчите? Сколько времени у меня на сбор отряда? И где брать серебро?

— Нигде, — ответил я.

— В смысле? — опешил от такого поворота он. — Ты как себе это представляешь?

— По последним данным, там в районе семи сотен выродков, — ответил я. — Семьсот потенциальных сердец. Как тебе такой расклад?

— Самоубийственный, — хмыкнул приятель. — Но мне нравится. Ладно, придумаю что-нибудь. В крайнем случае, вооружу из трофейного барахла.

— Я вообще теперь не уверен, что оно нам понадобится. Что-то неправильно во всей этой возне. Давай так: ничего не делай, пока мы не вернёмся с информацией.

— Как скажешь, — пожал плечами Фил.

Высадив меня у нашего пикапа, он попрощался с нами и укатил по своим делам.

Я бросил взгляд на часы, посмотрел на небо и скомандовал привал. Спорить никто не стал. Неделя выдалась ещё той, и нам требовался нормальный отдых, а не те жалкие крохи сна на грани беспамятства. Всё-таки не приспособлены мы для жизни на деревьях.

Лагерь развернули за считаные минуты. Установили палатку, развели огонь, и Полина тут же принялась за готовку. Жрать хотелось невыносимо. Машину мы спрятали в тени и дополнительно накрыли её маскировочной сетью. На палатку накинули одеяла, чтобы перекрыть доступ солнечному свету. Всё — на ближайшие пару суток мы оккупировали лагерь уничтоженной нами банды. Жаль, удочки нет…

Усталость навалилась на меня внезапно, словно многотонная плита. Задача, которая держала нас в напряжении последние дни, наконец-то выполнена, точки расставлены. Да, не все. Мало того, появились новые вопросы. Но они и не требуют немедленного решения. И мозг это понял вместе с тем, что организму, за которым он закреплён, требуется отдых.

Я устало опустился на бревно и уставился на огонь. Полина занималась готовкой, и по её движениям и внешнему виду в целом было ясно, что делает она это из последних сил. Ворон даже не стал перешагивать через себя и тупо отключился, развалившись в траве, в тени раскидистой ивы.

Ели в тишине, притом вдвоём. Ворон отказался от обеда в пользу сна. Буркнул что-то типа: «идите в жопу» и перевернулся на другой бок.

И я был с ним полностью согласен. Вопреки собственным правилам, я даже дежурство распределять не стал. Во-первых, на ближайшие несколько дней местность можно смело считать безопасной. Банда сделала всё, чтобы закошмарить залётных лихих людей. А во-вторых, нам в наследство достался неплохо оцепленный сигнальными ракетами периметр. Да, его пришлось кое-где подлатать, но это уже мелочи в сравнении с тем, чтобы выстраивать и маскировать всё заново.

В сон я провалился, едва занял горизонтальное положение.

Проснулся я оттого, что ушей коснулся плеск воды. Пошарив рукой возле себя, обнаружил пустой спальник. Но стоило включить внутреннее зрение, основанное на слухе и обонянии, как я тут же получил ответ на оба своих вопроса.

И тут нос почуял то, во что превратилась атмосфера в палатке. Пожалуй, в спортивной раздевалке витают более аппетитные запахи. Надо ли говорить, что не мылись мы с того дня, как покинули Володарск? А ведь всё это время мы пребывали под солнцем и в плотной одежде, не пропускающей свет, а значит и воздух.

Волосы давно превратились в сосульки, а если ещё и почесать, то под ногтями тут же наберётся приличный кусок сала, и цвет его будет ни фига не светлым.

Ну а последняя неделя — самый смак. Проторчать безвылазно на дереве, без минимальной гигиены, не снимая при этом обувь… А следом, как вишенка на торте, — битва. Пороховая гарь, пот, кровь, разорванные кишки врага, обыск трупов. В общем, не палатка, а газовая камера.

Я выбрался на улицу и оставил клапан открытым. Бросив взгляд на часы, растянул губы в плотоядной ухмылке. Ночь только-только вступила в свои права, и это лучшее, что могло с нами случиться. Не теряя ни секунды на раздумья, я нырнул в рюкзак и, выудив из него кусок хозяйственного мыла, направился к озеру.

На небо взобралась полная луна, и её бледный свет разливался по водной глади, будто кто-то опрокинул в озеро огромный чан с молоком. Но отдельным великолепием на фоне природной красоты стала Полина. Наверняка после подобного зрелища в народе появились легенды о русалках. Я даже забыл, зачем пришёл, любуясь её точёной хрупкой фигурой. Тонкая талия, небольшая грудь, идеальный плоский живот. А кожа в свете луны, казалось, светилась изнутри, на только она была белоснежной.

— Будешь стоять или потрёшь мне спинку? — кокетливым голосом спросила она и выгнулась так, что я выронил мыло.

— Угу, — выдохнул я и принялся стягивать с себя одежду.

Я ворвался в воду, не чувствуя холода. Естественно, ни о какой спинке речь даже не зашла. Погрузившись по грудь, я подхватил девушку на руки и аккуратно насадил её на возбуждённую плоть. Вышло настолько чётко, что даже подправлять ничего не пришлось. Идеальная стыковка.

Почувствовав меня внутри, Полина тут же прогнулась, позволяя мне проникнуть в неё на всю длину. На мгновение она замерла и вдруг рванулась навстречу, обвивая мою шею руками. Прижалась всем телом, которое била мелкая дрожь.

— Ты всё, что ли? — удивлённо спросил её я.

— Да, — хриплым голосом ответила она, глядя на меня почерневшими глазами.

— Ни разу не слышал про девушек-скорострелов.

— А я не такая как все, — улыбнулась она и принялась плавно подниматься и опускаться, продолжая смотреть мне в глаза.

Всё желание поговорить тут же улетучилось. Я впился в её губы, наши дыхания, как и тела, слились в одно целое. Мир вокруг растворился, чтобы в следующую секунду взорваться внутри неё. У меня даже в глазах потемнело. Полина снова прижалась ко мне, словно желала, чтобы мы срослись кожей.

— Наконец-то, — раздался недовольный голос с берега. — Я уже минут двадцать жду, когда вы наконец закончите.

— Озеро большое, — улыбаясь, ответила Полина. — Мог бы и на другой пляж пойти.

— У меня мыла нет, — виноватым голосом произнёс Ворон.

— Под моими вещами посмотри, — сказал я и, отцепив от себя Полину, погрузился в воду с головой.

Потом мы начали отмываться. Так как моё мыло ушло Ворону, я вооружился куском Полины. Вначале выбрался на берег и как следует натёрся душистым бруском. Нырнул, смыл с себя пену и осмотрелся в поисках мочалки. Не обнаружив таковую, уставился на Ворона, который уже во всю натирал чем-то грудь.

— Мне потом мочалку дай, — попросил я.

— У меня нет, — вернулся странный ответ.

— В смысле? — не понял я, — А чем ты сейчас моешься?

— Носками, — пожал плечами он, перейдя на плечи.

— П-хах, — прыснула от смеха Полина.

— А чё такого-то? — буркнул он, натирая импровизированной мочалкой подмышки, — И сам отмоюсь, и носки постираю.

Тут уже не выдержал я и тоже грохнул от смеха. Нет, в целом вполне логично, но сам подход…

С другой стороны, вариантов у нас всё равно нет. И я выбрался на берег, вытянул из-под одежды свои носки, от которых наверняка сейчас повсплывает вся рыба, и снова вернулся в воду. Однако прежде чем приступить к гигиене, я их как следует выстирал, притом дважды. А уже затем использовал в качестве мочалки. К концу процедуры я скрипел чистотой и натурально ощущал, что кожа умеет дышать.

— Ладно, я пожру пойду, — обозначился Ворон. — Надеюсь, вы мне там хоть что-то оставили.

— Всё не хомячь! — крикнула ему вдогонку Полина. — Мы тоже хотим.

Но вместо ответа он просто махнул рукой и, подхватив свои вещи, скрылся за деревьями. А мы снова остались одни. На лицо Полины тут же наползла хитрющая улыбка и она, словно крокодил на охоте, начала медленно подгребать ко мне. Похоже, она намеревается вытянуть из меня всё, что накопилось за эту долгую неделю. А я и не против…