Цвет жизни

Глава 42

Слова Панкратова, несмотря на свою безобидность, вселяют в мою душу тревогу. Я, в самом деле, собралась переживать за хитрого Гришу и его жену Ксению? Все будет хорошо. Валентин же не зверь какой-то! Ха-ха. Я пытаюсь себя воодушевить и бойко берусь за шопинг.

Быстро нахожу все, что мне сейчас нужно из одежды на моем любимом сайте. Оформляю заказ на Панкратова, и нам выдают два часа ожидания доставки. Все это время мы с ним болтаем о сущей ерунде, намеренно обходя тот факт, что случилось между нами часом ранее.

В ожидании заказа из ресторана мы перебираемся на террасу. Здесь мне становится спокойнее. Обожаю свежую атмосферу лета. К тому же сегодня выдалась прекрасная погода, когда ни жарко, ни холодно.

Через минут десять курьер привозит еду из местного ресторана. И уже за трапезой мы начинаем обсуждать завтрашние переговоры.

— Семеныч все сделал, как я и просил, — активно работая челюстями, вводит меня в курс дела Панкратов, — встреча произойдет в пятизвездочном отеле «Соломон», там же останемся на ночь.

— Твой отец обычно оставлял инициативу о месте проведения встречи за гостями. Не тратил на это ресурсы. Он говорил, что раз они к нам едут, то пусть сами стараются и убеждают нас в том, как нам выгодно с ними сотрудничать.

— Я помню принципы, которыми руководствовался отец. Но я хочу ввести свои.

— Безусловно, тебе решать. — Пожимаю плечами. — Ты сказал, что будет Татт. Когда он прилетает?

— Завтра утром, — роняет мой собеседник, — встретим его в аэропорту и поедем в отель. На месте обсудим все нюансы встречи.

— А что такое?

— Михаэль должен был раздобыть кое-какую информацию о наших гостях.

— Интриги, Валентин? — с улыбкой интересуюсь я, накалывая овощи на вилку.

— Интриги прерогатива женщин, — подмечает хозяин дома, — однако и Григорию они не чужды.

— Так что должен узнать Татт?

— Он должен достать мне список людей, входящих в состав японской делегации.

Пережевывая салат, удивленно хмыкаю.

— Я даже не сомневаюсь, что прибудет сам Оку Комацу. Он лично ведет переговоры только в России и в Великобритании. В других странах трудятся его топ-менеджеры. Да и, скорее всего, ему захочется почтить память Виктора Станиславовича. Невзирая на несовпадения во взглядах на бизнес, дружить они умели.

Откладываю приборы и тянусь за соком.

— Света, сведения о Комацу просто так не достанешь. — С серьезным видом сообщает Валентин. — Даже его возраст точно не известен, не говоря уже о других банальных вещах. Но мне все-таки удалось узнать, что Оку Комацу старше моего отца на тринадцать лет. Это значит, что ему уже как минимум восемьдесят!

— Японцы возглавляют список долгожителей. Тебе смущает его возраст?

— Он не сможет «вечно» проводить переговоры. Я должен быть в курсе, если его кто-то сменит.

— Об этом напишут таблоиды, — шучу я, промакивая губы салфеткой.

— Не напишут, если газеты принадлежат Комацу.

— Я вот тут подумала, а не сделать ли нам ход конем? — предлагаю я деловым тоном.

Панкратов обращается весь в слух.

— Что ты имеешь в виду? — он в ожидании ответа сдвигает брови.

— Скажи им, что на финском филиале происходит переоборудование, и запуск проекта откладывается на три-четыре месяца. Данный срок предусмотрен контрактом, который они уже подписали. Пусть подождут, понервничают.

— Как интересно! — усмехается мужчина. — Мне казалось, что еще несколько дней назад ты, Света, приложила бы всевозможные усилия уговорить японцев не расторгать с нами договор, а сейчас со знанием дела допускаешь провокацию?

— Включился холодный расчет, как только я получила прекрасного гендиректора, — плавно накрываю пальчиками теплую ладонь Панкратова. По одной его улыбке становится ясно, что он польщен.

— Пока еще не официально, но в скором времени компания станет моей.

— Не сомневаюсь в этом! — кратко сжимаю его руку и убираю свою ладонь.

— Я тебя услышал. Вот только решение я буду принимать самостоятельно.

— Разумеется. У Панкратовых это в крови, — отзываюсь я, объективно приняв его слова.

— Тебе звонил сегодня Григорий? — собеседник меняет тему разговора.

— Да. Я не брала трубку.

— Может, заблокируешь?

— В этом не нужды. Кстати, Валентин, мне необходимо забрать свои документы из отдела кадров. И насчет перевода…

— Семеныч привезет их в отель и передаст Татту. По поводу перевода, — он задумчиво уставился в пространство чуть выше моего левого плеча, — после аварии Григорий настаивал на том, чтобы в финский филиал перевести и тебя, и Татта. Вот только отец не разделил его мнение. Чтобы уговорить его отправить с документами о наследстве именно тебя, Света, я напомнил ему об этой идеи. Он воспринял ее с большой охотой и сразу подписал документы о переводе. Сейчас, боюсь, очень об этом жалеет. Мой так называемый брат и не подозревал, что таким образом я получаю в соратники ценного кадра, а он теряет опытного бойца.

— И кто из нас лиса?

— Мы оба рыжие!

Смеемся.

— Я тебе говорила, что привезла окончательный вариант договора? Ах да! Не было времени. — Вот зачем я напоминаю о том, что предшествовало нашему деловому разговору? Точно провокаторша! — Прочесть?

— Буду признателен.

Что касается дел, то мы с Валентином явно на одной волне. Не могу понять, почему меня так пугает тот час, когда все деловые обсуждения будут завершены.