CFT. Терапия, сфокусированная на сострадании. Практическое руководство для клинических психологов

ГЛАВА 12

Воплощение сострадания на практике. Техника работы с пустым стулом в CFT

Помогая клиентам работать с состраданием к трудным эмоциям, CFT стремится сделать ситуацию максимально реалистичной. Существует мощная техника, позволяющая добиться этого эффекта — работа с пустым со стулом, двумя и несколькими стульями. Работа с пустым стулом приносит непосредственность и интенсивность, которые позволить клиентам работать со сложными эмоциями в режиме реального времени.

CFT во многом опирается на работы пионера современной техники работы со стулом, Лесли Гринберга. Он и его коллеги сделали эту технику центральным компонентом эмоционально-фокусированной терапии (ЭФТ) и широко применяли ее для самокритичных клиентов [Greenberg, Rice, & Elliot, 1993; Greenberg & Watson, 2006; Pos & Greenberg, 2012]. Благодаря недавним пилотным исследованиям доказана полезность такой техники для повышения уровня самосострадания и уверенности в себе у самокритичных клиентов, а также для уменьшения самокритики и симптомов тревоги и депрессии [Shahar et al., 2012].

РАБОТА С ПУСТЫМ СТУЛОМ В CFT

CFT, строится на подходе ЭФТ к работе с пустым стулом. Как и ЭФТ, CFT делает акцент на сострадательном "Я". В CFT основное внимание уделяют постоянному развитию сострадательного "Я" и применению этого аспекта "Я" в работе с трудными эмоциями и самокритикой [Gilbert, 2010]. В этой главе мы представим несколько способов применить работу с пустым стулом, ориентированную на сострадание в терапии.

Техника пустого стула

При работе с клиентами, которые склонны к самокритике, и которым трудно осознавать свои трудности с позиции сострадания, работа с пустым стулом может стать хорошим началом. Технику пустого стула можно включить в терапию вскоре после введения практики сострадательного "Я", как способ помочь клиентам глубже понять позицию сострадания, особенно по отношению к самим себе. В этой практике мы предлагаем еще один стул расположить напротив стула клиента.

Начиная с упражнения сострадательного "Я", мы предлагаем клиенту представить другого человека, возможно, кого-то, о ком он заботится, сидящим на стуле напротив него. Мы просим представить, что этот человек сталкивается с проблемой, очень похожей на ту, которую испытал клиент, и в связи с которой он критикует себя. Мы предлагаем клиенту представить, что он будет испытывать к этому человеку, который ему небезразличен, и как станет взаимодействовать с ним с позиции доброго, мудрого, уверенного сострадательного "Я". Давайте посмотрим, как может выглядеть это упражнение.

Терапевт: Джош, мы много говорили о том, как вы боретесь с гневом и о вашем чувстве стыда за это.

Джош: Да... Из-за этого это я чувствую себя куском дерьма. Упражнения помогали, но иногда я прихожу с работы домой и просто хочу хорошо провести время со своими женой и дети, а вместо этого срываюсь из-за каких-то пустяков. Дети, их нытье из-за домашнего задания или что-то в этом роде, выводят меня из равновесия, — и я понимаю, что повышаю на них голос. Они смотрят на меня так, будто я создаю им проблемы. Становятся тише воды ниже травы. Меня тошнит от этого. Я пытаюсь собраться, но продолжаю срываться. Я ужасный муж и отец.

Терапевт: Похоже, это ужасно.

Джош: Да, но это моя вина, черт возьми.

Терапевт: Не хотели бы вы попробовать сделать упражнение, которое поможет нам проявить какое-то сострадание к этой ситуации. Что-то, чтобы укрепить это сострадательное "Я", которое мы создали, чтобы помочь вам справиться с гневом?

Джош: Думаю, сейчас я готов попробовать что угодно.

Терапевт: Это то мужество, которое действительно поможет пройти через это. Это будет упражнение, которое называется работа с пустым стулом. Я поставлю стул прямо здесь напротив вашего, хорошо?

Джош: Хорошо (с сомнением)...

Терапевт: (Улыбается.) Поверьте мне, стул пригодится. Когда впервые узнал об этой технике, мне она тоже показалась немного странной. Но теперь я просто подсел.

Джош: Хорошо.

Терапевт: Начнем с техники сострадательное "Я". Сперва выполним упражнение на успокаивающее ритмичное дыхание. Сосредоточимся на замедлении тела и ума.

Джош: (Выпрямляется, закрывает глаза, медленно дышит.)

Терапевт: (Ждет примерно минуту.) Теперь перейдем к позиции доброго, мудрого, сострадательного "Я". Представьте, что вы наполнены добротой и желанием приносить пользу другим и себе. (Ждет тридцать секунд.) Наполнены глубокой мудростью и способностью видеть вещи с разных точек зрения. (Ждет тридцать секунд.) И глубокой, смелой уверенностью. Вы знаете, что бы ни возникло, вы сможете справиться с этим. (Ждет тридцать секунд.) Когда будете готовы, медленно откройте глаза, вернитесь вниманием в комнату, возьмите с собой это сострадание.

Джош: (Немного ждет, затем медленно открывает глаза.)

Терапевт: Джош, я бы хотел, чтобы вы представили, что в этом кресле находится кто-то, кто вам нравится и о ком вы заботитесь... Может быть, хороший друг, с которым вам нравится проводить время, и которому вы бы хотели помочь. У вас есть такие друзья?

Джош: Ага. Мой приятель Натан. Мы все время тусуемся, смотрим спортивные программы и прочее. Мы много говорим. Он единственный человек, с которым я говорю об этих вещах.

Терапевт: Приятно слышать, что у вас есть кто-то, с кем можно поговорить. Похоже, вы довольно близкие друзья.

Джош: Натан понимает меня. Он мне как брат.

Терапевт: Превосходно. Джош, представим, что Натан сидит здесь на этом стуле и что он очень ранимый человек. Он сказал вам, что борется с гневом всю свою жизнь, что он очень много работал над самоконтролем, но ему кажется, что у него ничего не получается. Он сказал вам, что, несмотря на все свои усилия, он иногда повышает его голос на жену и детей, и он знает, что рядом с ним они находятся в постоянном напряжении. Он даже ходит на терапию, чтобы справляться с этим. Ему очень сложно было пойти на это. Он говорит вам, что чувствует себя ужасным мужем и отцом. Ему правда стыдно.

Джош: Думаю, я понимаю, к чему вы ведете..

Терапевт: Не сомневаюсь, что да. Но давайте посмотрим, сможем ли мы с этим справиться, ладно? Если бы Натан сидел здесь, на этом стуле, и только что рассказал вам все о своей борьбе с гневом, как вы бы относились к нему? Вы бы осудили его?

Джош: Осудить его? Нет, я бы сказал ему, что знаю, каково это.

Терапевт: Если бы вы видели, насколько ему тяжело и как он борется с гневом, что бы вы испытали?

Джош: Я бы ужасно за него переживал. И я думаю, я бы уважал его за то, что он так честен это, и за то, что он обратился за помощью. Это сложно сделать.

Терапевт: Конечно. И с этой позиции сострадания, — видя его борьбу и желая помочь, — что бы вы хотели, чтобы он понял? Как бы вы могли его успокоить?

Джош: Я бы хотел, чтобы он понял, что он не единственный, кто борется... что я тоже так себя чувствую, иногда. Я бы сказал ему то, о чем мы с вами говорили: что то, что он научился испытывать гнев — это не его вина, и что он может научиться тому, что поможет ему. Я бы сказал тот факт, что его беспокоится о том, какой он муж и отец, вероятно означает, что он довольно хороший муж и отец, и что я точно знаю, что он хороший друг, черт побери. А пойти на терапию — это тяжело.

Терапевт: Джош, это замечательно. Ваше сострадательное "Я" может многое сказать Натану. Как вы думаете, он почувствовал бы, если бы услышал это?

Джош: Думаю, ему стало бы лучше. Я помню, что почувствовал себя лучше, когда он мне говорил такие вещи.

Терапевт: Значит, он вас так ободрял в прошлом?

Джош: Ага. Как я уже говорил, он мне как брат.

Терапевт: Я заметил, что то, что вы говорите Натану, и то, что он говорит вам, сильно отличается от осуждения, которое вам высказывает ваш внутренний критик, когда вы боретесь с гневом. Какие способы вести разговор полезнее — сострадательная поддержка и ободрение или самобичевание и самокритика? Какой способ разговора с самим собой поможет вам превратиться из злого, тревожного мужчины в того, которым вы хотите быть?

Джош: Думаю, я понял. Самобичевание только все усугубляет.

Терапевт: Верно. Но мы говорим не только о том, чтобы перестать заниматься самобичеванием. Мы говорим о поиске способов проявить к себе сострадание, успокоить себя и воодушевить себя стать лучше. Помочь себе так, как вы хотели бы помочь кому-то, о ком заботитесь, как о Натане. Или как Натан помогает вам. Как вы думаете, это принесло бы больше пользы, чем самобичевание?

Джош: Возможно.

Терапевт: Когда вы возвращаетесь домой в конце дня, и просто хотите, чтобы все прошло хорошо, а один из детей начнет капризничать, вы можете попытаться сделать несколько вдохов, успокоиться и представить, что может сделать ваше сострадательное "Я". Или даже представить, что может сказать Натан, чтобы вы не злились.

Джош: Думаю, это может помочь. Думаю, я попробую.

Этот пример взят из многочисленных сеансов, на которых мы использовали технику работы с пустым стулом с клиентами, которые борются с гневом. Очень хорошо, что Джош смог найти такого хорошего друга, как Натан, которому было легко испытать сострадание к Джошу и выразить его. Также помогло то, что Джош и Натан друзья, и могут говорить о разных вещах, поэтому Джошу было легче с состраданием и надеждой отнестись к гневу. Это не всегда так, особенно для людей, которые борются с гневом (и, возможно, тем более сложно это для мужчин), поэтому иногда требуется больше работы для создания образа кого-то, к кому клиент, скорее всего, относится с состраданием, а не с осуждением. Это одна из причин, по которой мы часто проводим групповые практики CFT для преодоления гнева. В группах можно создать общий дух товарищества и сострадательного понимания среди клиентов, которым известно, насколько это сложно. Клиенты могут и сами представить модель сострадательного понимания и ободрения друг для друга, как Натан сделал это для Джоша в приведенном выше примере.

РАБОТА С ДВУМЯ СТУЛЬЯМИ

Мы надеемся, что к тому времени, когда мы перейдем к работе со стулом, предыдущие уровни терапии (терапевтические отношения, знания об эволюции мозга и социальном формировании личности, работа с сострадательным "Я") заложат основу для самосострадания. Если так, мы можем использовать работу с двумя стульями, чтобы углубить переживание клиентом самосострадания, перенеся его прямо в настоящий момент. Это можно сделать разными способами. Сначала мы помещаем сострадательное "Я" на один стул, а уязвимое "Я" (тревожное, депрессивное, гневное и т. д.) — на другой, и обеспечиваем диалог между ними. Далее мы можем помочь клиенту в работе с самокритикой путем содействия диалогу между сострадательным "Я" и самокритичным "Я". В CFT работа направлена на развитие и укрепление доброго, мудрого, смелого отношения к сострадательному "Я", чтобы клиенты могли все лучше и лучше применять эти качества в своей жизни.

ОБЕСПЕЧЕНИЕ ДИАЛОГА МЕЖДУ СОСТРАДАТЕЛЬНЫМ И УЯЗВИМЫМ Я

В этой практике используют два стула, и терапевт помогает клиенту вести диалог между "Я", которое представляет эмоцию, с которой он борется (например, тревога, депрессия или гнев) и ее мудрым, добрым, уверенным и сострадательным "Я". Обычно начинает клиент, который сидит на стуле для уязвимого "Я". Он приглашает эту версию "Я" высказать свое мнение - вызвать настоящий поток страха, грусти или гнева. Иногда клиент проявляет более чем одну из этих эмоций. В этом случае мы можем использовать упражнение с несколькими "Я", представленное в главе 14.

После того, как тревожное "Я" выскажется, клиенту предлагается пересаживается на место сострадательного "Я". В этот момент терапевт направляет переход клиента к позиции сострадательного "Я". С этой позиции клиент затем сочувственно обращается к уязвимому "Я", предлагая валидизацию, понимание, доброту и ободрение (под руководством терапевта, если необходимо). Если клиент обнаружит, что отклоняется от точки зрения сострадательного позиции и обратно переключается на язык угроз, это не проблема, — терапевт просто предлагает сменить стул, пока уязвимое "Я" не выскажется. Давайте посмотрим, как это может выглядеть на сеансе.

Терапевт: Дженни, мы разобрались, как можно проявить сострадание к своему страху на практике. Сострадательное "Я" и сострадательное письмо, — я чувствую, что они помогли, верно?

Дженни: Действительно. Было приятно смотреть на ситуацию с этой точки зрения. Письмо действительно помогло — я часто его перечитывала, и это помогло мне сделать что-то что я обычно не делаю.

Терапевт: Отлично. Как мы уже говорили, большая часть сострадательной работы с тревогой помогает вам противостоять вашим страхам: вы можете делать что-то, даже когда вы боитесь, чтобы понять, что вы способны это сделать.

Дженни: Да, я часто это делала. Кажется, это помогает, хотя это не так уж приятно.

Терапевт: Думаю, что да. Тяжело смотреть в лицо тому, что нас пугает, но вы делаете отличную работу. Сегодня я хотел бы представить еще одну технику, что поможет углубиться в работе. Ваше тревожное "Я" получит больше сострадания и поддержки. Как вам идея?

Дженни: Я готова пробовать.

Терапевт: Отлично! Для этого упражнения понадобятся два стула, так что вы сможете немного подвигаться. (Ставит два стула друг напротив друга посередине комнаты.) Этот стул — "тревожный стул". (Указывает на стул.) Мы посадим сюда Тревожную Дженни и позволим ей выразить все ее опасения.

Дженни: (Кивает.) Хорошо.

Терапевт: (Указывает на другой стул.) Этот стул — для Сострадательной Дженни, которая будет слушать Тревожную Дженни, сочувствовать ей и предлагать ей сострадание, понимание и ободрение. Понимаете, в чем суть?

Дженни: Думаю, да. Хотя это кажется немного странным.

Терапевт: Поначалу это может казаться немного странным. Не беспокойтесь — я здесь, чтобы облегчить работу. Я дам вам подсказки, о чем думать и что делать, и инструкции, когда менять стулья и тому подобное. Если вы готовы, тогда сядете на стул для тревожного я?

Дженни: Хорошо. (Подходит к тревожному стулу.)

Терапевт: Мы дадим Тревожной Дженни микрофон, чтобы мы действительно могли ее хорошо слышать. У вас есть много задач, над которыми вы работаете: этот групповой проект, вы хотите больше заниматься общественной деятельностью, даже начать встречаться с кем-то. Делает тревожную Дженни есть что сказать об этом?

Дженни: Несомненно.

Терапевт: Что ж, у нее есть шанс. Несколько минут подумайте о страхах и беспокойствах по поводу того, чем вы хотите заниматься. Обратите внимание на тревогу в вашем теле. Представьте, что вы работаете в группе, гуляете с друзьями, собираетесь на свидание. Какие страхи или тревоги возникают? Расскажите, как вы себя чувствуете в этот момент.

Дженни: (Ненадолго закрывает глаза, затем открывает их.) Я хочу сделать все это, но я боюсь это делать.

Терапевт: Чего вы боитесь?

Дженни: Я боюсь, что выставлю себя напоказ, и все меня возненавидят. Я скажу что-то не так, и буду выглядеть глупо. Боюсь, что, когда я почувствую себя комфортно, надо мной будут смеяться и станут отвергать меня. (Плаксивая интонация.)

Терапевт: Все отлично, Дженни. Пусть приходят страхи.

Дженни: Если они узнают меня, действительно узнают меня, я им не понравлюсь. Я не такая, как они, и они это увидят. (Плачет.) Все будет так, как было раньше. Что со мной не так? Почему я им не нравлюсь?

Терапевт: (Участливо наклоняется; молча ждет.) Есть ли у Тревожной Дженни что-нибудь еще, что ей нужно сказать?

Дженни: (Вытирает слезы и мягко улыбается.) Нет, я думаю, это все.

Терапевт: Думаете, вы готовы пересесть на другой стул?

Дженни: Думаю, да. (Встает и меняет стулья.)

Терапевт: Замедлите дыхание. (Ждет секунд тридцать.) Вспомним о добром, мудром, смелом сострадательном "Я". Еще раз представьте, что вы наполнены этими качествами: доброта, желание помочь себе и другим, мудрость глубоко и с разных точек зрения смотреть, на ситуацию смелость смотреть в лицо страхам. Представьте, что вы полны сострадания.

Дженни: (Закрывает глаза, дышит медленно и тихо.)

Терапевт: Когда будете готовы, откройте глаза и посмотрите на Тревожную Дженни, сидящую на стуле. Она делится с нами своими страхами. Она просто хочет, чтобы ее приняли. Хочет общаться с друзьями, встречаться с кем-то. Она старается изо всех сил, но ей страшно из-за того, что случилось с ней раньше. С этой сострадательной позиции, как вы к ней относитесь?

Дженни: Я ужасно ей сочувствую. Ей так тяжело. Она просто хочет вписаться в общество, хочет, чтобы люди любить ее. Она так боится, что ей снова будет больно.

Терапевт: Это ведь объяснимо, что она так себя чувствовала, не так ли?

Дженни: После того, что с ней случилось, да.

Терапевт: Я бы хотел, чтобы вы поговорили с Дженни с этой сострадательной позиции - утешьте ее, ободрите ее, предложите все, что может быть полезно. Поговорите с Дженни как будто она прямо сейчас сидит на этом стуле.

Дженни: (Пауза, задумчиво.) Дженни, ты была напугана, и ты пробовала закрыться от мира, чтобы не страдать снова. Но то, что случилось с тобой — не твоя вина. (Пауза.) Я не знаю, почему те девушки так поступили с тобой, но это не из-за тебя. Это было давно тому назад. С тех пор ты встречала многих людей, которые были добры к тебе и которые понимают тебя. (Пауза.)

Терапевт: Отлично, Дженни. Можете ли вы подбодрить ее? Что вы хотите, чтобы она поняла?

Дженни: Дженни, ты напугана, это объяснимо. Но ты много над этим работаешь, и становится лучше. Ты нравишься остальным студентам группы. Девочки на твоем этаже приглашают тебя с ними, а значит, наверное, ты им симпатична. Пора начинать быть смелее.

Терапевт: Дженни (показывает на другой стул), она боится, что, если они действительно узнают ее, они ее отвергнут. Что вы хотите, чтобы она знала?

Дженни: (Смотрит на другой стул.) Ты хороший человек. Ты добрая и думаешь сначала о других, а уже потом о себе. Ты стараешься изо всех сил. (Пауза.) В этом нет ничего плохого. С тобой все в порядке. (Глаза краснеют.)

Терапевт: Дженни, вы можете сказать это еще раз?

Дженни: С тобой все в порядке. (Плачет, мягко улыбается.)

Как мы видим выше, сила работы двумя стульями — в том, что она дает возможность перевести понимание сострадательного "Я" в чувственный эмпирический опыт. Эти моменты в терапии могут быть очень мощными, поскольку клиенты узнают, что значит действительно чувствовать и выражать доброту и сострадание к себе. Терапевт подготавливает почву для взаимодействия и использует сократический диалог, чтобы облегчить его. Он создает пространство, чтобы диалог вел непосредственно сам клиент, помогая (только при необходимости) клиенту войти в контакт с эмоциональным "Я", соединиться с ним и выразить сострадание.

Эта работа становится намного проще (и, как правило, идет более гладко), когда фундамент уже заложен при помощи тех техник, что описаны в предыдущих главах.

ОБЕСПЕЧЕНИЕ ДИАЛОГА МЕЖДУ СОСТРАДАТЕЛЬНЫМИ, УЯЗВИМЫМ И САМОКРИТИЧНЫМ Я

Другой способ использовать технику работы с двумя стульями — помочь облегчить диалог между сострадательным "Я", уязвимым и самокритичным "Я". Эта техника похожа на технику ЭФТ, когда работа со стулом используется, чтобы помочь клиенту встретиться лицом к лицу с самокритикой [Greenberg, Rice, & Elliot, 1993; Greenberg & Watson, 2006; Pos & Greenberg, 2012]. Как мы говорили выше, разница в том, что в CFT сильный акцент делается на развитии и применении сострадательного "Я" в понимании, отношении и успокоении уязвимого "Я" и самокритичного "Я".

Это может проявляться по-разному, в зависимости от мотивации внутреннего самокритичного "Я". Мы можем добиться этого, задав сократовские вопросы. Например: «Чего хочет ваш самокритичное "Я"?» "Какова его мотивация?" «Чего вы боитесь лишиться, если голос вашего самокритичного "Я" стихнет?» Для некоторых клиентов самокритика играет в первую очередь поведенческую функцию и является просто усвоенной стратегией, которую они используют для самомотивации. Как мы видели на примере с Дженни, это инструмент, который иногда работает, несмотря на свои недостатки (Ты просто жалкая. Все могут это сделать. Просто потерпи!). У других клиентов самокритика может быть мотивирована страхом, призванным держать их в узде, сдерживая их, чтобы они не совершали рискованных поступков (Ты просто все испортишь. Нет смысла даже пытаться!).

Однако у других клиентов самокритика основана на глубоком чувстве ненависти к себе или отвращения к себе, которое они часто усваивают через абьюзивный опыт, травмы или опыт совершения действий, противоречащих их ценностям. В этом случае критик может возникнуть из внутреннего голоса обидчика или желания причинить себе вред и наказать себя [Gilbert, 2010]. Может быть полезно заранее разобраться в этом, потому что это затрагивает основную мотивацию самокритики — помочь или навредить. Для клиента, который использует самокритику как инструмент самомотивации, мы можем построить диалог вокруг сострадательного "Я", признающего, что самокритика — просто способ помочь, и что она выступает только в роли самомотивации. Работа со стулом также может помочь изучить мотивацию самокритики, чтобы определить, является ли она внутренним голосом обидчика, и осознать эмоциональное воздействие внутреннего голоса самокритичного "Я". Упражнение может также помочь клиентам выработать стрессоустойчивость перед лицом самокритики, а также способность переключаться с критического на уязвимое и сострадательное "Я". Рассмотрим пример из клинической практики, в котором проявляется упомянутая выше динамика самокритики.

Терапевт: Джош, вы отлично поработали с пустым стулом на прошлой неделе. Когда вы представляли, как ваш друг Натан борется с гневом, казалось, что вы смогли войти в контакт со своим сострадательным "Я", пытаясь проявить к нему понимание.

Джош: Да, все, вроде бы, прошло неплохо.

Терапевт: Похоже, вы относились к Натану с сочувствием, выполняя это упражнении. Совсем иначе, чем вы говорите, когда ведете диалог сами с собой. Как на прошлой сессии, когда вы назвали себя "ужасным отцом". Похоже, ваш внутренний критик иногда может довольно громко говорить.

Джош: Ага. Я противен себе. Я все время пытаюсь собраться, и кажется, что это какое-то время работает, а потом я снова все порчу.

Терапевт: Похоже, вашему самокритику есть что сказать. Теперь, когда вы уже немного знаете, как ваше мудрое, доброе, сострадательное "Я" может понимать Натана, хотелось бы предложить еще одну технику с пустым стулом. Во время ее выполнения мы изучим различные точки зрения самокритики и сострадания при работе с этими чувствами. Готовы попробовать?

Джош: Конечно. Но я пока не знаю, что мне нужно делать.

Терапевт: Что ж, давайте попробуем прояснить это. Я поставлю три стула. Вот. (Ставит три стула треугольником, каждый стул смотрит внутрь, на два других.) Этот стул (показывает) будет для вашего внутреннего критика. Как только вам захочется себя покритиковать, вы можете высказаться... пока сидите в этом стуле. Этот стул (указывает на второй стул) предназначен для вашего уязвимого "Я" — та часть вас, которую критикует и на которую нападает ваш внутренний критик. Это та часть вас, на которую влияет критика. Вот здесь (указывая на третий стул) — место для вашего сострадательного "Я". Это ваша мудрая, добрая и смелая сторона, которая хочет помочь обеим этим другим сторонам "Я" — уязвимому "Я" почувствовать себя в безопасности и управлять своими эмоциями, а внутреннему критику успокоиться, чтобы он перестал так нападать. Понимаете?

Джош: (Немного скептически.) Думаю, да ...

Терапевт: Отлично. Как насчет того, чтобы сесть на этот стул (указывая на место для уязвимого "Я") и рассказать о недавней борьбе с гневом?

Джош: Хорошо. (Подходит к стулу.) Два дня назад я выпустил собаку погулять на задний двор. Моя дочь Хлоя и ее друзья играли на улице и оставили ворота открытыми. И собака выбежала через открытые ворота и начала носиться по всей округе. Я так разозлился. Мне пришлось бежать за псом. Потом орал на его, когда нес его обратно в дом. Когда я принес его, то бросил на пол и наорал на Хлою за то, что она не закрыла ворота. И она, и ее мать смотрели на меня так, будто я монстр и избегали меня остаток вечера.

Терапевт: Что вы почувствовали?

Джош: Я был так зол из-за всего, что произошло. Зол на собаку, на Хлою. Я выглядел придурком, который по всему кварталу гоняет собаку. Почему нельзя просто запереть эти чертовы ворота? Ну, вы понимаете. А потом стало еще хуже, когда я на них наорал. Я все время делаю только хуже.

Терапевт: Похоже, вашему внутреннему критику есть что сказать по этому поводу. Хотите пересесть на этот стул? (Указывает на стул для критика.)

Джош: (Переставляет стулья.) Окей.

Терапевт: Итак, сидя на этом стуле вы можете позволить себе критику. Глядя на этот стул (жестом показывает на стул, который только что освободил Джош), посмотрите на того себя, который разозлился, гонялся за собакой, орал, бросил собаку и огрызнулся на Хлою. Вы, который был там, сказали, что всегда делаете только хуже. Что ваш внутренний критик может сказать? Представьте, что вы разговариваете с тем собой лицом к лицу, как на прошлой неделе.

Джош: Ты все портишь. (Смотрит на терапевта.) Так?

Терапевт: (Кивает, указывает на стул, где сидит уязвимое я.) Совершенно верно.

Джош: (Смотрит на стул.) Ты идиот. Ты ужасный отец и муж. Что с тобой, черт возьми, не так, что ты из всего такую проблему делаешь? Если бы у них была хоть капля здравого смысла, они бы от тебя сбежали! Почему тебе всегда все надо испортить? Ты мне противен! (Качает головой и смотрит вниз.)

Терапевт: (Молча ждет секунд тридцать.) Что-нибудь еще?

Джош: Думаю, это все.

Терапевт: Итак, давайте вернемся на этот стул... (Указывает на стул уязвимого "Я".)

Джош: (Пересаживается.)

Терапевт: Позвольте себе принять все, что сказал внутренний критик. (Жестом указывает в сторону стула для критики.) Он называл вас ужасным отцом и мужем, всегда обвинял в том, что вы все испортите... Каково вам слышать такие вещи?

Джош: (Съеживается в кресле и смотрит вниз.) Это ужасно. Похоже, это правда. Я бы хотел быть лучше, но, кажется, что я просто продолжаю лажать.

Терапевт: Посмотрите на него. (Указывает на стул для внутреннего критика.) Как вы к нему относитесь?

Джош: Я его боюсь. Он похож на моего отца. Я просто хочу, чтобы он оставил меня в покое.

Терапевт: Значит, ваш отец так критиковал вас.

Джош: Все время. Я никогда ничего не мог сделать правильно.

Терапевт: Для меня это похоже на сострадательную мудрость — выяснить, когда начал этот самокритичный голос начал звучать внутри вас, и, может быть, частично стал источником гнева, с которым вы боретесь. Как насчет того, чтобы попробовать поработать, сидя на стуле для сострадательного "Я"? (Жест в сторону стула для сострадательного "Я".)

Джош: Хорошо. (Пересаживается на стул для сострадательного "Я".)

Терапевт: Итак, давайте потратим несколько минут, чтобы замедлить дыхание и соединиться с этими качества сострадательного "Я". (Ждет десять секунд.) Представьте, что вас наполняет доброта и желание помочь обоим этим парням (показывает на два пустых стула)... мудрость смотреть глубже и видеть вещи с разных точек зрения ... и смелость работать с действительно сложными вещами.

Джош: (Тихо садится.)

Терапевт: Как мы можем понять этих двух парней? Начнем с этого. (Показывает на стул уязвимого "Я".) Он сидит там, ему стыдно за то, что он сделал, он выслушал всю эту критику. Как он себя чувствует?

Джош: Он чувствует себя ужасно. Безнадежно. Он просто хочет, чтобы его оставили в покое.

Терапевт: Ему кажется, что он постоянно все портит?

Джош: Ну да, всегда делает какую-то лажу.

Терапевт: Похоже, что ваша самокритичная личность снова вернулась. Поменяемся стульями? (Указывает на стул для самокритичного "Я".)

Джош: Нет, я в порядке.

Терапевт: Итак, глядя на этого парня (указывая на стул для уязвимого "Я") из такой сострадательной позиции, понимаете ли вы его? Он нарочно все время все портит? Ему хочется это делать?

Джош: Нет. Он не пытается все портить. Он чувствует себя ужасно из-за этого. Он не нарочно.

Терапевт: Значит, его мотивация на самом деле состоит в том, чтобы добиться большего, но ему это тяжело?

Джош: Ага. Он хочет добиться большего, но не знает, как это сделать.

Терапевт: (Указывает на стул для внутреннего критика) А что с ним? Какая у него история?

Джош: Он просто хочет, чтобы этот парень (показывая на стул для уязвимого "Я") перестал быть таким отстойным. Ему это просто надоело.

Терапевт: Он довольно резок... Вы сказали, что он говорит так, как говорил ваш отец?

Джош: Ага. Это как раз то, что говорил мне отец.

Терапевт: Итак, теперь мы можем понять, как этот внутренний критик научился быть таким?

Джош: О да...

Терапевт: Итак, когда ваш внутренний критик нападает на него (указывая на стул уязвимого "Я"), он делает это, чтоб помочь? Помогает ли это ему стать лучше?

Джош: (Делает паузу.) Нет. Ему просто плохо от этого.

Терапевт: Для меня это похоже на сострадательное понимание. Это похоже на то, что вы пытаетесь понять, как внутренний критик научился быть таким резким (научился у вашего отца), но вы знаете, что грубость бесполезна. Что бы вы хотели ему сказать, с этой сострадательной, понимающей позиции? (Жест в сторону стула для самокритичного "Я".)

Джош: (Поворачивается к стулу для самокритичного "Я".) Послушай, я понял. Ты устал от этого. Мы все от этого устали. Но нападки на него не помогают. Они только сводят тебя с ума и усложняют ему жизнь. (Жесты в сторону стула для самокритичного "Я".) Ты ведь не хочешь быть похожими на отца. (Опускает голову.)

Терапевт: Джош, у вас все хорошо. Кажется, это ваше уязвимое "Я". Как насчет пересесть обратно на этот стул? (Указывает на стул для уязвимого "Я".)

Джош: (Пересаживается.)

Терапевт: Похоже, какая-то часть вас действительно боится превратиться в вашего отца.

Джош: Да. Я хотел сказать, он был прекрасным человеком. Но в детстве я его очень боялся. Он так злился на каждую мелочь. Я просто старался не попадаться ему на глаза. Я не хочу, чтобы мои дети относились ко мне так же. Я не хочу, чтобы они научились от меня тому же, чему я научился от него.

Терапевт: Как вы хотите, чтобы они относились к вам, Джош?

Джош: (Со слезами на глазах.) Я хочу, чтобы они любили меня, понимаете. И знали, что и я их люблю. Но я продолжаю делать ерунду. Мне хочется стать лучше.

Терапевт: Вот почему вы здесь, не так ли? Потому что хотите добиться большего? И вы очень стараетесь работать над этим, верно?

Джош: Да.. Просто хочется, чтобы все было быстрее.

Терапевт: Джош, не могли бы вы снова вернуться на этот стул? (Жестом показывает в сторону стула для сострадательного "Я".)

Джош: Конечно. (Пересаживается.)

Терапевт: Взгляните на Джоша с этой сострадательной точки зрения. (Жесты в сторону стула для уязвимого "Я".) Он здесь на терапии, пытается стать лучше, быть хорошим примером для детей. Ему ведь нелегко?

Джош: Да, ему действительно сложно.

Терапевт: Как вы к нему относитесь?

Джош: Мне его жаль.

Терапевт: Вы хотите ему помочь?

Джош: Да, думаю. То есть, если бы я мог...

Терапевт: Ну, вы видите, как много он работал. У него есть прогресс?

Джош: Думаю, да. Пару раз на этой неделе я — то есть он — начинал злиться, а потом успокаивался. Не знаю, заметил ли кто-нибудь, но я заметил. Это был один из тех случаев, когда я обычно выхожу из себя. Но я просто некоторое время спокойно подышал. А еще я провожу больше времени с детьми, как мы говорили.

Терапевт: Итак, вы видели, что усилия немного окупились. Но тот Джош сидит там, впадая в безнадежность и думает о себе ужасные вещи. Он боится, что заставит своих детей чувствовать то же, что и он к своему отцу. Что вы хотите ему сказать? Что вы хотите дать ему понять? (Указывает на стул для уязвимого "Я".)

Джош: (Смотрит на стул.) Ты не такой, как отец. По крайней мере, это касается плохой стороны. Он даже не видел, что это проблема, и ему, черт возьми, было все равно, что мы об этом думаем. Тебе не все равно, и ты хочешь стать лучше.

Терапевт: Как вы можете подбодрить его, чтобы продолжал и не сдавался?

Джош: Ты много работаешь, и это дает результат. Конечно, ты все же иногда ошибаешься, но нельзя ожидать от себя, что станешь идеальным.

Терапевт: Это здорово ... продолжайте... дайте ему знать, что вы видите, что он поступает правильно.

Джош: Ты хорошо поработал, смог успокоиться и найти время поиграть с детьми в футбол. Им было очень весело. (Обращается к терапевту.) Было действительно весело.

Терапевт: Похоже на то. Ваше сострадательное "Я" рекомендовало бы больше проводить времени с детьми?

Джош: Конечно.

Терапевт: Как насчет того, чтобы снова вернуться на этот стул? (Указывает на стул для уязвимого "Я".)

Джош: (Пересаживается.)

Терапевт: Давайте уделим немного времени тому, что сказал Сострадательный Джош. Он заметил, как усердно вы работаете, чтобы стать лучше, какие делаете успехи. Он призывает вас продолжать. Что вы чувствуете от этого?

Джош: Мне приятно. Немного странно.

Терапевт: Немного странно...

Джош: Да, я просто никогда раньше не говорил с собой так.

Терапевт: Но это хорошо?

Джош: Да... не все так безнадежно. Думаю, это вселяет надежду.

Терапевт: Итак, какой из этих голосов говорит более полезные вещи, если рассуждать о помощи в регуляции гнева и улучшения отношений с семьей? (Указывает на пустые стулья.)

Джош: Вот этот. (Указывает на стул для сострадательного "Я".)

Терапевт: Похоже, если вы позволите себе прислушаться к словам Сострадательного Джоша, вашему внутреннему критику нечего будет сказать.

Джош: Да.

В приведенном выше эпизоде видим, что происходит несколько событий. Терапевт провоцирует диалог между самокритичным и уязвимым я, чтобы получить представление о динамике самокритики Джоша. Критик, по крайней мере частично, является внутренним голосом отца Джоша, который представляет модель гневного поведения. У критика также есть некоторое отвращение, а также, возможно, ошибочное представление о том, будто Джошу будет лучше, если он будет на того нападать. Обратите внимание: когда терапевт просит Джоша пересесть на другой стул, часто он почти сразу дает подсказку связать движение с аффективной динамикой взаимодействия: "Как ты к нему относишься?" "Каково вам это слышать?" Приходит сострадательное понимание как позиции уязвимого "Я" — которое все еще борется, — так и позиции критика, разыгрывающего гневный, критический сценарий, извлеченный из детского опыта.

Наконец, сострадательное "Я" подталкивают к тому, чтобы проявить понимание, доброту и поддержку к уязвимому "Я" (с помощью и поощрением терапевта), а затем сравнить влияние этого сострадательного взаимодействия и предыдущих, критических. Вы наверняка заметили, что мы не пытаемся победить самокритику или спорить с ней. Фокус внимания, скорее, направлен на то, чтобы облегчить сострадательное понимание. Рамки книги позволяют лишь вкратце ознакомить читателя с этим упражнением — подумайте, как вы могли бы облегчить ситуацию и помочь Джошу лучше понять свой внутренний диалог, переключаться между этими точками зрения и сочувственно относиться к разным аспектам личности.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В этой главе мы исследовали технику работы с пустым стулом, чтобы сосредоточить фокус внимания на эмпирическом опыте сострадательного "Я", а также изучить сострадание и применить его к динамике самокритики. Чем больше мы можем перевести сострадание в ощущаемый опыт, мысли и поведение в настоящий момент, тем лучше. В следующей главе мы разберемся с тем, какую роль играет формулирование случаев в организации понимания клиентов и их проблем.