Цвет жизни

Глава 14

Утром просыпаться было стыдно и тяжело. Голова трещала, а глаза ни в какую не хотели воспринимать солнечный свет. Поэтому, едва проснувшись, я первым делом вскакиваю с постели и плотно прикрываю шторы.

Вернувшись в кровать, страусом утыкаюсь в подушку. М-да. Я выбрала странный способ спрятаться от стыда.

Более-менее придя в себя, чувствую дикую жажду. Кажется, на прикроватной тумбе я видела бутылочку с водой. Отрываю лицо от подушки — точно! Спасительная водица прямо ждет своего часа. Я бесцеремонно утоляю свою жажду и ощущаю себя на порядок легче, когда в бутылочке воды остается всего ничего.

Теперь можно и на часы посмотреть — десять! И то, что было вчера начать вспоминать — нет уж! А то ещё что-нибудь помимо стыда проснется. Угрызение совести, чувство вины, например… Нет-нет, спасибо! Нам не надо!

«Отключаем голову. Идем в душ!» — отдаю себе команду. Перебарываю лень и наконец-то оказываюсь в ванной комнате.

Душа мне, как выяснилось, мало. Нанеся тканевую маску на кожу лица, я погружаюсь в теплую ванну с пышной пеной. Вот это уже гораздо действеннее. Укладываю голову на подголовник и чувствую себя Клеопатрой. Прикрыв глаза, в конец расслабляюсь.

Минуты релакса текут быстро, и я едва не засыпаю. Но нарастающий и приближающийся шум, заставляет напрячься и резко распахнуть глаза. Я стремительно обнимаю себя за плечи и опасливо кошусь на дверь.

Вот какого черта я не закрылась на щеколду? Дура! А потому что кто-то обещал не тревожить меня. Хм?!

Облегченно выдыхаю, когда раздается негромкий стук в дверь. Слава богу, никто не врывается в мою маленькую обитель.

— Входить нельзя! — строго и громко объявляю я, а про себя тихо добавляю, — я тут вновь превращаюсь в человека, — и деликатно похлопываю тыльной стороной ладони по подбородку, расправляя край маски.

— Скоро Андреич будет. Заканчивай свои процедуры, Света, и спускайся.

— Ага! Сейчас, — немного манерно и мягче отвечаю я.

— Я приготовил суп с курицей.

Вот зачем сразу про еду? Под ложечкой уже засосало.

— Хорошо. Мне понадобиться всего лишь полчаса.

— Максимум пятнадцать минут! А то расскажу Магалову, кто выпил его коньяк, который он у меня от жены прятал, — с нескрываемой усмешкой обещает хозяин дома.

Блин… Вот гадость! Так и хочется в ответ что-нибудь рыкнуть или прошипеть. За такую подставу я еще с тобой поквитаюсь, Панкратов!

— Договорились. Пятнадцать минут, — елейно выдаю я, а следом желчно показываю язык разделявшей нас с Валентином двери.

— Вот и чудесно.

Шаги затихают, и я расслабленно опускаю плечи.

— Шантажист, — по инерции упрек слетает с моих губ.

Я спускаюсь вниз буквально на цыпочках. Жутко хочется напугать наглого хозяина. Надо же поквитаться за подставу с коньяком.

Все идет по плану. Каким-то чудом мне удается не издать ни единого звука до самой входной двери дома, которая оказывается приоткрытой. Дальше следует выход на террасу.

Вообразив себя балериной, поднимаюсь на носочки и заглядываю в щель. Немного удивляюсь, когда вижу, что Магалов уже приехал. Мое ребячество придется отложить. Кстати, о чем это они разговаривают?

— Как ты и просил, я вчера днем заехал в клинику и забрал медицинские документы. Раз ты сам, Валек, сказал, чтобы я не возвращался в тот же день, вот привез только сейчас. Держи.

Щурю глаза и вижу, как тренер передает бумаги из рук в руки. Но Панкратов слегка отталкивает их ладонью.

— Если тебе не трудно, Андреич, отнеси папку в кабинет и запихни в синий шкаф, на третью полку. Мне нужно, чтобы все было под рукой.

«Кабинет. Синий шкаф. Третья полка», — вот зачем я это повторила?