Долгорукий. Суетолог Всея Руси. Том 2

Глава 4 Цирк уехал, а вот клоун…

Лукоморье как всегда было полно народу. Дети радостно визжали на аттракционах, взрослые с улыбками наблюдали за ними, поедая сладкую вату. У колеса обозрения толпились парочки, мечтающие украдкой поцеловаться на самой высокой точке.

Веселая музыка звучала из динамиков, приглашая посетить лотки с играми и сувенирами. Зазывалы в костюмах сказочных персонажей раздавали всем воздушные шары.

Повсюду витал аромат сахарной ваты, жареных сосисок и пряного глинтвейна. Куда ни глянь — везде царило ощущение праздника и радости.

На главной площади как раз начиналось представление фокусников. Толпа зрителей окружила их, с интересом глазея на завораживающее шоу. День в Лукоморье был в самом разгаре…

…когда вдруг раздался оглушительный взрыв, большинство посетителей сперва решили, что это просто часть шоу. Земля содрогнулась, словно от удара молнии. Кто-то испуганно закричал, а музыка резко смолкла.

Прогремел еще один взрыв. В небо устремился гигантский столб дыма, поднимающийся над деревьями. Паника начала распространяться среди посетителей.

— Всем сохранять спокойствие! — закричали сотрудники парка в мегафоны, — Быстро покиньте аттракционы и двигайтесь к выходу! Не поддавайтесь панике!

Но, разумеется, нашлись такие, кто с удовольствием поддался панике. И своим ужасом и хаотичными действиями они начали по цепочке плодить страх.

Толпа ринулась прочь в разные стороны. Многие роняли сувениры и цеплялись друг за друга в давке.

Из клубов дыма начала выдвигаться огромная темная фигура. Послышался низкий клокочущий рык, от которого по спине пробежали мурашки. Горящие красные глаза светились сквозь завесу из дыма и пыли.

Люди закричали еще громче при виде монстра. Сотрудники бросили бесполезные мегафоны и тоже кинулись прочь. Чудовище было здесь, и ничто уже не могло его остановить…

Чудовище было огромным, выше четырех метров. Его кожа была бледно-голубого цвета, ее покрывали красные и фиолетовые пятна. На большой голове шевелились клочья красных волос, словно живые.

Самого лица Аномалии видно не было. Его скрывала белоснежная маска, вросшая в плоть клоуна. Плоть по краям вросшей маски покраснела и пульсировала. У маски имелся нос, выглядевший как большая морковка. Рот маски был широченный, усеянный острыми клыками-шипами, и растянут в жуткой улыбке. Горящие красные глаза смотрели из-под прорезей маски, вросшей в лицо.

Одежда твари напоминала цирковое черно-красное трико. Но рукава были разорваны, обнажая мускулистые руки с когтистыми лапами.

В одной руке чудище сжимало огромный деревянный молоток, стилизованный под клоунскую атрибутику. Его рукоять и ударная части были раскрашены в черно-красную клетку. На тяжелой ударной части в форме цилиндра красовалась надпись «СМЕХ» большими буквами. В другой руке нечто держало связку ярких разноцветных шаров на лентах.

Казалось, эта ужасная тварь сошла со страниц кошмарного циркового представления, чтобы уничтожить все на своем пути…

— Ихи-хи-хи! — чудовище залилось задорным дебильноватым смехом, — Представление начинается! Как много публики! Спасибо, что посетили моё шоу!

К монстру-клоуну бросились несколько охранников службы безопасности. Они носили черную униформу, на их повязках красовался герб Пушкиных. В руках у каждого был пистолет.

Они выстроились полукругом, нацелив пистолеты на чудовище.

— Стоять на месте! — крикнул один из охранников, — Ни с места или будем стрелять!

— Ихи-хи-хи! — захихикал гигантский клоун дебильным голосом, — Сколько много зрителей сегодня! Надо всех пересчитать!

Он поднял толстый палец, обтянутый материей перчатки, и начал указывать на охранников по очереди:

— Эники-беники ели вареники! Эники-беники, хоп! Вышел красный сироп!

На последнем слове он ткнул пальцем в одного из охранников. Тот вдруг странно дернулся, его глаза полезли из орбит, тело надулось и… взорвалось фонтаном конфетти, сладостей и леденцов!

Остальные охранники отшатнулись в ужасе. Не было ни крови, ни ошметков плоти. Но человек бесследно исчез, а вместо него остались лишь сладости и разноцветные конфетти.

Клоун хихикнул и наклонился за сладостями.

— Упс… кто-то умер от кринжа… или просто объелся конфет? — сказал монстр и сунул в пасть один из разлетевшихся леденцов.

Охранники открыли огонь. Пули били в тело монстра, но отскакивали от него, как резиновые шарики. Клоун даже не шелохнулся. Те места на его коже, куда попадали пули, лишь слегка потемнели. Плоть чудовища слегка пружинила при каждом попадании.

— Ахаха! Щекотно! — захохотал он, подпрыгивая, — Вы меня решили до смерти защекотать?

Охранники в недоумении переглянулись. Их оружие было бесполезно против этого монстра.

Один из охранников наклонился и подобрал отскочившую пулю. Та на ощупь была совсем не горячей. И не металлической.

— Какого… — в шоке произнес он.

Пуля почему-то оказалась резиновой! Хотя всем охранникам после сигнала тревоги раздали боевое оружие.

А клоун времени даром не терял. Он запрыгнул на огромное колесо обозрения и принялся лупить по его механизмам своим тяжеленным молотком. Грохот разносился по всей площади. Металл скрипел и гнулся под ударами чудовища.

— Эй, давайте сломаем эту большую карусельку! — хихикал монстр, — Будет весело!

Он разбил несколько креплений колеса. Оно накренилось и начало медленно заваливаться на бок.

Люди в кабинках истошно вопили. Кабинки начали раскачиваться, пассажиры вываливались из них и летели вниз.

Один из охранников выступил вперед, вокруг его тела вспыхнуло яркое сияние покрова. Одаренный!

Он вытянул вперед руки, и вокруг падающих людей вспыхнуло яркое свечение. Они зависли в воздухе, прекратив падение, словно Одаренный мысленно подхватывал их. Парень осторожно опустил всех на землю, уберегая от урона.

— Ого, фокусник! Молодец! — обрадовался клоун. Колесо накренилось и с грохотом рухнуло на землю. Монстр ловко спрыгнул с него, приземлился на асфальт и демонстративно раскланялся по сторонам.

— А ну пошел вон отсюда! — крикнул Одаренный, грозно сверкая глазами.

— Ой-ёй-ёй… Ладно-ладно, не кричи! — монстр поднял лапы, — Конец представлению, я ухожу! Публика какая-то не та пошла, не способная оценить мой гений!

Он полез в свой большой разноцветный карман и достал оттуда огромную черную цилиндрообразную шляпу с белой лентой.

— Смотрите, что умеет эта волшебная шляпа! — объявил клоун.

Он подбросил шляпу в воздух, и та вдруг раскрылась в ширину, став похожей на черный зев чудовищной пасти. Клоун запрыгнул прямо в эту «пасть», на глазах уменьшаясь.

Шляпа несколько раз подпрыгнула на месте, будто проглатывая огромного монстра. Затем закрутилась волчком вокруг своей оси и начала стремительно сжиматься, пока не превратилась в точку и не исчезла в яркой вспышке.

Охранники напряженно оглядывались по сторонам, ожидая нападения в любой момент. Но клоуна больше нигде не было видно. Неужели ушел?

— Истребителей ведь вызвали? — напряженно произнес лидер отряда.

— Да, — ответил ему подчиненный, — Но ближайший отряд далеко и прибудет в лучшем случае через полчаса.

— Дерьмо… А отряд Черноморова?

— Они на задании. Связи с ними нет.

— Двойное дерьмо.

Внезапно шляпа возникла за спиной у Одаренного охранника. И из нее тут же выскочил клоун, моментом увеличившись до прежних размеров.

— Опа, сюрприз! А я туточки! — он быстро обмотал вокруг руки парня ленточку с воздушным шаром, — Никто не может грустить, когда у него есть воздушный шарик!

Одаренный несколько раз выстрелили в клоуна энергетическим сгустком, но тому все было нипочем. А шар внезапно надулся до огромных размеров и потащил Одаренного за собой в воздух! Ноги парня оторвались от земли.

Другие охранники начали палить в шар, Одаренный пытался разорвать ленту и освободиться. Но все было бессмысленно. Атрибутика клоуна, казалось, обладала такой же прочностью, как и он сам. Одаренный быстро взлетел высоко в воздух. Ветер понес его прочь…

— Он улетел! Но обещал вернуться… — клоун смахнул с щеки воображаемую слезинку, — Кому еще грустно без шарика?

Лыков стоял на самом верху огромного памятника Петру Первому в виде, собственно, самого Императора и корабля. Княжич стоял на вершине самой высокой мачты, откуда открывался хороший вид на всё Лукоморье. Его дорогой костюм был изодран в клочья после очередного неудачного полета и жесткого приземления. Но сам Лыков, казалось, совсем не пострадал после этого инцидента.

Выражение лица у него было как у человека, которому представился шанс отыграться за свои неудачи на ком-то более слабом.

Он скрестил руки на груди и с презрительной усмешкой наблюдал за хаосом, творящимся внизу. Монстр-клоун продолжал свои безумные выходки, круша всё на своём пути.

— Неплохое начало, — произнёс Лыков, обращаясь к самому себе, — В самый раз, чтобы немного понизить мой уровень стресса.

Он потёр подбородок и хищно улыбнулся:

— Чёртов Долгорукий… Ты ещё пожалеешь о том, что встал у меня на пути. Я заставлю тебя заплатить за это унижение!

Сильный ветер раздувал остатки его изодранной одежды, придавая Лыкову ещё более зловещий вид. Казалось, будто сама природа признаёт его превосходство и власть. Лыков самодовольно усмехнулся, глядя на разворачивающийся хаос. Ему даже было интересно, как далеко зайдет активированная Аномалия.

Крупная ворона тяжело опустилась на плечо Лыкова, вцепившись когтями в ткань его пиджака. Князь вздрогнул от неожиданности и уже собирался согнать дерзкую птицу, как вдруг услышал знакомый голос:

— Что, черт возьми, ты творишь, Лыков⁈

Голос доносился прямо из клюва вороны. Лыков нахмурился, узнав его — это была сама госпожа Димитриева, один из лидеров их культа «Возвышенные».

Решила сделать свой ход?

— Почему ты активировал Аномалию? — продолжала Димитриева строгим тоном, — Время для начала операции еще не наступило!

Лыков лишь усмехнулся в ответ:

— Я решил провести небольшой тест прочности, госпожа. Нужно же убедиться, что ваш гениальный план не даст сбоя в самый ответственный момент.

— Глупец! — возмутилась Димитриева, — Твои действия могут всё испортить! Я приказываю немедленно отозвать Аномалию!

— Госпожа Димитриева, не стоит вам так сильно волноваться, — задумчиво произнес Лыков, — У меня всё продуманно.

— Продуманно? — переспросила ворона и демонстративно оглядела Лыкова с ног до головы, — Тебя кто-то побил, и ты решил сорвать злость?

Лыков чуть не стукнул ворону. Но сдержался

— Я терпеть не могу, когда мной командуют. В следующий раз выбирайте выражения поаккуратнее, госпожа. И не смейте называть меня глупцом.

Он с силой сжал кулак, но ворона лишь насмешливо каркнула.

— Не слишком ли ты возомнил о себе, мальчишка?

Лыков лишь ухмыльнулся

— Я хочу проверить, как все работает. Ведь нужно убедиться, что план не даст сбоя в самый важный момент. Кроме того, — небрежно произнес Лыков, — Клоун ведь не единственный наш козырь, верно? Здесь, в Лукоморье, у нас еще очень много активов.

— Как знаешь, — неохотно произнесла Димитриева, — Ты глава операции, значит, вся ответственность на тебе.

Клоун продолжал бесчинствовать на территории парка развлечений, размахивая своим огромным молотком и круша всё вокруг.

— Эй, давайте сломаем эту карусельку! — хохотал он дебильным голосом, — Будет весело!

Монстр с размаху ударил по механизму карусели. Раздался скрежет ломающегося металла.

— Ихи-хи! А теперь давайте кататься бесплатно!

Клоун схватился за ось карусели и начал крутить её с бешеной скоростью, пока та не слетела с рельсов, поднимая клубы пыли.

— Ууупс! Кажется, сломал! Ну ничего, починим!

Он поднял ось обеими руками и согнул её пополам, как пластилин.

Лыков и Димитриева наблюдали за его выходками с высоты памятника.

— Ну и тупица, — проворчал Лыков, — Мог бы проявить хоть немного сообразительности.

— Тут я с тобой согласна, — кивнула Димитриева, — Этому созданию явно не хватает интеллекта. Я предупреждала, что для начала стоит использовать образец под номером пять, а не два, — Димитриева вздохнула, — Но ты же не послушался.

— Ладно, ладно, — буркнул Лыков, — В целом он вполне справляется. Суету наводит.

— Лучше скажи, — задумчиво произнесла ворона, — Так почему ты так побито выглядишь?

Княжич скрипнул зубами и неохотно произнес:

— Пересекся с Долгоруким.

— Он одолел тебя в долгой изнурительной битве? — уточнила Димитриева.

Лыков неохотно протянул:

— Ну-у-у… почти.

Клоун размахнулся своим гигантским молотом, чтобы разнести в щепки очередной аттракцион. Он уже в предвкушении представлял, как тяжелая деревянная бита с хрустом переломит металлические опоры аттракциона, а вагончики разлетятся в разные стороны, как детские игрушки.

Однако прежде чем он успел нанести удар, над его головой воздух задрожал, заискрился мелкими разрядами. Прямо посреди парка открылся светящийся портал неизвестного происхождения. Яркое сияние осветило всё Лукоморье, отвлекая княжича Лыкова и госпожу Демидову от разговора.

Из портала с криками вывалились две девушки, полностью поглощенные одним желанием — устроить друг другу отличную взбучку. Это были княжны Мила и Настя. Они рухнули прямо на бедного клоуна, и тот растянулся на земле, едва не выронив свой огромный молот.

— Ах ты рыжая мерзавка, сейчас я тебе устрою! — вопила Мила, от души дергая Настю за волосы.

Та визжала от боли и пыталась отцепить от себя разъяренную соперницу.

— Ай, отвяжись, дура! Это ты первая начала! — орала в ответ Настя, отбрыкиваясь от Пушкиной.

Вокруг девушек вспыхнуло яркое сияние покровов, символизируя переход битвы на новый уровень. Они катались по земле, не обращая никакого внимания на окружающий мир.

— Эм-м-м… — монстр озадаченно взглянул на двух дерзких девиц, — Извините, но… вы кто?

Клоун попытался было встать, но тут на его голову с оглушительным грохотом рухнула тяжеленная люстра весом под центнер, разогнавшаяся до запредельной скорости. Она вылетела следом за девицами из все еще открытого портала. Удар пришелся прямо по лбу несчастного монстра.

Он схватился руками за ушибленную башку. И в этот момент с люстры на него посыпались яркие разноцветные искры, больно жаля его.

— Ой, ой, ой! — завопил клоун, — Жжет-жжет-жжет! Ай-ай-ай!

Он забегал по площади, размахивая руками и пытаясь стряхнуть с себя искры. Но те лишь разгорались и жалили все сильнее. Неизвестно, чем были эти искры — возможно, проявлением Дара Пушкина, который девушки случайно притащили с собой через портал.

Наконец, не вынеся пытки, клоун рухнул прямо посреди площади, раскинув в стороны руки и ноги. Глаза его закатились, язык вывалился из пасти. Одна рука конвульсивно дернулась и резко поднялась в воздух и застыла в предсмертном оцепенении. Её пальцы крепко сжимали белоснежный платок — а-ля белый флаг.

Тем временем девушки продолжали свою нешуточную схватку, даже не заметив, что случайно прибили ужасную Аномалию. Они были так поглощены друг дружкой, что весь остальной мир для них перестал существовать.

Охранники в шоке смотрели на них и переглядывались, не зная, как на это реагировать. Несколько из них подбежали к мертвой Аномалии и произвели пару контрольных выстрелов в голову. Голова клоуна дернулась, в ней появилось пара дыр, из них посыпались разноцветные конфетти.

— Ну что, это тоже было частью твоего хитроумного плана? — ехидно поинтересовалась Димитриева, глядя на распростертое тело клоуна.

Лыков стоял рядом, хмуро разглядывая эту картину. Его губы скривились в недовольной гримасе.

— Хм… ну почти, — проворчал он в ответ, — Хотя, признаю, тут не обошлось без некоторых незапланированных моментов.

— О да, я вижу, — язвительно отозвалась Димитриева, — Твои планы, как всегда, безупречны.

Лыков чуть слышно зарычал от злости и стиснул кулаки. Ему явно не нравилось, что эта женщина посмела указать на его ошибку. Пусть даже это сама несравненная Димитриева.

Но спорить с ней сейчас было некогда. Нужно было срочно что-то предпринять.

— Поговорим об этом позже, — бросил Лыков. На его шее и висках вспучились сети толстых вен, — Пора переходить ко второй части плана.