Браконьер 6

Глава 16 Вот так встреча!

Место для наблюдения за входом в пещеры нашлось быстро. Мы просто засели в доме напротив, на противоположном берегу реки. По памяти я знал, что войти и выйти из катакомб можно примерно в трёх местах, одно из которых хорошенько затоплено. Впрочем, все они просматривались с этой точки. Плюс Ворон завесил над территорией дрон.

Естественно, днём никакого движения рядом мы не засекли. Как и в первую ночь наблюдения. Сменялись каждые четыре часа, чтобы взгляд не замылился.

В кино или книгах герои боевиков практически не вылезают из перестрелок. Постоянные погони, драки с врагами, приключения, от которых кипит кровь… В жизни всё иначе. Бой занимает максимум пять минут, а всё основное время приходится вот так сидеть на пыльном, мрачном чердаке и пялиться в одну точку до рези в глазах.

— Еда заканчивается, — задумчиво произнесла Полина, которая неспешно ковырялась в рюкзаке.

— Я могу сгонять по-быстрому, — проявил инициативу Ворон.

— Сиди ровно, гонщик хре́нов, — огрызнулся я, рассматривая вход в шахты через бинокль. — Рыбы наловим, если совсем туго станет.

— Я всё равно не понимаю, как ты собираешься туда войти, — резко сменила тему Полина. — Ну, допустим, слова сектанта подтвердятся и часть выродков действительно прячется в пещерах. Что дальше?

— Я думаю.

— Да ты хоть что делай, против четырёх автоматов в узком лазе у нас ничего нет. Только подрывать и заваливать.

— Не может быть, чтоб они не общались с основной группой, — покачал головой я, — Эфир пуст, значит, связь они поддерживают как-то иначе. Должно быть хоть что-то.

— Эфир пуст, потому что ни одна рация такую толщу земли и камня не пробьёт, — резюмировал Ворон.

— Да насрать мне на техническую составляющую. К тому же антенну всегда можно вынести наружу и подключить к оборудованию проводом.

— Факт, — согласился приятель.

— Но они почему-то этого не сделали, — добавил я. — И зачем-то навели нас на это место.

— Хотели подставить, — хмыкнула Полина. — Если бы мы туда полезли, нас бы положили прямо у входа.

— По-моему это как-то тупо, — вместо меня высказал очевидное Ворон. — Ведь мы же узнали о присутствии охраны. Нужно быть полным идиотом, чтобы после такого лезть в пасть крокодилу.

— Вот именно, — кивнул я. — Поступок слишком тупой. Ловушки так не выстраивают.

— Или Габриела хотела прощупать наши возможности? — предположила Полина.

— Не уверен, — вздохнул я. — У меня такое чувство, что этот цирк организовал кто-то другой.

Утром погода разразилась грозой. Вокруг всё сверкало и грохотало. Ливень сыпал с небес как из ведра, сплошным потоком. Однако облегчения это не принесло. Ближе к обеду выглянуло солнце и превратило атмосферу в душное, влажное одеяло, от которого не было спасения. Жар от крыши исходил такой, что чердак стал подобен раскалённой духовке. Пришлось укоротить смены вдвое.

Пока один из нас пребывал в аду, двое других спасались от жары в доме. Хотя, учитывая духоту вокруг, получалось не очень. Мозги кипели и отказывались соображать, но мы терпеливо ждали хоть какой-то развязки. Честно говоря, я и сам уже с трудом понимал, за каким хреном мы здесь сидим и пялимся на заросший кустарником вход в катакомбы.

Наверное, по сотому разу я перебрал в уме все события последних месяцев, но логика постоянно натыкалась на барьер из-за отсутствия информации. Примерно столько же раз я успел пожалеть о том, что ввязался во всё это дерьмо. Насколько же раньше было проще! Отыскал логово выродков, ворвался к ним с дробовиком наперевес, поработал топором — и ты богат. А не вот эти все шпионские игры…

«Дух-дух», — раздалось сверху, а значит пришла моя очередь заступать в дозор.

Я устало поднялся с кресла и вскарабкался на чердак, окунаясь в адскую атмосферу. Ворон сидел весь мокрый от пота. Он натурально стёк вниз, освобождая мне место у слухового окна.

Подхватив бинокль, я окинул взглядом округу и уселся на балку, вытягивая ноги.

Ничего. Впрочем, для вылазок из-под земли пока рановато. С другой стороны, прошлой ночью никто из засевших в убежище носа наружу не высунул.

Голову посетила странная мысль: а вдруг там никого? Что, если те двое выдали мне заранее подготовленную дезинформацию? Отвлекли нас от места, где должны происходить основные события, и сейчас сидят там и тихонько хихикают над тремя идиотами, исходящими потом на душном чердаке.

— Ворон, — бросил в рацию я, чтобы не орать на всю округу.

— На связи, — уставшим, лишённым эмоций голосом ответил он.

— Как солнце сядет, выпусти обеих птичек на облёт всего города.

— Сделаю, — отозвался он, не задав ни единого вопроса.

А это было на него не похоже. Обычно он все мозги выест, прежде чем поймёт мою задумку и исполнит приказ. Но мы все на пределе, и с этим ничего не поделать. Однако я чувствовал, что финал этой истории близок. Нам оставался всего один шаг, чтобы завершить эту чёртову гонку за призраком по имени Габриела.

— А мы можем отсюда на связь с ближайшей крепостью выйти? — задал очередной вопрос я.

— Нет, не добьём, — ответил Ворон. — Не с нашими «мыльницами». Тут как минимум передающая станция нужна.

— Пробегитесь с Полиной по городу, здесь наверняка что-то осталось. Полиция, пожарные… может быть, порт.

— А смысл? — прилетел шипящий ответ. — После ядерного взрыва здесь вся электроника погорела, — парировал приятель. — Я даже сейчас стараюсь дроны подальше от центра держать.

— В смысле? — оживился я и даже сместился к чердачному люку, чтобы говорить не в рацию, а напрямую. — Хочешь сказать, центр города у нас — слепая зона⁈

— Да там всё равно сплошные руины, — ответил он, и его голос одновременно прозвучал из динамиков и вживую.

— А с чем это связано? Почему дроны в центр не летят? Их полёт ведь не от связи зависит, так?

— Фонит там. Видеоматрица засвечивается. Могу показать, что на окраине разрушений происходит. Там сплошное белое зерно на записи. Чем ближе к эпицентру взрыва, тем хуже. Смысла нет, мы всё равно ничего не увидим. Плюс есть риск потери техники. Я и так выбрал маршрут, максимально близкий к центру взрыва.

— Душнила, — буркнул я так, чтобы он не расслышал.

— Что? — переспросил он.

— Я говорю: понял. Будем думать. А ты не знаешь, как близко мы сможем подойти к эпицентру?

— Мы можем хоть в самый центр войти, — ответил он, — вопрос во времени. Чем дольше мы там просидим, тем сильнее ущерб. Но наше тело быстро восстанавливается, особенно при наличии крови. Радиация для нас опасна, но не смертельна.

— А несколько суток мы там проторчать сможем?

— Брак, даже если сможем, я туда не полезу, — тут же отбрил меня Ворон, не до конца понимая, что я имею в виду.

— Я не о нас, — поспешил объясниться я. — Если это единственная слепая зона в городе, то Габриелу стоит искать именно там.

— И как нам это сделать? Нас всего трое. Мы не сможем охватить такое пространство, при всём нашем желании.

— Следы присутствия всё равно не скроешь, — отрезал я. — Берите тачку и дуйте к эпицентру. Осмотрите там всё.

— И что именно нам искать?

— Поль, стукни его, ты там поближе, — попросил девушку я. — Давайте, ноги в руки — и вперёд на амбразуры. Найдите мне хоть что-нибудь.

— Сделаем, — отозвалась Полина.

Я удовлетворённо кивнул, будто они могли меня в этот момент видеть, и вернулся обратно, к точке наблюдения. Снова окинул окрестности в бинокль и расслабленно откинулся на подстропильную опору. Надеюсь, мои друзья что-нибудь найдут. Вряд ли Габриела будет прятаться в воронке от взрыва, но организовать гнездо в руинах вполне способна. Наверняка там уцелели подвалы, да и бункеров с бомбоубежищами в городе должно хватать. Она точно где-то там, я чувствую.

Перебравшись на другую сторону чердака, я проводил взглядом своих разведчиков. В идеале мне бы самому осмотреться, ведь мои слух и обоняние работают куда острее, чем их. Впрочем, ладно, Полина — девочка умная, да и следы читать умеет не хуже меня. Справятся. Ворон тоже не пальцем делан, хоть и строит из себя интеллигента.

Осталось закрыть вопрос с катакомбами.

Время шло. Полина с Вороном молчали, хоть я и знал, что они живы и в полном порядке. Слух часто улавливал звук двигателя. В опустевшем городе его можно было уловить, даже не имея сверхслуха. А уж перестрелку было бы слышно даже на трассе. Видимо, пока не о чем докладывать, потому и молчат. А может, связь не пробивается через радиационный фон. Надеюсь, они там не облезут.

Солнце неспешно клонилось к горизонту, но жара не спешила отступать. Как назло, после утренней грозы небо очистилось, а ветер стих. Даже листья на деревьях не шевелились. За день кровля раскалилась так, что на ней можно было смело жарить яйца. И сейчас, ближе к закату, вовсю отдавала накопленное тепло на чердак. Будь я человеком, давно бы словил тепловой удар. Но мой претерпевший изменения организм продолжал исправно работать. Разве что усталость сказывалась и было тошно от безделья.

Когда на город окончательно опустилась тьма, в районе входа в катакомбы наметилось движение. Едва уловимое в зарослях, но моё чутьё тут же взбунтовалось. Я припал к окулярам бинокля и едва сдержался, чтобы сразу не рвануть на улицу, увидев чёткий человеческий силуэт. Некоторое время я выжидал, думая, что следом из пещер выберется кто-то ещё. Но этого не произошло.

Подхватив оружие и рюкзак, я быстро спустился вниз. Без поклажи было бы удобнее, но хрен его знает, что может понадобиться. Пошарив по ящикам, отыскал карандаш и клочок бумаги, после чего оставил записку своим, и выскочил из дома. Сейчас время работало против меня. Ведь для того, чтобы встать на след неприятеля, мне ещё нужно пересечь реку. Хорошо, что я догадался притащить сюда лодку. Единственный минус — звук моторов, который сейчас разлетится по всей округе. А учитывая тонкий слух выродков, засекут меня быстро.

Вёсельной тяги у катера нет, да и борта для этого слишком высокие. Лезть в воду самому и переплывать реку, махая руками? Даже не смешно. Противник десять раз успеет сходить туда, куда собирается, и без особых забот вернуться обратно.

Так, стоп! Насколько мне известно, у этих моторов водяное охлаждение. Помпа забирает воду прямо из реки и прогоняет её по системе. А значит, я спокойно могу накрыть движки одеялами, чтобы снизить шум. Главное, чтобы они не задохнулись. Для воспламенения бензина требуется кислород, как, впрочем, и для любого процесса горения.

Всё это я обдумывал на ходу, а сам уже во всю прыть нёсся к лодке, сжимая в руках два ватных одеяла. Аккуратно сложив их, я укутал двигатели, оставляя небольшую щель в районе воздушного фильтра. Затем бросился к панели и закоротил нужные провода. Лодочник моторы едва слышно зажужжали, однако в ночной тишине пустого города этот звук мне показался раскатом грома.

Спрыгнув с лодки, я столкнул её с берега. Перевалился через борт и уселся за штурвал. Несильно толкнул ручку газа и, выкрутив руль, направил посудину на другую сторону реки. Моторы я заглушил прежде, чем катер ткнулся носом в песок. Некоторое время я выжидал, вслушиваясь в тишину и внимательно осматривая пустой берег.

Никого.

Покинув судно, я поморщился. В ботинках противно и очень громко хлюпнула вода. Пришлось ещё на какое-то время задержаться. В ход пошёл самый ценный ресурс апокалиптического мира — туалетная бумага. И не абы какая: «Зева», трёхслойная. Это счастье нам подвернулось в доме, где мы организовали наблюдательный пункт.

Вытряхнув воду из обуви, я тщательно протёр её мягкой бумагой, которая впитала в себя остатки влаги. Мокрые носки полетели на дно катера, а из рюкзака появился новенький запасной комплект. Ещё минус две минуты.

К лазу в пещеры я пробирался так, будто от этого зависела жизнь всего мира. Прислушивался, принюхивался и старался двигаться так, чтобы даже мышь не спугнуть.

И вскоре был вознаграждён. Запах, который я искал, отчётливо определился среди привычных ароматов природы. Он висел голубоватым шлейфом прямо над землёй и чётко указывал направление, в котором исчез выродок, выбравшийся из катакомб.

Вначале я двигался осторожно, не спеша. Но как только заросли остались позади, а ноги ступили на хорошо укатанный, только начинающий зарастать гравий, скорость возросла. Я шёл по следу, словно поисковый пёс. Иногда останавливался, присматриваясь и прислушиваясь к обстановке.

Ну не поссать же он из пещер вышел? Явно спешит к кому-то на встречу. Будет обидно выскочить из-за угла и напороться на противника.

С другой стороны, я этого шпиона даже не слышу, а значит, отрыв между нами приличный.

И тем не менее, я продолжал осторожничать. Прежде чем выскочить на очередной перекрёсток, вначале всматривался в темноту, которая перестала быть для меня кромешной.

А преследуемый явно пытался запутать след. Несколько раз он пересекал сам себя. Впрочем, не стоит исключать, что он просто заблудился, что вполне возможно в этом лабиринте троп и улочек частного сектора. Я и сам уже точно не знал, откуда пришёл и как буду выбираться. Утрирую, конечно, но поплутать всё же придётся.

Очередной поворот вывел меня на окраину. Здесь расположился спальный район, состоящий из нескольких многоквартирных высоток. След скрывался в одном из подъездов, куда я и нырнул. Под ногами предательски хрустнул разбитый кафель, заставляя меня сжаться и снова обратиться в слух. Мир в очередной раз расширился, показывая мне то, что невозможно увидеть глазами. На последнем этаже сидел тот, за кем я следовал по ночным улицам. И он… стучал по клавишам ноутбука.

— Что за?.. — одними губами произнёс я.

Картина была поистине странной. Зачем нужно переться в такую даль, чтобы набрать текст на компьютере? Понятие «интернет» кончилось вместе с привычным миром. Электричества здесь тоже нет и не предвидится. Тогда в чём дело?

Осторожно ступая, я начал подниматься. Под ноги постоянно норовил попасться какой-нибудь хлам. Несколько раз даже приходилось перешагивать сразу через две ступени, чтобы не поднимать шум. Я крался вперёд и с каждым разом всё более отчётливо слышал клацанье клавиш. А вскоре увидел и свечение экрана в приоткрытой двери одной из квартир. Выродок был абсолютно уверен в собственной безопасности. Ну это ничего, сейчас я быстро обрушу его хрупкий мир.

Сняв автомат с предохранителя, я оттянул затвор, убеждаясь в наличии патрона в стволе. Сейчас действовать придётся молниеносно. Дом давно не видел человека, не отапливался, впитывал влагу и продувался всеми ветрами. При таком раскладе петли, скорее всего, будут не просто скрипеть, а визжать, как побитая сука.

Пару раз я глубоко вздохнул, настраивая тело на боевой режим, и рванул вперёд. Странно, но дверь не издала ни звука. Видимо выродок её смазал, а значит, он приходил сюда не первый раз.

Но всё это лирика. Я проскочил мимо кухни, ориентируясь на тусклый свет, исходящий из дальней комнаты, скорее всего — спальни. Общая зала осталась по правую руку, впереди узкий коридор — и вот она, заветная дверь, тоже в полуоткрытом состоянии.

— Руки в гору! — взревел я, врываясь в помещение. — Замер, падла, пока я тебя серебром не накормил!

За компьютером сидел какой-то парень с кудрявой шевелюрой. Худощавый на вид, каким и должен быть любитель компьютеров. Уж я-то знаю. Долгое время жил с таким бок о бок…

Поток мыслей прервался в ту же секунду, когда этот гений обернулся. Вместо привычного шума в голове образовался натуральный вакуум, полная тишина. Сердце на некоторое время остановилось, чтобы в следующее мгновение пуститься в бешеный скач. Руки предательски затряслись, а горлу подкатил ком.

— Колян? — вмиг осевшим голосом спросил я.

Но в этом не было никакой нужды. Даже если бы он сейчас сказал, что я обознался, ни за что бы ему не поверил. Уж своего брата я узнаю из миллиона похожих людей. Его черты, мимика, жесты, манера смотреть на меня со снисходительной ухмылкой… Будто он точно знает все тайны мироздания, а я здесь так, чисто для мебели.

— Тебя ждать — соплями изойдёшь, — ответил он и снова отвернулся к монитору.

— Че? — выдавил я очередной, крайне тупой вопрос.

— Время идёт, а мой брат не меняется, — с нескрываемой усмешкой произнёс он. — Да опусти ты уже ствол. Сядь, выдохни.

И я сел, и даже выдохнул, продолжая пристально рассматривать брата. Даже не знаю, что я пытался увидеть или найти. Может, следы плохой жизни, шрамы, болезненную худобу? Да хоть что-нибудь, что заставило его работать на врага нашего государства. А ничего другого в голову просто не лезло. Мой брат — предатель. И самое поганое, что я ничего не собираюсь с этим делать.

— А ты чего здесь? — Я всё же нашёл в себе силы начать беседу.

— Работаю, как и ты, — ответил он. — Дай мне ещё пару минут, и я всё тебе объясню. Мне нужно рапорт дописать.

— Чего дописать?

— Странно, я слышал, что альфы обладают отличным слухом.

— Откуда ты?.. Хотя похер.

— Будь другом, заткнись, пожалуйста, ты меня с мысли сбиваешь, — строгим голосом попросил Колян.

И в этот момент я наконец-то увидел то, что искал: изменения. Передо мной сидел не тот пацан, которого я когда-то знал. Ему больше не требовалась моя опека и нравоучения. Это был мужчина, прошедший через многое, сумевший выстоять там, где сгинуло большинство. Он точно знал, чего хочет от завтрашнего дня и какие для этого требуются действия. Серьёзный, уверенный в себе человек. Такой, каким я всегда хотел его видеть.

Колян отвернулся к монитору, и его пальцы вновь запорхали над клавиатурой. На экране заструился текст, но я не вчитывался в строки, продолжая смотреть на брата и испытывая самые смешанные чувства: одновременно гордость за то, каким человеком он стал, и в то же время горькую обиду из-за его предательства.

Мысли вновь заметались по черепу, словно бешеные кони. Логика и здравый смысл, замешанные на холодном расчёте, подсказывали, что мне нужно пустить ему пулю в лоб. Но эмоции и чувства противились этому решению.

А ещё в его действиях было нечто такое, что заставляло меня возвращаться к мысли о предательстве снова и снова. Он выглядел слишком уверенным и спокойным для того, кто попался на плохом поступке. Не пытался оправдываться или молить о пощаде, как это делали другие. И дело вовсе не в том, что он уверен во мне, в нашем кровном родстве, которое не позволит спустить курок.

Наконец он перестал стучать по клавишам и принялся вычитывать то, что написал. Пару раз он что-то исправил, а затем кликнул по иконке «сохранить». Затем вышел из текстового редактора и под моим удивлённым взглядом вложил документ в какой-то мессенджер. И самое странное в этом действии было то, что письмо улетело к адресату, о чём гласила надпись на экране: «сообщение отправлено».

Колян, так же, не спеша, выключил ноутбук и выдернул какое-то устройство из розетки. Всё это он уложил в специальную сумку и затолкал её под кровать, на которой я сидел. Покончив с делами, он откинулся на спинку компьютерного кресла и немигающим взглядом уставился на меня.

— Ну, здравствуй, брат, — растянув губы в улыбке, произнёс он.

— Ага, здорова, коль не шутишь, — хмыкнул я. — Может, уже объяснишь, что за херня здесь происходит?

— Только что я отправил отчёт в центральный офис Лиги, — заявил он. — Ты, наверное, уже записал меня в предатели, но всё далеко не так, как тебе кажется.

— Я догадался. Можно чуть больше подробностей?

— Зачем? Ты ведь уже всё понял. Просто пока отказываешься это принять. Ген, я вырос, я уже далеко не тот пацан, каким ты меня знал.

— И это я тоже заметил. Так значит, ты у нас теперь шпион?

— Можно и так сказать.

— Так это ты послал ко мне тех идиотов с брошюрками?

— Не только, — усмехнулся Колян. — Я думал, ты всё поймёшь, когда узнаешь о переоборудовании мукомольного в Володарске. Я ведь рассказывал тебе о своей работе. Или ты забыл?

— Не забыл. Я искал тебя там.

— Ну, теперь нашёл, — улыбнулся брат. — Я рад, что ты здесь. Теперь мы точно справимся.

— Мы — это кто?

— Я, ты, Морзе… да все, кто хочет вернуться к нормальной жизни.

— Да срать мне на Морзе и всех остальных. Как ты? Полина сказала, что ты женился.

— Так и есть. Я теперь семейный человек, и скоро у нас родится сын, а ты станешь дядей.

— Сын? Стоп! А разве?..

— Способ есть, — хитро прищурился Колян. — И он — в крови Макса. Ты тоже сможешь создать полноценную семью с Полиной. Кстати, она классная, одобряю.

— Вот уже чего-чего, а твоего одобрения мне не нужно.

— Ты всё такой же мудак, ха-ха-ха, — расхохотался брат. — И я по тебе скучал.

— И я. Ладно, хватит о грустном. Какие планы? Что вы собираетесь делать дальше? Ты знаешь, где сейчас Габриела?

— Скорее всего, в убежище, в бункере недалеко от эпицентра.

— А в пещерах кто?

— Они неважны. Там рядовые и новички, которые не успели как следует заразиться от проповедей этой суки. Она бросила нас, когда запахло жареным. Не без твоей помощи.

— Да я ещё ничего не сделал.

— Сделал, когда появился здесь. Слухи о тебе гуляют по всей стране и даже за её пределами. Брак — гроза всех изменённых. Говорят, в тебя вселился Молох.

— Второй раз слышу об этом дерьме, — хмыкнул я.

— Страшилка для кровососов. Эдакое воплощение дьявола в новой религии, если угодно. Но что-то в этом есть. В одном Габриела права: без веры не будет порядка. Поэтому мы взяли её за основу и слегка переработали под наши нужды.

— Протестанты, — вспомнил я о записях в дневнике.

— Они, — подтвердил Колян. — Пришлось потратить не один месяц, чтобы внести изменения, не нарушая логики основного трактата. Пожалуй, это была самая интересная работа.

— Ты ведь в курсе, что это они напали на Макса Морзе?

— В курсе. У Габриелы везде есть шпионы. Сложнее всего было вычистить от них ряды Лиги. Она умудрилась их подсадить ещё на стадии формирования новой власти. Старая аристократия не может жить без интриг. Но это покушение лишь подтвердило, что мы на верном пути. Нам удалось загнать её в угол.

— Отчего она стала ещё опаснее.

— У нас есть ты, — пожал плечами Колян.

— Ладно, какой план?

— Её нужно взять живой.

— Чтобы узнать о брате или сестре Макса?

— Он тебе рассказал? — Колян приподнял брови.

— Недавно. Когда я поймал его на слежке за нашей группой. А ещё сказал, что это ты нашёл информацию об этом.

— Она была на том диске, который ты умыкнул из лаборатории. Эту операцию мы начали разрабатывать ещё со Старым, когда он был жив. Именно он настоял, чтобы ты участвовал в ней в качестве главной силы. Но твоя вылазка за халявным серебром едва не спустила всё в унитаз.

— Потому что вы играли меня втёмную. Нужно было всё рассказать.

— Не с твоим характером, Ген. Ты же как танк, всегда прёшь напролом. А здесь требовались тонкие манипуляции. Мы смогли выманить Габриелу на наше поле. А ты бы обязательно полез в логово к ней.

— А слух с войной?

— А твоё желание отдохнуть на берегу озера пару дней? Нам пришлось выдумывать это на ходу, чтобы потянуть время. Кстати, спасибо за Сугроба с его командой. Отличные бойцы.

— Знаю, — хмыкнул я.

— Ну что, брат, за работу? Пора заканчивать с этим дерьмом.

— Кто бы спорил, — хищно оскалился я. — С чего начнём?

— Дождёмся подмоги, — в тон мне ощерился Колян.