Бумажная империя 5

Глава 18

«Защитник империи. Чем молодой барон удивит нас дальше?» — гласил заголовок сегодняшней газеты, что я держал в руках.

К моему огромному удивлению, речь шла вовсе не о героическом спасении Долгопрудного. Нет. Вся статья была пронизана восторженными эпитетами касательно моего поведения на прошедшем Рождественском балу у Меньшикова.

— Даниил, что ты такого пообещал Юсупову на приёме, что его газеты поголовно пишут такое?

— Не поверишь, но ничего. Его даже там не было, — ответил я, не сводя взгляда с заголовка.

«И как же приятно знать, что будущее нашей страны зависит от таких людей, как Даниил Уваров. Словно противопоставление неблагородному и хамскому поведению некоторых наследниц уважаемых родов, юный барон был безупречно галантен и тактичен. А его героическое спасение чести и здоровья племянницы Императора достойно самых хвалебных слов.»

Что, чёрт побери, они несут? Всё ведь было совсем не так. Моё поведение и поступок наоборот были оскорбительны для Анастасии Романовой и все это видели. А тут газетчики делают из меня рыцаря на белом коне.

Но зачем? Юсупов не мог пойти на такое. Во-первых, он скорее закроет газету, чем позволит ей выдать статью, восхваляющую меня. А во-вторых, Павел точно бы не пошёл на перекор правящему роду. И это значит лишь одно.

Всё это — дело рук Анастасии. Получается, девушка приняла мой отказ не как оскорбление а как вызов. Она вознамерилась заполучить меня любой ценой и ей попросту нельзя допустить, чтобы мой статус упал на самое дно. А вот репутация Алисы…

Ну точно. Не даром в другой газете журналисты открыто говорят об Алисе Распутиной, как о взбалмошной сумасшедшей, что оскорбила представителя императорской семьи. Получается, Анастасия решила утопить её и возвысить меня. Она наивно полагает, что это сможет поссорить меня с Алисой и сблизить с ней. Что же, скоро она поймёт, что со мной такие фокусы не пройдут. Я не боюсь ни Анастасию, ни её статуса.

— Необходимо это опровергнуть, — сказал я Вике, уже обдумывая план действий.

— Опровергнуть⁈ — поразилась она. — Зачем? Тебя ведь хвалят. Невероятно поднимают твой статус в обществе.

Вика смотрела на всё это со стороны, я же знал суть, творящуюся внутри этого змеиного клубка. Хвалебные статьи не обманут верхушку аристократии, да и мне не нужна такая слава. Я привык зарабатывать уважение своими делами, а не ложью в газетах.

— Они уничтожат репутацию Распутиной, — спокойно пояснил я. — А мне это не выгодно.

Говорить о том, что мне просто хочется защитить её я не стал, впрочем в глазах Вики всё равно сверкнула хитрая искра:

— Есть особые планы на Алису Сергеевну?

— А ты часом не забыла чья фамилия также украшает вход в моё агентство? — строго посмотрел я на журналистку.

— Ну да, бизнес и ничего более, — разочарованно произнесла она.

— Отрицать и писать опровержения — делать только хуже, — размышлял я вслух. — Нужно оградить Распутину от нападок при этом не вступая в открытую конфронтацию с Анастасией.

— Ох уж эти проблемы разбивателей дамских сердец, — картинно вздохнула Вика, за что была награждена моим прожигающим взглядом. — А если серьёзно, то это две взаимоисключающих вещи.

— Либо шашечки, либо ехать, — задумчиво протянул я, чем явно удивил Вику. Порой я забывал, что нахожусь в другом мире и привычные мне фразеологизмы звучат здесь как бред сумасшедшего.

Поднявшись и собираясь уйти, я остановился в дверях и повернулся к Вике:

— Что ты можешь сказать про Леонида из журнала Голубая кровь?

— Сначала скажи что ты задумал, — строго посмотрела на меня Вика, уже на лету считывающая моменты, когда мне в голову приходят безумные идеи.

— Я задумал проехаться с шашечками, — хитро улыбнулся я.

Выйдя из переговорки, я заметил как жизнь в офисе внезапно забурлила. Сотрудники явно грели уши, строя догадки о чём мы разговаривали с Викой и теперь неумело бросились делать вид, что активно работают.

С улыбкой погрозив им пальцем, я зашёл к Гагарину и рассказал о том, что пора готовиться к переезду в новый, большой офис. Он не удивился, лишь улыбнулся и покачал головой, словно ждал моих слов.

— И ещё одно, — обратился я к нему. — Мне нужно найти всех наших клиентов, что живут по данному адресу.

Продиктовав адрес сгоревшего недавно дома, я скрестил пальцы.

Гагарин быстро зашёл в базу и нашёл там три фамилии. Вот это везение! Похоже, пальцы сработали: из шести квартир нашими клиентами являются три жильца. Причём две из них были женщины в возрасте, поэтому я сразу исключил их. Также можно было исключить маму, чьего ребёнка спасла Акали, значит у меня оставался один наш подписчик и двое неизвестных. Кто-то из них — тот самый человек, что хранил артефактные вещи в подвале.

— Только по этому адресу доставки сейчас не будет, он сгорел, — добавил Гагарин. — Одна женщина отказалась от доставки, а двое других клиентов предоставили новые адреса.

Прекрасно. У меня есть адрес одного из трёх подозреваемых. А это целых тридцать три процента на успех.

Я вышел из редакции с адресом нашего подписчика и надеждой, что именно он окажется тем, кто приведёт меня к разгадке личности таинственного злодея, что продолжает дело Карамзина и Волка.

Оглядевшись по сторонам я заметил ребятню, что должны были как следует выгулять мою собаку в соседнем сквере.

Подойдя чуть ближе, я заметил, что они развлекались с Акали. Хотя «развлекались» — не совсем корректное слово. При помощи освежителя воздуха и зажигалки они соорудили огнемёт и пытались поджечь мою собаку!

Вот ведь дурни, — поначалу рассердился я, а затем вспомнил себя в их возрасте.

Помню, как мы с друзьями затыкали деду Валере глушитель картошкой, как поджигали хворост на пустыре и едва не сожгли половину деревни летом, как стреляли переспелой черноплодкой, оставляя несмываемые следы на гараже деда Валеры. Ох, если подумать, в детстве мы были редкостными засранцами.

И сейчас, смотря на этих дуралеев, устраивающих фаер-шоу из туалетного освежителя воздуха, я видел себя и своих друзей детства. Подумав об этом, у меня ёкнуло что-то внутри. Интересно, как они там, в моём мире? Наверняка даже не знают о том, что я погиб, мы ведь совсем перестали общаться, когда выросли. А жаль, та дружба была в итоге самой крепкой в моей прошлой жизни.

— Так, испортите собаку — будете новую искать. И чтобы такую же красотку, — строго сказал я, подходя к ним.

Поглощённые игрой, они не заметили моего приближения и знатно перетрухали, услышав внезапный голос.

— Дядя Даня, простите пожалуйста, мы случайно! — тут же взял слово Гоша.

Он стал настоящим лидером их банды. Парень абсолютно заслуженно пользовался среди доставщиков непререкаемым авторитетом, ведь не только командовал, но и самое главное — не боялся брать на себя ответственность за их совместные поступки. Именно таким и должен быть настоящий руководитель.

— Случайно пытались поджечь собаку? — поднял я одну бровь, но дрогнувший уголок губ выдал моё хорошее настроение.

И Гоша вновь несказанно порадовал меня, мгновенно считав это.

— Не поджечь, а потратить энергию, — возразил он.

— А теперь давай-ка поподробнее, — уже серьёзно посмотрел я на него.

Но и без его пояснений я понял то, какую гениальную вещь они ненароком провернули. Акали расходует энергию на то, чтобы защищаться от огня и сейчас она тратила излишки энергии, которую получила, сожрав половину запасов еды в квартире.

— Собака-пожарник сама прыгнула под пламя, когда мы… — замялся он, не желая говорить что они развлекались с освежителем как дети, коими они вообще-то и являлись.

— Ставили научные опыты, — улыбнулся я.

— Именно! — просиял Гоша. — И после этого, Акали стала гораздо бодрее. Ну мы и решили провести ещё один опыт.

— Поджечь собаку. Это таким опытам вас учат на физике в школе? — пристально посмотрел я на них.

И по смущенным лицам стало понятно, что в школе всё проходит куда менее весело интересно.

— Это факультатив, — с умным видом заявил Гоша.

— Ну ничего себе, какие умные слова, — рассмеялся я. — А что оно означает ответишь?

Он не растерялся и начал пытаться на пальцах объяснить. Вышло не очень, но в верном направлении.

— Садись, четыре с минусом, — потрепал я его по голове. — Но за собаку всем вам по пятёрке с плюсом. Признаться, я и не рассчитывал, что она так быстро вернётся в норму.

Акали словно ожила. В её движениях вновь появилась бодрость и тонус а от былой вальяжности не осталось и следа. Эта ленивая засранка вместо долгих прогулок выбрала куда более простой способ «сжечь» лишнюю энергию.

— Николай, давай я тебя подвезу домой, заодно поболтаем, — внезапно для всех обратился я к Кольке.

Всё это время я краем глаза наблюдал за ним. Парень с особым трепетом гладил горяченную шерсть Акали. В нём чувствовалась тяга к огненной стихии, а значит скоро в нём пробудится дар. Помня о том, что стало с бывшим владельцем моего тела, который не пережил процесс пробуждения, я очень не хотел, чтобы Кольку ждала такая же участь.

— Дядя Даня, да не стоит, я с ребятами дойду, — засмущался он, но мой строгий взгляд не предполагал отказа и он покорно залез на пассажирское сиденье.

— Я хотел поговорить с тобой о прошедшем пожаре, — начал я разговор.

Атмосфера в салоне тут же похолодела на пару градусов. Колька испуганно посмотрел на меня и заметно напрягся:

— Вы же сказали, что всё будет хорошо…

— А разве сейчас произошло что-то плохое? — улыбнулся я, давая ему понять, что бояться нечего.

Он неуверенно покачал головой.

— Вообщем, не буду ходить вокруг да около, — сказал я, не сводя взгляда с дороги. — Тот артефакт, что ты нашёл отреагировал на тебя подобным образом, потому что ты особенный.

— Я? — вновь испугался он. — Нет, вы наверное что-то перепутали, я ничего такого не делал с ним.

Остановив машину на обочине, я повернулся и посмотрел ему в глаза:

— Коля, тот артефакт — кольцо, усиливающее огненных магов и реагирует лишь на них.

— Но я ведь не маг, почему? — с круглыми от ужаса глазами выпалил он.

Я положил руку ему на плечо:

— Ты одарённый, Коля. И скоро твой дар пробудится. Я не буду врать и говорить что это приятный момент. Это опасность, которую неподготовленный человек может не пережить.

Как это случилось с настоящим Даниилом Уваровым, — не стал добавлять я.

— Но это огромная возможность для тебя достичь небывалых высот и статуса. Для этого придётся много работать, тренироваться, преодолевать трудности и препятствия. Но если ты справишься, а я уверен — ты справишься, то ты, Коля, станешь настоящим боевым магом, — продолжил я.

В круглых глазах ребёнка читалась смесь ужаса и восторга. Страх неизвестности сочетался с мечтах о хорошей жизни.

— Я хочу этого, — робко сказал он.

— Рад это слышать, — хохотнул я. — Сейчас тебе нужно подготовиться к пробуждению твоего дара, чтобы все прошло безопасно. А уже потом — долгий процесс обучения.

— Но у моей мамы совершенно нет денег на это, — поник Колька и опустил голову.

— Именно поэтому я и говорю с тобой и предлагаю тебе стать слугой моего рода. Я оплачу твоё обучение в лучшей академии, ты станешь магом огня и станешь верным боевым магом моего рода, — сказал ему то, ради чего затеял этот разговор.

Мне нравился этот паренёк и я искренне хотел помочь ему. Он сполна воспользовался той возможностью вырваться из криминального прошлого, что я предоставил ему. Колька доказал мне и себе в первую очередь, что он может стать достойным и порядочным человеком.

И сейчас ему нужна была моя помощь как никогда прежде. Едва он откроет в себе дар, как криминал постучится в его двери. Они не упустят возможности обзавестись боевым магом и его мнение никто уже спрашивать не будет. Шантаж, угрозы, мама в заложниках и чёрт пойми что ещё — они найдут способ заставить его работать на них. И конечно же ни на обучение, ни на достойную жизнь при этом можно будет не рассчитывать. Он будет для них всего-лишь инструментом, который выкинут, едва он даст сбой.

Под моим крылом он сможет избежать такой участи и продолжить своё развитие как честного и порядочного человека, тем более будучи боевым магом, перед ним будут открыты новые двери.

Ну и для меня это тоже будет отличным решением. Благодарный Колька всегда будет помнить как я вытащил его с улицы и я не сомневаюсь, что сполна отплатит мне своей преданностью и верностью. А с его характером у меня нет никаких сомнений, что он станет прекрасным бойцом. Именно с такими верными людьми мой род сможет добиться процветания.

— Вы правда сделаете это для меня? — робко спросил он.

— Иначе я бы не предложил, — твёрдо ответил я и он перекинулся через центральный подлокотник и крепко обнял меня.

Это было так неожиданно, что я чуть растерялся, так и оставшись сидеть в его крепких объятьях.

— Спасибо вам дядя Даня, спасибо за всё, — тихо шмыгнул он носом и я почувствовал, как он плачет.

После того, как я отвёз Кольку домой, была мысль поехать и проследить за жильцом сгоревшего дома, который мог быть связан с контрабандой артефактного оружия, но затем я вспомнил о том, что так и не доехал до Управления следователей особого отдела. А ведь обещал сделать это ещё вчера и вряд ли сон будет являться для них веской причиной неявки.

Так что я не стал злоупотреблять хорошим отношением генерала и сразу поехал туда.

Как же приятно, когда у тебя появляются знакомые в подобных местах. Но помимо этого, такие связи могут быть и крайне полезными. Встретив одного из следователей, с которым мы отмечали мой титул в караоке, я с радостью перекинулся с ним парой дежурных фраз.

— А по какому вопросу к нам? Может чем помочь? А то сейчас дурдом творится из-за… — он резко оборвал фразу, поняв что едва не сболтнул лишнего, но я тихо добавил:

— Из-за очередного покушения на владельца оружейного завода?

Его глаза округлились:

— Откуда ты… Стой! Только не говори, что боевой маг, что по невероятному стечению обстоятельств спас Долгопрудного это ты?

— Ну если просишь не говорить, то так уж и быть — промолчу, — рассмеялся я.

— Обалдеть! — выдохнул он. — Ну, Уваров, ну даёшь! Чую скоро снова пойдём отмечать твой очередной орден.

Я улыбнулся и замотал руками:

— Нет, пожалуй хватит с меня такого веселья, а то потом слишком много последствий.

Он понимающе кивнул и спросил:

— К какому ты следователю пришёл?

Не зная фамилии, я описал парня, с которым разговаривал на месте нападения. И как только мой знакомый понял, про кого я говорю, то его лицо изменилось:

— Эдуард Колобов.

— Я должен что-то знать? — строго спросил я, чуя неладное.

— Да нет, просто он новенький у нас и достаточно… кхм… закрытый человек, — тихо сказал он и тут же добавил: — Но это строго между нами!

Я показал жест, словно закрываю рот на замок и, попрощавшись со своим знакомым, отправился к нужному кабинету.

Зайдя в кабинет, я обнаружил там Эдуарда, заполняющего бумаги.

— Уже планировал объявлять вас в розыск, — хмуро произнёс он, увидев меня.

— Это вовсе не обязательно, если я вам нужен — достаточно открыть любую газету, — сразу указал я на свой статус.

— Если бы там было написано о том, каким образом вы смогли остановить бойца в артефактном экзоскелете, то мне бы не пришлось тратить ваше драгоценное время, — показал он то, что не боится моего авторитета и связей, а заодно задал первый свой вопрос.

Ну что же, без прелюдий, так без прелюдий. Я рассказал ему ту же версию, что слышал Мечников и, как и лекарь, следователь не поверил моим словам. Вот только опровергнуть он их никак не мог, а подтвердить — ещё как.

Я прекрасно понимал, что будет проведена экспертиза причин смерти того бандита. Никакого секрета, отчего он умер нет, но при этом следователям станет известно, что перед этим он получил тупую травму головы, что подтверждает мою версию. И чтобы открыто уличить меня во лжи — им нужны неопровержимые доказательства, которых у них нет.

Но Эдуард, словно опытная ищейка, чувствовал в каком месте надо копать и поэтому почти каждый его вопрос так или иначе приходил к моей битве против бандита в экзоскелете.

— Что же, благодарю вас за уделённое время, Даниил Александрович, — он встал и пожал мне руку, показывая, что наш разговор окончен.

Я попрощался и направился к двери, когда он внезапно спросил у меня:

— Совсем забыл уточнить. А что вам известно об украденном артефакте невидимости?