Длинные тени лжи

Глава 14

Глава 14.

Новый день я встретила, тоскуя в госпитале. Найти семейного целителя Дарнель оказалось невозможно — его попросту не было.

Эта информация сбила мне весь настрой и версию с отравлением главы семьи. Однако я решила так просто не сдаваться и вызнать, что из целителей вообще бывал последнее время в их доме. Кого-то они в экстренных случаях вызывали? Например, после нападения на Эверенн?

Спустя час потрясания значком детектива и десяток повторений одного и того же вопроса меня все-таки провели в кабинетик практикующего целителя, который занимался лечением девушки.

Парень был ростом с меня — из-за чего я мгновенно прониклась к нему симпатией — и так отчаянно картавил, что имя его я записала только с третьего раза.

— Итак…Реран Эрталь. — с трудом выговорила я — а вроде не картавлю!

Парень застенчиво улыбнулся.

— Так уж вышло — большая часть моего имени мне недоступна.

— Вас вызывали на осмотр Эверенн Дарнель после нападения? — я разглядывала лекаря во все глаза. Не сказать чтобы я хорошо читала по лицам, но волнение или страх вполне могла заметить.

Однако картавый выпускник выглядел на редкость спокойным.

— Да, осматривал, синяки залечил, ушибы…сотрясение было, несильное. — уточнил он.

— А к ее отцу вы случайно не наведывались? — я почесала карандашом кончик носа. Как-то не похож был парень на коварного отравителя…хотя сколько я их видела, чтобы сравнивать? Ни одного. — Или к матери, например? Часто ли вы вообще бывали в их доме?

Реран протяжно вздохнул, перебегая глазами с предмета на предмет. Несколько минут он молчал. Закусил губу, потеребил край форменной ало-белой мантии. Еще раз вздохнул душераздирающе…

Я с возрастающим интересом следила за душевными метаниями, прикидывая, уж не угадала ли я с ядом и не придется ли мне сейчас подписывать чистосердечное признание.

— Нет, я был в доме всего один раз. — мужественно сведя куцые брови в одну линию, определился лекарь и страдальчески уставился на меня. — Мне совершенно нечего рассказать вам о Дарнеле.

— А о матери? — машинально уточнила я, продолжая разглядывать мятущегося Рерана.

— У нас есть определенные правила, и я не имею права распространять информацию о больных! Даже если они не касаются их здоровья. — лекарь отвел глаза.

— Я вас прекрасно понимаю! — добавив в голос задушевности, я наклонилась к страдающему свидетелю. — но сами посудите, вся семья мертва. Даже девушка скорее всего погибла. Если эта тайна…которая вас мучит несомненно…не заденет больше ничьих судеб, может, стоит открыть правду?

Красиво как сказала…

— Как это — мертва? — хлопнув ресницами, изумился лекарь. — Почему?

— Девушка утонула, мать сошла с ума и убила брата, потом утонула сама, а глава семейства не выдержал всего и сразу. — я для вида пошуршала пустыми бумагами.

— Бред. — с чувством отозвался Реран, откидываясь на спинку стула. — Не сочтите за оскорбление, но кто расследовал эти смерти? Заключение штатных лекарей?

— Магконтроль и расследовал…Только одно заключение и было, по брату покойной Рамии…секундочку.

Бумажку я само собой оставила, пришлось призывать пушистика и клянчить заключение у Мика.

Полминуты спустя хрусткий и какой-то очень уж маленький листок и несколько ярких схем оказались в цепких пальцах лекаря. Тот углубился в чтение, периодически что-то бормоча себе под нос.

— Чушь какая! — минут через десять в голос возмутился лекарь. Я, вздрогнув от неожиданности, вынырнула из своих мыслей.

— Что не так? — я попыталась сосредоточиться на зелено-пурпурных каракулях, которыми Реран возбужденно размахивал перед моим носом.

— Ну смотрите. Тут вроде бы все правильно написано. — перед моими глазами возник листочек с мелкими строчками. — Яд, срабатывает он не сразу, какое-то время парень знать не знал, что отравлен…интересный выбор, кстати — почти безболезненный. Нет, не совсем, но из всех возможных ядов с замедленным действием этот можно отнести к самым гуманным…но вопрос не в этом.

Вперед выдвинулась схема.

— Видите разрывы — вот тут и тут? — Тонкий палец с коротко стриженным ногтем прошелся по неровному краю зеленого пятна в центре. — А потом вот тут…

Я послушно проследила за расползшимися пурпурными нитями. Внезапно Реран остановил свой словесный поток и замер, с величайшим недоумением скользя взглядом по мешанине цветных пятен.

— Магконтроль, говорите? — негромко переспросил он. Я молча кивнула.

— Извините, показалось мне что-то не то. Все в порядке, перепутал немного…устал, ночью дежурил. Простите, взбаламутил вас. — забормотал лекарь, свернул бумаги в трубочку и всунул их мне в руки. — Нет, мне нечего вас сказать по поводу этих смертей, извините.

Непрерывно извиняющийся лекарь выглядел искренне огорченным, но глаза у него были…странные. Остановившиеся, словно стеклянные. Как будто он увидел что-то такое, что его изрядно напугало.

— Реран, вы чего-то боитесь? Может, мы сможем вам помочь? — я ухватила пятящегося парня за рукав и заглянула в лицо.

— Нет, что вы. — нервно хихикнув, лекарь выдрал рукав из моих пальцев. — Все в порядке. Просто устал.

Задом открыв дверь, он вывалился в коридор. Дробный топот достиг моих ушей.

— Видимо, бояться тебе все-таки есть чего. — пробормотала я, разворачивая совершенно нечитаемые для меня схемы.

Был ли смысл искать еще кого-то из лекарей?

Засунув руку в карман, призвала пушистика и посадила его на стол, благо никто меня в кабинете Рерана беспокоить не собирался.

— Мик, ты не занят? — на всякий случай спросила я. Рыжик сложил лапки на пушистом животике и мяукнул голосом напарника:

— Куда же я денусь. Что случилось?

— У тебя на примете нет хорошего лекаря, прошедшего обучение в Доме, но больше никак с ним не связанного? Нужно прочитать картину магических потоков. — вполголоса пробормотала я, заглядывая в сиреневые глазенки.

Эмзи глубоко задумался, смешно копируя Мика — повел глазами вверх, округлил ротик, побарабанил лапками по животу.

— В общем-то есть, не совсем лекарь, но по схемам твоим разберется…однако я не уверен, что ты готова к таким знакомым. — протянул он скептически.

— Готова — готова! — торопливо заверила я его. — Где, когда, что-то нужно?

В этот раз рыжик молчал подольше.

— Ладно. Давай часам к одиннадцати встретимся на Лесной, оттуда ближе всего…да там три дома, не потеряемся. Купи пару бутылок чего-нибудь вкусного и алкогольного, вина желательно. — рыжик решительно хлопнул в лапки. — Но не говори потом, что я тебя не предупреждал. И оденься так, чтобы перемазаться было не жалко.

В половину одиннадцатого я, одетая в растянутые штаны, длинный свитер и старый плащ почти до щиколотки, скрывавший все это безобразие, бодро топталась в свете одинокого моргающего уличного шара, позвякивая содержимым сумки.

Миккел не то что выступил — проявился из темноты, вот тут никого, а через мгновение уже стоит нахальный длинноносый тип, помахивая небольшим свертком, завернутым в газету.

Смерив меня взглядом, он одобрительно кивнул, нахлобучил мне на макушку капюшон, натянул почти до носа и потянул куда-то за дома.

— Куда мы идем? — я торопливо старалась попасть в ритм шагов Мика, но постоянно безнадежно отставала. К счастью, мостовая закончилась, и вы захлюпали по грязи, невидимой в темноте, и напарник стал шлепать на порядок медленнее.

— Мы идем к замечательному…человеку. — споткнулся Мик на середине предложения. — Тебе понравится.

— Точно? — подозрительно переспросила я. Сапог застрял в грязи, и я с усилием выдрала его, придержав за голенище. Грязевая лужа разочарованно чпокнула.

— Совершенно точно. — жизнерадостно заверил меня блондин, за локоть обводя вокруг разросшихся кустов, в которые я едва не вписалась. Однако я отчетливо ощущала какое-то напряжение, заставляющее Мика нервничать.

— Как ты видишь в такой темноте? — я перешла на магическое зрение — грязи так я конечно не увидела бы, но деревья светились слабым зеленоватым светом, хоть лбом не впишусь.

— Древние северные техники. — туманно пояснил Мик, остановился, огляделся и потащил меня правее.

Нас окружала полная тьма, полная каких-то шумов, тихого шороха, звонко падающих капель; небо было затянуто тучами, через редкие прорехи осторожно выглядывали звезды.

Однако Мик целеустремленно тащил меня в неведомую даль, которую я совершенно точно не нашла бы самостоятельно. Зацепив низко висящую ветку, я поймала целый ливень ледяных капель.

— Надеюсь, ты не ведешь меня в глухое место ради того, чтобы там торжественно бросить. — пробурчала я, вытирая ладошкой мокрый лоб и нос. Мик хмыкнул, но комментировать не стал.

Мы остановились…где-то. Северянин выпустил мой локоть, пошебурщал чем-то среди кустов и внезапно завыл!

Я присела от неожиданности. Вой был совершенно волчий, основательный такой, и если бы я не знала, что его производит белобрысый ехидный тип, то уже бежала бы со всех ног к городу, потому что голодный хищник наплевал бы на мои иллюзии с высокой крыши и сожрал бы меня вместе с сапогами, на эти самые иллюзии ни разу не отвлекшись.

Завершив сеанс художественного воя, Мик откашлялся и попросил:

— Открой дверь, пожалуйста. Мы по делу.

Я открыла было рот — спросить, какую я должна открыть дверь, но тут дверь открылась сама. Свет, вырвавшийся оттуда, ослепил. Прикрыв глаза ладонью, я попыталась рассмотреть силуэт на пороге.

— Заходите, раз по делу. — тихий голос, звенящий льдинками под весенним солнцем, наполненный шорохом листвы и глухим шумом морского прибоя, многогранный и неописуемый, обнял меня одновременно со всех сторон и потянул куда-то в глубину собственной головы.

Свет слегка притух, и я смогла разглядеть обладателя голоса. И впервые поняла, что сдалась без боя до начала войны, упала под ноги и все такое — дальше моя фантазия буксовала, сраженная реальностью наповал.

На пороге стоял Он. Не меньше двух метров, мои восторженно выпученные глаза приходились ему в район живота. Разлохмаченная огненно-рыжая коса небрежно переброшена через мускулистое плечо; длинная шея, квадратный подбородок, яркие, припухшие губы; ровный, идеально-ровный нос, слегка прищуренные, изумрудно-зеленые глаза, длинные, сияющие, волшебные глаза со стрелами темных ресниц…

Божественное видение перевело взгляд с Мика на меня и улыбнулось, мягко и ласково…

— Хони, челюсть подбери, и слюни вытереть тоже не помешало бы… — сквозь приветливую улыбку выдавил Мик и помахал видению ладошкой, попутно засадив мне локтем под ребра — Привет, давно не виделись!

Я зашипела сквозь стиснутые зубы и с усилием отвела глаза. Надо же, а рот действительно нараспашку…позорище.

Видение, в лицо которого я во избежание неудобных ситуаций больше не смотрела, впустило нас внутрь.

Сразу за дверью начиналась длинная и явно древняя лестница с узкими, изрядно стертыми ступенями. Под потолком роились крошечные огоньки, светло-желтые, освещая почти солнечным светом весь опасный спуск. Я старательно топала вниз, и в голосе было стерильно пусто, только иногда по этому безбрежному пространству моего разума проплывала улыбка или пронзительно-зеленый глаз.

Лестница вывела нас в большой зал. Вдоль стен стояли сотни бочек, засаженных самыми разнообразными растениями — вьюнки и виноград ползли по веревкам, натянутым от пола до потолка, буйно цвели кусты чайных роз, распространяя упоительные ароматы, в нескольких бочках торчали пушистые елочки. Стены были почти скрыты этим цветущим великолепием. В середине стоял простой деревянный стол, украшенный искусно выточенной статуей.

Я подошла поближе и осторожно дотронулась до теплого дерева. Небольшая лиса с пушистым хвостом, приподнятой передней лапкой и ехидным выражением глаз выглядела совершенно живой, даром что деревянной.

Ощутив чужое дыхание на своих волосах, резко обернулась и столкнулась нос к носу, точнее нос с груди, с рыжеволосым идеалом. Стоило поднять глаза выше, и дыхание снова сперло, а из горла вырвался невнятный писк.

Мик пробурчал что-то себе под нос и за локоть выдернул меня из ловушки между телом мужчины и столом.

— Ферваниэль — Архона. — коротко обозначил он нас, поочередно тыкнув пальцем. — Фер, нам нужна твоя помощь. Мы не с пустыми руками.

Божество с косой изящно приподняло густую бровь и оперлось на спинку стула.

— Я весь внимание. — певуче проговорил он, и меня окутало густое облако…перегара.

Я выпучила глаза и осмотрела божество повнимательнее, постепенно прозревая.

— Хони, доставай. — шепотом скомандовал Мик, выкладывая на стол свой сверток.

Я звякнула сумкой. Длиннокосое видение оживилось и едва не снесло стул, в ножках которого запуталась его нога.

Утешающий, да он пьяный в доску.

Я выставила на стол три бутылки — легкое яблочное вино, нежное сиреневое с черникой и густое, яркое малиновое.

В глазах самого красивого мужчины города Йоннри разгорелся нешуточный восторг.

— Отойди. — тихонечко пробормотал мне Мик. — От стола подальше.

Я послушно сделала два шага в сторону, открывая для Фера натюрморт из трех разноцветных бутылок и развернутого свертка, в котором россыпью лежали шоколадные конфеты и засахаренные дольки фруктов.

— Сначала дело. — Миккел коварным образом прикрыл соблазнительный стол своей неширокой спиной и вытащил уже изрядно измятые листы со схемами.

Дивное видение печально вздохнуло, выдрало из рук напарника бумажки и коротко проглядело.

— Ну, и в чем вопрос? — буркнул он и повел ладонью — листы выстроились в ряд в воздухе на уровне его глаз, трепеща уголками. — Узор силы тут правили, грубо, кстати.

Фер прищелкнул пальцами, и схема на глазах стала расползаться и менять очертания.

— Вот тут. — он ткнул в пурпурную кляксу. — Разрыв. Да не просто разрыв, а выдранная из тела душа. Если бы душа была в теле в момент смерти, то разрыв был бы маленький и вот тут. — палец уперся в зеленоватое пятно.

— То есть убили уже пустое тело? — озадаченно уточнила я.

— Не пустое. — палец отследил длинную алую нить. — В тело пролезло что-то…другое. Не только душа, а сущность…вот она-то и должна была погибнуть в теле, но погибла ли — сказать не могу. Она не была соединена с этим телом…

Фер внезапно оживился и пробежался по цветным мелким брызгам по краю.

— А умер он во время ритуала, нехорошего ритуала, даже для ваших магов — нехорошего…Все.

Он сгреб листы в ладонь и сунул их мне.

— Я вам помог? — с неотразимой улыбкой промурлыкал рыжий, глядя поверх наших голов. Ох, и не нам он улыбался…

— Да, большое спасибо. — я боком отошла к двери, Мик уже стоял на лестнице, притоптывая от нетерпения.

Стоило мне подняться на первую ступеньку, как за моей спиной раздалось звучное бульканье.