Бумажная империя 5

Глава 2

С надетым на голову мешком, я был лишён зрения, зато остальные чувства обострились и я достаточно неплохо понимал, где мы едем. Поэтому, когда микроавтобус внезапно остановился, мне было понятно, что увезли меня не очень далеко. Мы точно не успели доехать ни до Литейного, где располагалось Управление особого отдела, ни до дворца Меньшикова. По ощущениям, дорога заняла не более десяти минут, значит мы всё ещё находились на территории Заневского района.

Кто-то дёрнул за раздвижную дверь и в салон ворвался холодный декабрьский воздух.

— За мной, — сухо скомандовал один из моих «похитителей» и я почувствовал как на моей руке сомкнулась мёртвая хватка и дёрнула на улицу.

— Ты раньше только картошку носил? — спросил я.

— Чего? — послышался удивлённый голос.

— Поаккуратнее говорю. Ты сейчас аристократа ведёшь, — грозно произнёс я.

Он хохотнул, а затем толкнул меня внутрь какого-то помещения и громко сказал кому-то:

— Парни, я вам тут аристократа привёз оказывается.

Послышался шум басистых голосов, раздались смешки и язвительные фразочки.

— Сними наручники и мы посмотрим, как вы заговорите, — ледяным тоном добавил я.

— Воу-воу-воу! Полегче, юноша! — раздавшийся голос показался мне почему-то знакомым, а ещё он показался мне…

Да нет, не показался, он был навеселе. Как и многие другие. Получается, что это…

— Сюрпри-и-и-и-и-и-з! — раздался шквал голосов и аплодисментов, как только с моей головы сорвали мешок.

Яркий свет ударил в глаза и я не сразу осознал где нахожусь и кто передо мной находится.

— И ты, Брут? — с улыбкой посмотрел я на Гончего, стоящего рядом с другими полицейскими из Заневского отделения.

Помимо работников полиции я сразу же заметил нескольких следователей из особого отдела. Двоих, что «похищали» меня и ещё троих, кто угощал меня чаем во время моего недолгого пребывания в их Управлении.

— Прости, Даниил, но мы как узнали про то, что ты получил титул барона, не смогли оставить это без праздника, — виновато улыбнулся Гончий.

Всё-таки недаром его поведение при нашей прошлой встрече мне показалось странным и подозрительным.

— Даниил, ну не можем мы оставить тебя без праздника! — вышел из толпы Игорь Дмитриевич — полицейский, что помогал мне во время разборок с банком и в караоке.

Караоке. Оглядевшись по сторонам, я только сейчас понял, что меня привезли именно в то самое караоке, где однажды две клофелинщицы устроили охоту за начальником моей типографии.

— Ты столько для нас сделал, — продолжал свою речь уже принявший на грудь полицейский. — Моё повышение — целиком твоя заслуга! Мы с парнями до сих пор ломаем голову как ты расколол тех грабителей.

— Да просто он наш парень, ненавидит преступность, — крикнул кто-то со стороны и все одобрительно загудели.

Гончий продолжил:

— Мы хотим чтобы ты знал: не смотря на твой изменившийся статус, для нас ты остаёшься своим. Можешь считать каждого здесь — другом, готовым помочь в любой трудной ситуации. Ну а про себя я вообще даже говорить не буду, тут любые слова совершенно лишние. Последние полгода здорово изменили мою жизнь и у меня впервые в жизни есть за кем заботиться.

— Надеюсь ты говоришь про щенка, — рассмеялся я.

— Ну не про тебя же, — смущённо отмахнулся Гончий. — Пока это ты о нас больше заботишься.

Окинув собравшихся быстрым взглядом, я не смог сдержать улыбку. Это искренняя и тёплая атмосфера, царившая вокруг, мигом развеселила меня и настроила на праздничны лад.

— Мне очень приятно, но неужели билеты на бой магических единоборств способны на такое? Боюсь, какие билеты мне придётся раздобыть для всех вас в следующий раз, — рассмеялся я и полицейские также разразились дружным хохотом.

— Ты действительно многое сделал для города и особенно для нашего района, — сказал Гончий. — Даже не представляешь, как сказался на каждом из нас крах криминальной империи Волка. Многие никогда не расскажут, но все мы знаем, сколько сотрудников были у Волка «под колпаком». Страх за свои семьи, шантаж, угрозы — всё это в прошлом благодаря тебе и этот праздник — скромный жест нашей признательности и благодарности.

— Ну и за билеты конечно, — выкрикнул кто-то из задних рядов, после чего помещение вновь наполнилось дружным хохотом и одобряющими возгласами.

— Даниил, хоть сегодня ты герой вечера, но первую песню я не отдам никому, — выкрикнул Игорь Дмитриевич и, схватив микрофон, бросился на небольшую сцену.

Работники органов умеют отдыхать. Когда ты каждый день рискуешь жизнью, то каждый раз веселишься как в последний. Сегодня я убедился в этом на все сто.

— Станислав, ты обдумал моё предложение? — спросил я у Гончего, поймав его у бара.

— Ты уверен, что хочешь доверить мне эту должность? — строго посмотрел он на меня, пока бармен наливал ему очередную кружку пенного.

— Лучше тебя никто с этим не справится, — уверенно кивнул я. — К тому же мне нужен человек, кому я могу доверять, а таких к сожалению можно пересчитать по пальцам.

— Хорошо, — коротко произнёс он и в этом слове было для меня больше, чем в самых изысканных тостах и комплиментах.

Но затем Гончий смог удивить меня, когда указал на двух следователей особого отдела и произнёс:

— Я поговорил с парнями и думаю смогу убедить нескольких перейти к тебе на службу. Это лучшие люди, которые смогут…

— Действуй, — хлопнул я его по плечу. — Теперь ты будешь начальником моей охраны и я полностью доверяю тебе все кадровые решения.

Он коротко кивнул и нам обоим было этого достаточно. Не договора, ни записи в родовых книгах, ни штампы в паспортах, а простой мужской кивок служил самым крепким подтверждением наших будущих взаимоотношений.

— Парень, вруби нам песню «Народный чемпион», её Чёрный Пёс исполняет, — резко возник рядом с нами один из сотрудников и чуть ли не схватил испуганного бармена за грудки.

— Н-но у нас нету такой в программе, — проблеял тот.

— Всмысле нет⁈ А ну давай-ка быстро сделай, чтобы была! Она про нашего кореша! Ты что, не уважаешь его? Если ты его не уважаешь, то ты всех нас не уважаешь! — начал качать права он, давя на ни в чём не виноватого бармена.

Я понял, что паренька надо спасать, как надо спасать и это заведение от чрезмерно весёлых отдыхающих полицейских.

— Зачем нам жалкая пародия этой песни если есть неповторимый оригинал? — дружески хлопнул я требовательного сотрудника по спине.

— Что ты имеешь ввиду? — удивился он.

— Сегодня ведь концерт Чёрного Пса, — подмигнул я.

— О-о-о-о! Парни, кажется сегодня мы попадём за кулисы, — потёр руки один из следователей, стоящий рядом и остальные разразились дружными овациями и улюлюканьем.

Собираясь, сотрудники наперебой начали спорить кто именно поедет в моей машине. Кто-то уже сражался в камень-ножницы-бумага, кто-то планировал всё решить с помощью армрестлинга, а некоторые просто ломанулись к выходу, чтобы «застолбить» место на переднем сидении.

Но ко всеобщему разочарованию, я улыбнулся и заметил:

— А ничего, что вы выкрали меня и мой джип стоит у дома?

Тут же послышались разочарованные вздохи.

— Давайте за машиной заедем, уж больно прокатиться на ней хочется, — тут же прозвучало чьё-то предложение, которое встретили дружными поддакиваниями.

— Нет, — строго пресёк эти идеи я. — Мы все сегодня уже как следует повеселились, так что за руль до завтра никто не сядет.

Действительно, если ты хорошо отдыхаешь и позволяешь себе выпить хоть немного алкоголя, то о поездках на машине лучше забыть до завтра.

— Сейчас я вызову для всех такси, — громко сказал я, но ко мне тут же подскочил Игорь Дмитриевич:

— Воу-воу-воу! — тут же замахал он руками. — Зачем же нам такси, когда есть более быстрый транспорт и куда дешевле.

Картинно достав телефон, подвыпивший полицейский набрал по громкой связи номер Заневского отделения полиции.

— Вась, привет, — панибратски обратился Игорь Дмитриевич к дежурному. — Это майор Игорь Железнов. Вась, пришли в караоке наше несколько экипажей по коду тридцать восемь. Да, полицейский в опасности и не один, — подмигнул он нам. — Сколько экипажей нужно спрашиваешь?

Он обернулся и попытался посчитать присутствующих. Несколько раз сбившись, полицейский махнул рукой и сказал:

— Давай четыре машины, а лучше восемь. И само собой побыстрее.

Повесив трубку, он торжественно объявил, что транспорт для нас скоро будет и эта новость была встречена дружными возгласами одобрения. Полицейские и следователи потянулись к выходу, пытаясь разобраться где чья одежда. А сделать это было непросто, учитывая что на вешалках висело два десятка одинаковых чёрных пальто.

Служители правопорядка, судя по всему, даже не думали оставлять бармену чаевые, впрочем как и платить в целом. По нескольким коротким фразам я понял, что сотрудники не в первый раз являются сюда вот так и закрывают караоке на «спецобслуживание». И за это закрывают глаза на многие творящиеся здесь вещи. Но я не люблю подобных «услуг» и всегда привык платить по счетам, поэтому когда полицейские и следователи спорили, выясняя кто надел чужое пальто, то я незаметно для них расплатился с испуганным барменом.

— Даниил, ну что ты там застрял? Кареты поданы! — торжественно произнёс Игорь Дмитриевич, услужливо держа для меня дверь открытой.

Выйдя на улицу, я увидел целую россыпь полицейских машин с включенными проблесковыми маячками. Вечерняя улица превратилась в филиал городской дискотеки. Больше патрульных машин было только на месте убийства Карамзина. Надеюсь сегодняшний вечер пройдёт более мирно.

Спортивно-концертный комплекс «Петровский»

Поездка на полицейских машинах оказалась куда быстрее, чем я предполагал и уже через полчаса мы остановились у служебного входа концертного комплекса.

— Простите, но вас нет в списках, — спокойно сказал щуплый паренёк, стоящий у входа.

— Для нас открыты любые двери, — грозно произнёс один из изрядно выпивших следователей.

Парень на входе устало выдохнул и сказал:

— Конечно же, подождите буквально минуту, я уточню у руководства.

Никто из моих сопровождающих не успел ничего возразить, потому что парень юркнул внутрь и защёлкнул за собой дверь.

— Давайте ломать, — кивком указал на дверь Игорь Дмитриевич с улыбкой на лице.

Я улыбнулся, приняв это за шутку. Но через пару секунд улыбка пропала, потому что несколько полицейских подошли и начали прикладываться плечами к двери и обсуждать в какую часть лучше бить.

Благо вскоре замок щёлкнул и их попытки прекратились. Но ситуация стала только хуже: из служебного выхода высыпала добрая дюжина парней Пса. Это были люди, не испытывающие пиетета перед органами правопорядка и живущие по принципу «брат за брата». Собственно, первая их фраза лишь подтвердила мои неутешительные прогнозы:

— Это частное мероприятие и служивым мы тут не рады.

С этими словами, они дружно скрестили руки на груди и встали стеной перед неприметной дверью, ведущей внутрь.

— Кажется, вам нужны проблемы? — рассвирепел один из следователей и обратился к своим товарищам: — Это как раз по нашей части. Да, парни?

Стоящие у него за спиной поддатая компания тут же подалась вперёд.

Вот ведь блин. Надо было оставлять их громить караоке. Хотел ведь как лучше, а получилось…

— Ты кого стволом пугать вздумал? — прорвался вперёд Игорь Дмитриевич, заметив демонстративно заткнутый за пояс одного из парней Пса пистолет.

Он, ничуть не боясь и не стесняясь, подошёл вплотную к ним.

— Ты думаешь это ствол? — кивнул полицейский на оружие, а затем потянулся и достал из своей кобуры табельный пистолет: — Вот это — ствол!

Ну всё, пора это заканчивать. Я бросился в эпицентр конфликта и встал между ним и здоровым амбалом, которого я как-то видел в доме Чёрного Пса.

— Парни, скажите Чёрному Псу, что приехал Даниил Уваров, он меня знает, — обратился я к амбалу.

— Мы не будем никуда идти и ничего говорить Псу, — сухо сказал он. — Потому что и без него прекрасно знаем тебя!

На его лице появилась широченная улыбка и он громко крикнул остальным «защитникам» служебного входа:

— Парни, это же братишка Пса!

Все тут же расслабились и атмосфера мгновенно стала гораздо более дружелюбной.

— А что с тобой легавые делают и почему ломятся внутрь? — с прищуром посмотрел он на мою команду сопровождения. — Проблемы какие? Ты скажи, мы разберёмся.

— Есть небольшая проблемка, — тихо сказал я, подавшись вперёд. — Я со своими друзьями отдыхал в караоке и там не было песни «Народный чемпион». А парни очень хотят её попеть.

Амбал не сразу понял, но затем просиял и громко сказал, смотря на сгрудившихся за мной полицейских:

— Так вы друзья Даниила? Что же сразу не сказали? Айда все за мной.

Он услужливо открыл дверь и дружелюбно махнул, приглашая всех внутрь.

Наша делегация шла по узкому служебному коридору, петляя в лабиринте закоулков и поворотов, пока, наконец, наш проводник не остановился.

— Но прежде, чем мы пойдём на концерт, есть одно важное дело, — строго сказал он.

Повисла пауза и через долгие пять секунд он добавил:

— Нам надо выпить за знакомство.

С этими словами парень распахнул ближайшую дверь и перед нашими глазами предстала огромная гримёрка, которая служила комнатой отдыха для Чёрного Пса и всех его людей. Столы ломились от еды и напитков.

Полицейские, молча стоявшие за моей спиной разразились криками и улюлюканьем. Не дожидаясь особого приглашения, они ввалились в гримёрку, где сразу же стало тесно, как в утреннем вагоне метро. Впрочем атмосфера от этого была лишь теплее.

Знакомство затянулось. Кажется в простых пацанах Пса подвыпившие сотрудники правоохранительных органов нашли родственные души. Через десять минут возлияний, любой зашедший сюда принял бы всех за лучших друзей детства. которые не виделись десять лет и наконец воссоединились.

— Даниил, а нормальные у тебя кореша, — буквально рухнул на диван рядом со мной один из людей Пса. — Да и ты сам красавчик. Мне ребята рассказали, по какому случаю гулянка и скажу тебе честно: я аристократов на дух не переношу, но ты — исключение!

— Спасибо, брат, — я хотел хлопнуть его по плечу, но после всего выпитого, промахнулся и зарядил ему мощную оплеуху.

Прозвучал мощный шлепок и тут же повисла гнетущая тишина. Все присутствующие посмотрели на нас.

Сидящий рядом амбал долго смотрел на меня, а затем заржал:

— Бьёшь ты куда лучше чем та девчонка!

Комната буквально взорвалась оглушительным смехом.

— Чем же ты перед девушкой успел провиниться? — сквозь смех спросил я.

— Да очередная сумасшедшая фанатка. Хотела закулисы пройти. Чего только не сочиняла: то она аристократка, то знакомая Пса, то чуть ли не его начальница. Не даром говорят что все рыжие — сумасшедшие, — покрутил он пальцем у виска.

И тут все снова уставились на меня. Потому что меня поразил дикий приступ хохота. Обязательно расскажу Распутиной, что её приняли за сумасшедшую фанатку. Надо не забыть снять её лицо, когда это услышит.

С трудом уняв смех и вытерев слёзы, я смог наконец объяснить причину моей истерики:

— Не поверишь, но эта сумасшедшая — действительно аристократка, действительно знакомая Пса и в каком-то роде — его начальница.

Амбал растерянно почесал затылок:

— И что теперь делать то?

— Ну, как минимум, можешь попробовать извиниться и пригласить её сюда, — всё ещё с нескрываемой улыбкой предложил ему я.

Но парень воспринял меня буквально и сорвался с места, едва не свалив небольшой столик с закусками.

— Уваров, ну почему я не удивлена? — раздался знакомый возглас вошедшей в помещение девушки. — Хоть какое-то событие может без твоей персоны обойтись?

— Ну разве что какое-то скучное и неинтересное, — поцеловал я Алису в щёку.

— Мы тут собрались в честь барона Уварова! — громогласно заявил один из полицейских, а затем громко икнул.

— А разве мы не на концерт приехали? Песни петь хотели вроде, — улыбнулся я.

— Ну и концерт тоже, — стукнул он по столу. — Концерт в честь барона Уварова!

Похоже, что ребята Чёрного Пса смогли окончательно опоить отдыхающих сотрудников, потому что полицейские, услышав мою фамилию, в очередной раз вскочили:

— В честь основателя рода, барона Уварова, троекратное гип-гип…

— Ура! Ура! Ура-а-а-а! — раздались три раскатистых волны, от которых содрогнулись стены.

— Основатель рода? — тут же прижала меня к стене Распутина.

— Не похож? — хитро спросил я.

Она долго молчала, а затем коротко кивнула:

— Похож.

Очень приятно наблюдать возникшее единение таких разных социальных прослоек: рядовые полицейские, элитные следователи, парни, живущие по законам улиц и представители молодой аристократии. Но несмотря на это и на количество выпитого, во время общения никто не позволял себе переходить ту незримую грань, что разделяла всех веселящихся и меня с Распутиной. С нами общались как с настоящими аристократами: с уважением и почтением. Но это уважение не было вызвано страхом. Оно было искренним и неподдельным, отчего становилось во много раз ценней.

— Ну что, познакомились и хватит, — икнул амбал, которого уже поддерживали под руки пара полицейских. — Скоро концерт начнётся, нам пора в зал!

Чем дальше мы шли по служебному коридору, тем громче становились звуки и нам приходилось разговаривать на повышенных тонах, чтобы перекричать шум толпы где-то впереди.

И вот мы вышли в зал из бокового выхода справа от сцены. Толпа взорвалась бурными аплодисментами и криками, приняв нас за своего кумира. Идущая рядом Распутина машинально вцепилась в мою руку, но в её глазах читалось восхищение. Она, кажется, впервые оказалась в эпицентре такого внимания и, судя по детской улыбке, наслаждалась происходящим.

— Это же Народный чемпион! — воскликнул парень в первых рядах, стоящий прямо у металлического забора, не дающего фанатам подобраться вплотную к сцене.

Стоящие рядом зрители тут же бросились в нашу сторону, едва не вжав бедолаг, что стояли у самого забора.

— Эй, чемпион, ты сам будешь исполнять песню? — сквозь шум раздался голос.

— Распишись на моём билете! — тут же завопила молодая девушка.

Я почувствовал, как по моему плечу постучали. Обернувшись, я увидел Гончего, протягивающего мне чёрный маркер:

— Иди, порадуй фанатов, звезда.

Когда я направился к заборчику, люди взорвались криком и улюлюканьем. Задние ряды ещё сильнее стали напирать на впереди стоящих, отчего металлическая конструкция начала с противным скрипом ползти вперёд.

— И мне тоже! — раздавались крики людей, протягивающих свои билеты, телефоны и всё остальное, на чём они хотели, чтобы я оставил автограф.

— Напиши пожелание для Лёхи! Для Леночки тоже напиши что-нибудь хорошее! И для Гошана тоже чиркани, чтобы он кусал локти, что не пошёл на концерт, — звучал рой голосов со всех сторон.

Я с нескрываемым удовольствием расписывался, оставлял пожелания. Мне действительно хотелось порадовать людей, поэтому я не отходил от забора минут десять, пока всё ещё шёл разогрев.

— Даня, вот мой номер. Позвони! — протянула мне билет блондинка с длинными волосами и большими амбициями.

Протянув руку, чтобы взять бумажку, я увидел, как записка с номером девушки исчезла в сжатом кулаке.

— Ты теперь аристократ, негоже с простолюдинками встречаться, — строго шикнула на меня тут же оказавшаяся рядом Алиса.

— Я готова стать аристократкой для тебя, — тут же раздался женский возглас справа.

Молодая брюнетка в обтягивающих джинсах и такой же обтягивающей белой майке тянула мне бумажку с номером телефона.

Но и тут на страже моей чести встала Распутина, перехватив записку.

— Нечего на меня так смотреть, ещё спасибо скажешь, — фыркнула она, чуть покраснев.

Я продолжил раздавать автографы и писать небольшие записки для фанатов и их друзей, пытаться позировать для фотографий, вообщем наслаждался популярностью.

Несколько девушек, которым удалось подобраться ко мне поближе, смогли засунуть небольшие записки в карманы моей рубашки в тайне от бдящего ока Алисы Распутиной. Некоторые, особо ретивые, пытались добраться до моих карманов, расположенных вовсе не на рубашке.

— Так, а вот это уже слишком, — гневно воскликнула Распутина, когда одна из девушек попросила расписаться на её груди и натурально едва не разделась.

Амбал из свиты Чёрного Пса, что постоянно дежурил рядом и следил за нашей безопасностью, решил встать на сторону аристократки и аккуратно потянул меня назад к сцене:

— Даниил, концерт скоро начнётся, нам пора.

Грустные вздохи людей, которым не достались мои автографы, быстро сменились на дикий рёв, когда на сцене появился Чёрный Пёс и сходу зарядил один из своих хитов.

Подойдя ближе к сцене, я почувствовал, как закружилась моя голова. Я оступился, едва не потеряв сознание.

— Всё нормально? — послышался рядом взволнованный голос Распутиной, доносившийся словно издалека. — У тебя кровь из носа течёт.

— Да, всё в порядке, — я собрал себя в кучу и постарался улыбнуться.

Сознание осталось мутным и дальнейшие события я помню обрывками, словно в тумане. Помню начало концерта, помню, как Пёс вытащил меня на сцену, помню, что я устраивал магические трюки и фокусы во время песни про себя…

О! Ещё яркой вспышкой запомнился момент, когда многотысячная толпа скандировала мне поздравление, а потом я прыгнул в толпу и меня носили на руках.

Что было дальше моя память уже отказывалась запоминать. Вот только непонятно почему.

Квартира Даниила Уварова

Открыв глаза, я увидел потолок своей квартиры. Голова была чугунная и весила словно тонну. Во всяком случае именно так казалось, когда я пытался её повернуть. Сознание всё ещё было слегка затуманенным и вчерашние события всплывали лишь отрывками.

Хорошо, что всё закончилось хорошо и я дома в целости и сохранности. Но вечеринка вышла чересчур весёлой и меня почему-то не отпускает чувство, что я забыл о чём-то важном?

Да ещё и этот зуд в голове. Будто небольшой перфоратор долбит в череп изнутри.

Стоп. Это не перфоратор, это…

Я схватил с тумбочки истошно вибрирующий телефон и ответил на звонок:

— Даниил, ты где? — строго спросил Васнецов.

— Дома, — зевнул я.

— Как это? Уже двенадцать часов дня! Слушание по вопросу основания твоего собственного рода начнётся уже через час!

Твою мать, уже двенадцать?Какого чёрта не сработал будильник⁈

— Уже выезжаю, — коротко бросил я, спешно одеваясь.